WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 21 |

Какова динамика изменения структурных пропорций и свойств сети Приводит ли рост связей к образованию единого научного сообщества Как происходит выбор научного направления новыми учеными, и насколько устойчивы сети связей Все эти вопросы рассматриваются в работах (Burkhardt,1994; Ziman, 1996; Barabasi, 2002a,b, 2005) Рассмотрим несколько тенденций развития параметров научной сети. В работе (Barabasi, 2002a) оценивается динамика параметров для двух типов наук – математики (как «индивидуалистической» науки) и нейронауки (как примера «трудоемкой» науки). Рассматриваемый период – 90-е годы прошлого века.

Среднее расстояние между учеными в этих сетях в динамике изменилось практически параллельно: оно сокращается, асимптотически приближаясь к постоянному уровню, при этом в математике асимптота составляет примерно 10, в нейронауке – чуть больше 6.

Полученный результат соответствует ожиданиям, так как математики предпочитают работать малыми группами, поэтому и расстояние между ними превышает показатель для других наук. В соответствии с этим результатом коэффициент кластеризации научной сети незначительно сократился, также приближаясь к асимптотическому значению, более высокому для нейронауки (0,8) и низкому для математики (0,6).

Расчеты размера максимального кластера, проведенные на основе накопленных данных, показывают рост численности ученых в этом кластере. Однако если рассматривать отдельные годы периода, сеть состояла из множества достаточно изолированных кластеров. Этот результат также хорошо объясним, поскольку процесс развития идет как по пути образования новых «союзов» авторов, ранее не публиковавших совместные работы, так и в результате появления новых авторов. Отметим, что и остальные тенденции, проявляющие асимптотические свойства, объясняются в значительной степени конечностью периода анализа. В рассматриваемый период количество связей в сети существенно возросло. В среднем, на одного ученого в начале 90-х годов в нейронауке приходилось 4,4 соавтора, в математике – меньше 2, в конце этого периода – почти 12 и 4, соответственно.

Важный результат рассмотрения научной сети в динамике состоит в выявлении предпочтений при выборе направления исследования, и, следовательно, нового места работы «новым» ученым. В основном развитие сети происходит путем присоединения «новых» ученых к тем лидерам, которые уже обладают большим количеством связей (Preferential Attachment). Этот феномен имеет наглядное объяснение. «Новый» автор, например, публикующий статью, предпочтет выбрать такого соавтора, который уже имеет большое количество работ в соавторстве. Как результат, «старый» автор с большим количеством совместных работ, будет кооперироваться с «новыми» авторами более интенсивно, чем тот, у которого мало работ вообще и в соавторстве в частности. Очевидно, что в основе этой тенденции лежит, как позитивный, соответствующий этическим нормам научной деятельности мотив, так и возможность оппортунистического поведения, причем с обеих сторон – как «нового», так и «старого» авторов. Позитивный момент такого сотрудничества состоит в том, что «новый» автор привлекается авторитетом и интересом к работам результативного лидера, и работа в соавторстве часто дает ему максимальные возможности развития своих способностей и знаний. К тому же публикация с лидером направления может легче пройти рецензирование в журнале, так как опытный ученый умеет «преподнести» свои результаты. Такая возможность привлекает и лидера, поскольку в работах молодых ученых могут содержаться новые идеи, авторство которых ученому без опыта и навыков работы доказать трудно, и кроме того, на молодого коллегу можно возложить большую часть технической, рутинной работы, связанной как в проведением работ, так и подготовкой публикации.

Таким образом, количественное описание структуры и динамики модели «невидимого колледжа» вполне согласуется с представлениями о мотивах кооперативного поведения ученых. Организационные моменты в работе «невидимого колледжа», так же, как и НШ, теоретически вполне сопоставимы друг с другом. На примере отдельных, правда, весьма фрагментарных данных, можно оценить параметры научных школ и попробовать выявить количественные характеристики связей между учеными в рамках НШ. Рассмотренные ранее подходы основаны на изучении формальных связей, под которыми понимаются «регистрация» факта общения ученых в виде совместной статьи, участия в конференции, т.е. тех, которые подтверждены документально. Под неформальным общением в этом случае понимаются межличностные связи, которые позволяют участникам обмениваться новыми теориями, идеями, процедурами и методами, до того момента, когда научная общественность сможет ознакомиться с ними в виде «готового продукта». Такое общение создает большие возможности для искренней дискуссии, что существенно дополняет «официальное» общение. Значимость такого рода связей состоит в том, что оценке подлежат неполные результаты, незаконченные эксперименты, не объясненные результаты, что дает возможность не только оценить собственные исследования с альтернативных точек зрения, но и сэкономить время и деньги, если по результатам обсуждения направление исследования будет скорректировано. Можно предполагать, что «сторонние коллеги» – это наиболее важный ресурс для построения системы нового знания. В каком виде производится общение – не так важно, как факт его наличия в свободной и этически выдержанной форме. Хотя в данном случае организационная форма также имеет значение, но она может представлять лишь «верхушку айсберга». Отметим, что научные публикации выполняются также в виде монографий, которые имеют в большей степени «образовательную» функцию по сравнению со статьями, назначение которых – отражение текущего, моментального состояния науки. Именно поэтому так быстро теряется интерес к последнему виду публикаций, знание становится «общим». Отсюда ученые заинтересованы в соблюдении этики цитирования, которая является механизмом реализации приоритета ученого на научный результат. Например, в современной литературе по проблемам «невидимых колледжей» классическая работа Д. Крейн (Crane, 1972), упомянута более 2000 раз, но такие выдающиеся результаты встречаются редко.

Помимо обсуждаемого в данной главе понятия «невидимый колледж», существует ряд других организационных форм, которые были рассмотрены более подробно в главе 1 (научные школы, дисциплины, специальности, научные направления, парадигмы и т.д.).

Здесь следует упомянуть, что форма организации может приводить к оппортунистическому поведению членов группы, в частности, по мере роста группы отдельные подгруппы могут создавать искусственные границы для распространения нового знания. Научные направления становятся фрагментарными, поскольку школы представляют разные научные (а иногда и идеологические) концепции.

Концепция социального влияния основана на признании возможности распространения эмоциональных состояний и форм поведения в результате подражания или внушения. Рост научного знания может быть рассмотрен как процесс диффузии, в котором идеи распространяются между учеными, так что подобный эффект может возникать. Вероятность, что член группы примет какую-либо новую идею, возрастает во времени, за исключением случаев, когда индивидуумы в системе не общаются друг с другом в результате институциональных или организационных ограничений. Неприятие чужих идей становится более распространенной формой поведения, вопервых, когда новая идея отменяет или опровергает собственную теорию, во-вторых, когда действуют прямые взаимосвязи между оценкой результативности исследований и вознаграждением. Ученые общаются преимущественно с теми коллегами, которые непосредственно заняты теми же проблемами, что и они сами. При этом возможности общения ограничены, поскольку информационный поток статей растет очень быстро. Тесно сотрудничающие ученые легко имитируют результаты своих коллег, поэтому в сети отношений очень важна пропорция между общностью и разнообразием, сходством и различием позиций.

Следовательно, формальные связи (цитирование и публикационная активность) имеют ограниченное применение в выяснении структуры научных направлений. Во-первых, отмечено, что уровень цитирования чужих работ сильно связан с социальным статусом и возрастом того, кто цитирует. Молодые ученые цитируют существенно больше, чем зрелые. Кроме того, цитирование может означать не общность, а различие в позициях, если имеет место «отрицательное» цитирование. В любом случае, цитирование может рассматриваться как признак принадлежности к общей «культуре» знаний.

Приведенные факты показывают, что представление о «невидимом колледже» как сети, построенной на основе публикаций и цитирования, может быть существенно расширено, если сделать «видимыми» те связи, которые обычно остаются без внимания – личные встречи, дискуссии, регулярность общения. В некоторых работах доказано, что для выявления истины важно даже, чтобы обмен идеями происходил непосредственно по ходу исследований, одновременно с несколькими противниками идеи, чтобы предсказать новую парадигму, разделить ее с коллегами, выявить адекватные проблемы, методы и методики (Thomas,1997).

Приведем интересные результаты работы (Palonen, Lehtinen, 2001), которая предлагает способ решения двух важных задач, стоящих перед исследователями, анализирующими научные школы.

Во-первых, измерение неформальных связей между учеными, вовторых, влияние организационной структуры деятельности ученых на структуру их неформальных связей. Объект анализа – выборка профессоров нескольких университетов, т.е. людей, принадлежащих к одной институциональной форме организации исследований.

Предмет изучения – сравнение интенсивности формальных и неформальных связей между этими учеными, для чего было проведено обследование, включающее три группы связей:

1) информационные (встречи, телефонные звонки, письма и любые другие контакты);

2) сотрудничество (кооперация исследований в форме общего финансирования или соавторства, обмен статьями и комментариями к ним, другие формы сотрудничества);

3) цитирование (взаимное цитирование работ) в книгах или статьях.

Ответы на вопросы обследования были обработаны таким образом, что факт наличия или отсутствия определенного типа связи отражался бинарной переменной (да – нет) для каждого наблюдения, из которых синтезирована матрица связей для каждого типа связей, а затем получена общая характеристика связей между профессорами нескольких университетов, занятых теоретическими аспектами образования. Для характеристики уровня связанности сети профессоров использовались два показателя: коэффициент кластеризации сети (рассчитанный как отношение реального количества связей и максимально возможного) и коэффициент централизации связи (который регистрирует наличие в сети «звезд», имеющих наибольшее влияние на формирование мнения научного сообщества). Для определения наличия лидеров подсчитывалась сумма положительных ответов на вопрос об информационных связях и цитировании. Понятно, что совместные работы с лидерами направлений удается написать небольшому количеству их коллег. Показатели кластеризации и централизации связей дополняют друг друга и дают общее представление о том, как организована совместная работа ученых в коллективе, сформированном на институциональном уровне. Приведем результаты расчетов авторов уровня тесноты связей и их централизации (табл. 2.1).

Таблица 2.Числовые характеристики тесноты и централизации связей между профессорами университетов Финляндии Индивидуальные наблюдения.

Сеть в целом Централизация (n = 104) Тип связей Коэффициент Централиза0 1–10 11–20 >кластеризации11 ция12 (%) Информа- 0,12 24,6 1 43 47 ционные Сотрудни- 0,04 12,0 11 89 4 – чество Цитирова- 0,13 27,8 9 70 15 ние Источник: Palonen, Lehtinen (2001).

Данные таблицы показывают, что связи внутри сообщества, которое, заметим, хорошо структурировано как организация (рассматривались 8 ведущих университетов Финляндии), весьма незначительны, и если по уровню цитирования и информационных связей взаимодействие ученых представляется тесным, то кластер в области сотрудничества в публикации совместных работ совсем незначителен. При этом, как в цитировании, так и в информационном обмене, авторы в значительной степени ориентируются на лидера (показано, что, как правило, этот лидер – собственный руководитель), а в сотрудничестве обмен и цитирование лидера происходит в 3 раза чаще, чем коллег–профессоров. В среднем 10 из 100 ученых вообще не участвуют в связях с коллегами, при этом чуть больше 10 в среднем являются «трансляторами» знаний, поскольку они связаны боВероятность наличия совместных статей у ученых, имеющих общие статьи с одним и тем же автором.

Процент связей, организованных как соавторство с лидером «невидимого колледжа».

лее чем с 20 коллегами. Большая часть ученых ориентируется на небольшую группу лидеров, и узнать, каковы мотивы такого поведения, из результатов обследования невозможно. Наиболее важным итогом работы, как нам представляется, является матрица оценок тесноты внутренних и внешних связей профессоров – в разных университетах доля внутренних связей (всех трех типов) варьируется от 40 до 85% от общей оценки их интенсивности. Если учесть только сотрудничество в виде общих статей или монографий, то разброс существенно больше – от 7 до 83% концентрируется внутри собственного университета. Существуют даже университеты (все они работают в одном научном направлении), вообще не имеющие контактов с другими университетами.

Приведенные данные свидетельствуют о том, что в сообществе ученых теснота связи минимальна по сравнению с другими социальными группами. При этом из общей массы существенно выделяются три группы ученых.

Первая, это ученые – проводники знаний: они участвуют в обмене информацией с мировым корпусом знаний и обеспечивают доступ к тем результатам, которые обсуждаются в ведущих мировых журналах данного направления. Как правило, они же публикуют статьи в иностранных журналах и являются высоко цитируемыми учеными. При этом 3/4 профессоров не публикуются в иностранных журналах, но почти у всех, кто имеет большое количество ссылок на свои работы, есть многочисленные публикации.

Вторая группа ученых, занимающая лидирующая положение по числу связей с другими учеными, но не обязательно имеющая много ссылок на свои работы.

Наконец, третья группа – это лидеры по числу ссылок. Они не всегда имеют большое количество связей с учеными внутри своей организации и даже страны.

Детальное исследование показывает, что группа «организационной элиты» (в основном, к ней относится вторая группа) и научная элита ( первая и третья группы) различаются по составу. Такое положение существует не только в науке Финляндии, сходные выводы получены и в других работах (Kogan, 2000).

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 21 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.