WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 21 |

Бесспорно, сохранение наиболее эффективно работающих коллективов является благородной целью и нуждается в институциональной поддержке. Для того чтобы уточнить представление о том, какие же именно свойства научного коллектива дают ему основание для получения дополнительных средств, следует рассмотреть представление о научной школе не только с точки зрения социальных и психологических факторов, но и – в условиях рыночной экономики – оценить экономические стимулы и возможности функционирования НШ, получившей такой статус.

Не менее важным представляется определение институциональных характеристик коллективов, составляющих научные школы.

Одна из первых интересных работ в этом направлении доказывает, что институциональная организация науки является «источником искажений в общении» (Олейник, 2004). Заметим, что именно возможность личного неформального общения является главным средством достижения условий, сформулированных в виде критерия принадлежности группы к НШ. В частности, автор считает, и не без оснований, что в научной школе развивается одна основополагаю щая идея, которая может корректироваться в процессе обсуждения, изменяться, но параллельное развитие альтернативной идеи исключается.

Действительно, идея обычно ассоциируется с работами лидера школы, и понятно, что институциональная принадлежность коллектива к одной организации исключает возможность принятия гипотез, отвергающих идеи лидера. Автор подчеркивает, что модель отношений учитель–-ученик, которая и формирует НШ, предполагает возникновение «властных отношений» в научной среде. Такие властные отношения автор рассматривает на примере отношений ученик–учитель, в которых ученик признает власть учителя, чаще всего подчиняется ему в выборе тематики исследования и часто выполняет рутинную работу, порученную ему учителем. В то же время учитель обеспечивает успешную защиту диссертации, ограждает работу от «нежелательной критики», помогает найти работу завершения данного исследования в том случае, если по каким-то причинам ученик не может продолжать работу в коллективе.

Пессимизм выводов автора о перспективах развития научной школы, работающей на основе формальной научной организации (в академической или вузовской среде), основан на утверждении о невозможности в рамках формальной организации поступательного развития науки, поскольку стимулом для ученых, занимающих лидирующие позиции в науке, является карьерный рост и повышение своего статуса. К тому же выводу задолго до российских ученых пришел П. Бурдьё, по мнению которого единственным «капиталом в научном мире является иерархическая позиция, а не исключительные качества произведения или исследователя» (Bourdieu, 1999).

Более того, он доказывает, что в условиях рыночных отношений эти устремления в науке лишь усиливаются. Характерно, что вывод сделан именно французским ученым, потому что во Франции система организации науки испытывает серьезные трудности, связанные с бюрократизацией науки и тем, что ученые этой страны в значительной степени приравнены к государственным служащим, что ограничивает их контакты и снижает мобильность. Перемена места работы грозит потерей статуса и выслуг, связанных со стажем работы. Это свойство характерно также и для российской организации труда ученых.

К сожалению, получить данные об экономической природе научных коллективов, получивших государственную поддержку, пока не представляется возможным. Кроме того, дополнительные сложности в поиске точного определения научной школы возникают в результате множественности понятий, тесно переплетающихся с рассмотренными выше.

1.3. Предпосылки совместного анализа научных школ и «невидимых колледжей» Итак, из анализа подходов, сформулированных разными науками, можно сделать следующие выводы. Природа научной деятельности, по сути, инвариантна относительно социальных характеристик научного сообщества. Способы передачи и распространения знаний меняются под влиянием внешних, но общих для большинства стран факторов – это: глобализация, развитие информационнокоммуникационных технологий, рост мобильности кадров. Поэтому различия в «национальных» инновационных системах разных стран, частью которых является сфера науки, определяется не «национальными» особенностями собственно науки, а внешней по отношению к ней средой, которую можно охарактеризовать как организационную и институциональную. Именно эта среда формирует условия научного труда, рынок труда, а следовательно, и систему передачи и распространения научных знаний, в качестве которых рассматриваются научные школы. Жесткий характер институциональной структуры ограничивает творческие возможности ученых, в то же время именно устойчивые каналы связи между научными группами обеспечивают развитие науки.

Анализ научных школ, проведенный в России в многочисленных работах, показывает, что определение НШ, во-первых, размыто, а во-вторых, не формализовано. Не затрагивая исторических корней данного явления, о которых дискутируют специалисты4, мы будем исходить из того, что в современном мире научная школа – это широкий класс объединений специалистов, включающих, в качестве полярных вариантов, либо группу ученых, создающих эпистемологическую сущность, либо «научно-производственный коллектив, доказавший свою способность решить конкретную теоретическую задачу».

В каких организационных формах может существовать научная школа В практике проведения исследований сложилось несколько типов организации, которые в определенном смысле пересекаются с представлениями о НШ. В качестве примера можно привести, в частности, научные организации, профессиональные объединения с фиксированным статусом, научные сообщества, научноисследовательские объединения неформального характера, направления исследований и научные дисциплины, «невидимые колледжи» и коммуникационные сети. Данные формы перекликаются, но не совпадают полностью с понятием научной школы: «Организации с жесткой административной структурой и фиксированным статусом… остаются за пределами определения уже потому, что это не сообщества людей, а организационные структуры… Другой вопрос, что люди, сосредоточенные в одном месте, могут в ходе своей профессиональной деятельности выработать определенную эпистемологическую систему и обеспечить ее наследование. В этом случае – перед нами школа» (Гасилов, 1997).

Примерно так же обстоит дело и с другими родственными понятиями. В целом НШ во многих работах воспринимается как определенная часть научного сообщества (точнее, общины), и в этом смысле на нее распространяются принятые в социологии представления о Очевидно, что, как и любое явление, научная школа эволюционировала в течение длительного времени, и школы Аристотеля и Ломоносова имеют мало общего, хотя сущность процесса накопления знаний остается инвариантной к знанию, но, безусловно, меняется по отношению к организации и общественным институтам. Поэтому нас интересует НШ в современной трактовке как механизм создания и распространения знания, нуждающегося в государственной поддержке.

том, как живут люди, которые заняты наукой для того, чтобы обеспечить свою жизнь. Прототипом общины является некоторая пасторальная картина, которая предусматривает жизнь по соседству, в обстановке близкого и хорошего знакомства друг с другом, когда живущие в общине люди оказывают взаимную помощь, разделяют общую историю и будущее, имеют одинаковые системы идеалов и ценностей. Примеры таких научных сообществ складывались в определенные периоды развития науки. Наиболее известными в России примерами могут служить Дубна или Академгородок в Новосибирске времен академика М.А. Лаврентьева. Однако такая идиллическая общность оказалась малоустойчивой по отношению к внешнему окружению и уже в 1970-х годах проявились все острые проблемы жизни и работы в замкнутом пространстве науки (Иваницкий, 2000; Акимкин, 1997). В то же время в Академгородке и наукоградах Московской области были заложены основы ряда важнейших научных направлений, сформировавших известные НШ, некоторые из которых сохранились до сих пор. Косвенно это подтверждается значительной долей грантов, выделенных в 1996 г. научным школам Новосибирской (почти 10% от общего числа) и Московской (более 5%) областей, сложившимся в рамках наукоградов.

Другие определения общности людей, занятых наукой, – сеть, область науки, профессия. Научное сообщество, представленное в виде сети, разнопланово, так как связи имеют самую различную природу: ученик–учитель; коллеги по работе; члены команды, выполняющие разовый проект или работу по гранту; соавторы, пишущие совместные работы или имеющие неформальные связи (например, обменивающиеся еще не опубликованными результатами работ). В статьях, публикуемых в ведущих научных журналах, правилом хорошего тона считается выражение благодарности коллегам, высказавшим важные замечания или обсудившим статью до ее публикации с автором, предоставившим какую-либо ценную информацию и т.д. Такие неформальные контакты становятся общим правилом научного общения, и большинство ученых высказывают мнение, что именно такое общение представляется им наиболее ценным в процессе выполнения исследований. Наконец, между учеными, работающими в одном направлении, существуют «формальные» связи в виде цитирования, которое может означать наличие общей идеологической платформы или, напротив, наличие противоречий (отрицательное цитирование). Опросы показывают, что именно такие «слабые» связи представляются особо полезными для прогресса научного знания, потому что позволяют проверять аргументацию на сильных противниках.

Представление научного сообщества в виде сети покрывает все существующие формальные и неформальные связи между учеными.

Более того, с ростом использования современных баз данных публикационной активности создано большое число алгоритмов, позволяющих статистически обработать информацию о различных типах связей и тем самым выявить «невидимые» связи с помощью «видимых» индикаторов.

Научные специальности можно представить как подгруппы ученых в рамках сети научной дисциплины, наиболее тесно связанные между собой, потому что они работают над общей проблемой или используют сходную технику исследований или экспериментальной работы. Тесные кластеры в сети, в свою очередь, также образуют кластеры. Эти «кластеры кластеров» можно представить как области наук или научные дисциплины. Например, физика и технология полупроводниковых гетероструктур и приборов на их основе – специальность, которой занимается лауреат Нобелевской премии по физике Ж.И. Алферов, а физика – научная дисциплина.

Иногда специальности и дисциплины рассматриваются как «направления» исследований, однако П. Бурдьё в качестве научных направлений (областей) анализирует понятие, которое в русском языке можно определить как «конкурирующие школы». Научное сообщество он считает ареной для конкурентной борьбы за ресурсы, структурированной в соответствии с иерархией силы. Распределение вознаграждений и ресурсов среди членов научного сообщества крайне неравномерно (отметим, что также неравномерно распределены и значимые результаты научной деятельности).

Самое широкое понимание научного сообщества – это профессия. Несмотря на конкуренцию за ресурсы, по отношению к обществу, власти, научное сообщество сплачивается для того, чтобы доказать свою значимость. Организации и связи, представляющие интересы ученых, занимаются формированием общественного мнения, благоприятного для развития науки, объясняют и популяризируют научные исследования и их результаты. Значительные усилия научное сообщество затрачивает на выработку принципов и норм научной этики и контроль за соблюдением этих норм. Научное сообщество, в таком расширительном толковании, объединяет всех ученых как одну научную школу, обеспечивающую общественный контроль за «чистотой» рядов, однако в этой функции кроется и возможность оппортунистического поведения, когда благодаря асимметрии информации ученые могут влиять на власть и лоббировать свои интересы.

В зарубежной литературе понятием, наиболее близким к «научной школе», является «невидимый колледж». Понятия «научной школы» и «невидимого колледжа» имеют много общего, например:

1) включают все возможные кооперативные связи между учеными, способствующие повышению эффективности их работы;

2) подразумевают наличие сильных (ученик–учитель) и слабых (научное цитирование) связей;

3) предназначены для выявления синергетического и комплементарного эффектов научно-исследовательской работы, которые позволяют ускоренными темпами и более эффективно создавать новое знание;

4) охватывают процессы обучения на практике (learning by doing), которое обеспечивает передачу не только явного, но и неявного знания, необходимого для исследовательской деятельности.

В отличие от организационно оформленных НШ «невидимые колледжи» создаются самими учеными, они выбирают форму связей и поведение, которое диктуется только их собственными научными интересами, у них нет иного побудительного мотива к налаживанию связей, кроме интересов дела. При этом существуют методики анализа и разработаны количественные методы оценки тесноты связей между учеными «невидимого колледжа». В то же время в отношении научных школ пока не выработано методики анализа.

Любые типы связей в «невидимом колледже» образуются в соответствии с внутренней логикой поведения ученых (они могут выбирать контакты, на их взгляд, наиболее полезные для развития собственного исследования) или организуют коллектив, на их взгляд, наиболее приспособленный для решения определенной проблемы.

Можно считать, что сеть связей в «невидимом колледже» образуется по законам, общим для социальных сетей. В формировании НШ предположительно большую роль играют институциональные факторы, поскольку большая их часть формировалась в рамках определенной организационной формы исследований. Поэтому следующим шагом в исследовании будет рассмотрение сущности «невидимых колледжей» для сравнения их с научными школами в том понимании, которое представлено в данном разделе. Затем будут объяснены параметры «невидимых колледжей», оцениваемые на основе библиометрии. Это позволяет оценить, насколько категории НШ и «невидимых колледжей» сходны, и в чем проявляется их различие.

Авторы не ставят перед собой цели предложить такую конструкцию показателей, которая дала бы основание для проверки правильности процедур отбора школ для государственной поддержки. Тем не менее оценка параметров, по мнению авторов, может оказаться полезной для выявления сходств и различий в конструкции связей между учеными в рамках обеих структур и, следовательно, для сравнения их эффективности.

2. «Невидимый колледж» и его связь с научной школой Термин «невидимый колледж» впервые был использован в XVII столетии, когда было основано Королевское общество Лондона.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 21 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.