WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 21 |

На рисунке представлено ядро школы, в которое входят ученые, получившие признание в ведущих западных журналах данного направления. Тот факт, что выделенные представители школы имеют действительно важные научные результаты, признанные не только в собственной стране, но и в мире, подтверждается в результате анализам публикационной активности и уровней цитирования их работ.

Так, сам академик В.И. Арнольд в рассматриваемый период опубликовал более 70 статей в российских журналах, с общим количеством ссылок на них около 160, однако около 20 статей из этих 70 можно отнести к научно-популярным, образовательным публикациям так же, как к статьям, посвященным знаменательным «датам» в математическом мире. Поэтому общая цитируемость его работ достаточно высока и составляет в среднем 2,5 ссылки на статью. Другие ученые, входящие в состав школы, имеют меньшее, но достаточно представительное число цитат в расчете на одну статью – от 0,5 до 2 ссылок на статью.

Однако приведенные цифры отражают цитирование работ в российской литературе. В системе Scopus, содержащей публикации ведущих зарубежных журналов, можно найти более 30 статей В.И. Арнольда, при этом количество ссылок – около 90, что могло бы свидетельствовать о признании заслуг академика на Западе. Однако, нам представляется, что этот факт лучше объяснить тем, что число людей, занятых математикой в мире, существенно больше, чем в России. Отметим, что за период с 1996 г. в статьях академика зафиксировано несколько рекордов цитирования (до 50 ссылок на статью).

Приведенные данные соответствуют высоким стандартам мирового уровня ученых, образовавших школу Арнольда. Однако в какой мере эта группа является школой, где системообразующим фактором выступает сотрудничество ученых разного типа (от тесных связей типа ученик–учитель до слабых связей коллег и цитирования) Анализ публикаций показывает, что в составе группы, получившей финансовую поддержку от государства, действительно наблюдается несколько кластеров, выделенных по признаку соавторства ученых. В частности, наиболее тесный кластер образован «отцами– основателями» российской ветви школы, и наибольшее число совместных работ имеет группа: Арнольд В.И., Гусейн-Заде С.М. и Варченко А.Н. Последний включен в состав «невидимого колледжа» на Западе, но отсутствует в научной школе. Все эти авторы имеют около 20 совместных публикаций. Менее тесную группу образовали соавторы В.И. Арнольда – Нейштадт А.И., Козлов В.В., Гивенталь А.В.

Вместе они опубликовали около 10 статей. Существуют другие, довольно устойчивые группы соавторов без Арнольда (Ландо С.К., Казарян М.Э.), однако нам удалось найти только 2 статьи (1963 и 1978 гг., которые выполнены большим коллективом соавторов, включающим 4–5 представителей школы). Остальные совместные публикации школы имеют, как правило, не более двух авторов, один из которых – В.И. Арнольд. Только в 10 статьях второй автор (соавтор В.И. Арнольда) входит в его формальную научную школу. Остальные работы написаны вместе с учеными, которых можно классифицировать как «случайные» связи. Это не значит, что члены научного коллектива не публикуют работ в соавторстве, однако соавторы выбираются ими вне собственной НШ. Причем это сотрудничество представляется устойчивым. Примеры – Хованский–Чулков, Гусейн-Заде–Дельгадо–Кампильо и др. Этот факт свидетельствует о том, что уровень концентрации школы невысок при значительной централизации вокруг лидера, а это означает, что особой «интеллектуальной общности» между большинством членов школы не наблюдается. Сильные связи есть только с самим Арнольдом В.И. Более того, устойчивая группа соавторов Арнольд–Гусейн-Заде–Варченко опубликовала большую часть совместных работ до 1996 г., и, повидимому, они были наиболее успешными, потому что именно в этот период происходило интенсивное развитие направления. В 1986 г.

был достигнут рекордный уровень цитирования статьи В.И. Арнольда – 51 ссылка (Arnold, 1986). После 1996 г. наиболее тесными соавторами академика стали Нейштадт, Козлов, Гивенталь. Разумеется, по неполным данным трудно делать какие-либо категоричные суждения, но также трудно предполагать, что существует такое сотрудничество между коллегами, которое не имеет внешних проявлений в результатах работ. Доминирование «парных» связей между Арнольдом и другими соавторами объяснимо эффектом предпочтений в выборе новых участников колледжа. Нам представляется, что при вступлении страны в рыночные отношения интеллектуальный капитал, как в целом, так и отдельных организаций школ и групп, также затрагивается некими квази-рыночными отношениями. Теория, которая объясняла характер научной деятельности как совершенно особую интеллектуальную работу, в которой наградой становится сам факт решения научной загадки (Dosi, 1996; Stephan, 2004), все же не отрицает рационального экономического поведения ученого. Отсюда следует, что новый, как правило, мало известный автор вступает в выгодную для него сделку, которая приводит к получению высокого блага – совместной статьи с выдающимся ученым, при этом выдающийся ученый также получает эквивалент в виде прироста интеллектуального капитала, который можно назвать «научная репутация». Последняя, в свою очередь, существенно зависит от количества ученых, разделяющих концепцию и идею, а также от количества учеников и соратников маститого ученого. Отметим только одно обстоятельство, дополняющее представление о «рыночных» отношениях в науке: маститый ученый в этом случае имеет монопольное положение, которое никогда не способствовало эквивалентному и «справедливому» обмену. Поэтому образование «новой» научной школы приносит выгоды не столько размером материальной поддержки, сколько приобретением статуса, престижа и признания, которые открывают новые возможности для всех участников научного коллектива.

Безусловно, выводы о структуре публикаций сформулированы в максимально осторожной форме, поскольку не все специальные публикации отражаются в Интернете, и учет общего числа публикаций всех участников НШ Арнольда, равно как и других, может сильно изменить картину.

Поведение научных школ по отношению к другим школам определяется конкурентными отношениями, однако внутри самой школы также существует конкуренция, как между лидерами, так и другими ее участниками. Поскольку лучшим способом преодоления конкуренции опять же является монополия, то ученые стараются структурировать направления своей деятельности так, чтобы не затрагивать тематику коллег. Такие возможности по-разному проявляются для различных научных дисциплин, однако в той или иной мере они доступны в любых исследованиях.

В пользу этого тезиса можно привести данные, полученные при анализе другой карты, построенной сотрудниками Института Исаака Ньютона по более поздним данным, по сравнению рассмотренной Зуккалы (Zuccala, 2004). В новой карте подтверждается динамичность развития направления, так как теория сингулярности получила новые приложения к теории квантовых полей, а в результате научные кластеры школы структурируются, постепенно выделяются новые научные направления и связи. В частности, участники школы 1996 г. Васильев В.А. и Казарян М.Э. по этим данным также образуют тесную группу, которая не была видна в карте для более ранних лет. А в области приложений теории сингулярности образовалась группа с участием Натанзона С.М, ранее также не включенного в кластер. Хотя эти процессы можно считать следствием «естественной динамики» самой научной дисциплины, «раздел рынка» научного труда являлся типичным явлением, особенно в советской науки и в определенной степени существует и сейчас. Например, в экономической науке процесс отпочкования различных направлений активно начался еще в 1960-х годах, когда развивалось направление применения математических методов в анализе экономики, и оно встречало ожесточенное сопротивление многих ведущих ученых.

Затем, в поздние советские годы, между экономическими институтами РАН установилась негласная традиция невмешательства в тематику друг друга.

Наконец, рассмотрим данные о слабых связях участников школы, проявляющихся в цитировании. Если сильные связи между участниками, реализуемые через соавторство, свидетельствуют о наличии кооперации и сотрудничества между ними, то слабые связи (цитирование) служат для того, чтобы обеспечивать обмен информацией и результатами. В этом смысле высокий уровень самоцитирования может служить индикатором замкнутости или монопольного положения школы. Можно, в частности, проследить наличие таких связей на примере одной из «рекордных» статей В.И. Арнольда, получившей более 30 ссылок. В статье содержится 18 ссылок, из них две – на признанных классиков направления (Дэвиса С. и Тома Р.), а остальные 13 – на работы школы Арнольда. Самоцитирование состав ляет 1/3 всех ссылок. Указанная статья относится к 1996 г., когда, по-видимому, внутренняя логика направления достигла пика развития. Тем самым, НШ В.И. Арнольда заняла одну из важнейших ниш в новой науке. Однако сложившемуся коллективу ученых становится тесно в рамках одного направления, и оно все в большей степени структурируется. «Младшие» соратники выдающегося ученого сами становятся членами мирового сообщества ученых, и вокруг них складываются научные школы. Еще более очевидно расширение и развитие тематики, если рассчитать «число Эрдоса», для В.И. Арнольда не на основе соавторства, а по цитированию. Если одну из лучших статей В.И. Арнольда цитировали 30 ученых, то эти статьи, в свою очередь, цитировали уже 92 специалиста, далее – цифры растут в геометрической прогрессии. При этом среди ученых, цитирующих эти статьи, формируются новые кластеры, включающие не только членов НШ Арнольда, но и высоко цитируемые работы представителей других направлений.

Итак, приведенный краткий анализ показывает, что, во-первых, статус школы зарабатывается одними учеными, а пользуется им гораздо более широкий круг исследователей, потому что школа является изменчивым и быстро меняющимся организмом. При этом статистически выявленные характеристики «распада» научных направлений на новые кластеры, по нашему мнению, не всегда связаны с реальным развитием научных направлений, поскольку школы иногда являются средством снижения конкуренции между группами.

Во-вторых, поскольку в программе поддержки ведущих научных школ финансирование распределяется не по вкладу каждого конкретного ученого в научное направление, а по принципу преимущественной поддержки молодых участников школы, то они приобретают характер «материальной помощи», искажая, таким образом, стимулы к укреплению связей в группе ученых.

В-третьих, уникальных свойств российских НШ по сравнению с «невидимыми колледжами» обнаружить не удалось, за исключением того, что информация о колледжах более прозрачна, легко формализуема и может быть использована даже для анализа российских научных школ.

В результате, несмотря на то, что НШ часто образуют группы продуктивно работающих ученых, институциональное оформление их поддержки имеет ряд отрицательных последствий и не является лучшим способом преодоления проблем развития науки в Российской Федерации. В следующем разделе мы рассматриваем характеристики научной политики, которая может быть альтернативой материальной поддержке научных школ.

4. Научные школы и поддержка молодежи в российской науке Как уже было отмечено выше, в качестве ключевого критерия в программе поддержки ведущих научных школ была выделена «подготовка кадров». И таким образом, финансирование научных школ может рассматриваться как механизм поддержки молодежи в науке.

На наш взгляд, скромное субсидирование достаточно крупной исследовательской группы, идентифицируемой как научная школа, является не самым эффективным способом привлечения молодежи в науку.

Помимо Программы поддержки ведущих научных школ, для решения задачи привлечения молодежи в науку государство вводило также такие меры, как бронирование от армии, предоставление жилья – однако все они были маломасштабными и потому неэффективными. Фактически основными в области привлечения в науку молодых кадров были меры их материального поощрения через введение надбавок, проведение специальных конкурсов с присуждением призов и грантов. Программы конкурсов и грантовой поддержки молодых были сфокусированы в первую очередь на студентах, аспирантах и молодых ученых (в возрасте до 30–35 лет). На эту же аудиторию были ориентированы программы, реализуемые местными властями и частным бизнесом. В итоге суммарная материальная поддержка студентов и аспирантов нередко оказывается выше, чем средневозрастных ученых 35–40 лет. Как следствие, по оценкам экспертов, в настоящее время существует барьер между заканчивающими учебу и начинающими научную деятельность, так как число различных грантовых программ сразу резко уменьшается. А потому у молодых снижаются стимулы для того, чтобы оставаться в науке на долгий срок.

Кроме того, поддержка в виде грантов и премий имеет свои ограничения: во-первых, она выделяется на достаточно короткое время, и потому ситуация для молодых остается нестабильной; во-вторых, очень небольшое число молодых ученых может получить такие гранты и премии. В настоящее время, принимая во внимание данные о численности научных кадров в возрасте до 35 лет, получается, что специальной государственной поддержкой охвачено 5–6% молодых ученых.

В качестве альтернативных программ поддержки, привлечения и закрепления молодежи в науке можно рассматривать поддержку современных форм организации научного процесса (научнообразовательных центров – НОЦ), финансирование специально выделенных позиций для молодых ученых (постдокторские позиции), стимулирование мобильности научных кадров. В более широком смысле привлечение молодежи в науку может происходить и через стимулирование инновационной деятельности, поскольку малый инновационной бизнес, непосредственно связанный с выполнением НИОКР, – это дополнительная форма занятости. Одновременно характер научно-инновационной деятельности, являясь рисковым, по самому своему содержанию более привлекателен для молодых, чем для ученых старших возрастов.

Остановимся подробнее на возможных формах поддержки и привлечения молодежи в науку, которые можно рассматривать в качестве альтернативы поддержке молодежи через программу научных школ.

4.1. Привлечение молодежи в науку через создание научно-образовательных центров (НОЦ) и введение постдокторских позиций Научно-образовательные центры представляют собой одну из форм интеграции образования и науки, о необходимости которой в качестве одной из стратегических задач государства было заявлено в самом начале 1990-х годов. Практически она стала поддерживаться правительством в 1996 г., когда была запущена Президентская целевая программы «Государственная поддержка интеграции высшего образования и фундаментальной науки на 1997–2000 гг.» («Интеграция»)20.

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 21 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.