WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 29 | 30 || 32 | 33 |   ...   | 53 |

прошлое, от которого мы желали Концепция прогресса является бы происходить, в основополагающей для трактовки противоположность тому понятия «передовой», поскольку в прошлому, от которого мы течение 200 лет он был самым живучим действительно происходим…». мифом Запада, источником культурной самоуверенности и чувства собственного превосходства в его отношениях с остальным миром 2.

Именно из-за обусловленности характера исторического знания не только собственно социальными, но и психологическими причинами мы можем только отчасти согласиться с Тошем в том, что задача профессионального историка в «противостоянии социально мотивированным ложным истолкованиям прошлого». Преодолевая «ложное» истолкование прошлого, невозможно, повидимому, отказаться от «социально мотивированного» исторического знания.

И мы не случайно поставили слово «ложное» в кавычки. Ведь ложное выявляется только в сопоставлении с истинным, а взгляд историка также обусловлен как социальными, так и психологическими (а часто и Ницше Ф. О пользе и вреде истории для жизни // Соч.: В 2 т. М., 1990. Т. 1. С. 158-230.

2 Тош Д. Стремление к истине. Как овладеть мастерством историка / Пер. с англ. М.: Издательство «Весь мир», 2000. С. 27.

идеологическими) причинами. Кроме того, историк обязан отвечать на социальный запрос и удовлетворять потребность в разных типах историописания 1.

Таким образом, то, что Тош называет характеристиками социальной памяти, целесообразно рассматривать как её функции. Каждая из этих функций востребована в той или иной мере либо всем обществом, либо отдельными социальными группами. Характер и степень востребованности каждой из них зависит от сложного комплекса как социокультурных, так и индивидуальнопсихологических причин. Именно из-за обусловленности характера исторического знания не только собственно социальными, но и психологическими причинами мы можем только отчасти согласиться с Тошем в том, что задача профессионального историка в «противостоянии социально мотивированным ложным истолкованиям прошлого». Преодолевая «ложное» истолкование прошлого, невозможно, по-видимому, отказаться от «социально мотивированного» исторического знания. И мы не случайно поставили слово «ложное» в кавычки. Ведь ложное выявляется только в сопоставлении с истинным, а взгляд историка также обусловлен как социальными, так и психологическими (а часто и идеологическими) причинами. Кроме того, историк обязан отвечать на социальный запрос и удовлетворять потребность в разных типах историописания.

Когда мы действуем, мы исходим из представлений о реальности, а не из самой реальности. Наши представления – место соединения бытия и сознания. Люди осуществляли деятельность, приобретали опыт, предавали его по наследству, другие люди воспринимали этот опыт, переоценивали его исходя из своего опыта. И всё это вместе взятое и было исходной мотивацией их деятельности. Опыт фиксировался либо за счёт устной передачи, через традиции, либо с помощью текстов, что мы имеем с появлением письменных культур. Опыт – это и есть культура. Культура осуществляет давление на индивида, является фактором, который ограничивает возможности человеческого воображения. Трудно сказать, что сделает человек, но можно сказать, чего ему делать нельзя, чтобы не было отрицательных последствий.

Это и есть материал, который историки вырабатывают для формирования системы ценностей общества, которая может стать основой для его консолидации.

Следовательно, в духе неклассической философии, надо для объяснения действий людей прошлого понять, как они думали, каковы были их представления, то есть надо не только объяснить, но и понять. Очень важно при изучении духовной жизни обнаружить не только предметы, окружающие человека, но и отношение человека к ним Никто не отрицает наличия объективной реальности, воздействующей на человека. Но объективная реальность не фотографируется его сознанием и не воспроизводится автоматически. Прежде чем стать частью опыта человека, она проходит обработку воображением человека. Человек в зависимости от 1 Румянцева М. Ф.Теория истории. Учебное пособие / М. Ф. Румянцева. – М.: Аспект Пресс, 2002.

предшествующего опыта и ценностных ориентаций, выстраивает определённую картину мира и определяет своё место в ней, расставляет приоритеты, а затем уже действует. Любой источник – продукт деятельности человека, который видел, как правило, то, что хотел видеть, то, чему придавал значение, поэтому любой источник не может быть расценён как историческая реальность, которую мы наблюдаем.

В любом случае любой исторический вопрос задаётся человеком, находящемся в обществе. Даже если он повернётся к обществу спиной и видит функцию истории в беспристрастном познании, он всё равно не может не принадлежать к своему времени. Любой вопрос задаётся с каких-то позиций.

Поэтому теория предшествует изучению истории. Поэтому А.-И.

Марру писал: «...Теория, т. е. позиция, сознательная или несознательная, которую историк занимает в отношении прошлого, – выбор и поворот темы, постановка вопросов, используемые понятия и особенно типы связей, системы интерпретации, относительная ценность, признаваемая за каждой из них.

Именно личная философия историка диктует ему выбор системы мышления, в соответствии с которой он будет воссоздавать и, как он полагает, объяснять прошлое. Богатство, сложность природы антропологических фактов и вследствие этого исторической реальности делает последнюю [...] практически неисчерпаемой для усилий, направленных на открытие и понимание. Будучи неисчерпаемой, историческая реальность заодно и двусмысленна в ней всегда столько разных аспектов, столько действующих сил, пересекающихся и накладывающихся друг на друга в одной точке прошлого, что мысль историка всегда найдет в ней для себя тот специфический элемент, который в соответствии с его теорией окажется решающим и выступит в качестве системы интеллигибельности – в качестве объяснения». До сих пор собирание фактов считается деятельностью ценной самой по себе (деятельность по добыче сырья рассматривается как ценная сама по себе).

Актуальность и новизна определяются через формулировку: до меня никто не изучал. Подход при оценке диссертации – источники обязательно должны быть новые. При спорах на теоретические темы историки часто уходят от ответа, ссылаясь на то, что у историков – другие задачи, они не могут анализировать и обобщать, потому что им ещё не хватает фактов. «Вот когда узнаем – будем думать». Получается ещё один способ ухода от ответственности.

Необходимо решить проблему достоверности информации в историческом исследовании. Иначе историки так и будут заниматься бессмысленным с точки зрения общества перекладыванием и классификацией документов. С точки зрения классической философии достоверно то, что соответствует реальности. С точки зрения неклассической философии (в том числе феноменологии) – достоверно то, что поддаётся интерпретации с точки зрения определённой культуры. Поэтому начинать надо с самоидентификации, то есть с истории самого исторического знания.

Marrou H.-I. De la connaissance historique. Paris: Ed. du Seuil, 1954. P. 187 –188.

Природа исторического творчества: субъектно-объектные отношения Спор о том, является ли история наукой, имеет глубокие корни.

Знаменитый швейцарский ученый Я. Буркхардт полагал, что «история вообще является самой ненаучной из всех наук», а английский историк Б. Бари, напротив, утверждал, что история есть «наука, не больше и не меньше»1. Ныне этот спор отошел в прошлое, и история заняла своё законное место среди других научных дисциплин. Однако вопрос о специфике познания в истории не утратил своей актуальности, и многие историки убеждены, что их познавательная деятельность ничем не отличается от работы физика или биолога. В этом отношении показательна дискуссия на страницах журнала «История и компьютер» между голландским историком П. Доорном и немецким М. Таллером, в которую включились многие ученые 2. Своими корнями дискуссия уходит в XIX столетие, когда представители немецкого историзма обрушились на позитивизм за его стремление максимально сблизить историю и естествознание путем реализации в истории основных исследовательских принципов и методов наук о природе. В соответствии с данной установкой предпринимались многократные попытки «математизировать» историю, «очистить» её построение от всяких субъективных добавок, но большого успеха они не имели.

Было бы неправомерно утверждать, что естествознание вообще не влияет на историческую науку. Напротив, такое влияние следует оценить как глубокое и плодотворное. Идеалу «естествознания об обществе», приобретшему в XIX в.

программный характер, – отмечает немецкий философ X. – Г. Гадамер, мы обязаны исследовательскими успехами во многих гуманитарных областях 3.

Использование историком количественных методов исследования и ЭВМ оказывает ему громадную помощь в постижении исторического процесса, и здесь накоплен значительный положительный опыт 4. При всем том науки об обществе не могут полностью следовать образцу естествознания, на что существуют объективные причины.

Исходный момент, определяющий специфику наук об обществе, в том числе об истории, заключается в том, что в них наблюдается качественное совпадение субъекта и объекта познания.

Постижение истории: онтологический и гносеологический подходы: Учеб. пособие для студентов магистратуры, аспирантов, слушателей системы повышения квалификации высших учебных заведений / Я. С.

Яскевич В. Н. Сидорцов, А. Н. Нечухрин и др.; Под ред. В. Н. Сидорцова, О. А. Яновского, Я. С. Яскевич. – Мн., 2002. С. 111.

2 Информационный бюллетень ассоциации «История и компьютер». № 19. Ноябрь. 1996. С. 59-195.

Гадамер Г. Истина и метод. Основы философской герменевтики. М., 1988. С. 44 – 45.

4 См.: Ковальченко И. Д. Методы исторического исследования. М., 1987. Ч. 2.

Как писал Р. Ю. Виппер, «... о жуках и грибах составляют науку посторонние им люди, а не сами объекты науки, тогда как в общественной науке изучаемый объект и изучающий субъект до известной степени совпадают, и она представляет собой именно то самое, что в определённое время и в определённой среде думают о людях и о своём собственном общечеловеческом прошлом» 1. Совпадение не означает полного тождества, поскольку объект познания в своем прошлом существовании вполне независим от историка.

Сознание ясного разделения субъекта и объекта познания развилось до методологической зрелости первоначально в естественных науках, а затем распространилось на историю. История стала анализироваться как продукт воздействия человека, который можно рассматривать и оценивать. Условием для этого является дистанция между историком и продуктом деятельности общества. Расстояние между настоящим и прошлым позволяет объективизировать историю до ясно очерченной величины, снабдить историческое событие контурами факта, который можно исследовать. Однако это не устраняет проблемы качественного совпадения субъекта и объекта познания, определяющей особенности концепции исторической объективности в отличие от естественнонаучной. Историк не может столь же бесстрастно судить о событиях и деятелях прошлого человечества, как это делает химик, изучая очередные результаты проведенного эксперимента 2.

Для осознания глубины коллизии, возникающей между объектом и субъектом познания в процессе исторического творчества, необходимо рассмотреть особенности объекта исторического изучения и характерные моменты познавательной деятельности историка. Главной отличительной особенностью объекта исторического изучения является то, что исторический процесс представляет из себя продукт сознательной целеполагающей деятельности человека. Совокупный продукт материальной и духовной деятельности человека составляет его культуру. В этом смысле история – наука о культуре и о культурном человечестве 3.

Человек наделён свободной волей, его поведение не поддается жёсткому программированию, ввиду чего в истории ненадежны прогнозы и бывает трудно определить мотивы поступков того или иного героя прошлого. Конечно, деятельность исторической личности – царство не только свободы, но и необходимости. Каждый из нас ограничен теми предпосылками в 1 Виппер Р. Ю. Две интеллигенции и другие очерки: сб. ст. и публ. выступлений. 1900 – 1912. М., 1912.

С. 141 – 142.

2 Постижение истории: онтологический и гносеологический подходы: Учеб. пособие для студентов магистратуры, аспирантов, слушателей системы повышения квалификации высших учебных заведений / Я. С.

Яскевич В. Н. Сидорцов, А. Н. Нечухрин и др.; Под ред. В. Н. Сидорцова, О. А. Яновского, Я. С. Яскевич. – Мн., 2002. С. 112.

Постижение истории: онтологический и гносеологический подходы: Учеб. пособие для студентов магистратуры, аспирантов, слушателей системы повышения квалификации высших учебных заведений / Я. С.

Яскевич В. Н. Сидорцов, А. Н. Нечухрин и др.; Под ред. В. Н. Сидорцова, О. А. Яновского, Я. С. Яскевич. – Мн., 2002. С. 113.

культурной жизни, которые были созданы предшествующими поколениями, соответствующей социальной средой, природными условиями, индивидуальными задатками и прочим. Поэтому, сколь бы гениальной ни была личность, реально осуществимыми оказываются лишь те её цели, которые соответствуют данным условиям места и времени, либо результаты оказываются недолговечны. Таким образом, общественная жизнь выступает как сложный сплав субъективных и объективных элементов.

Из совокупной деятельности отдельных лиц в историческом процессе возникают такие образования, значение которых далеко превосходит пределы отдельной личности: государство, церковь, наука, искусство и т. д.

Историческая наука, как продукт деятельности человека, также есть часть некой системы, принадлежащей истории. Сам исследователь выступает как член определённого сообщества, т. е. он историчен. В этом смысле социальное познание оказывается самопознанием, в котором общество является субъектом и объектом одновременно. Успех такого самопознания в немалой степени будет зависеть от уровня развития общества, его ценностных ориентаций.

Общество предстает перед нами как постоянно развивающийся организм.

Следовательно, объект познания у историка незавершённый, что порождает свои трудности при изучении текучей истории. Поэтому долгое время в учёных кругах вообще не считалось возможным создание научной истории современности, и она исключалась из преподавания. В программах учебных заведений новейшая история прочно утверждалась лишь в XX в.

Исключительно важно учитывать, что объект исторического изучения представляет собой прошлое, т. е. то, что однажды было и уже не существует.

Pages:     | 1 |   ...   | 29 | 30 || 32 | 33 |   ...   | 53 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.