WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 28 | 29 || 31 | 32 |   ...   | 53 |

В ситуации постмодерна на первый план выходят исследования ментальности, исследования по локальной, гендерной, повседневной истории Главная задача исторической науки – обеспечить самоидентификацию общества и через это его консолидацию. В XIX веке средством консолидации общества была линейная память, основанная на общей для большинства населения социальной памяти. В исторической науке проявлением линейного восприятия исторического опыта был исторический метарассказ, основанный на единых правилах изложения и аргументации. У человека того времени ещё было ощущение могущества человеческого разума способного понять историю человечества как единый процесс. Поэтому люди того времени могли уверенно Вышегородцева О.А. Достоверность гуманитарного познания: Автореф. дисс.…канд. филос. наук. М., 2000. – С. 18.

глядеть в будущее, будучи уверены в возможности понять, объяснить и предсказать развитие общественных процессов. Современный человек постоянно сталкивается с многообразием, а это вызывает психологический стресс, чувство неуверенности в собственных силах, сомнение в способности понять то, что происходит в обществе. Отдельные истории, которыми пичкает человека телевидение и другие средства массовой информации, не связанные в одну систему, – благоприятная среда для манипуляции единичными воспоминаниями (проверить их с точки зрения единой теории нельзя, а знать всё попросту невозможно). Это стало возможным в результате отказа от метарассказа в ситуации постмодерна. Произошёл отказ от линейных и стадиальных построений истории.

Мобильность современного человека порождает необходимость самоопределения: «найти себя в череде поколений». Современный человек идентифицирует себя не в определённой временной точке, а в определённой культуре. Отсюда возникает ощущение прекращения движения, отсутствия в истории смысла. С концом идеологического противостояния и распадом СССР возникло ощущение «конца истории» (Ф. Фукуяма). Действительно складывается такая ситуация, в которой исчезли многие привычные ориентиры.

Это произошло не только в политической жизни; начиная с середины 1960-х годов распространяются качественно новые явления повседневной жизни, основанные на протесте против устоявшихся норм поведения, определяющие повседневное поведение людей: общение через Интернет, стиль «унисекс» в моде, хиппи, экологическое движение и движение антиглобалистов и т.п. Все эти явления сопровождались стремлением к отрицанию предшествующей модели межчеловеческой коммуникации. Россия тоже переживала нечто подобное после революции 1917 года. В своё время Маркс говорил о конце предыстории человечества. Может быть, его пророчество начинает сбываться Пока ясно одно: человечество переходит из стадии, в которой главным ограничителем свободы воли были условия окружающей среды, в стадию, в которой фактором, обусловливающим возникновение мотивации поведения человека, становится искусственная среда обитания.

XX век породил новые противоречия. Мир утратил устойчивость, жизнь меняется слишком быстро для человека: люди оказались не готовы к тем изменениям, которые принёс научно-технический прогресс. Резко возросла роль случая и роль личности в общественной жизни.

Сегодня многие ставят вопрос о том, насколько психологически приспособлен человек к ситуации быстроменяющегося мира. В прошлом социальный цикл зачастую соотносился с культурным. Сегодня на жизни одного поколения окружающая культура может измениться несколько раз в связи с резким сокращением сроков от изобретения до массового внедрения достижений техники. Человек не чувствует себя уверено ни в культурном, ни в профессиональном плане. В мире всё больше становится людей вырванных из лона семьи, из привычного ландшафта, утративших привязанности и ощущение стабильности. С одной стороны становится больше степеней индивидуальной свободы, с другой – становится всё больше неврастеников, потерявших способность ориентироваться в окружающей жизни, способность разумно управлять событиями. Преображается социальное и культурное бытиё. Оторвите человека от родной культуры и бросьте в совершенно новое окружение, где ему придётся мгновенно реагировать на множество совершенно новых представлений о времени, пространстве, труде, сексе и т.п., и вы увидите, какая поразительная растерянность овладеет им. А если вы ещё отнимите у него всякую надежду на возвращение в знакомую социальную действительность, растерянность перерастёт в депрессию. Психологическое онемение – жуткий синдром нашего времени. Пример тому – Россия в 90-е годы XX века, когда за кратчайшее время кардинально изменилась и культурная среда и система ценностей: молодёжь резко отличается от старшего поколения. Мы имеем противоречия не только социальные, но и противоречия между поколениями. Подобные изменения происходят во многих странах мира. Нормой становится, когда вчера ещё респектабельный индивид вдруг становится изгоем. Тот, кто привык к земле предков, оказывается беженцем. Православный попадает в исламское окружение. Человек, который всю жизнь взращивал в себе нравственность, неожиданно обнаруживает, что выжить можно, только придерживаясь, правил поведения воровской шайки. Человеку, который впал в нищету, предлагают оплачивать жильё по западным стандартам. За десять лет либеральных реформ либеральная модель потускнела. События 11. 09. 2004 года показали, что нет никакого конца истории: конфликты приобрели другой характер и другую форму, западная либеральная модель оказалась неприемлемой для значительной части человечества. Надежды на то, что Запад поможет создать условия для сытой и безмятежной жизни рассеялись. Любовь ко всему западному сменилась национализмом в разных формах, подаваемого как патриотизм. Страх перед будущим, как правило, порождает стремление искать защиты в родном стаде.

Элвин Тоффлер пришёл к заключению, что «демократические политические формы возникли на Западе не потому, что несколько гениев захотели, чтобы они были, и не потому, что человек проявил «неутолимый инстинкт свободы». Они возникли из-за исторического толчка к социальной дифференциации и системам, обладающим большой скоростью, которых требовала чувствительная социальная обратная связь. В сложных дифференцированных обществах огромные количества информации должны ещё быстрее течь между официальными организациями субкультурами, которые образуют целое, и между слоями и подструктурами внутри них.

Политическая демократия, вовлекая всё больше и больше людей в принятие социальных решений, облегчает обратную связь. И это именно та обратная связь, которая существенна для контроля. Чтобы взять на себя контроль над Гуревич П.С. Бог поразительных преображений // Тоффлер Э. Шок будущего. М., 2003. С. 10 – 11.

ускоренными переменами, нам понадобятся ещё более передовые – и более демократичные – механизмы обратной связи»1.

Социальным группам необходимы свидетельства своего существования в прошлом, но им требуется такая картина прошлого, которая служит объяснению или оправданию настоящего, часто за счёт исторической достоверности. Механизм социальной памяти наиболее чётко проявляется в тех обществах, где невозможно апеллировать к документальным материалам как средству уточнения событий или высшему авторитету. Традиции, ностальгия и прогресс являются базовыми составляющими социальной памяти. Каждая из них по-своему откликается на глубокую психологическую потребность в защищенности – они, казалось бы, обещают либо отсутствие перемен, либо перемены к лучшему, либо душевно более близкое прошлое в качестве убежища. Реальное возражение против них заключается в том, что в качестве всеобъёмлющей концепции они требуют от прошлого соответствия подспудной и часто безответной потребности, ищут единственное окно в прошлое, а заканчивается это недооценкой всего остального.

Вот примеры подходов к осмыслению истории, данные Ф. Ницше в XIX веке2 и Джоном Тошем в XX веке 3.

Фридрих Ницше Джон Тош Антикварная история. Традиционализм «Антикварная» история Традиционализм – это грубейшее благоговеет перед всеми искажение исторического сознания, проявлениями минувшей жизни, поскольку он исключает важнейшее отрицая необходимость понятие развития во времени 4.

высказывания аксиологических Предмет исследования нельзя вырывать суждений. из окружающей обстановки – таков То, что Ницше называет основополагающий принцип работы «антикварной» историей, как историка 5. Точно так же, как нельзя считает М.Ф. Румянцева, судить о важности археологической формируется как феномен находки, не зафиксировав её точное культурного бытия в связи с положение на месте раскопок; любые формированием исторического наши знания о прошлом следует самосознания общества. Истоки помещать в современный им контекст.

«антикварной» истории следует Это жесткий стандарт, требующий искать в рационализме и атеизме обширных знаний. Часто именно этим Тоффлер Э. Шок будущего / Пер. с англ. М., 2003. С.518.

2 Ницше Ф. О пользе и вреде истории для жизни // Соч.: В 2 т. М., 1990. Т. 1. С. 158-230.

3 Тош Д. Стремление к истине. Как овладеть мастерством историка / Пер. с англ. М.: Издательство «Весь мир», 2000.

4 Тош Д. Стремление к истине. Как овладеть мастерством историка / Пер. с англ. М.: Издательство «Весь мир», 2000. С. 25.

5 Тош Д. Стремление к истине. Как овладеть мастерством историка / Пер. с англ. М.: Издательство «Весь мир», 2000. С. 19.

XVIII в. Если сомнения в профессиональный историк и отличается религиозной морали ведут к от любителя.

поиску рациональных оснований Традиционализм это, во-первых, нравственности и к требованию уважение к традициям. Во многих от научного исторического областях деятельности – от знания достоверных судопроизводства до политических нравоучительных примеров, то союзов, от церкви до спортивных клубов сомнения в истинности – взгляды и поведение определяются религиозной картины мира влиянием прецедентов: то, что ставят перед человеческой совершалось в прошлом, считается психикой ещё одну проблему – авторитетным руководством к действиям проблему страха смерти. Именно в настоящем. Уважение к, традициям «антикварная» историю берёт на порой путают с «ощущением истории», себя в значительной мере поскольку оно предусматривает функцию преодоления страха привязанность к прошлому (или его ограниченности земного бытия. части) и стремлением хранить ему В то же время «антикварная» верность. Но при обращении к история придаёт неподобающую традициям исторический подход ценность «мелкому, присутствует лишь в малой степени.

ограниченному, подгнившему». Следование по пути, намеченному предками, играет весьма положительную роль в обществах, не переживающих период перемен и не ожидающих ничего подобного; для них прошлое почти не отличается от настоящего. Поэтому уважение к традициям вносило столь большой вклад в сплочение общества, когда дело касалось немногочисленных, не обладающих грамотностью народностей. Неслучайно антропологи порой определяют их как «традиционные общества». Но подобных условий больше не существует. В любом обществе, отличающемся динамичными социально-культурными изменениями, проявляющимися во внешней торговле или социальной иерархии политических институтов, некритическое уважение к традициям становится контрпродуктивным 1. Оно замалчивает исторические перемены, происходившие в переходный период; более того, оно Тош Д. Стремление к истине. Как овладеть мастерством историка / Пер. с англ. М.: Издательство «Весь мир», 2000. С. 22.

однозначно не поощряет любое внимание к этим переменам и ведет к продлению существования отживших или «отошедших в историю» внешних форм.

Монументальная история. Ностальгия «Монументальная» история Ностальгия, как и традиция, обращена описывает выдающиеся примеры назад, но, не отрицая факта исторических прошлого, придавая им, по сути, перемен, толкует их лишь в одном вневременную ценность. направлении – перемен к худшему.

«Монументальная» история, Пожалуй, наиболее известной формой призванная давать примеры, ностальгии является возрастная – образцы поведения, вполне пожилые люди часто жалуются, что соответствует целеполаганию современная молодежь отбилась от рук научного исторического знания или что страна «катится к черту», и такое XVIII в., в духе Болингброка и недовольство нашло отражение даже в Мабли. Это, по-видимому, самый очень древних документах1. Но старый и при этом наиболее ностальгия проявляется и в более устойчивый тип как научного, широком контексте, с особой силой в так и обыденного исторического качестве реакции на чувство недавней мышления. Востребованность в утраты и потому чрезвычайно характерна эпоху рационализма именно для обществ, переживающих быстрые «монументального» типа перемены. Надежды и оптимизм – не исторического знания легко единственная, а порой и не главная, объяснить, если вспомнить, что социальная реакция на прогресс.

это было время распространения Практически всегда возникает также атеизма, а значит и кризиса беспокойство или сожаление по религиозной морали. В этих уходящему образу жизни и привычным условиях любому думающему ориентирам. Тоскливый взгляд в человеку, особенно прошлое даёт утешение, является находящемуся в ситуации духовным бегством от жестокой морального выбора, необходимы реальности.

были примеры, обогащающие его индивидуальный жизненный опыт. А тенденция к эмансипации человеческой индивидуальности при переходе от средневековья к новому времени обусловливала требование достоверности, Тош Д. Стремление к истине. Как овладеть мастерством историка / Пер. с англ. М.: Издательство «Весь мир», 2000. С. 26.

исторической конкретности таких примеров, что создавало у человека иллюзию свободы морального выбора.

«Монументальная» история, по словам Ницше, «вводит в заблуждение при помощи аналогий».

Критическая история. Вера в прогресс «Критическая» история На другом конце шкалы искажений «привлекает прошлое на суд истории расположена вера в прогресс.

истории».1 Если ностальгия отражает Для возникновения того пессимистический взгляд на мир, то способа историописания, прогресс – оптимистическое верование, который Ницше называет подразумевающее не только позитивный «критическим», первым характер перемен в прошлом, но и условием является восприятие продолжение процесса истории как процесса, имеющего совершенствования в будущем.

свою внутреннюю логику Прогресс, как и исторический процесс – развития. означает перемены во времени, но с «Критическая» история часто одним принципиальным отличием – превращается в «попытку перемены наделяются положительным создать себе a posteriori такое знаком и моральным содержанием.

Pages:     | 1 |   ...   | 28 | 29 || 31 | 32 |   ...   | 53 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.