WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 53 |

Мир понимается не как природная данность, а как созданный людьми предметный и духовный мир. Сказанное не означает релятивизма, так как элементы общественной жизни сохраняются (меняется их содержание) основа развития – бытие – сохраняется, оно исторично, качественно изменчиво и определенно. Казанский историк, В.Д. Жигунин 2 выдвинул рабочую гипотезу для объяснения динамики социокультурного объекта, которая является попыткой трансформации марксизма как метода исторического исследования в свете современных достижений науки. По его мнению, если понятие «производительные силы» сколько-нибудь состоятельно, то в содержание этого понятия необходимо включать и науку, и другие духовные феномены – этику, религию и т.д. Духовное не отделимо от материального в «производительных силах», поэтому, по существу, не о производительных силах надо говорить, а о культуре, включающей в себя культуру материальную, народную и личностную, эстетическую и нравственную, это, с точки зрения «культурного детерминизма» как раз и есть основа общества, а все остальное – «производственные отношения», собственность, власть, государство – есть «надстройка», но не совсем в марксистском смысле. В центре жизни социокультурного организма находится человек как уникальное единство материи и духа и вместе с тем как субъект общественных отношений. Поэтому такой подход кажется, нам последовательно антропологическим подходом к истории и обеспечивает восстановление гуманизма как содержания и цели исторического знания. Правота исторических материалистов и исторических идеалистов получает как бы некие границы. Например, Маркс, в общем, прав, говоря, что материальные факторы были основой истории. Но каких её периодов Древних, средневековых Точно также спорны утверждения Гегеля и других идеалистов, что ходом истории всегда «управлял» дух. Ответ на эти вопросы может дать конкретное исследование, направляемое постепенно углубляющейся проработкой аспектов культурного детерминизма. Очевидно, процесс воздействия различных факторов культуры на общество носил сложный, даже циклический, спиральный характер, соответствуя общему направлению хода истории: роль духовного или материального начала то возрастала, то вновь относительно убывала, закономерно проявляясь поразному в разных культурах и, пока в нынешних условиях не назрела ситуация, когда дух действительно может оказаться способным «управлять миром».

Останина О.А. Проблема субъективного в историческом познании: Автореф. … докт. филос. наук.

М.,1998. С. 17.

2 Жигунин В.Д. Древность и современность. Человечество на пути к синтезу. Казань: Новое знание, 2000.

С. 64 – 65.

Концепция всеобщей истории И.М. Дьяконова Другой вариант системного изложения исторического процесса предложил отечественный востоковед И.М. Дьяконов.

Он предложил рассматривать всеобщую историю как последовательную смену следующих фаз развития:

• Первая фаза (первобытная).

• Вторая фаза (первобытнообщинная).

• Третья фаза (ранняя древность).

• Четвертая фаза (имперская древность).

• Пятая фаза (средневековье).

• Шестая фаза (стабильно-абсолютистское постсредневековье).

• Седьмая фаза (капиталистическая).

• Восьмая фаза (посткапиталистическая).

И.М. Дьяконов писал: «Слабость марксистской концепции заключалась, прежде всего, в том, что не было найдено убедительного движущего противоречия ни для первой, первобытной, формации, ни для последней, коммунистической. Поэтому коммунистическая формация рассматривалась как абсолютное гармоническое будущее – идея, восходящая к христианской апокалипсической эсхатологии и плохо вяжущаяся с материалистическим объяснением исторического процесса» 1.

Марксистская теория формаций в том виде, какой она приняла к исходу XX столетия, имеет ещё один существенный недостаток: в ней не предусмотрен явственный механизм перехода от одной общественно-экономической формации к другой. Но возникшее несоответствие между развитием производительных сил и характером производственных отношений не приводит к смене «формаций» автоматически. На вопрос о механизме перехода марксизм XIX и первой половины XX в. отвечал, что им является революция, т.

е., иначе говоря, насильственный переворот: «насилие – повивальная бабка истории». Это, однако, во всемирно-историческом плане неверно. Маркс знал, что насильственный переворот не отделяет ни древность от первобытности, ни средневековье от древности.

В наше время все концепции исторического развития имеют один важнейший, коренной недостаток. Все они построены на идее прогресса, причем прогресса, ничем не ограниченного во времени. Эта идея уходит корнями именно в христианскую концепцию будущего – «Царства Божия на земле», которая, в свою очередь, восходит к историзму, свойственному предку, как христианства, так и ислама – иудаизму.

Дьяконов И. М. Пути истории. От древнейшего человека до наших дней.– М.: Наука. Издательская фирма «Восточная литература», 1994.– С. 7.

Марксистская же теория говорит и о технологии, но не столько о ней самой, сколько о производительных силах, под которыми разумеются человеческие (личностные) и вещественные (технологические) элементы, осуществляющие взаимодействие человека с природой в процессе общественного производства. Однако развитие личностных отношений в процессе производства можно рассматривать не только в рамках факторов, относящихся к социально-производственным отношениям, но и в рамках социального сознания и мотивации производственных (и иных общественных) поступков, т. е. социальной психологии.

Для первой фазы (первая фаза – первобытная) характерно, что жизненная активность человека обусловливается известными социальнопсихологическими побуждениями (импульсами). Божества определяют для архаического человека характер причинно-следственных связей и тем самым возможность или невозможность удовлетворения социальных побуждений. На каждый стимул можно найти множество неодинаковых действенных ответов (или мифологем), но число основных побуждений довольно ограниченно 1.

• Это – реакция поиска («что это»), эмоциональное побуждение, вызываемое либо положительным, либо (чаще) отрицательным характером явления. Реакция поиска может развиться в пробуждение к познанию нового, однако такое развитие её вступает в противоречие с побуждением к стабильности места человека в социуме и космосе:

основное правило «быть как все» (что предопределяет и побуждение к взаимопомощи) содействует возникновению консенсуса в человеческом социуме, а это очень важно для его целенаправленной деятельности.

• Это – стремление утолить голод. При всей эмоциональности такого побуждения оно может иметь только социальный характер (поэтому уже в наиболее древнем обществе возникает разделение труда, прежде всего между мужским и женским трудом: охота – собирательство).

Существенно, что с самого раннего периода истории человечества была нужда и в обмене.

• Это, далее,– побуждение прибегнуть под защиту, быть охраняемым и любимым.

• Это – побуждение устранить психологический дискомфорт («несправедливость»). В истории именно оно является главной причиной стремления к социальным переменам.

• Это – побуждение к агрессивности, необходимой для выживания человека во враждебном мире, связанное с побуждением к движению вообще.

• Это – побуждение к удовлетворению половой потребности, стоящее, между прочим, в прямой связи с агрессивностью (мужчина Дьяконов И. М. Пути истории. От древнейшего человека до наших дней.– М.: Наука. Издательская фирма «Восточная литература», 1994.– С. 20.

должен победить соперников и саму женщину): женщина выступает как побудительница агрессии.

• Это – побуждение к славе.

• Это – побуждение к разрядке, к смеху, очень важное в суровых, строго регламентированных обычаем условиях существования первобытного и древнего человека.

• Это – побуждение к лидерству, к тому, чтобы не только быть «не как все», но и возглавлять всех. Данное побуждение резко проявляется, как правило, в критические моменты истории. Заметим, что оно проявляется почти исключительно у мужчин (у женщин оно скорее проявляется в форме соревнования в привлекательности).

Если есть не одна первобытная фаза, а две, то в чём между ними социально-психологическая разница Для первой фазы характерны тотемизм и шаманизм, для второй – генеалогические структуры пантеонов во главе с богом-«вождём» и его семьей – женой и сыном, весьма важные культы человеческого, животного и растительного плодородия, а также культ «богинивоительницы», социально-психологически отражающей импульс агрессивности 1. При этом верования не догматичны и совершенно локальны (при переезде в другое место естественно поклоняться местным богам;

характерна большая вариативность мифов), и верования эти не связаны с определенно сформулированными этическими нормами.

В первой фазе отдельные группы людей достаточно отделены друг от друга в пространстве и обычно мирно сосуществуют, если не считать случайных стычек, в особенности в связи с похищением жен. Вторая фаза предполагает общество более богатое, в котором есть что вожделеть и есть что защищать, а часто и оружие становится гораздо более совершенным. Энгельс называет этот период «военной демократией», хотя считает её не отдельной «формацией», а этапом в пределах первобытности. Эпитет «военная» действительно уместен: со второй фазы и до конца третьей фазы – ранней древности – наступает эпоха войны всех со всеми. Ещё в Вавилонии начала II тысячелетия до н. э. не было выражения «чужая страна», «заграница», а было выражение «вражеская страна» – даже в письмах купцов-мореходов, плававших за границу со вполне мирными целями.

По мере чёткого вычленения эксплуатируемого класса, противостоящего (пока не расчленённому) классу свободных, система управления социумом институционализируется, получает постоянную общепризнанную структуру, аппарат принуждения – и превращается в государство. Вместе с оформлением, с одной стороны, чётко определившегося эксплуатируемого класса, а с другой – государственного аппарата кончается Дьяконов И. М. Пути истории. От древнейшего человека до наших дней.– М.: Наука. Издательская фирма «Восточная литература», 1994.– С. 22.

вторая историческая фаза и начинается третья – фаза ранней древности, первая для классового общества.

Значительная часть обществ третьей фазы была окружена мощной племенной (первобытнообщинной) стихией, все меньше уступавшей им в военной силе.

Период роста числа благ для части общества и оскудения их для другой, куда более многочисленной его части. Но как бы то ни было, рост материального богатства приводит к наступлению периода постоянных войн (ежегодных), а это, по-видимому, явилось главной причиной урбанизации – возникновения укрепленных городов как центров управления государством, ремесла и. скопления продовольственных запасов 1.

Кризис обществ третьей фазы был вызван тем, что внутри каждого отдельного общества рост прибавочного продукта после первых блестящих успехов цивилизации сильно замедлялся и даже приостанавливался.

Последний резерв увеличения абсолютного количества производимого продукта – естественный прирост населения – также иссякал.

Государствам приходилось искать вовне дополнительные источники изымаемого продукта.

Задачей государства теперь стало увеличение изымаемого продукта за счёт внешних ресурсов без привлечения торговли, что привело повсеместно к созданию империй. С их появлением началась новая, четвертая общественноисторическая фаза – развитого древнего общества,– сопровождавшаяся переменами в технологии (прежде всего военной) в государственном устройстве, а также в области социальной психологии.

Грандиозные завоевания стали возможны вследствие громадного шага вперед в развитии военного дела, а это-развитие стало возможно благодаря существенному технологическому скачку – переходу от бронзового к железному веку.

Империи представляли собой довольно неустойчивые образования – слишком сильны были центробежные силы, но на месте разрушавшейся империи неизменно возникала новая. Первой такой империей была НовоАссирийская, охватившая всю Переднюю Азию (кроме Урарту и Малой Азии, IX– VII вв. до н. э.); за ней последовали Ново-Вавилонская и Мидийская (VII– VI вв. до н. э.), за ними Персидская Ахеменидская, основанная Киром,– она уже захватила территорию от Эгейского моря до долины Инда, от Египта до Амударьи и даже Сырдарьи (VI–IV вв. до н. э.); позднее возникли эллинистические империи. Аналогичными были империя Маурьев (цари Чандрагупта и Ашока) в Индии (IV– II вв. до н. э.), империя Цинь (от реформ Дьяконов И. М. Пути истории. От древнейшего человека до наших дней.– М.: Наука. Издательская фирма «Восточная литература», 1994.– С. 43.

Шан Яна до императора Цинь Ши Хуан-ди, IV–III вв. до н. э.) и сменившая её империя Старшей династии Хань (основана императором Лю Баном; с III по I в.

до н. э.). Большинство этих империй было основано выдающимися лидерами, яркими личностями, хотя по своим характерологическим чертам они расходились: от кровожаднейших тиранов (Цинь Ши Хуан-ди) до покровителей наук и культуры (Александр) и людей, обладавших терпимостью даже при наличии официального культа (Ашока). Историческая их роль, тем не менее, была жестокой и в принципе примерно одинаковой 1.

Своеобразное и исторически весьма значительное явление представляла собой ранняя Римская империя (I в. до н. э. – III в. н. э.); поздняя Римская империя (III–IV вв. н. э.) представляет собой уже переход к следующей фазе общеисторического процесса.

Движущей силой было не введение технологии железного века само по себе, а, во-первых, необходимость объединения регионов производства средств производства и регионов производства средств потребления и, во-вторых, введение производства стали не только в ремесле, но, прежде всего в военном деле (стальные мечи, кольчуги или латы, шлемы).

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 53 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.