WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 29 |

Отметим, что суммарное значение общей величины информации соответствует сумме T(Х, Y, Z), T(X, Y), T(Y, Z), T(X, Z), и, как показано ранее, эта сумма, характеризующая «совместную» неопределенность системы, может быть как положительной, так и отрицательной в соответствии с формулой (1–2).

Модель имеет важное значение для определения природы локальных оптимумов и их устойчивости. По этой модели видно, что, поскольку из локального оптимума можно достичь глобального только путем замены двух из трех контрагентов в спирали, индуцировать такой переход может только агент, именуемый «государством», путем вариации условий выбора или создания новой технологии с тем, чтобы состав цепочки изменился. До этого момента два участника цепочки из трех будут стараться сохранить ее, поскольку для них она представляет оптимум.

Таким образом, если на микроуровне формирование локальных оптимумов в замкнутых контурах связи может (за счет специализации) быть эффективным до определенного момента, то на макроуровне формирование локальных оптимумов в спирали приводит к торможению технологического развития и снижению вероятности появления радикальных инноваций.

В соответствии с новыми теоретическими подходами, подтвержденными соответствующими имитационными моделями, главными факторами становятся обеспечение максимального разнообразия и эффективный отбор. Поскольку именно звено ТС, соответствующее созданию новых знаний, за счет наиболее высокой степени неопределенности обеспечивает разнообразие траекторий развития, рассмотрим в следующем параграфе меняющуюся роль институциональных форм науки.

1.7. Новые институциональные формы науки Институциональная среда, активно формирующая условия создания инноваций, меняется и тем самым меняет структуру отношений между акторами инновационной деятельности. Традиционное «разделение труда» в национальной инновационной системе складывалось таким образом, что за развитие науки отвечали университеты и академии, за инновации – бизнес, а за создание благоприятных условий этой деятельности – государство. Если главным фактором инновационного развития становятся наука, знания, то функции участников меняются. От производителей знаний главным образом зависит потенциал экономического развития, несмотря на то, что система, производящая знание, может не иметь стимулов к участию в «производственном процессе». Тем не менее наука должна принять на себя новую «миссию», связанную с практической реализацией новых знаний, при этом создание этих новых знаний также остается основной задачей университетов и академий. Таким образом, научная сфера расширяет спектр деятельности путем включения тех работ, которые ранее выполняли другие участники. Университеты, наряду с проведением НИОКР, берут на себя также и внедренческую деятельность. Правительство, помимо создания правил игры, формирует фонды венчурного финансирования. Из-за того, что каждый участник выполняет несколько параллельных функций, характер основной деятельности также меняется. Правительство может устанавливать требования к инновациям путем введения промышленных стандартов по безопасности и экологии.

В США опыт Массачусетского технологического института показывает, что связь университета с бизнесом в начале ХХI столетия привела к серии организационных инноваций в виде формального закрепления практики проведения систематических консультаций со специалистами из бизнеса и использования контрактов вместо неформальных связей.

Инициаторы этих изменений и пути развития в разных странах были различными. В США отношения правительства с университетами были установлены на основе адаптации схем, ранее существовавших в отношениях с фирмами. За исключением программ под держки сельского хозяйства, государственная научная политика в США формировалась в соответствии с миссией великой державы, принятой правительством страны. В первую очередь эта политика имела последствия для развития атомной и космической отраслей в период холодной войны с СССР. В других странах это движение начиналось по инициативе университетов: например, в Германии, в процессе становления и развития гумбольдианской системы образования.

Тем не менее до недавнего времени связи между фирмами и университетами на формальном уровне можно было расценивать как «эмбриональные». До начала «академической революции» теоретические и прикладные результаты науки распространялись преимущественно посредством тех институциональных механизмов, которые действовали в академической среде. «Академическая революция» ХIХ века состояла в том, что во многих развитых странах интенсифицировались неформальные контакты между учеными, технологами и экономистами, существовавшие в науке еще до начала ее институционализации. Однако научные и производственные процессы были интегрированы уже на более высоком уровне.

В разных странах «производство научного знания» формально закреплено за разными организационными формами, такими как академии наук, университеты; в последние годы прошлого века на многих крупных фирмах были созданы мощные подразделения, занятые фундаментальными исследованиями. По мнению многих экспертов, университеты имеют определенные преимущества перед другими формами выполнения научных исследований, где штат является стабильным, за исключением некоторых прорывных исследований, когда численность занятых быстро расширяется. Студенты привносят новые идеи в исследовательский процесс, как сами по себе, так и за счет контактов с профессорами и аспирантами. Причем это особенно важно потому, что в мобильной среде студенческих научных исследований можно легко проводить институциональные преобразования, если они потребуются. Однако такая ситуация контрастирует с возможностью оппортунистического поведения сотрудников в научно-исследовательской лаборатории, если они консервативны и трудно адаптируются к новым формам работы или тематике. Научная лаборатория фирмы как ячейка научного сообщества также имеет недостатки по сравнению с университетами. Внутрифирменные подразделения часто находятся в постоянном контакте с наиболее успешными клиентами. Экономические факторы редко дают возможность провести полный анализ накопленных данных, чаще – лаборатории отвечают на конкретно поставленные вопросы и решают непосредственную задачу клиента. Анализ полученных в течение продолжительного периода данных проводится чаще всего в сотрудничестве с академическими организациями, хотя бывают и исключения. Такие организации действуют на основе симбиоза, считая студентов накопленным запасом рабочей силы и передавая им опыт работы в области фундаментальных исследований.

Создание университетов также часто выбиралось в качестве стратегии развития в «догоняющих» странах и регионах и являлось базой для формирования промышленных кластеров. Один из элементов такой стратегии – формирование предпринимательских университетов, другой элемент – реструктуризация действующих университетов. Как только университеты принимают на себя новые обязательства по реализации инноваций, выполнение ими традиционных функций изменяется. Институт, который отвечает за развитие человеческого капитала, становится генератором экономической активности, следовательно, его отношения с бизнесом и государством расширяются.

Общее направление развития вузовского сектора повторяется уже во многих странах и состоит в эволюции от образовательного учреждения к исследовательскому, а затем – к предпринимательскому.

Первая фаза этого развития – возникновение научных групп внутри структуры университета, действующих как квазифирмы в направлении поиска альтернативных источников финансирования. Вторая фаза – участие исследователей в трансфере технологий фирмам через специальные промежуточные механизмы. Наконец, академические организации непосредственно вовлекаются в предпринимательскую деятельность и образуют фирмы. Исследовательские группы и фирмы сосуществуют на пограничных участках исследо вательской деятельности между университетами и другими институциональными образованиями.

Процедуры экспертизы, ранее локализованные внутри университетов в части дополнительно выполняемых ими функций, постепенно распространяются на сферу фундаментальных исследований.

Растущее число американских университетов выделяет небольшие доли своих фондов для капитализации новых фирм, чаще всего – на долевой основе с другими инвесторами. Это направление можно рассматривать как последнюю стадию в долгосрочном процессе включения традиционных менеджеров в области науки в рисковую стратегию деятельности. Университеты, которые объединяют интерес к фундаментальным исследованиям с практическими приложениями, на старой организационной основе осуществляют эти миссии с большим сопротивлением, потому что помимо научной и технологической деятельности они в этом случае должны иметь и штат высокоспециализированных менеджеров, что не всегда возможно.

Вместе с тем научные парки, которые ранее были статическими организациями, образуют динамические центры, способствующие образованию новых фирм. Ранее университет был базой существования научного парка, теперь научный парк становится базой образования нового технологического университета, который принимает на себя функции технологического развития региона.

1.8. Функциональные изменения связей в тройной спирали Выше мы рассмотрели изменения во взаимодействиях университетов и бизнеса. Одновременно изменения происходят в отношениях между частным и государственным секторами, между обществом и наукой, которые в не меньшей степени важны при формировании новой модели инноваций.

Во-первых, отношения между бизнесом и государством не должны более рассматриваться исключительно как отношения между национальным правительством и отдельными отраслевыми комплексами. Создание стратегических альянсов между корпорациями привело к тому, что границы традиционных отраслей оказались размытыми. В то же время правительства стран действуют на национальном и наднациональном уровнях. Корпорации занимают «глобальные позиции», оставаясь формально корпоративными структурами или союзами. Торговые блоки, такие как Европейский союз, NAFTA (страны, заключившие Североамериканское соглашение о свободной торговле и т.д.), MERCOSUR (МЕРКОСУР – общий рынок стран Южной Америки) обеспечивают новые возможности для того, чтобы преодолеть препятствия в развитии без ущерба для конкурентных преимуществ участников. Например, фирма Аэробус может решить любые экономические проблемы путем выбора альтернативных стратегий, сформированных на наднациональном уровне.

Образование глобальных сетей способствует ускорению трансфера технологий между фирмами-флагманами и локальными поставщиками, которые находятся в разных странах, и правительства этих стран могут использовать действия корпораций в интересах развития страны.

Во-вторых, движущая сила этих взаимных отношений – достижение максимума благосостояния. Эта категория не обязательно измеряется деньгами и уж тем более не соответствует оптимуму по Парето и положению равновесия. Потребитель становится настолько квалифицированным, что может непосредственно влиять на инновационную стратегию фирмы, и наиболее яркими примерами в этой области являются пользователи персональных компьютеров. Квалифицированный пользователь, равноправно общающийся с производителями, может вынудить фирму к рекурсивному движению, т.е. к отказу от введенного новшества, действующей производственной линии или программного обеспечения. Заметим, что движущие силы инновации не могут более быть определены как причины ex-ante, но скорее в терминах ожиданий, которые могут быть реально оценены только ex-post.

В-третьих, модель учитывает возможность воздействия ожиданий и тем самым оставляет свободное пространство для случайности и неопределенности. Институциональные составляющие тройной спирали могут быть функционально определены в том виде, в котором они существовали прежде, но переговоры между участниками работы могут привести к тому, что они будут изменены и в новой форме закреплены институционально. Таким образом, процесс инновации может быть представлен в виде последовательности, которая не совпадает с общепринятым делением по стадиям жизненного цикла инновации. Например, существуют предположения, что в отраслях ИКТ в ближайшем будущем доминирующее положение займет возвратный цикл инноваций, и создание продуктовых ниш окажется наиболее эффективным способом преодоления технологической конкуренции. Успешная инновация меняет технологический «пейзаж», предоставляя новые возможности для разных экономических агентов. Тем самым меняется и динамика направлений развития самих инноваций.

В-четвертых, повышение уровня образования и расширение научных исследований обеспечивают человеческим капиталом ту сферу деятельности, в которой ученые, менеджеры, технологи и экономисты должны иметь высокую мобильность и адаптационные возможности для понимания комплексной проблемы в целом, а не отдельных ее аспектов. Таким образом в экономике знаний не действуют простые критерии максимизации прибыли как отображение функции полезности индивидуума или общества. Функции полезности включают в такой экономике другие аргументы, такие как экономические и технологические возможности. Развиваясь, эти возможности позволяют обеспечить гармоничное соответствие между господствующим уровнем технологии и тем, который представляется достижимым. Непрерывное совершенствование технологии обеспечивается спиралью развития человеческого капитала, который непрерывно повышает квалификацию, одновременно снижая риски технологической безработицы.

В-пятых, модель объясняет, почему напряжение и конфликтность в спирали никогда не снимаются и ее развитие является постоянным переходным периодом. Разрешение конфликтов будет мешать возмущениям в системе, т.е. инновациям, которые возникают именно за счет потрясений и взаимодействий в подсистемах.

Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 29 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.