WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 23 |

Как известно, из если Т, то В и В логически не следует Т, т.е. при истинности результатов опыта, можно говорить лишь о той или иной степени вероятности теории. Таким образом, экспериментальное естествознание также можно рассматривать как разновидность определенной веры.

В связи с этим для установления реальных норм научности необходимо сначала исследовать феномен веры и указать ее место в системе знания.

Под верой я понимаю мотивированное предвосхищение познающим субъектом истинностного значения суждения (высказывания) без применения общезначимой процедуры установления его истинного значения. Следует различать субъективное знание на основе веры и объективное знание на основе исследования. Знание в последнем случае есть объективная информация о (не)принадлежности определенных признаков существующим предметам. В зависимости от мотивов предвосхищения истинностного значения суждения можно различать рациональную и иррациональную веру.

Под рациональной верой я понимаю веру, основанную на принципе:

верую, потому что это возможно, так как это мыслится непротиворечиво.

Этот принцип применим и в эмпирическом, и в математическом, и в философском познании. Так, в эмпирическом познании мы делаем вероятностное предположение об истинности теоретического высказывания Т на том основании, что наблюдение или эксперимент позволяют сформулировать эмпирическое высказывание В, которое не противоречит высказыванию В, выводимому a priori из теоретического высказывания Т. Иными словами, схема рассуждения ((Т В) В) Т, описывающая вероятностное обоснование истинности теоретического высказывания Т в точном языке классической логики высказываний, не содержит внутри себя противоречия относительно высказывания В. В математическом познании этот принцип веры возможен потому, что, как мы убедились выше, в этом познании отсутствует метатеоретическое доказательство непротиворечивости элементарной арифметики, построенной в виде некоторого логикоматематического формализма.

Аналогичным образом, очевидно, будет обстоять дело и в положительной теоретической метафизике с той лишь разницей, что в ней вера имеет место лишь до тех пор, пока не доказана непротиворечивость мыслимых в метафизике сущностей. Но как только достигнуто осознание непротиворечивости мыслимых в положительной теоретической метафизике сверхчувственных сущностей, то вера уступает место знанию.

Соответственно, под иррациональной верой я понимаю веру, основанную на принципе: верую, потому что абсурдно, т.е. мыслится противоречиво. Этот принцип исповедовал христианский богослов и писатель Тертуллиана (II в.н.э.).

Между тем об окружающем мире человек может построить самые различные концепции веры и знания исходя из критерия (не)противоречивости. Так, философ Лев Шестов высказал интересную мысль о том, что в мире "все происходит из всего"85. Конкретно это означает, что если принять дарвиновский закон эволюции и если бы мы могли наблюдать, допустим с помощью кинокамеры, длительный процесс превращения одного вида живых организмов в другой вид, а потом с большой скоростью спроецировать этот процесс на экран, то мы стали бы свидетелями чуда возникновения одного вида из другого. Этот эксперимент можно было бы сделать еще более интересным, если рассмотреть его с позиции непротиворечивой мыслимости развивающихся живых сущностей. Например, в эмпирическом мире не существуют крылатые лошади Пегасы как определенные животные, однако их можно мыслить логически непротиворечиво. Следовательно, исходя из критерия рациональной веры (верую, потому что мыслится непротиворечиво) есть все основания считать, что если поместить лошадей в такие условия, когда для их выживания потребуется способность летать, то со временем у них вырастут крылья, т.е. эмпирический мир пополнится крылатыми лошадьми.

Далее. Если считать возможным, например, строгое обоснование непротиворечивой мыслимости метафизических сущностей, то следует признать, что положительная теоретическая метафизика есть не что иное как аподиктическое знание, ибо непротиворечиво мыслимое, является реально существующим и мы, используя аналитические либо синтетические суждения a priori, можем легко установить необходимую истинность высказываний положительной теоретической метафизики. Особенно важные последствия для теологии имеет непротиворечивое суждение о сверхчувственных сущностях, т.е. о существовании Бога.

Вернемся еще раз к понятию "Бог". Так, если в метафизической части теологии утверждается существование абсолютно разумной, абсолютно всемогущей сверхчувственной сущности и мы располагаем строгим доказательством ее непротиворечивой мыслимости, то следует признать, что в данном случае мы располагаем в границах теоретического разума аподиктическим знанием о Боге. Если же Бог - чувственно-сверхчувственная сущность, как это считается в исторически сложившихся мировых религиях - христианстве, исламе и буддизме, - то следует признать, что в случае признания непротиворечивости описания этой сущности, мы располагаем о ней информацией на уровне рациональной веры. Для христианина, например, это означает, что вопросы о том, было ли первое пришествие Иисуса Христа, будет ли Его второе пришествие - это вопросы рациональной веры, а не знания.

Окружающий человека мир дает также повод и для иррациональной веры в существование Бога, так как в глобальных концепциях описания мира, видимо, невозможно избежать формально-логических противоречий.

Так, можно выделить факты, которые непротиворечиво объясняются в рамках локальной теории, но есть и такие факты, которые невозможно непротиворечиво объяснить в рамках глобальной единой теории. На сегодняшний день, например, не существует теории единого поля, хотя теории отдельных физических полей (электромагнитного, гравитационного и др.) можно описать непротиворечиво. Это с одной стороны. С другой стороны, есть все основания рассматривать природу как единое целое. Мотивация такого положения вещей заключается в том, что ограниченный человеческий интеллект не в состоянии строить о мире глобальные непротиворечивые теории, а поскольку интуитивно ясно, что мир един, то следует допустить существование высшей всеведущей сверхчувственной сущности, т.е.

Бога, в абсолютно сильном интеллекте которого все противоречия снимаются. Таким образом, субъект познания может судить об окружающем мире, исходя из принципа рациональной веры (Бог существует как чувственно-сверхчувственная сущность), так и признать существование Бога как сверхчувственной сущности на основе иррациональной веры при условии, что для него неубедительны все обоснования непротиворечивости содержания понятия "Бог".

Сказанное позволяет трактовать рациональную веру как содержательный "мост" от мира сверхчувственного к миру чувственному (см. пример с Пегасом), а иррациональную веру - в качестве "моста" от мира чувственного к миру сверхчувственному. Иначе говоря, на основе рациональной веры можно формулировать метафизические гипотезы о причинении чувственного мира сверхчувственным миром, а на основе иррациональной веры - о причинении сверхчувственного мира чувственным миром.

Нетрудно показать, что противоречивость может быть не только мотивом иррациональной веры, но и основанием получения знания о ложности теоретических высказываний о мире. Так, например, если в эмпирическом познании мира мы в результате наблюдения либо эксперимента устанавливаем ложность эмпирического высказывания В, и тем самым устанавливаем истинность эмпирического высказывания В, а из теоретического высказывания Т, (например, об элементарных частицах) предварительно логически вывели эмпирически проверяемое высказывание В, т.е. получили противоречие, то из этого следует ложность теоретического высказывания Т. Схему данного рассуждения в точном языке логики высказываний можно выразить в виде следующего закона логики высказываний:

((Т В) В) Т, соответствующего правилу вывода modus tollens: Т В, В Т, а сам этот способ опровержения теоретических высказываний получил, как известно, название принципа фальсификации и был впервые сформулирован Карлом Поппером86 в отличие от рассмотренного выше принципа верификации ((Т В) В) Т, сформулированного философами Венского кружка87.

Противоречивость и непротиворечивость мыслительных конструкций, лежащих в основе иррациональной и рациональной веры, относятся к логическим (в широком смысле) мотивам веры. Поэтому рациональную и иррациональную веру можно отнести к разновидностям логической в широком смысле веры. В то же время возможны и такие мотивы веры, как:

- верую потому, что это ведет к добру. Этот мотив конституирует этическую веру;

- верую потому, что это красиво. Он формирует эстетическую веру;

- верую потому, что это полезно или приятно. Соответственно эти мотивы конституируют прагматическую и гедонистическую веру.

Считаю, что на веру влияют как потребности разума или души человека, так и потребности его тела. Эти потребности актуализируются в виде интеллектуальной и чувственной интуиции человека. Я не одинок в признании существования интеллектуальной интуиции. Как известно, Лейбниц в противоположность Канту признавал существование интеллектуальной интуиции. И в таком признании, на мой взгляд, есть большой резон.

Ибо чем иным, как не наличием интеллектуальной интуиции, можно объяснить способность некоторых людей, не изучавших никогда логику, при необходимости в споре либо полемике быстро развертывать необходимые доказательства либо опровержения. Таким образом, вера имеет глубокие психосоматические основания. Поэтому любая попытка разрушить или изменить веру человека на чисто дискурсивном уровне - в виде рациональной дискуссии или пропагандистских разъяснений - имеет невысокие шансы на успех. Подобные формы воздействия на человека с целью изменения его отношения к вере имеют шанс завершиться успешно лишь в том случае, если в иерархии всех ценностей данного человека приоритетное место занимает поиск истины и данная личность обладает высокой нравственной и логической культурой. Конечно, изменение веры может непредвиденно произойти в результате радикальных психофизических изменений человека, под воздействием болезней, травм и различного рода потрясений. Низкая культура мышления и отсутствие желания познать истину развивает у человека фанатичную веру, т.е. такую, которую, с одной стороны, нельзя поколебать никакой аргументацией, а с другой стороны, такую веру, которая в зависимости от темперамента человека и других ценностных установок толкает его на бескомпромиссную борьбу с инакомыслием и иноверием, вплоть до физического преследования и даже уничтожения лиц, исповедывающих другую веру.

Встает вопрос: почему люди всеми силами и при всех обстоятельствах стремятся сохранить веру и резко осуждают акты вероломства Ответ на этот вопрос может дать сравнительный анализ функционального назначения веры и знания в механизме поведения человека. Вера и знание, приводя в действие волю человека в поведенческом процессе, выполняют функцию ориентации в мире, планирования его жизненных устремлений. Оказывается, однако, что ориентация человека в мире на основе веры более удобна, чем ориентация на основе знания. Прибегая к техническим аналогиям, можно сказать, что вера, как некое реле, автоматически, без дополнительных нервных затрат и усилий со стороны человека руководит его поведением, хотя убеждения, основанные на вере, исключая случаи абсолютной веры, на мой взгляд, являются более слабыми, чем убеждения на основе знания.

Ориентация же в мире на основе только знания невозможна потому, что на любой момент времени у человека и человечества в целом сумма имеющегося знания всегда оказывается меньше объема знания, необходимого для обеспечения его успешной практической деятельности в мире.

Это также повышает авторитет веры как в менталитете отдельных людей, так и в менталитете различных сообществ, включая религиозные общины и этико-культурные общности. Самое главное, на мой взгляд, - для людей, не имеющих в качестве главной жизненной ценности поиск истины и не обладающих определенным уровнем культуры мышления, утрата имеющейся веры равносильна утрате смысла жизни. Такие люди при отсутствии потребности и, быть может, способности к рефлексии, в случае крушения символов их веры, не способны осуществить переоценку своих жизненных ценностей и обречены на состояние духовного вакуума, что делает их реальную жизнь в их собственных глазах совершенно бессмысленной и, в конечном счете, толкает их на уход из жизни. К сожалению, видимо, эти люди не способны воспользоваться в качестве правила жизни известным изречением поэта Н. Заболоцкого: "Душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь", которое постоянно корректирует веру человека, предохраняя ее от обвального падения. Крушение веры заставляет этих людей врасплох и обрекает их на трагическую безысходность Что же касается категории людей, приоритетной ценностью для которых является поиск истины, которые обладают определенными аналитическими способностями, склонностью к рефлексии и трезвому самоанализу, то у них постоянно идет работа разума и души, постоянная незаметная трансформация и корректировка соотношения знания и веры. Люди такого склада слывут в народе мудрецами, у них, как правило, имеется иммунитет к утрате смысла жизни. Но как бы ни было велико значение веры, человеку и человечеству в целом важно помнить о том, что знание, основанное на вере может оказаться ложным и, следовательно, рано или поздно отрицательно повлиять на человеческую жизнедеятельность. Поэтому везде и всегда необходимо создавать условия для проверки истинности знания, осуществлять проверку и заменять веру знанием.

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 23 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.