WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 46 | 47 || 49 | 50 |   ...   | 54 |

Но даже не соглашаясь с оценкой мифологического мышления как полноценного научного и лишь оперирующего другим кругом явлений, можно быть уверенным в том, что его глубокие механизмы в разных формах продолжают действовать во все времена.

В индивидуальной психологии способность к мифологизации может выступить в качестве мощного творческого или терапевтического фактора. Попытка З. Фрейда была, возможно, самой заметной героической вылазкой разума против иррационального в человеческой психике. Как было сказано, на кушетку психоаналитика легла вся западная культура этого столетия. Была ли в результате этого открыта «научная истина» Едва ли, и все же не в этом дело. В главе X, названной «Эффективность символов», К. Леви-Стросс показывает, что важно одно: дать больному язык для выражения до того невыразимого, способы же выражения и побочная семантика этого языка могут быть в высшей степени произвольны, ибо анализ психоаналитика есть творимый миф.

В социальной психологии коллективное переживание мифа играет огромную стабилизирующую роль. На протяжении всей истории человечества гуманитарное знание вновь и вновь воспроизводит характерные образцы мифомышления, и рационализм К. Леви-Строссаэтнографа следует воспринимать с этой поправкой. Бэконианские призраки не исчезли от того, что на них указали пальцем, и шепчут нам что-то о нас самих. В исследовании природы бэконианский идеал был реализован за три с половиной столетия с величайшей последовательностью, но мир, в который он привел человечество, стал по-новому неустроенным и еще более опасным.

Анализ мифов, проделанный К. Леви-Строссом и направленный на выявление их глубинной структуры, подробен и блестящ. Но интерпретация социального функционирования этой структуры далеко не однозначна.

Работы К. Леви-Стросса уже заняли свое историческое место, как памятник целой эпохи в истории гуманитарного исследования. Образцом такого исследования считалась лингвистика, отчасти в силу замечательной определенности объекта лингвистического изучения –– изначальной совокупности текстов.

336 Ч IV. Я,, Для лингвиста текст есть реальность –– он звучит или записан, на камне или на бумаге. Между тем этнограф или культуролог, готовый объявить текстом тип поведения, обряд или даже «всю культуру», иногда скрывает от себя тот простой факт, что превращение этого обряда или типа поведения в языковый текст и есть решающий этап его работы. При этом отношение такого превращенного текста к внетекстовой реальности перестает быть в центре внимания исследователя, как только превращение в текст завершено. Между тем «текста культуры» не существует, он может лишь заново и заново создаваться, каждый раз по-разному огрубляя и структурируя реальность. Идеал полноты описания и потому его максимальной точности, хотя и недостижимый, всегда остается существенным и для лингвиста. Но уже специалист по мифологии может жаловаться на «избыточность материала».

Есть существенная разница между изучением предмета и изучением описания этого предмета, каким бы научным такое описание ни казалось, и главная проблема структурализма, вероятно, содержится в вопросе: структуру чего он изучает В глазах автора этой рецензии, профессионального математика, два десятилетия пристально и пристрастно следившего за гуманитарной работой своих современников, гуманитарное исследование, по словам итальянского филолога Умберто Эко, есть «открытое дело».

Систематическое проведение хорошо определившей себя методологии компенсируется и уравновешивается в нем проницательными фантазиями эссеита и визионера. К. Леви-Стросс как человек и ученый представляет в своей работе оба эти полюса, что в немалой степени определяет привлекательность его книг и их открытость для критики. Стоит ли долго сетовать на преувеличенный логицизм некоторых его формулировок К счастью, он непоследователен.

В замечательной работе Ольги Михайловны Фрейденберг «Введение в теорию античного фольклора», где исследовано переходное состояние от мифологической образности к понятийному мышлению, на удивительном примере демонстрируется, как человек рационализирует изначально иррациональное и архаичное. В средние века исход судебного процесса между мужчиной и женщиной мог решаться поединком. При этом мужчину по пояс зарывали в землю. «Этим он уподоблялся женщине, становился Геей в ее классическом образе: однако такая метафористика, пройдя через каузализацию, объяснялась желанием сделать скидку на слабость женщины, уравнять силы мужчины с женскими».

Таким образом, магическое действие, уподобляющее мужчину женщине-Гее-Земле, переосмысляется как бытовое: женщине дают «фоС, ру» по ее слабости. Но такое истолкование происходящих действий не делает их рациональными по сути, они входят в систему, которая подчиняется скрытой логике мифомышления. Развивая эту мысль, О. М. Фрейденберг продолжает: «Так примерно продвигается вперед вся человеческая культура. Условная от конца и до начала, возведенная из кирпичей давно забытого мировосприятия, она беспрерывно претендует на логичность и целесообразность своих выражений. Она верит в прогресс и в новшество. Наука осторожно и скромно поправляет в ее руках вожжи. Но люди противятся таким жестам... Солнце, бедный тотем, показывается людям за несколько оболов только на пляже»5.

Фрейденберг О. М. Миф и литература древности. М., 978. С. 62–– 63.

Ватикан, осень В конце прошлого года многие периодические издания сообщили своим читателям, что Римская Католическая Церковь признала дарвиновское учение об эволюции. Эта информация была основана на тексте послания, которое глава Католической Церкви Иоанн Павел II адресовал пленарному заседанию Папской академии наук.

Этот необычный институт состоит из 70 членов –– ученых мира, пользующихся высоким научным авторитетом. Их выбирает Папа по рекомендации Совета Академии и по предложению академических кругов. Академия призвана «умножать славу науки», а также «поддерживать исследования». Ежегодно она проводит научные сессии и публикует результаты дискуссий в специальном издании.

Вид на Ватикан со смотровой площадки купола собора Св. Петра Впервые опубликовано: Природа. 997. № 8.

В, 1996 Мы попросили известного математика, члена-корреспондента РАН, являющегося членом Папской академии наук, прокомментировать это событие.

. Несколько холмов, обнесенных стеной, к западу от Тибра, к которому обращена колоннада Сан-Пьетро, в плане похожая на жвалы большого жука, –– это Ватикан. Академии отведен особняк, прячущийся в низине, Казина Пия IV. Сады пусты и тихи, уличный грохот Рима скорее стоит в ушах, чем слышен.

Папская академия была основана в 603 году, но в современном виде существует только после коренной реформы, проведенной Пием XI в 936 году. Согласно уставу 936 года, цель Академии –– способствовать прогрессу математических, физических и других естественных наук и изучению связанных с ними гносеологических проблем, членство в Академии не связано с какими бы то ни было ограничениями по этническому или религиозному признаку. В ее состав входили М. Планк, Н. Бор, Э. Резерфорд, Э. Шрёдингер, Ч. Шеррингтон, В. Вольтерра. В 996 году я имел честь быть избранным в Академию вместе с моим коллегой С. П. Новиковым, биохимиком и Нобелевским лауреатом ( 980) П.Бергом, астрономом В.Рубин, биологом и Нобелевским лауреатом ( 958) Дж. Ледербергом. Научные сессии 996 года были посвящены происхождению и ранней эволюции жизни и возникновению структуры во Вселенной на уровне галактик.

Папа Иоанн Павел II дважды в этом году обращался с посланиями к Академии. Во втором из них, от 29 ноября, он писал:

«Одна из задач вашей Академии –– предоставлять святому престолу и Церкви по возможности полную и современную картину новейших открытий в различных областях научного знания. Этим вы способствуете росту взаимопонимания между наукой и верой.

В прошлом взаимные недоразумения порой определяли эти отношения. К счастью, Церковь и научное сообщество могут сегодня рассматривать друг друга как партнеров в общем стремлении ко все более совершенному пониманию Вселенной, той сцены, по которой человек идет сквозь время навстречу своему трансцендентному предназначению. Плодотворный диалог происходит между этими двумя видами знания: тем, которое полагается на природную силу разума, и тем, которое проистекает из явленного вмешательства Бога в человеческую историю. … Оба вида знания суть чудные дары Творца.

Яркий пример общего интереса науки и религии, более того, их нужды друг в друге –– тема вашего нынешнего собрания: „Возникнове ние структуры во Вселенной на уровне галактик“. Этой конференцией 340 Ч IV. Я,, вы завершаете общий обзор физического космоса. Потрясающе, что с помощью сложной современной техники вы „видите“ не только обширность Вселенной, но и невообразимую энергию и динамизм, пронизывающие ее. Еще более поразительно то, что, поскольку сигналы от ее самых дальних областей передаются светом с конечной скоростью, вы способны „заглянуть“ в отдаленнейшие прошлые эпохи, а не только описывать процессы, происходящие сегодня. Надежно установленные экспериментальные результаты позволяют вам построить общую схему или модель, прослеживающую полную эволюцию Вселенной: от бесконечно краткого мгновения начала времени до настоящего и далее, в отдаленное будущее.

Вы, люди науки, внимая огромной пульсирующей Вселенной и разгадывая ее тайны, осознаете, что в некоторых точках наука, видимо, достигает той таинственной границы, у которой ее вопрошание соприкасается со сферами метафизики и теологии. В результате этого нужда в диалоге и сотрудничестве науки и веры становится все более животрепещущей и многообещающей».

2. Невдалеке от Сан-Пьетро –– крепость XVI века, Кастель-ди-СантАнджело, построенная на остатках гробницы императора Адриана.

Вмазанная в стену доска напоминает об императоре его пронзительным пятистишием, обращенным к душе, отлетающей в туман и холод, где ей уже не предаваться милым играм:

Animula vagula, blandula, Hospes comesque corporis, Quae nunc abibis in loca Pallidula, rigida, nudula, Nee, ut soles, dabis iocos.

Стоическая печаль прощания с жизнью вместо пламенных фантазий о воскрешении и воздаянии, к которым римляне относились с некоторой интеллектуальной брезгливостью.

На Палатинском холме тоже тихо. Фасады развалин отделены от редких туристов решетками, как слоны в зоопарке.

Католическая Церковь унаследовала античную роскошь праздничных одежд, архитектуру вилл и гражданскую страсть патрициев к жизнеустроительству. Традиционный титул Папы Pontificus Maximus Душа маленькая, хрупкая, потерянная, Тела спутник и гость, Ты сходишь теперь в места Блеклые, холодные, туманные, Где тебе уж не предаваться милым играм.

В, 1996 означает «Верховный мостостроитель» и был когда-то титулом цезаря как верховного жреца.

Светский Рим, шумящий вдоль магистралей, унаследовал варварские штаны германцев и варварские автомобили американцев.

Наши радиотелескопы, масс-спектрометры и теории Великого Объединения –– плоды предприимчивого неоязычества и почти разочаровавшегося в самом себе Просвещения. В Риме времена прорастают друг сквозь друга, и Вера Рубин, одна из открывателей таинственной темной материи, участвующей только в гравитационном взаимодействии, гуляет под сводами Сикстинской капеллы и разглядывает Сотворение Мира.

Сотворение мира «по-научному» вызывает у Иоанна Павла II сильный эмоциональный отклик, но в свое время Галилей был подвергнут допросу и девятилетнему домашнему аресту за куда менее грандиозные обобщения, и стоит вслушаться, с какой осторожностью Папа касается этой болезненной истории в своем послании к Академии от 22 октября, где несколько последующих абзацев посвящены биологической эволюции:

«Принимая участников пленарного заседания вашей Академии 31 октября 1992 года, я уже имел случай, в отношении Галилея, привлечь внимание к необходимости строгой герменевтики при интерпретации Откровения. Следует отделить собственно содержание Священного Писания от его необязательных толкований, вкладывающих в него то, чего в нем не содержится. Чтобы отграничить область своей компетенции, экзегет и теолог должны быть осведомлены о достижениях естественных наук».

Логическая структура аргумента такова: Писание истинно, Галилей тоже был прав, но так как истина не может противоречить истине, не правы были те, кто усмотрели такое противоречие. (Напомню, что основное обвинение, предъявленное Галилею, гласило, что его защита коперниканства «наносит вред святой вере, поскольку наводит на мысль, что Писание ложно».) Если я правильно понимаю, формальная реабилитация Галилея все еще не состоялась.

Как бы то ни было, Папа созерцает огромный Мир, образовавшийся после Большого взрыва и, словно вспомнив прежние свои годы (Кароль Войтыла в юности –– режиссер и драматург), выводит на его космическую сцену человека, «идущего навстречу своему трансцендентному предназначению».

Затем в послании начинается обсуждение эволюционной теории.

Самое цитируемое место послания –– «теория эволюции есть более чем гипотеза» –– в более широком контексте звучит так:

342 Ч IV. Я,, «Принимая во внимание состояние науки своего времени, а также требования теологии, энциклика „Humani generis“ (1950) уже рассматривала доктрину „эволюционизма“ как серьезную гипотезу, достойную глубокого изучения наряду с противоположной гипотезой.

Пий XII добавил два методологических условия: что это мнение не должно считаться окончательно доказанным и позволяющим полностью отвлечься от Откровения в существе вопроса. Он также сформулировал условие, при котором это мнение совместимо с христианской верой, к которому я вернусь ниже.

Сегодня, спустя почти полстолетия после публикации энциклики, новые открытия приводят к признанию того, что теория эволюции есть более чем гипотеза. Замечательно, что эта теория все шире принимается учеными вследствие серии открытий в разных областях знания. Не ожидавшаяся и не сфабрикованная внутренняя согласованность результатов этих работ, которые велись независимо, сама по себе служит значительным аргументом в пользу теории».

Все сказанное относится к биологической эволюции. Но с возникновением человека, утверждает далее Папа, мы оказываемся перед «онтологическим скачком», метафизическим разрывом, который нарушает физическую непрерывность:

«Пий XII подчеркнул существенный момент: если человеческое тело возникает из предсуществовавшей живой материи, то его душа непосредственно создана Богом.

Следовательно, те теории эволюции, которые, в соответствии со своими философскими установками, рассматривают разум как явление, возникающее из внутренних механизмов живой материи, или просто как эпифеномен материи, несовместимы с истиной о человеке и не способны обосновать достоинство человека».

И далее:

Pages:     | 1 |   ...   | 46 | 47 || 49 | 50 |   ...   | 54 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.