WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 20 |

Достаточно примеров противоречивого характера взаимодействия системы “способности - потребности” дала практика перехода нашей страны к рынку, когда способные инженеры, учителя, врачи, оказавшись безработными, для удовлетворения своих потребностей и потребностей семьи начали заниматься “челночным” бизнесом или торговлей, а представители криминального мира, располагая, в основном, только развитыми физическими способностями, обеспечивали себе высокий уровень удовлетворения потребностей.

Однако реальная жизнь изобилует такими примерами, в которых способность к труду со временем приобретает черты привычки и даже потребности трудиться, а в потребностях индивида проявляется не одна лишь нужда в средствах жизни, обусловливающая потребность трудиться, но и способность дорожить одними общественными отношениями, отвергать другие и быть равнодушным к третьим.Подчеркивая взаимосвязь способностей и потребностей, наши ученые справедливо отмечают, что человек с бедными потребностями, а значит, и с неразвитыми способностями, легко становится послушным орудием социальных и идеологических манипуляций и, наоборот, если личность обладает сложной, динамичной системой потребностей и способностями к “включению” Куделин Е. Г. Диалектика производства и потребностей. М. 1977. С. 17; Мялкин А. В. Способности и потребности личности: Диалектика формирования. М. 1983. С. 21.

Алексеев Н. И. Диалектика труда при социализме. М., 1979. С. 54.

Мосоров А. М. Общественные отношения и человек. Красноярск, 1987. С. 31-32.

в более развитые общественные отношения, то она неизбежно вступает в борьбу за преодоление бедности реального содержания общественных отношений, в борьбу за углубление и расширение личной свободы.1 Правда, общественная практика в нашей стране, подчас, казуистически выдвигала наверх людей с бедными способностями и потребностями, в то время как в подчинении оказывались разочаровавшиеся и поэтому замкнувшиеся, а иногда и просто превратившиеся в алкоголиков, таланты.

Вместе с тем внимание советских специалистов в рассмотрении данной проблемы фиксировалось на отчуждении способностей работника в процессе труда и самовозрастания капитала, а перспективы их развития и совершенствования связывались с общественной формой собственности; в свою очередь, потребности представлялись как порождение только производства, наполненные при капитализме индивидуалистическим смыслом и потребительской ориентацией, а при социализме - достаточно равными и высокого уровня.Подчеркивая объективный характер потребностей, обусловленный приматом производства, отечественные экономисты, опираясь на К. Маркса, отмечали, что потребности, во-первых, удовлетворяются благами, которые являются результатом соединения двух элементов - вещества природы и труда, вовторых, имеют общественно-исторический характер и выражают экономические отношения, в-третьих, включают не только материальные, но духовные и социальные потребности, в-четвертых, являются значимыми только тогда, когда носят массовый, привычный характер и удовлетворяются благами природно-трудового происхождения. В основу анализа потребностей, как и способностей, закладывалось экономическое положение ассоциированных производителей и их отношение друг к другу при данной социальной системе общества. Нестерова Д. В. Экономический рост: проблемы управления и гуманизации. Екатерибург.

1992. С. Личностный потенциал работника: проблемы формирования и развития. М., 1987. С. 47-48.

Левин Б. М. Социально-экономические потребности: закономерности формирования и развития. М., 1974. С. 23, 31.

Таким образом, из марксистской теории, основанной на примате производства и социально-антагонистическом подходе, вытекают выводы, развернутые нашей официальной наукой, что: 1) личные потребности индивида обусловлены его отношением к средствам производства и зависят от уровня развития производительных сил и соответствующих им производственных отношений, 2) что потребности порождаются только производством и не могут возникать в распределении, обмене и потреблении. В этой связи Б. М.

Левин, выделяя функции потребления, пишет, что среди прочих оно лишь “...

показывает, как производство порождает новые потребности.”1, а П. Мстиславский, определяя потребности как идеально полагаемый предмет производства, делает вывод, что теория “потребностей как движущей силы развития имеет идеологические гносеологические корни.Решая вопрос о том, являются ли потребности и потребление политэкономическими категориями, марксисты открыли в конце 60-х - первой половине 70-х гг. дискуссию о трактовке положения К. Маркса, выдвинутой им в работе “Введение. (Из экономических рукописей 1857-1858 годов)”, что потребление лежит вне экономики.3 Одни экономисты, ссылаясь на известное положение К.

Маркса о потребительной стоимости как предмете товароведения, полагали, что производственные отношения возникают в процессе производства, распределения и обмена, но не в потреблении.4 Другие полагали, что потребление выражает экономические отношения, складывающиеся на других стадиях воспроизводства и как бы “задающиеся” ими; регулирование потребностей осуществляется под воздействием экономических зако Левин Б.М. Социально-экономические потребности: закономерности формирования и развития. М., 1974. С. 40.

Мстиславский П. Основной экономический закон социалистического общества // Коммунист. 1968. № 11. С. 24.

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.12. С. 715.

Румянцев А. М. О категориях и законах политической экономии коммунистической формации. М., 1965. С. 17.

нов, всегда и везде выражающих производственные отношения, а поэтому потребности и потребление отражают реализующиеся в них отношения.1 Третьи, ощущая ограниченность подхода к потреблению как категории, выражающей одни лишь экономические отношения, подчеркивали в потреблении не только продолжение процесса воспроизводства, но и общественно-исторический характер потребления. Так, Н. Д. Колесов отмечал, что потребление всегда выражает определенные общественные отношения и имеет исторический характер.Постоянно “спотыкаясь” о доминирующую роль производства и его всеобусловливающий характер развития человека, его способностей и потребностей, наша наука пришла в конце концов к выводу, что, во-первых, уровень, структура и экономическая эффективность материально-производственных факторов напрямую определяют структуру и динамику личного потребления3, во-вторых, потребительский спрос должен неизбежно отставать от роста производства,4 и, наконец, в-третьих, “свободная индивидуальность, основанная на универсальном развитии индивидов”5 связана с уничтожением антагонистических классов и обобществлением.

В этом контексте необходимо было решить еще одну важную проблему:

какой фактор в системе производительных сил имеет наиболее революционное, определяющее значение - вещественный или личный. Справедливости ради следует отметить, что мнения советских экономистов по этому поводу разделились. Одни отдавали приоритет личному фактору,6 другие настаивали на первоочередном, решающем значении объективного, вещественного фактора произ Левин Б. М. Указ. соч. С 42-43; Шутов И. Н. Личное потребление при социализме. М., 1972. С. 41.

Экономические проблемы строительства коммунизма. С. 12.

Шутов И. Н. Личное потребление при социализме. М., 1972. С.16.

Шутов И.Н. Указ. соч. С.11; Миженская Э.Ф. Личные потребности при социализме. М., 1974. С.117.

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46. Ч. I. С. 100.

Пуляев В.Т. Главная производительная сила социалистического общества и экономические законы ее развития. Л., 1979. С.12.

водства.1 Однако ни те, ни другие не делали попытки рассмотреть созидающего индивида во взаимосвязи его способностей и потребностей.

Таким образом, доктрина К. Маркса, опирающаяся на примат производства и классовый подход, недооценивает влияние сферы потребления на сферу производства, не позволяет дать полное научное обоснование возрастающей роли человека в их взаимодействии, исключает изучение форм потребительского поведения и потребностей как отражения реализации общего закона подчинения производства удовлетворению потребностей, индифферентна к социокультурным, нравственно-психологическим аспектам отношения индивида к трудовой и потребительской деятельности.

Поэтому все попытки отечественных экономистов создать теорию потребления и осмыслить ее до такой степени, что бы она могла быть включена в учебник политической экономии, так и остались на уровне призывов.

В отличии от К. Маркса, буржуазная экономическая наука, отдавая примат потреблению и рынку, восполнила пробелы марксизма, ориентируясь на различные типы экономического поведения человека, соотносимость им своих потребностей с полезностью товара, на факторы, определяющие потребительский выбор. Опираясь на мотивационные стимулы деятельности индивида, уровень его интеллекта, информированность и компетентность, включая в экономическую теорию элементы психологии - милосердие, традиции, отношения, стереотипы поведения и установки, - буржуазные теоретики не только преодолели одноплоскостное, социально-классовое видение перспектив цивилизации, но и показали в них значение и роль благосостояния и комфорта в обществе.

Вместе с тем нельзя и преувеличивать значение субъективных факторов в поведении человека. Повышение его роли в созидающей и преобразующей деятельности в сфере производства и потребления лежат объективные процессы, а значит, положения марксистской теории при рассмотрении взаимосвязи способностей и потребностей человека, отражающей диалектику производства и потребления, не могут быть отброшены и преданы забвению.

Игнатовский П.А. Экономическая жизнь социалистического общества. М., 1983. С.14.

Поэтому в основу анализа взаимодействия способностей и потребностей, возрастания роли потребления и, одновременно, причин возникновения и развития маркетинга должен быть положен многофакторный подход, охватывающий как объективно-заданную, так и субъективно-волевую составляющие способов трудовой и потребительской деятельности индивидов. Активизация человека в потреблении, вызванная изменением его положения в производстве, обусловливает переплетение мотиваций в производственной и потребительской деятельности, в жизненных целях и ориентациях, интегрируемых им как в трудовую, так и внетрудовую сферу, погруженную в сопряженное воздействие экономических и внеэкономических отношений. Нарастающая зависимость производства от потребления, поначалу выраженная только как общеэкономический вектор (в потреблении продукты “угасают”, без потребления нет производства) и связанная с совершенствованием производственного процесса - неиссякаемого источника познавательно-преобразующей деятельности хозяйствующего субъекта, - затем, с развитием экономической системы и усложнением рыночного механизма, объективно повышает экономический интерес к сфере потребления и потребностям как совокупности факторов, от которых так же, как и от производственных, зависит эффективность труда, снижение неопределенности на рынке, уменьшение производственно-коммерческого риска. Таким образом, объективные процессы, происходящие в сфере общественного производства и обусловливающие изменение в нем роли человека, во-первых, все больше сопрягаются, зависят от потребительской деятельности индивида, а вовторых, накладываются на субъективные интересы работника и предпринимателя в создании соответствующих условий жизнедеятельности, условий не только труда, но и потребления.

Возрастание роли потребления и его воздействия на сферу производства в своей основе опирается на становление общественной потребности в универсально-развитом индивиде, постепенную переориентацию общественного производства с производства продукта на производство человека, его способностей и потребностей, с труда, как источника потребительных стоимостей на труд, как способ развития и самовыражения личности, с накопления общественного богатства в товарно-денежных формах на накопление “человеческого богатства”.

В этой связи представляется продуктивной попытка некоторых экономистов рассматривать этот процесс переориентации общественного производства как этапы совершенствования господствующего типа социальности, детерминирующего механизм и пределы развития индивида через выделенные К. Марксом “отношения личной зависимости”, “личной независимости, основанной на вещной зависимости” и “свободной индивидуальности”,1 соотнося их с типом экономического роста.При этом формы общественной трудовой деятельности, являющиеся одновременно и ступенями развития человека, связываются авторами с тремя стадиями разделения труда, а его роль в экономической системе - с принципиальными переломами в соотношении средств производства и рабочей силы.На первой стадии разделение труда основано на естественно-природных факторах, а поэтому и на естественно-природной сращенности предпосылок труда с самим трудом. Натуральный тип социальной связи обусловливает отношения личной зависимости и внеэкономическое принуждение. Он выступает как господствующий тип социальности и “неразвитая целостность”.4 Эти характеристики предопределяют доиндустриальный тип экономического роста.

На второй стадии разделение труда базируется на характере применяемых средств труда. Из него же вытекает и вещная (товарная) форма социальной связи. Отношения вещной зависимости, экономическое принуждение предопределяют другой господствующий тип социальности: “полную опустошенность индивида”, означающую перенесение его интересов за пределы труда и производства, в основном, в сферу потребления. Такая форма общественно-трудовой Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46. Ч. I. С. 100-101.

Нестерова Д. В. Указ. соч. С. 67.

Там же. С. 65, 67-68.

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46. Ч. I. С. 105.

деятельности образует основу индустриального типа экономического роста, обусловливает доминирующее значение в нем вещественных факторов производства, целевую направленность производства на увеличение богатства в вещной форме и подчиненность работника этой цели.

На третьей стадии разделения труда, базирующейся на общественных свойствах человека и его способностях, вытекает непосредственнообщественная форма связи, свободный труд и свободная индивидуальность как господствующий тип социальности, которому соответствует универсально развитый индивид. Эти способности альтернативны вещному, индустриальному типу экономического роста. С точки зрения целей этот тип экономического роста можно определить как гуманизированный, а с точки зрения средств достижения этих целей - как интеллектуалоемкий.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 20 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.