WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |

- Ну и как распорядились - Люди почувствовали дух свободы. Начали приучаться к самостоятельной жизни. Конечно, всем было нелегко, сразу из бывшего директора предприятия знатока рынка не рождается.

Да, дали свободу предприятиям и трудовым коллективам: директора можно избирать, можно не избирать. Предприятия стали перечислять прибыль в фонд зарплаты. Мы проанализировали эту тенденцию, оказалось, что директор, что рабочий - никто хозяином себя не чувствует, и тот и другой - оба ведут себя как наемные работники - не хозяин и не собственник, даже частично. Таким образом, стало понятно, надо сделать еще шаг и наделить их некими правами собственности, создать заинтересованность, чтобы человек накапливал средства и вкладывал их в техническое совершенствование завода. Он должен знать, что завтра ему возвратится сторицей, никуда вложения не денутся, это останется его собственностью. Так нащупывались первые подходы к решению этой проблемы. Я описал, как подходили к осознанию того, что с помощью чисто внешних изменений хозяйственных форм, механизмов распределения прибыли без формирования реального чувства хозяина, собственника, дело с ального развития и регионального хозрасчета, организационным структурам управления и поиску их оптимальных решений. Материалы конференции были опубликованы в книге «Экономическая реформа: поиск решений» (М. 1990).

места не сдвинется. Пусть это будет коллектив, группа руководителей, может быть, один руководитель, - не потому что люди недисциплинированные, а потому, что такова психология наемного работника. Была и остается. Что касается снижения производительности труда и снижения темпов роста производства:

первый спад производства зафиксировали в 1990 г., когда работало правительство Н.И. Рыжкова. Я тоже был в его составе.

Вместе с тем не всякий спад - однозначен. В 1990 г. спад был намеренный, сознательный, как момент начала структурной перестройки экономики. При общем падении производства в 2%, производство потребительских товаров выросло на 4%. (Это был последний год, когда производство потребительских товаров росло в абсолютном выражении. Позднее оно только падало). С помощью сознательного структурного маневра по сдерживанию производства в топливно-сырьевых отраслях, реальной конверсии, в частности за счет сокращения производства военной техники удалось перегруппировать ресурсы и получить неплохой показатель прироста отечественных товаров народного потребления. Этот результат мы получили в процессе обучения.

Мы не боги, которые знали весь путь от начала до конца...

- Какова причина провала реформы Гайдара - Провал был запрограммирован ошибками в выборе стратегии, основанной на сугубо монетаристских методах, шоковой терапии, для которой в России не было объективных условий и которая была обречена на неудачу, кто бы ее ни проводил - Гайдар, Джефри Сакс или любой другой. О Гайдаре я говорил неоднократно, он знает мои личные оценки его деятельности. Если мы признаем провал, то должны назвать причины. И они состоят не в стечении случайных обстоятельств и не в частных просчетах, когда курс не меняется на протяжении уже четырех лет и развал все усугубляется. Ни одна из поставленных целей не достигнута (ни в области борьбы с инфляцией, ни в стабилизации производства). Ни один прогноз не подтвердился. Когда Гайдар объявлял, что цены в 1992 г. после либерализации вырастут в 1,5-2 раза, а они выросли в 26 раз, то, простите, это не просчет, это принципиально ошибочная оценка ситуации. Гайдар говорил потом, если бы правительство сразу объявило, что цены вырастут в 26 раз, то его бы отправили в отставку и не дали про вести реформы. Но тогда Гайдар должен выбрать одно из двух:

либо он просчитался как профессиональный экономист, либо - в политике - обманул народ. Пусть он выбирает. Он и сейчас говорит: «Да, мы знали и предполагали, но тогда бы народ за нами не пошел». И вот поэтому «баранов» затащили таким хитрым способом. Имеет ли это отношение к демократии или нет, пусть Гайдар выбирает.

- Что Вы можете сказать о капитализме в бывших социалистических странах - Я не видел капитализма ни здесь, ни в других странах. Дело в том, что понятия, которыми определялись особенности той или иной формации, устарели. Деление стран на капиталистические и социалистические, осталось за бортом истории, не более, чем воспоминанием о прошлом. Доминирующую роль в определении статуса страны, типа ее общественного устройства играет постепенный переход ее, шаг за шагом, к многоукладной экономике.

- Почему в РФ - одной из 15 бывших советских республик - самая низкая производительность труда - Это не подтверждается никакими данными.

- Леонтьев заявил в Японии, что России для перехода к рынку потребуется 70 лет. А как Вы думаете - Для того чтобы завершить переход к нормальной, современной, эффективной, социально ориентированной экономике требуется как минимум время, измеряемое жизнью одного поколения. Прошедшие десять лет не в счет. Это моя точка зрения.

ЛУННЫЙ ЛАНДШАФТ*, или что вырастет на нашей социальной почве Этот и другие вопросы кандидат в народные депутаты СССР академик Л.И. Абалкин задал нашему обозревателю Александру Афанасьеву и читателям газеты * Материал опубликован в газ. «Комсомольская правда». 8 февраля 1989 года. Поднятые в интервью вопросы звучат сегодня также остро, как и в момент их публикации. Они полностью воспроизводят свой первоначальный вид и не были включены автором в изданный в г. четырехтомник его избранных работ.

С этим интеллигентным человеком мы познакомились прошлым летом, примерно недели за три до того, как он стал широко известным. Запомнилось: клетчатый неброский костюм, глуховатый голос, гладко зачесанные темно-русые волосы, глаза, внимательно и заинтересованно глядящие на собеседника поверх очков. Место знакомства - Швеция, пpaвитeльcтвeнный дворец «Хага» в пригороде Стокгольма.

Зеленые аллеи, пронизанные белым северным солнцем.

«Леонид Иванович! - окликаю я его. - Извините, что завожу разговор здесь. Но коль-уж оказались в одной делегации, не мог упустить случая...». Десять шагов вперед по аллее, десять назад: в манере разговаривать, во всем его облике чувствуется старомодная человеческая добротность. Не уходит от вопросов. Если не может ответить - смотрит долго и грустно, прямо в глаза: дескать, ответ настолько очевиден, что об этом, молодой человек, говорить среди понимающей публики вообщето не принято... С ним легко. Чуть позже я понял, почему. Он говорит не со всей советской прессой в твоем лице, как принято у людей именитых. А с тобой. Ты ему интересен - с твоей точкой зрения, ежели она, конечно, есть. Я себя перепроверял.

Говорил: просто не привык еще человек, к роли популярного академика и директора ключевого института. Но вот с момента партконференции, где Абалкин выступил, и выступил, мягко говоря, неординарно, прошло полгода, опубликованы десятки интервью, имя это стало одним из символов экономической реформы, а он по-прежнему смотрит в глаза, ему, кажется, важно, действительно важно, что думает по тому или иному вопросу человек, вне зависимости от постов и званий... Еще штрих из первых встреч. Когда хорошенько познакомились, поняли друг друга: «Никогда не прибегал к посторонней помощи.

Теперь чувствую исчерпал все средства. Буду апеллировать к общественному мнению...». Прошло несколько недель. И он выступил на Всесоюзной партконференции. Остальное вы знаете...

У него был нелегкий, но удачный год: в эпоху гласности и критика вызывает незапланированные результаты. У него был удачный год, но нелегкий: ответы на многие вопросы, адресуе мые ему, зависят, в конечном счете, не столько от него, сколько от состояния тех самых производительных сил и экономических отношений, о которых он говорил на конференции, и которые не могут обновиться враз - даже если в происходящих процессах представить участие лично Карла Маркса.

Но отвечать и ему, Абалкину. И это он понимает прекрасно.

Едва я вошел в кабинет директора Института экономики АН СССР, Леонид Иванович мне с порога сказал:

- Ваша идея поразмышлять в который раз о реформе, о ценообразовании и т.д. меня, извините, не взволновала. Давайте так сделаем. Напишите: когда я приехал на Красикова, 27, Абалкин отказался отвечать на вопросы редакции, после чего сам задал несколько вопросов... Согласны Готовы отвечать вместе со мной Я сразу дал согласие. Насчет готовности вышла, правда, заминка: все-таки не каждый день перед академиками приходится держать ответ. Но в конце концов я набрался нахальства и выразил всем своим видом готовность.

- В таком случае, - медленно произнес Леонид Иванович, - я должен для начала констатировать. Предусмотренные реформой действия, на мой взгляд, в целом оправданные. Так бы поступил разумный человек в любой точке цивилизованного мира: альтернативы нет, необходимо остановить сползание к пропасти, радикально обновить социализм.

Но сейчас становится видно отчетливее: решения рассчитаны на определенные социальные силы. А их у нас либо нет, либо они находятся в зачаточном состоянии. Это и предопределяет сложность, длительность процессов, которые нам предстоит пережить.

- То есть мы ломились в закрытую дверь, уверовав, будто и с той стороны стучатся в ту же дверь массы предпринимателей, деятелей, хозяев - но вот чуть-чуть только, на сантиметр отжали створку, - и теперь видно: деятелей нету! - Они есть. Но мало их для такой огромной страны, чрезвычайно мало. Если не административная система, то что-то другое должно принимать на себя нагрузку Что Общество - Общество, Леонид Иванович. Правда если мускулы атрофировались, общество вряд ли в силах на первых порах держать в вертикальном положении даже самое себя...

- Вот именно! И нам нужно вместе рассчитать, какие средства необходимы и сколько времени надобно, чтобы, двигаясь выбранным курсом, восстановить животворящий слой, почву, если хотите, социальный гумус, без которого не вырастить новое качество жизни.

Леонид Иванович говорил, а я попробовал представить, что сейчас происходит. Мы как бы держим перед собой некую книгу, в которую тысячелетиями вписывались полезные социально-экономические рецепты: что и в какой пропорции надо брать и в какие сроки сеять И вот берем, сеем, поливаем. И...

не растет. А если растет, то не столь дружно, как в рецептах сказано. Секрет же прост: никакими рецептами в истории мировой цивилизации не предусматривался драматический момент, когда придется бросать семена не в почву, а в камни.

Красив лунный ландшафт, остающийся после грандиозных и впечатляющих катаклизмов, но это, увы, не та красота, которая способна спасти мир. От эдакой красоты веет далеко не жизнью...

Социальный гумус - это накапливаемая десятилетиями культура труда, быта, общения. Это бережно передаваемое от поколения к поколению знание. Это отношение как к ценности к собственной быстротекущей жизни, ко всему тому, из чего жизнь складывается, - к людям, знакомым и незнакомым, к вещам, своим и не своим, к орудиям и плодам труда, которыми так или иначе тебе приходится пользоваться... Когда нет этого живительного гумуса, на его месте скапливается и каменеет грязь. Пьянство, длинные очереди, хамство - везде, от автобуса до присутственных мест, изрезанные скамейки в электричках, унижение и уничижение, приправленное нередко едва ли не сладострастием... Еще большая беда, что мы чаще всего оказываемся не способны на очистительное возмущение. Наше недовольство рассеивается. Мы взрываемся по мелочам. Выплескиваем раздражение - на прошлое и друг на друга.

- Сколько же лет потребуется - Будем считать, это и есть мой первый вопрос. Я недавно побывал на крупном радиозаводе, начинавшем когда-то с нуля.

Теперь завод имеет костяк высококлассных профессионалов и выпускает аппаратуру очень приличного качества. Но чтобы дорасти до этого уровня, понадобилось двадцать пять лет.

- Двадцать пять лет! - Это если совсем с нуля. Но надо набраться наконец мужества и сказать прямо: за 2-3 года достигнуть мирового уровня с нашим состоянием производительных сил практически нельзя.

- Производительные силы, Леонид Иванович... Вы имеете в виду современные машины Но их можно купить.

- Я имею в виду прежде всего людей. И машины, которые эти люди делают. Я имею в виду культурный слой - производственный, технологический, научный, бытовой. Он был развеян ветрами «преобразований». Мы слишком долго боролись с интеллигентностью (во всех социальных сферах - от земледельцев до профессуры), с вышесредними способностями и умениями, с «нездоровыми» инстинктами, на которых извечно и держалась жизнь. Мы слишком упорно двигались вспять, чтобы за считанные годы «вскочить» в то качество жизни, которого высокоразвитые соседи наши добивались десятилетиями, а то и столетиями.

- ! - Да-да, столетиями. Это как-то недавно на одном международном симпозиуме вышел спор: какой срок необходим, чтобы доказать преимущество социализма Одни говорили: десять лет. Другие: двадцать. Потом сказали: сто! Тут начали бурно возражать. Тогда я встал и сказал: по большому счету, коллеги, так ли уж важно, сколько Важнее все-таки, как вы понимаете, преимущество доказать! Ну, а что касается машин, их можно купить. Но что они без миллионов умелых хозяйских рук Машины купим. Народ не «купишь».

- С вами трудно спорить, Леонид Иванович. Но вы говорите о каких-то немыслимых сроках, когда мы уже привыкли к утверждению, что нам отпущено совсем мало времени...

- Ну зачем же гадать Речь о том, чтобы существенно продвинуться в своем развитии. Потребуются, вероятно, усилия одного-двух поколений. А сколько лет, 17 или 25, кто же знает - Но тут и гадать не надо. Посмотрите, какие зигзаги в нашей истории. От военного коммунизма резкий поворот к нэпу. От нэпа сто восемьдесят градусов к сталинским колхозам.

От них некоторое отклонение. Потом сдали в план по мясу молочное поголовье, нашли нефть и залегли в застойный штиль...

Какие гарантии, что при смене поколений не переменится курс - Вот это второй вопрос вам.

Но я бы только углубил сформулированную на сегодня проблему. Конечно, следует позаботиться о гарантиях необратимости. Но впереди и приливы, и отливы. Так вот, реалистичнее позаботиться о том, чтобы при отливах мы не потеряли напрочь то, что с великими трудами накопим сейчас.

- Вы предвидите отливы...

- Надо стараться быть честным. Вот еще эпизод. Один иностранный ученый мне говорит: популярность вашей перестройки растет, что-то будет лет через пять-десять А я ему: но ведь у любого переживания есть пределы. Даже эмоциональные пределы, так ведь Поэтому непрактично делать ставку на эмоции, на взлет, взрыв... Нужно успеть заложить заделы на десятилетия, когда и меня, и даже вас не будет - а эти заделы только заработают и обеспечат очередной сдвиг.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.