WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |

В связи с актуальной и настоятельной задачей возвращения России ее доли на мировом рынке вооружений требуется расширить практику продажи военной техники в кредит, иначе торговля в данной сфере мало реальна. Это также должно быть предусмотрено в финансовой политике страны и поддерживаться соответствующими контактами в политике и дипломатии.

Однако далеко не любой спрос требует государственного финансирования. Более важно четко определить приоритеты промышленной политики и тем самым гарантировать предстоящий спрос.

Хорошо известно, что сложившаяся сеть газо- и нефтепроводов устарела и требует обновления. Иначе нарастает массовая угроза техногенных катастроф. То же самое относится и к железнодорожному транспорту и энергетике. Если четко обозначена позиция государства по этому вопросу, то есть мощный стимул роста (прогнозируемый спрос на достаточно длительную перспективу). Вопрос о том, кто оплатит поставляемые трубы, транспортные средства или рельсы, носит уже вторичный харак тер. Это могут быть мощные нефтегазовые концерны или их ассоциации. Но спрос рождает потребности в новых инвестициях, создает столь важную конкурентную среду.

В ряде отраслей, например в материально-техническом обновлении сельского хозяйства и всего АПК, надежный заслон угрозе продовольственной безопасности России пока, к сожалению, не создан и не сформулирован. Не определен и перспективный спрос на новую, современную технику.

В настоящее время происходит серьезное снижение налогового бремени, что позволяет усилить энергию фактора спроса.

Конкретные решения, принятые в данной сфере, могут вызывать различную оценку. Но опять-таки сегодня, после многократных пересмотров налоговых ставок (по нескольку раз в год), фактор стабильности приобретает особую самостоятельную ценность.

Однако в этих условиях резко возрастает опасный рост трансакционных (посреднических) издержек. Они могут свести на нет преимущества низких налогов и крайне негативно сказаться на совокупном спросе, приведя не к его расширению, а к сужению. К сожалению пока борьба с ростом трансакционных издержек не нашла должного места в разработке стратегии социально-экономических преобразований.

Золотовалютные резервы и снятие долговой петли В последнее время усилилась критика принятой в России системы валютного регулирования и обязательной продажи 75% экспортной выручки Центральному банку. При этом забываются как мировой опыт, так и специфические условия, когда у нас была введена соответствующая норма.

После разразившегося дефолта 1998 г. страна оказалась на пороге тяжелейших испытаний с угрозой медленного и, казалось бы, неизбежного затягивания долговой петли. В это время (8 сентября), когда еще не были утверждены новый руководитель правительства и председатель Центрального банка, ученые Отделения экономики РАН обратились с письмом к Президенту страны и руководителям Федерального собрания с призывом принять решительные меры по защите российской экономики. В нем содержался и призыв к введению обязательной 100процентной продажи валютной выручки Банку.

После назначения главой правительства Е.М. Примакова и Председателем Центрального банка В.В. Геращенко была введена норма о 75% продаже экспортной выручки. (Кстати, автор данной статьи с самого начала предлагал именно такую величину). В ходе практической работы правительства с учеными совместно остановились именно на данном показателе. Практика последующих лет полностью подтвердила правильность такого решения. Накопление золотовалютных резервов позволило своевременно рассчитываться с долгами, а с начала 2000 г. по настоящее время объем золотовалютных резервов вырос примерно с 12 до 36 млрд. долл. США.

Однако это пока еще не сняло долговой петли с России. По расчетам, для покрытия импорта и огромного долга, максимальное погашение которого приходится на 2003 г., оптимальный размер золотовалютных резервов должен составлять примерно 45 млрд. долл. США. Только достигнув этой величины и не сделав новых долгов, страна может с уверенностью смотреть в будущее.

По данным Международного валютного фонда, требование обязательной продажи валютной выручки от экспорта применяется в 75 странах - членах этой ассоциации, из них в 42 государствах экспортеры обязаны продавать всю валютную выручку.

Что касается наиболее развитых стран, то там нет решения об обязательной продаже валюты, хотя на практике продается вся выручка в иностранной валюте.

Требование немедленного отказа от обязательной продажи валюты Центральному банку и либерализации валютного регулирования очень напоминает программу создания рынка за дней. Оно не учитывает всей совокупности текущих и долговременных задач развития российской экономики, своевременной и полной оплаты импорта и погашения государственного внешнего долга.

Россия по-прежнему заинтересована не в расширении бегства капитала, а в притоке прямых зарубежных инвестиций. Попытка смешения притока иностранных инвестиций «вообще» с прямыми инвестициями означает непрофессиональный подход к делу.

Прямые инвестиции - это не просто дополнительные деньги. Вместе с ними в страну приходят современные технологии, ноу-хау, искусство управления, столь необходимые сегодня для России. Прямые иностранные инвестиции расширяют также спрос, как фактор экономического роста, способствуют повышению конкурентоспособности отечественного производства.

Центральный банк по своему статусу и роли в обеспечении устойчивости национальной валюты призван располагать мощными научными и аналитическими структурами, высоким уровнем оплаты своих сотрудников. Авторитет и надежность в его работе, предсказуемость его денежно-кредитной политики - важные слагаемые достижения доверия народа к власти.

Таким образом, качественно новая экономическая ситуация, сложившаяся в России в связи с начавшимся подъемом, требует преодоления имеющихся на сегодняшний день стереотипов массового сознания. Она вызывает потребность в углубленном профессиональном анализе проблем, с которыми сталкивается страна при разработке долгосрочной стратегии социальноэкономических преобразований.

АКАДЕМИЧЕСКИЙ ДИАГНОЗ* - Леонид Иванович, вы уже дважды ходили во власть - в качестве советника работали в правительствах Рыжкова и Примакова...

- Во-первых, не дважды, а трижды: был еще мало кому известный эпизод, когда в 70-е годы меня пригласили в правительство Косыгина в качестве неофициального консультанта. Я помогал разрабатывать дальнейшие шаги экономической реформы, которая началась в 60-х. Что касается положения ученого в правительстве, то взаимоотношения власти и науки никогда не были простыми. Так было и в советское время, так и сейчас.

Ученый - это все-таки исследователь, он не принимает решений.

Решения - прерогатива власти. Кстати, денег тогда за это не пла* Беседа с К. Фрункиным. Газ. «Финансовая Россия». Март 2001.

№ 11.

тили, но я познакомился с людьми, с методами работы, я узнал внутренние порядки власти, и этот опыт очень пригодился, когда последовало второе приглашение - при Горбачеве. Мне предложили возглавить Комиссию по экономической реформе.

В ней мы объединили академиков Шаталина, Аганбегяна, Мартынова... В аппарате комиссии работали Ясин, Явлинский, Ассикритов. Они, кстати, там не только опыта набирались, работа в комиссии позволила им решить некоторые материальные проблемы. Работали мы интенсивно: в кратчайшие сроки написали законы о собственности, об аренде, о реформе банковской системы. Тогда впервые в советской истории Центральный банк был выведен из подчинения правительству. Все последующие законы о Центральном банке в сущности переписаны с закона, принятого еще тогда Верховным Советом СССР.

- Все эти реформы были подготовлены специалистами, получившими образование еще в советское время. Значит, уже к началу 80-х годов в СССР были экономисты, которые могли предвидеть рыночные реформы - Теоретически необходимость рыночной экономики была понята в нашей экономической науке еще накануне той реформы, которая проводилась по решению пленума ЦК КПСС года. Уже тогда научная элита страны созрела для понимания основ рыночной экономики. Появилась масса публикаций на тему «Социализм и рынок». Их еще связывают с именами харьковского профессора Либермана и профессора Новожилова.

Горбачев пришел к власти в апреле 1985-го, а уже в июле он провел всесоюзное совещание по проблемам перестройки экономики. С нуля это было бы сделать невозможно. Были уже идеи, были ученые, и Горбачев вышел с развернутой концепцией реформ.

- Интересно, как ученые в горбачевском правительстве уживались с чиновниками - Был сложный период, когда аппарат делал попытки столкнуть нашу комиссию с Госпланом, с его председателем Маслюковым, но это продолжалось очень недолго. Потом у нас с Маслюковым сложилось полное согласие по всем принципиальным вопросам. В комиссии был еще один зампред правительства, академик Ситорян, а также министр финансов Валентин Павлов.

Так вот собственно комиссия, а также Маслюков, Ситорян и Павлов представляли довольно слаженную команду, хотя внутри правительства воспринимались не иначе как рыночные экстремисты.

- Но после распада СССР все, видимо, изменилось...

- После распада Советского Союза телефон правительственной связи у меня замолчал. С приходом Примакова ситуация изменилась принципиально. Сейчас говорят, что это якобы Геращенко придумал, что 75 процентов валютной выручки надо продавать Центробанку. На самом деле с этой идеей выступил не Геращенко, не Примаков, а Отделение экономики Академии наук. В начале сентября, после кризиса, когда отпала кандидатура Черномырдина и выяснилось, что вообще нет никого, кто может занять кресло премьера, мы выступили в печати с открытым заявлением о том, что надо делать. В нем мы и сформулировали идею про 75 процентов. Примаков еще не был главой правительства, Геращенко еще не был назначен главой ЦБ, но мы выступили с такой идеей, сами не зная, кому мы ее предлагаем. Потом был назначен Примаков, он сразу привлек Маслюкова, а тот на второй день позвонил в Академию наук и пригласил группу академиков - меня, Львова, Ситоряна, Шаталина - к себе и сказал: «Давайте красивые слова, которые вы написали, переводить на практическую почву». Мы немного поспорили:

мол, не делайте из нас чиновников, мы не привыкли работать в таком режиме. Но ситуация была тяжелейшая, и я сказал, что страна требует от нас работы и предложил пойти на это. Началось наше сотрудничество: комиссия по подготовке первоочередных мер, комиссия по долгосрочным мерам... Продолжалось это и при Степашине. Степашин начал с того, что принял решение разрабатывать долгосрочный план развития на 15 лет, за разработку которого отвечал министр экономики Шаповальянц.

Мы работали и в этой комиссии. Но с формированием правительства Касьянова и назначением министром экономики Грефа все контакты опять прекратились. При Гайдаре и Черномырдине нашими советами не пользовались, но нам хотя бы давали выступать на заседаниях и совещаниях. Нынешнее правительство ведет себя по принципу «герои и толпа» - они в правительстве герои, и толпа им не может ничего посоветовать.

- С политикой понятно. А вот интересно, что эти 10 лет происходило в нашей экономической науке - Сообщество экономистов никогда не было однородным.

Есть академическая наука - Отделение экономики РАН, Институт экономики, Институт народнохозяйственного прогнозирования, Институт мировой экономики - они собирают элиту научного сообщества. Есть экономическая наука в высшей школе - это кафедры экономики и политической экономии. Наконец, последнее десятилетие создается система экономических институтов при разных ассоциациях, корпорациях. Есть самостоятельный институт Гайдара, Высшая школа экономики. Самостоятельные институты в большинстве своем придерживаются радикального рыночного направления. Консервативный блок представлен в высшей школе, а академическая наука воплощает, на мой взгляд, более взвешенный подход, сочетающий и плановое начало, и рыночное.

- Но так же было не всегда. Когда школы разделились - Основная поляризация произошла в 90-е годы, когда сформировались две школы. В конце 80-х годов сложилось понятие «вашингтонский консенсус». Это совокупность идей, разработанных учеными США вместе с некоторыми специалистами из России и стран СЭВ, предусматривающих всеобщую либерализацию, всеобщую приватизацию, абсолютную свободу ценообразования, открытие внутреннего финансового рынка. Наиболее последовательно эта программа осуществлялась в России и привела к известным последствиям, о которых я могу много говорить, но уже надоело. Затем появилась концепция, предложенная профессором Стиглицем. Стиглиц был тогда первым вице-председателем Всемирного банка. Он опубликовал письмо о необходимости принятия нового, поствашингтонского консенсуса, который, по его мнению, не может разрабатываться в Вашингтоне. Новая экономическая политика должна обязательно учесть опыт конкретных стран, наработки их ученых, традиции и исторические условия. Под влиянием этих идей наша академия провела консультации с ведущими специалистами Запада. В результате появилось два обращения, подписанных с нашей стороны членами Отделения экономики РАН, а с американской - восемью крупнейшими экономистами, в том числе пятью лау реатами Нобелевской премии по экономике. Обращения были опубликованы в 1996 и 2000 гг., и в них говорилось, что секрет рыночной экономики заключается не в частной собственности, а в конкуренции, что акцент в экономической политике должен был перенесен с частного сектора на государственный, что российское государство должно играть в экономике более значительную роль. Драма текущего момента - это противостояние вашингтонского и нового, поствашингтонского консенсуса. В нашем нынешнем правительстве доминирующее положение занимают представители вашингтонского консенсуса, а в академической науке господствующей является «поствашингтонская» идеология.

- Но можно ли считать наше нынешнее правительство безусловно либеральным Его действия скорее противоречивы.

Одной рукой оно продолжает либерализацию и приватизацию, а другой централизует бюджетные ресурсы.

- Централизация финансовых ресурсов имеет политический аспект - власть стремится сделать центральный бюджет донором большинства наших регионов. Если будешь себя вести хорошо - получишь дотации. Но ведь нельзя жить в стране, где из 89 регионов 10 доноров, а остальные сидят на дотации (!). Задача решается просто: надо изменить соотношение в распределении налога на добавленную стоимость, оставить в регионах не 50, а 75 процентов, и тут же многие станут донорами. Донор ни от кого не зависит, он может принимать собственные программы развития. Так что монетаризм в экономике сочетается у нас с необольшевистскими методами руководства.

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.