WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |

Полученные результаты вполне закономерны. Известно, что горожане в целом менее активно, чем сельские жители, участвуют в выборах и в большей степени поддерживают партии демократической ориентации. Поэтому значительная часть региональных различий оказывается вторичной по отношению к социально-расселенческой структуре: многое зависит от сложившегося в том или ином регионе соотношения между городским и сельским населением, а не от собственно региональных особенностей взятого по отдельности городского и сельского населения.

Оценивалось влияние на результаты выборов 2-х показателей - доли населения в пенсионном возрасте и доли женщин в общей численности населения. Полученные результаты не подтвердили достаточно распространенные представлений, основанные на "общих" соображениях.

Возрастная структура населения весьма слабо повлияла на региональные различия в результатах выборов, хотя считается, что электорат АПР и КПРФ в значительной степени состоит из людей пожилого возраста. Доля голосов, собранных КПРФ и АПР, действительно имеет прямую связь с долей населения пенсионного возраста, однако она весьма слаба. Наиболее тесная зависимость выявлена между долей населения в пенсионном возрасте и активностью избирателей.

Зависит голосование и от экономической структуры населения. Под экономической структурой понимается структура занятости населения в разрезе 3-х основных блоков - промышленность, сельское хозяйство, "бюджетная" сфера (образование, здравоохранение, культура, наука и т.д.).

Самой "промышленной" партией оказался ВР, за ней следуют ЛДПР и ЯБЛ.

"Пролетарская" по своим корням КПРФ, судя по результатам голосования, не пользуется особым расположением индустриально развитых регионов, а наиболее "анти-промышленной" оказалась ПРЕС.

Еще более контрастной является дифференциация результатов выборов по регионам с различной долей занятых в сельском хозяйстве. АПР и КПРФ получили наибольшую поддержку именно в сельскохозяйственных районах, за ними с большим отрывом следует ПРЕС; ВР и ЯБЛ сельскохозяйственными регионами были отвергнуты почти единодушно.

Региональные различия в доле "бюджетников" в общей численности занятых в народном хозяйстве в очередной раз противопоставили ЛДПР и ПРЕС: с первой выявлена высокая обратная зависимость, со второй - прямая.

Остальные партии оказались "нейтральными" к этим различиям (хотя характер связи, при ее статистической слабой значимости, оказался весьма симптоматичным: ЯБЛ и ВР имели прямую зависимость, АПР и ЖР - обратную).

В 1993г. региональные различия в уровне официальной и скрытой безработицы не оказали статистически значимого влияния на результаты выборов. Несколько большую роль (хотя и не столь существенную, чем это обычно считается) сыграла дифференциация показателей уровней жизни.

В среднем, чем более высоким было отношение душевых доходов к прожиточному минимуму, тем более реформаторски настроенным оказался регион и наоборот.

Еще более контрастные взаимосвязи выявлены между политическими предпочтениями регионов и долей населения с доходами ниже прожиточного минимума. Регионы с повышенной долей бедного населения достаточно четко проголосовали за левые партии.

Глубина спада промышленного производства за 1991-1993гг. оказала весьма слабое воздействие на результаты выборов. Прямая связь (на грани значимости) отмечена лишь для доли голосов в пользу КПРФ, обратная - для ЖР.

Несколько большим было влияние уровня дотационности региональных бюджетов. Регионы с повышенной зависимостью от поступлений из федерального бюджета (в первую очередь, это бывшие автономии, а также ряд индустриально слаборазвитых "русских" регионов), поддержали ПРЕС и КПРФ.

В дотационных регионах демократические партии набрали меньше голосов, чем в среднем по стране.

Такие соотношения в общем свидетельствуют о низкой эффективности попыток "подыгрывания" за счет интересов регионов-доноров аппетитам дотационных регионов (невольно подтверждающих пословицу "сколько волка ни корми, он все равно в лес смотрит" или оценки типа "не в коня корм").

Количественная оценка региональных различий хода реформ может быть дана на основе лишь косвенных параметров. Один из них - доля основных фондов, находящихся в собственности субъектов Федерации, характеризующих степень вмешательства региональных властей в экономику и их "предрасположенность" к скорейшему приватизации попавшей в их распоряжение части государственной собственности.

Выявлена высокая прямая зависимость между этим параметром и долей голосов, полученных КПРФ, ПРЕС и, в несколько меньшей степени, АПР. При этом, если "анти-приватизационная" ориентация КПРФ и АПР вполне ожидаема (понятно, что свои голоса они собирала в регионах "красного" пояса с вялой приватизацией и "задержкой" госсобственности у региональных властей), то для "реформаторской" ПРЕС такая зависимость вновь объясняется успехом этой партии в национально-государственных образованиях. Высокая доля собственности субъектов федерации именно в бывших автономиях объясняет и то, что наиболее "реформаторским", судя по данному параметру, оказалась ЛДПР, а не ВР.

Другие параметры, которые обычно используются для оценки хода реформ оказались еще менее пригодными для оценки региональных различий в результатах выборов.

Данная работа показывает значимость для электорального поведения уровня урбанизации и экономической структуры населения. Регионы с высокой долей населения с доходами ниже прожиточного минимума стабильно голосуют против существующей власти. Финансовая помощь из федерального бюджета не приводит к желаемому для власти результату и не увеличивает численность ее сторонников.

2.2.2 А.М. Лавров «Российские регионы сквозь призму выборов» В работе А.М. Лаврова «Российские регионы сквозь призму выборов» анализируются российские голосования 1995г. и 1996г. Автор на основании корреляционных зависимостей между результатами выборов и структурой электората пришел к следующим выводам. Автор делит российские политические силы на три составляющие - «Демократы» (сторонники курса рыночных реформ и гражданского общества, независимо от отношения к Правительству Б. Ельцина), «Левые» («Коммунисты») - противники такого курса, стремящиеся к воссозданию, полностью или частично, советской модели, и «Национал - патриоты» (разделяющие неприязнь к открытому обществу, но выступающие за корпоративную модель государства и против возврата к плановой экономике, такие, как В. Жириновский или А. Лебедь).

Наибольшее влияние на политическую ориентацию электората оказывают, как считает Лавров, его "поселенческая" структура (в общем виде отражаемая долей городского населения) и связанная с ней структура занятости Чем выше доля городского населения, занятость в непроизводственной сфере и в промышленности, удельный вес лиц с высшим образованием, тем прочнее электоральная база центристских и демократических сил. Левым силам, напротив, благоприятствуют высокая доля сельского населения, занятость в сельском хозяйстве, а также повышенная доля пенсионеров. «Националпатриотические" силы занимают промежуточное положение. С одной стороны, в их пользу "работает" повышенный уровень городского населения. С другой стороны, они, как и левые, пользуются расположением сельского населения и не имеют успеха в регионах с повышенной занятостью в непроизводственной сфере. Наиболее же мощный статистический фактор для "патриотов" - доля русского населения. Этот отражает очевидный факт непопулярности "националпатриотов" в республиках.

Исключение из расчетов Лаврова республик, автономных округов, гг.

Москва и Санкт-Петербург, еще более усиливает значение "поселенческого" фактора, статистическая же значимость большинства других факторов снижается. В связи с этим именно "поселенческая" структура населения должна быть подвергнута более тщательному анализу. Полученная картина является вполне прогнозируемой. По мере продвижения от общенациональных столиц (Москвы и Санкт-Петербурга) и вообще крупных городов в "глубинку" поддержка демократов снижается, а позиции левых сил укрепляются (в сельской местности Г. Зюганов опередил Б. Ельцина в обоих турах президентских выборах, зато в городах с числом жителей более 200 тыс.

человек значительный перевес был на стороне Президента РФ). Что касается "патриотов", то их электоральная база значительно более "равномерна" в самых различных типах поселений (А.Лебедь в 1-м туре президентских выборах в Москве и Санкт-Петербурге получил примерно такую же долю голосов, что и в сельской местности).

Что касается городов с числом жителей менее 500 тыс. чел., то для них сколько-нибудь значимой статистической зависимости между политическими предпочтениями и людностью не выявлено. По-видимому, это отражает значительно более высокую неоднородность данной группы городских поселений.

Экономический потенциал региона (измеренный его долей в общероссийском производстве ВВП) имеет устойчивую положительную корреляцию с поддержкой политических сил реформаторской ориентации. При этом при переходе от "мелких" к наиболее "мелким" регионам имеет место инверсия общей тенденции, что, по-видимому, связано с преобладанием среди последней группы автономным округов и республик - частично "демократических", частично - с феноменом "управляемого" голосования.

Однако общее правило от этого не меняется: чем экономически мощнее регион, тем с большей вероятностью его население склонно поддерживать реформаторские силы и наоборот.

Столь же устойчивой является статистическая взаимосвязь результатов голосований с уровнем экономического развития, измеренным производством валового регионального продукта в расчете на душу населения. Чем выше уровень развития экономики региона, тем прочнее в нем позиции реформаторских политических сил и наоборот.

Что касается экономической ситуации, то ее прямое влияние на политические предпочтения электората значительно слабее. Одна из причин этого - трудности в оценке реального положения дел в экономике региона (из-за крайне высокой доли «черного» и «серого» рынка в экономике России).

"Статистический" индекс экономической ситуации рассчитывался следующим образом. Вначале определялся "средний" спад в экономике (по соответствующим показателям промышленности, сельского хозяйства и строительства). Затем он корректировался на отклонение уровня безработицы от среднероссийского. Полученный индекс делился на его среднее значение по всем субъектам РФ.

Чуть более выражена зависимость между результатами голосования и уровнем жизни населения: как и следовало ожидать, поддержка реформаторов по мере снижения уровня жизни падает, поддержка оппозиции - растет.

Наиболее интересной представляется А. Лаврову взаимосвязь политических предпочтений электората с проводимой региональными властями экономической политикой. Степень "реформаторства" этой политики была экспертно оценена на основе доли субсидий в бюджетных расходах, уровня субсидирования из бюджетов регионов сельского хозяйства, уровня "малой" приватизации, степени контролирования потребительских цен. Поддержка демократических сил по мере снижения глубины рыночных реформ хоть и незначительно, но падает, левой оппозиции - растет.

Аналогичная зависимость выявлена и по таким косвенным параметрам хода реформ, как объем привлеченных иностранных инвестиций и обеспеченность региона банковскими учреждениями. Наконец, была зафиксирована прямая взаимосвязь между дотационностью регионов и поддержкой левой оппозиции.

Финансово сильные регионы, напротив, - это территории с крупной промышленностью и высокой долей городского населения, которое и составляет основу демократически настроенного электората.

Кроме того, относительно устойчивое бюджетное положение региона может быть обусловлено более успешной адаптацией его экономики к новым условиям. В таких регионах лучше работают предприятия, выше доходы населения, меньше безработных и т.д. Дотационность же ряда промышленно развитых, урбанизированных регионов - следствие кризиса их экономики, который больно бьет по местному населению.

Степень дотационности региона сама по себе не оказывает прямого влияния на результаты голосований (большинство россиян вряд ли догадывается, в каком по типу бюджетной обеспеченности регионе они живут).

2.2.3 В.Гамбарян и В.Мау «Экономика и выборы:

опыт количественного анализа» Работа В.Гамбарян и В.Мау «Экономика и выборы: опыт количественного анализа» посвящена описанию влияния экономической ситуации на электоральный процесс в посткоммунистической России. Авторы показывают, что далеко не всегда действует прямая связь «если экономическая ситуация улучшается, то партия власти должна выигрывать выборы». Во-первых, правящая партия и в условиях благоприятной экономической конъюнктуры нередко проигрывает выборы. Во-вторых, само понятие хорошей экономической ситуации является крайне расплывчатым: интересы различных групп экономических агентов (которые могут быть достаточно влиятельными для того, чтобы повлиять на результат выборов) зачастую являются разнонаправленными, и то, что хорошо для одних может быть плохо для других Наличие влиятельных групп давления с несовместимой системой экономикополитических интересов особенно характерно для стран, осуществляющих глубокую экономическую и политическую трансформацию. Для современной России особенно актуален еще один аспект рассматриваемой проблемы - региональный. В работе делаются попытки проследить зависимость итогов выборов от осуществляемой правительством экономической политики.

Прежде всего, коэффициенты корреляции социально-экономических факторов с результатами второго тура выборов как правило выше соответствующих коэффициентов для первого тура. Это может быть объяснено самим фактом крайней поляризации выбора, а также относительно большей важностью голосования во втором туре по сравнению с первым.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.