WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 |
Энергетика России: от реформы к развитию Анатолий Чубайс, нергетика предпредседатель правления ставляется мне Э РАО «ЕЭС России» самой интересной, захватывающей и парадок сальной отраслью, претер певшей изменения за по следние 15 лет.

Что происходило за эти годы в энергетике в мире Хорошо известно, что элек троэнергетика в абсолютном большинстве стран мира оказалась к концу XX века едва ли не последней отрас лью, нуждающейся в ре формировании, в либерали зации. Уже были реформи рованы почтовая служба, железнодорожная, даже от расль телекоммуникаций. А вот энергетика запоздала.

На то были серьезные при чины, но это предмет для отдельного разговора.

С начала 1990-х годов прошлого века в большин стве стран мира в электро энергетике развернулись процессы либерализации.

Причем речь идет не только о Соединенных Штатах или о Скандинавии, где реформа энергетики считается наиболее удачной, – но и об Австралии, Новой Зеландии, Казахстане, Малайзии, о десятках других стран мира. Эта тенденция сегодня является абсолютно очевидной.

Как на этом фоне выглядит наша страна Что произошло в России за это время Бурная дискуссия конца 1990-х и начала 2000-х годов, в которую было по целому ряду причин вовлечено большое число людей, не имевших никакого отношения к энергетике, закончилась тем, что Россия выбрала для себя в качестве официальной политики путь либерализации в энергетике. Хочу это подчеркнуть: именно официальной российской государственной политики, а не предложений «антинародных реформаторов» и «чикагских монетаристов».

Это не было мировым открытием. Другое дело, что для России и роль, и риски, связанные с этим сектором, едва ли не самые большие в сравнении с большинством стран мира.

Суть идеи, которая была принята, проста: следует отказаться от существовавшего ранее представления о том, что энергетика – это естественный монополист, и согласиться с тем, что внутри энергетики есть две группы секторов. Одна группа секторов, которая может и должна быть конкурентной, – генерация и сбыт. А другая – которая вряд ли может быть конкурентной, по крайней мере, в ближайшем будущем, – сети и диспетчеризация.

Эта простая базовая идея и была положена в основу принятого с тяжелыми боями законодательства, которое зафиксировало следующие задачи: отделить конкурентный сектор от монопольного, в конкурентном секторе принять процедуры и правила рынка, а в монопольном секторе попытаться создать цивилизованное государственное тарифное регулирование.

Эти базовые идеи были заложены в закон об электроэнергетике, принятый в 2003 г. Вместе с ним было принято еще 4 закона, которые зафиксировали все фундаментальные идеи в основных законодательных актах, начиная со специального закона об электроэнергетике и заканчивая Гражданским кодексом страны.

По сути, 2003 г. – это старт процесса реформ. Масштаб того, что необходимо было сделать в отрасли, достаточно велик.

Я попробую хотя бы обозначить структурный аспект энергетики страны на старте преобразований и в результате преобразований.

РАО «ЕЭС» представляло собой акционерное общество с 52% государственного контроля и 48% – частного. В его собственности были региональные энергосистемы – так называемые АО-энерго. Их было 73, и каждая из них представляла собой вертикально-интегрированный комплекс, включавший генерацию, сети и сбыт. И, что особенно важно, в силу технологических характеристик самой энергетики каждый из этих комплексов был привязан накрепко сетями к территории, на которой он работает. Сама организационно-технологическая суть энергетики была выстроена так, что если вы житель Москвы, то могли покупать электроэнергию только в «Мосэнерго». Причем это касалось не только домашних хозяйств, но и любого бизнеса. Никаких иных опций не существовало, кроме абсолютной привязки всех потребителей или каждого потребителя к поставляющей продукцию энергосистеме. Это была базовая структурная особенность энергетики в целом.

Помимо энергосистем, представляющих собой наиболее важную часть РАО «ЕЭС», в структуре компании было Центральное диспетчерское управление (ЦДУ). Это и есть те самые диспетчерские вертикали, о которых я уже говорил, т.е.

сетевой блок. Причем этот сетевой блок даже не был юридическим лицом. По странной логике, он находился внутри имущественного комплекса самой материнской компании. 32 феде ральные станции – наиболее крупные тепловые и гидравлические станции в стране – являлись дочерними обществами РАО «ЕЭС».

В общем, для того чтобы понять, в чем логика этой структуры, достаточно будет сказать, что это, по сути дела, преобразование Министерства энергетики – Минэнерго СССР – с минимальными задачами по его «оцивилизовыванию», которые решались в 1993 г. указом по приватизации РАО «ЕЭС». Собственно, вот эта структура и была до недавнего времени базовой, стартовой. И именно она должна быть полностью, от начала и до конца, преобразована. Причем так, чтобы в ходе этих преобразований ни одна из 73 энергосистем, ни одна из 32 федеральных станций, я уж не говорю про ЦДУ, ни на одни сутки, ни на один час, ни на одну минуту и ни на одну секунду не прекращали свое функционирование – мало того, не допускали каких бы то ни было технологических сбоев в работе.

Именно эта задача и была заложена в принятом законодательстве. И в результате ее реализации на наших глазах возникает структура, которую я попытаюсь сейчас пояснить.

На сегодня практически из 73 АО-энерго 53 уже преобразованы, хотя названия в ряде случае сохранились. Но это уже совсем другое качество: под такими названиями, как правило, выступают распределительные сетевые компании, не являющиеся вертикально-интегрированными.

Каждая из АО-энерго была акционерным обществом со своим набором миноритарных акционеров. Реализация корпоративных процедур и использование лучших индустриальных практик позволили осуществить эти преобразования так, что ни в одном случае не произошло сколько бы то ни было значимого конфликта. Сейчас АО-энерго старого образца остались только на Дальнем Востоке, где структура преобразования другая.

И еще одна деталь – именно в этом и состоит одна из целей преобразования – вместо РАО «ЕЭС» должен возникнуть конкурентный рынок.

Что же реально существует сейчас Как и было сказано, есть разделение сектора на две части: монопольную и конкурентную. В монопольной части остаются системные операторы. Это ЦДУ, преобразованные в диспетчерские управления.

Там же остаются сетевые компании: федеральные и распределительные. Условно в монопольной части остается АТС – это администратор торговой системы. Эта коммерческая площадка рынка, которая уже реально функционирует, в прошлом году провела операций более чем на 3 млрд долларов США и, в моем понимании, готова к переходу в решающую стадию создания рынка.

Это, собственно, и есть инфраструктура рынка.

Конкурирующую часть составляет прежде всего генерация – наиболее значимая часть конкурентного сектора. Ее главным содержанием являются генерирующие компании, созданные в результате преобразований АО-энерго. Мы создаем 6 тепловых оптовых генкомпаний, 1 гидравлическую оптовую генкомпанию (ОГК) и 14 территориальных генкомпаний (ТГК).

Итого – 21 генкомпания, которые, наряду с существующим независимо от нас Росэнергоатомом (как известно, государственным предприятием), и должны составить основу будущей конкурентной российской энергетики. Этот процесс сегодня вышел на финальную стадию. Из 21 генерирующей компании 3 созданы и функционируют не просто как единый комплекс, а как операционные компании, перешедшие на единую акцию с соответствующей котировкой на фондовых рынках. Остальные 18 будут созданы в течение ближайших 14 месяцев, от первой и до последней. Это путь, в котором нет, на мой взгляд, ни одной сколь бы то ни было значимой фундаментальной полити ческой или корпоративной проблемы. Я абсолютно уверен в том, что процесс будет завершен в те сроки, которые заданы.

Хочу специально обратить ваше внимание: в генерирующих мощностях часть акций принадлежит государству, а часть – является частной собственностью. В тепловой генерации, в тепловых ОГК доля частной собственности – от 51 до 100% акций. В ТГК – доля частной собственности от 75 до 100% акций. И лишь у ГидроОГК в силу ее технологических особенностей и ряда политических факторов 52% акций будут сохраняться в государственной собственности.

75% всей российской генерации электроэнергии приходится на тепловые оптовые и территориальные компании. И именно на них ляжет основная тяжесть преобразований, которые находятся сейчас в финальной стадии.

Частная генерация – это не просто стратегическая задача реформы, это та стадия, в которую в настоящее время мы достаточно динамично входим.

С самого начала, когда мы еще доказывали, что реформа энергетики остро необходима, наряду с тактикой преобразований нами выдвигался тезис под названием «дефицит мощности». Тогда, в 1999–2000 гг., мы говорили о том, что остается 4–6 лет до момента, когда мы впервые столкнемся с качественно новым явлением – физическим дефицитом мощностей.

Что происходит сегодня с этим самым дефицитом мощностей Вообще говоря, он наступил, и наступил в полном объеме. Я бы даже сказал: чуть раньше, чем мы сами предполагали.

Рассмотрим ситуацию по стране в региональном разрезе.

ОЭС – объединенная энергосистема, или иначе «округ». У нас 7 округов, но на сегодня лишь два из них не сталкиваются с угрозой дефицита электроэнергии, т.е. дефицита мощностей.

Один округ – это Средняя Волга, где есть резерв между требуемой и располагаемой мощностями, другой округ – Дальний Восток, который практически держится за счет резерва, созданного в ходе строительства Бурейской ГЭС.

Все остальные округа в стране либо имеют перспективу появления дефицита в течение 2–3 лет (как, например, Сибирь, где точка дефицита – 2008 г.), либо уже сегодня столкнулись с ситуацией острого дефицита, – например, Урал (2006 г.), фактически уже и Центр (2007–2008 гг.).

Если перейти на картину регионов – субъектов Федерации, то тут ситуация гораздо тяжелее. Это – «новые критические регионы», или, как мы их называем, регионы пиковых нагрузок. Хотя страна в целом еще не достигла уровня энергопотребления 1990 г., ряд регионов в стране (их 12) не только догнали, но и вышли за пределы этих параметров. По наиболее тяжелым из них – например, по Москве – ситуация в эту зиму складывалась более чем драматично.

Что же это за явление – «регионы пиковых нагрузок» – и в чем его суть В этих регионах, количество которых в ближайшие годы будет нарастать, идут три достаточно тяжелых и болезненных процесса.

Первый процесс, самый простой. В Москве есть зоны, где по существующим стандартам и техническим требованиям недопустимо присоединение новых потребителей, потому что это приводит к катастрофическим перегрузкам отдельных узлов оборудования. С каждым годом количество таких запрещенных зон увеличивается. Не знаю, останутся ли в 2006 г. вообще свободные зоны. Например, строительство новой гостиницы на месте гостиницы «Москва». У старой гостиницы объем присоединенной мощности 2,4 МВт, у новой – по техническим условиям объем присоединенной мощности уже 24 МВт. Кстати, гостиница «Москва» находится как раз в одной из запрещенных зон. И это типовая ситуация.

Второй процесс. Зима – период максимума нагрузок, предела физических возможностей мощностей и самой московской энергосистемы, а также совокупного объема перетока мощностей. Всех регионов, находящихся вокруг Москвы, недостаточно для того, чтобы физически обеспечить объем спроса на мощность в Москве. Этой зимой 20 января мы прошли с нагрузкой по московскому узлу в 16 200 МВт. Такой нагрузки не только за 15 последних лет, а за всю историю Московская энергосистема никогда не испытывала! Такой рубеж был пройден только благодаря масштабным полудобровольным ограничениям потребителей и тесной дружбе между мэром Москвы и председателем правления РАО «ЕЭС».

Пройдя эту зиму на пределе допустимых возможностей, мы даже в самый критический момент думали о зиме 2006–гг., а еще больше – о зиме 2007–2008 гг. И совершенно ясно, что в Москве, где годовой прирост электропотребления составляет примерно 5–6%, за год ввести недостающие новые мощности невозможно, так как вводов мощностей со сроком менее 2,5–3 лет в истории мировой энергетики не существует.

Именно поэтому сейчас, закладывая новые блоки ТЭЦ-26, ТЭЦ-27, ТЭЦ-21 и проводя ряд других чрезвычайных мер, мы понимаем, что первые вводы будут лишь в конце 2007 – в середине 2008 г. Это значит, что следующие две зимы по Москве придется пройти ситуацию запредельного уровня параметров работы энергосистемы, который сам по себе ведет к третьему, и последнему, процессу.

Третий процесс. Ситуация, когда вся энергосистема в целом работает с такими предельными и даже запредельными нагрузками, неизбежно приведет к образованию узла проблем.

Это конкретные трансформаторы, конкретные линии электропередач, кабели, которые работают с нагрузкой существенно выше предельных. Именно так и было этой зимой. Подобная работа означает практически неизбежный выход на масштабные аварии с тяжелыми последствиями. Такого типа режимы, без резервов, с перегрузкой ключевых элементов – это нечто чрезвычайное, и оно не может продолжаться долго. Нам же в Москве придется прожить с этим еще как минимум две зимы.

Именно поэтому мы считаем, что сейчас в процессе реформирования энергетики наступает та фаза, которая была самой главной, самой ключевой, а именно фаза инвестиционная. Мы глубоко убеждены, что если раньше это было полутеоретическим призывом, то сегодня, без преувеличения, – это вопрос жизни и смерти.

Именно поэтому сегодня мы требуем максимально быстрого развертывания масштабного процесса инвестиций в энергетику на основе результатов проведенной реформы.

Мы не просто призываем, но ясно видим источники, объекты, механизмы и объемы, которые для этого необходимы. Мало того, мы считаем, что как раз сейчас, благодаря реформе, энергетика готова к тому, чтобы такие инвестиции принять.

Речь идет о том, что потенциальным источником инвестиций может быть либо государство, либо частные инвесторы.

Сама энергетика (в упрощенном виде) делится на четыре блока:

• атомная генерация;

• гидрогенерация;

• тепловая генерация, работающая на газе, угле или мазуте;

• сетевое хозяйство.

У каждого из этих секторов свои технологические функции, свои экономические процессы, опосредующие эти технологические функции, и соответственно свои инвестиционные механизмы. Эта цепочка очень важна: технология – экономика – инвестиции. В общем, она вполне соответствует здравому смыслу, и ничего здесь такого уникального нет.

Pages:     || 2 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.