WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

Наиболее широкое определение понятия геокультурного пространства сформулировал В. Н. Стрелецкий (2005) как концептуальной категории, характеризующей всеобщие и познаваемые формы существования геокультурных явлений, процессов и объектов, систему панойкуменных отношений между ними.

Важнейшей характеристикой геокультурного пространства является его многослойность, или, другими словами, геокультурное пространство обладает сложной компонентной структурой (Манаков, 2004). Каждый из слоев геокультурного пространства может изучаться по отдельности или же в увязке с другими слоями в самых разных сочетаниях, что и предопределяет специфику ряда концепций, сложившихся в культурной географии (например, это концепции хозяйственно-культурных типов, культурного ландшафта и т. п.). Геокультурное пространство не может рассматриваться в отрыве от такого понятия как геокультурная система. Использование системного подхода при изучении территориальной структуры геокультурного пространства создает обширное исследовательское поле.

Географические индивидуумы, составляющие геокультурное пространство, и есть культурные ландшафты. Их мозаика, иерархия, внутренняя структура отражают организацию геокультурного пространства.

Формирование геокультурного пространства – результат геокультурных процессов (пространственно-временных проявлений культурогенеза), обусловленных комплексом факторов, формирующих геокультурное пространство. Чаще всего выделяются: культурные, политические, экономические, исторические, пространственные и природные факторы. Выбирая один из них в качестве ведущего определяют частные виды геокультурных пространств (Туровский, 1997). Путем их синтеза определяют организацию интегрального геокультурного пространства.

Процесс познания неоднородности геокультурного пространства отражается в культурно-ландшафтном районировании, выделении границ как важной составляющей организации пространства, не только разделяющих, но и объединяющих его части.

Субстратной основой обособления антропоцентричных культурных ландшафтов можно считать пространственно выделенные группы населения, имеющие специфические культурные особенности. Осваивая вмещающее социокультурное и природное пространство, эти общности формируют интегральную, целостную совокупность природных и социокультурных элементов с достаточно разнородной и уникальной структурой, а также с особой организацией пространства. В качестве сообществ, формирующих геокультурное пространство, можно рассматривать цивилизационные, этнические, субкультурные и др.

Основным объектом настоящего исследования являются традиционные культурные ландшафты Северного Кавказа, формирующиеся на основе социокультурных общностей, обладающих этнической спецификой, ставшей ведущим фактором их формирования. Наиболее удачное видовое название для подобных географических образований – «этнокультурные ландшафты», то есть освоенное этнокультурным сообществом пространство.

Перечисленные средства изучения геокультурного пространства, как и сама концепция геопространства, во многом результат применения ландшафтных представлений, концепций и моделей. Опираясь на культурологическую методологию, теория ландшафта приобретает новое, более широкое применение в рамках общегеографического направления, ядром которого становится культурно-ландшафтный подход.

4. Экологическая модель формирования культурного ландшафта стала основой выявления факторов формирования культурных ландшафтов Северного Кавказа, среди которых определяющую роль играли природные и социокультурные (экономические, демографические и политические), а также особенности культурно-географического положения региона.

Отправной точкой для создания модели формирования культурного ландшафта может служить представление о его средовом, экологичном характере. При взаимодействии местного сообщества со средой (социоприродным пространством) формируются три составляющие культуры:

природно-экологическая, общественно-экологическая и социорегулятивная (Маркарян, 1983). При таком структурировании центральное место занимает социорегулятивная составляющая, формирующая духовно-ментальный и интеллектуальный пласты культурного ландшафта.

Формирование этих составляющих обусловлено воздействием факторов среды: природной и социокультурной (в т. ч. экономической, демографической, политической). Выделенные составляющие – производные от формирующих их факторов среды, – легко выявляются в структуре культурного ландшафта (рисунок 1).

Вход природных воздействий в культурный ландшафт происходит через природно-экологическую подсистему, в рамках которой функционирует производственная культура и культура жизнеобеспечения. В первом случае природный ландшафт выступает как ресурсная база (природноресурсный фактор) производственной деятельности, во втором – как средоформирующий фактор, влияющий на физиологические параметры организма.

К социокультурным можно отнести все факторы культурогенеза, связанные с социальной сущностью человека в широком смысле слова. К ним относятся различные виды социальных отношений, конкретные способы их реализации, в той или иной степени влияющие на территориальную организацию культуры. В группу важнейших социокультурных факторов можно объединить экономические, демографические и политические.

1 э с т е т и к а Социальная Природная м о р а л ь среда среда п о з и т и в н ы е з н а н и я - 1 - 2 - - 4 - 5 - 6 - Рис. 1. Экологическая модель формирования культурного ландшафта 1 – система в целом; 2 – «среда»; 3 – подсистемы (1 – природно-экологическая;

2 – общественно-экологическая); 4 – социорегулятивная подсистема; 5 – связи системы со средой; 6 – воздействие на систему (потребности); 7 – воздействие системы (эффективность выполняемых функций) Под воздействием перечисленных факторов формируется общественно-экологическая составляющая культуры. В частности, под воздействием экономических факторов (разделение труда, характер распределения материальных благ) формируется экономическая культура. Демографические факторы (естественное, механическое и социальное воспроизводство населения) формируют демографическую культуру. Политические факторы (система властных отношений) определяют выделение политической культуры.

В настоящем исследовании на основе этой модели рассматриваются факторы формирования традиционных этнокультурных ландшафтов Северного Кавказа, на основании чего проводится анализ современной структуры геокультурного пространства региона и тенденций его развития. Формирование этнокультурных ландшафтов Северного Кавказа – результат исторически длительного взаимодействия социокультурных общностей традиционного типа с вмещающим жизненным пространством.

Важнейшим условием обособления культурных ландшафтов региона стали внутренние социокультурные факторы (традиционная этническая культура) и тесно с ними связанные факторы природной среды.

5. Природная среда – субстратная основа культурных ландшафтов, определившая зональные и высотно-поясные особенности их организации, компонентную структуру производственной системы и системы жизнеобеспечения, морфологическую структуру.

Тесная связь традиционной культуры (в особенности производственной) с природной средой определила формирование адаптивных систем природопользования. Исходя из особенностей природной структуры сформировалось два типа природопользования – равнинный и горный с различными вариантами. В еще большей степени на геокультурный регионализм повлияла устойчивость традиционной социоструктурной культуры, определявшаяся крепкими родовыми связями и патриархально-феодальными отношениями. Социальная изолированность, дополняемая в горных районах природными барьерами, определила выработку оригинальных культурных форм, четко выраженных в пространстве. Их значительное разнообразие – результат воздействия внешних социокультурных и отчасти природных факторов.

Характер их воздействия можно объяснить на основе анализа культурно-географического положения. Транзитное положение Северного Кавказа в сочетании с периферийностью по отношению к социокультурным суперсистемам определяли частую смену различных культурных воздействий. Отсюда крайняя пестрота и динамичность геокультурного пространства. Соотношение этих параметров в равнинных и горных районах была различной: максимальная пестрота – в горных, максимальная динамичность – на равнинных.

Важно отметить зональные и высотно-поясные особенности культурных ландшафтов региона, нашедшие отражение прежде всего в организации сельскохозяйственного производства и в целом в структуре геокультурного пространства.

Выделяются пояса культурных ландшафтов: 1) высокогорно-среднегорный, освоенный кавказскими народами и казачеством; 2) среднегорнонизкогорный и предгорный – т. н. буферное пространство геокультурного экотона (казачество, кавказские народы, кочевники). Зональные типы культурных ландшафтов: 1) полупустынно-степные (кочевники); 2) долинные (казачество); 3) степные и лесостепные (крестьянство, казачество, кочевники). При этом пространство организуется по-разному.

Этнокультурные ландшафты скотоводов-кочевников изначально формировались в условиях степных и полупустынных природных ландшафтов.

В XIX веке в пределах Ставропольского края существовали этнокультурные ландшафты ногайцев, калмыков и ставропольских туркмен. Названные этнические группы имели сходные формы культурной адаптации к существующим в Предкавказье природным условиям и объединялись в единый хозяйственно-культурный тип – кочевников-скотоводов степей и полупустынь (Андрианов, Чебоксаров, 1972). Равнинный рельеф, обширные пастбища способствовали содержанию значительного по поголовью стада. Быт, материальная культура кочевников были приспособлены к постоянным передвижениям по открытым пространствам. Умеренный выпас скота в условиях постоянной смены кочевий способствовал наибольшей продуктивности пастбищных угодий, поскольку уничтожение растительности скотом примерно соответствовало приросту биомассы трав.

В связи с особенностями кочевого образа жизни и природной структуры региона формировались дисперсные, размытые, значительные по площади этнокультурные ландшафты.

К концу XIX века в результате усиления потока русских и украинских переселенцев в степное Предкавказье этнокультурные ландшафты кочевых народов постепенно сжимались, некоторые разделились на ряд анклавов с достаточно четкими, выделенными границами. При этом, ввиду выработанной в традиционной культуре кочевников адаптивной пластичности к постоянным изменениям параметров природной среды, характерных для внутриконтинентальных регионов Евразии, сохранялись, с некоторыми изменениями, особенности производственной и жизнеобеспечивающей культуры.

Формирование этнокультурных ландшафтов русско-украинских земледельцев и скотоводов, – во многом результат культурной адаптации переселенцев к условиям природной среды степного Предкавказья. Мигранты занимают районы, наиболее адекватные их традиционной производственной культуре, сформировавшейся в условиях природной среды Русского Черноземья и Малороссии и относящейся, по Н. Н. Чебоксарову, к хозяйственно-культурному типу пашенных земледельцев лесостепей и лесов, а также степей умеренного пояса. Для данного хозяйственно-культурного типа как подсобное занятие развивалось скотоводство и плодоводство. При этом в условиях Предкавказья роль скотоводства существенно возрастало, что связано со значительной эффективностью данного вида хозяйственной деятельности в сухих степях (Бентковский, 1878).

Довольно четкие границы этнокультурных ландшафтов русско-украинских земледельцев и скотоводов фиксировались в пределах степной и лесостепной провинций Ставропольской возвышенности и частично в полупустынной провинции Терско-Кумской низменности. На протяжении XIX века площадь и плотность этнокультурных ландшафтов быстро увеличивалась. Одновременно возросла роль пашенного земледелия. При этом начала отчетливо проявляться хозяйственно-культурная специализация отдельных районов: преимущественно земледельческая – в западных и северо-западных районах; земледельческо-скотоводческая – в центральных и южных районах; преимущественно скотоводческая – в северных и восточных районах. В пойме Кумы, Куры и в районе Пятигорья развивалась культура шелководства, пчеловодства, виноградарства, бахчеводства.

Этнокультурные ландшафты русских земледельцев и скотоводов имели долинно-балочную морфологию. Селенческие урочища являлись центральными местами природно-культурных комплексов. Они формировались в долинах и балках степных рек, благоприятных по условиям водоснабжения и микроклимата. В лесостепной провинции большая часть поселений приурочена к верховьям балок с многочисленными выходами качественных и высокодебитных подземных вод. Пастбищные урочища непосредственно примыкали к селенческим, формируя так называемые «выгоны». В качестве таковых использовались днища, а также склоны речных долин и балок малопригодных для земледелия. Далее простирались земледельческие богарные урочища с залежной системой обработки. Они занимали наиболее плодородные водораздельные пространства первичных равнин.

Совсем по-другому формировалась морфологическая структура этнокультурных ландшафтов скотоводов-кочевников. Кочевой образ жизни не способствовал четкой фиксации границ природно-культурных комплексов, которые изначально формировались по родовому признаку и занимали обширные пространства летних и зимних кочевий.

Природно-культурные комплексы имели в своем составе временные, сезонно перемещавшиеся аулы из переносных юрт. Аулам была присуща некоторая хаотичность расположения жилищ, что в первую очередь диктовалось рельефом местности, наличием и расположением водных источников, климатом. Размещались юрты вдоль балки, реки или квадратом вокруг колодцев. Осваивались разные типы культурно-природных местностей и урочищ, в зависимости от наиболее благоприятных для традиционной культуры природопользования сезонных состояний природных ландшафтов полупустынного и степного типов. Летом кочевники находились на водораздельных первичных равнинах, где в это время имелась довольно качественная кормовая база – господствовали злаковые степи. Водоснабжение обеспечивали качественные грунтовые воды с наибольшей водообильностью. Зимой использовались пойменные ландшафты и окружающие их полынные пустыни и полупустыни. Именно здесь существовали наиболее благоприятные условия для сохранения поголовья скота в условиях суровой зимы.

Во второй половине XIX века значительная часть кочевников перешла на полукочевой образ жизни и локальное кочевание. Такой вариант ведения хозяйства преобладал в условиях полупустынных ландшафтов. Микрокомплексность растительного покрова, относительно мягкие зимы, близко залегающие грунтовые воды позволяли кочевать мелкими общинами вблизи одного или нескольких водных источников.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.