WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 14 |

Таким образом, право регулирует производственные отношения потому, что содержание всех общественных отношений слагается из действий их участников, что и производственные отношения, будучи необходимыми, выражаются в актах волевого поведения людей. Авторы, отрицающие регулирование [15] В. И. Ленин. Соч. т 1, стр. [16] Н. Г. Александров. Правовые и производственные отношения в социалистическом обществе «Вопросы философии», 1957, № 1, стр. 46, правом экономических отношений, сбрасывают со счета одно из основных положений теории исторического материализма– об активном обратном воздействии идеологической (в первую очередь политической и правовой) надстройки общества на породивший ее экономический базис.правом экономических отношений, сбрасывают со счета одно из основных положений теории исторического материализма– об активном обратном воздействии идеологической (в первую очередь политической и правовой) надстройки общества на породивший ее экономический базис.

2. Правоспособность Следующей общей предпосылкой образования правоотношений является правоспособность, т. е. способность иметь права и обязанности, признанные объективным правом.[17] Правоспособность, как правильно отметил Н. Г. Александров,– это длящееся отношение между ее носителем и государством.[18] Из этого, однако, не следует, что правоспособность – это элементарное правоотношение, как полагает М. П. Карпушин.[19] Сама по себе правоспособность никаких правоотношений между ее носителем и другими субъектами права, в том числе и органами государства, не порождает. Правоспособность порождает отношение между ее носителем и государством, взятом в целом, а не в лице отдельного государственного органа. От правоспособности следует отличать дееспособность, т. е. способность своими действиями приобретать, принимать и осуществлять права и обязанности.[20] Несколько лет тому назад никто в советской юридической литературе не сомневался в том, что правоспособность и правосубъектность – тождественные понятия.[21] Однако за последние годы в научной литературе и в устных дискуссиях было выдвинуто три варианта разграничения правосубъектности и правоспособности. Согласно первому из них, право- [17] Иногда в юридической литературе ведется спор, следует ли определять правоспособность как способность иметь права и обязанности или как право быть субъектом прав и обязанностей (см. например, О. А. Красавчиков. Теория юридических фактов в советском гражданском праве: Автореферат канд. Дисс. Свердловск, 1950, стр. 4;

И. Тишкевич. Правоспособность гражданина «Социалистическая законность», 1956, № 2, стр. 19) В научном отношении этот спор бесплоден оба определения правоспособности по существу равнозначны.

[18] См Н Г Александров. Законность и правоотношения в советском обществе, стр. [19] См. М.П. Карпушин. Социалистическое трудовое правоотношение. Госюриздат, М, 1958, стр. [20] Ни на чем не основано утверждение С. Ф. Кечекьяна, будто дееспособность является специальным видом правоспособности (см. С. Ф. Кечекьян. Правоотношения в социалистическом обществе, стр. 85) [21] См. С.Н. Братусь. О соотношении гражданской правоспособности и субъективных гражданских прав «Советское государство и право», 1949, № 8, стр. 36, Н Г Александров Законность и правоотношения в советском обществе, стр. 134.

субъектность гражданина–это общее, правоспособность (политическая, административная, гражданская, трудовая и т. д.) – особенное. Согласно второму, понятие правосубъектности многозначно: в тех отраслях и институтах права, для которых закон устанавливает различные предпосылки право- и дееспособности, правосубъектность равнозначна правоспособности; в тех же отраслях и институтах права, для которых закон устанавливает одинаковые предпосылки право- и дееспособности, правосубъектность включает в себя как право-, так и дееспособность.[22] Согласно третьему, правосубъектность во всех отраслях права включает в себя как право-, так и дееспособность.[23] Ни один из этих вариантов не может быть принят. Утверждение, будто правосубъектность – это общее, а правоспособность –особенное, ни на чем не основано. С таким же успехом можно сказать, что правоспособность–это общее, а правосубъектность – особенное Второй вариант, автором которого является А В Венедиктов, неприемлем прежде всего потому, что лишает понятие правосубъектности той определенности содержания, которой оно должно обладать. Понятие правосубъектности – юридико-техническое понятие, имеющее важное прикладное значение. Чтобы выполнить свое целевое назначение, понятие правосубъектности во всех отраслях права должно обладать одинаковым содержанием. Этого как раз и не учитывает А. В. Венедиктов, отстаивающий многозначность понятия «правосубъектность». [24] Наконец, третий вариант, предложенный О. С. Иоффе, приводит к выводу, будто дети и душевнобольные не являются субъектами права. Предвидя это возражение, О. С. Иоффе пишет: «Для осуществления правосубъектности таких (недееспособных,– Ю. Т.) лиц требуется дееспособность, и именно потому, что у них дееспособность отсутствует, последняя восполняется при помощи дееспособности других лиц... Следовательно, правоспособность и дееспособность не всегда совпа- [22] См. Ю.Ф. Доклад А. В. Бенедиктова «О субъектах социалистических правоотношений» «Вестник ЛГУ», 1956, № 5, стр. 142, А. В. Венедиктов. О субъектах социалистических правоотношении «Советское государство и право», 1955, № 6, стр. 20.

[23] 23 См. О. C. Иоффе. Спорные вопросы учения о правоотношения, стр. 54–56, Его же.

Гражданское право, сб. «Сорок лет советского права 1917–1957», т. II. Изд. ЛГУ, Л, 1957, стр. 213, Его же. Советское гражданское право. Курс лекций. Изд. ЛГУ, Л, 1958, стр. 82– [24]Аналогия между правосубъектностью и такими предельно широкими категориями исторического материализма, как «производство» и «собственность», которые действительно выступают в качестве многозначных, едва ли уместна.

дают в одном лице. Но и та и другая являются необходимыми условиями осуществления и, в этом смысле, реального существования правосубъектности».[25] Эти аргументы не спасают положения. Во-первых, автор отходит здесь от первоначально принятой точки зрения и признает дееспособность необходимым условием осуществления, а не самого наличия правосубъектности. Во-вторых, ссылка на то, что право- и дееспособность не всегда совпадают в одном лице, лучше всего доказывает, что в содержание правосубъектности нельзя включать и право- и дееспособность В-третьих, далеко не во всех случаях необходимым условием осуществления правосубъектности является дееспособность Когда малолетний обнаруживает утерянную вещь и сдает ее в стол находок, он совершает правомерное, а не юридически безразличное действие и осуществляет тем самым свою правосубъектность Однако дееспособности как необходимого, по мнению. О С Иоффе, условия осуществления правосубъектности здесь нет. Таким образом, от предложенного О С Иоффе разграничения понятий правосубъектности и правоспособности также придется отказаться.

Как видим, предпринятые в советской юридической литературе попытки разграничить понятия правосубъектности и правоспособности оказались неудачными И это не случайно. Для разграничения этих понятий нет ни теоретических, ни практических оснований Правоспособность можно определить как способность быть субъектом прав и обязанностей. правосубъектность – как способность иметь те же самые права и обязанности Едва ли за словесным различием этих формулировок кроется какое-либо различие по существу Интересы теории и практики требуют, чтобы понятия «право способность» и «правосубъектность» и впредь рассматривались как тождественные во всех отраслях и институтах права.

Правоспособность, как неоднократно подчеркивал С. Н Братусь, означает лишь абстрактную предпосылку правообладания, суммарное выражение всех допускаемых правопорядком прав и обязанностей.[26] Противоположную позицию в этом вопросе занимают сторонники теории динамической правоспособности, выдвинутой М. М.

Агарковым. Суть этой теории ее автор выразил в следующих словах: «.. правоспособность должна быть понята динамически. Гражданская правоспособность для каждого данного лица в каждый определенный момент означает возможность иметь определенные кон- [25] О. С. Иоффе. Спорные вопросы учения о правоотношении, стр. 213.

[26] См. С. Н. Братусь. О соотношении гражданской правоспособности и субъективных гражданских прав, стр. 36, Его же. Субъекты гражданского права. Госюриздат, М, 1950, стр. 5.

кретные права и обязанности в зависимости от его взаимоотношений с другими лицами».[27] Теория динамической правоспособности была подвергнута развернутой критике в советской юридической литературе, в первую очередь в работах С. Н. Братуся Однако за последние годы она вновь, хотя и в несколько смягченных вариантах, встречает поддержку в научной литературе Так, В. А. Дозорцев предлагает рассматривать правоспособность в абстрактном и в конкретном проявлениях.[28] С. Ф. Кечекьян различает общую и конкретную правоспособность,[29] Г. И. Петров – абстрактную и конкретную правоспособность и, соответственно этому, абстрактную и конкретную дееспособность.[30] Ни один из этих вариантов теории динамической правоспособности не может быть принят. Все они приводят к явно неприемлемому выводу, будто советские граждане не обладают равной правоспособностью, будто одни из них обладают большей правоспособностью, чем другие.[31] Между тем объем правоспособности субъекта права, даже с точки зрения формального равенства граждан перед законом, не может зависеть от его имущественного положения В. А. Дозорцев делает попытку спасти теорию динамической правоспособности ссылкой на специальный характер правоспособности госпредприятий и хозрасчетное построение их деятельности.[32] Эта ссылка неубедительна. Верно, конечно, что правоспособность юридических лиц, в отличие от правоспособности граждан, является специальной. Однако, будучи специальной, она остается для каждого юридического лица абстрактной; ее объем совершенно не зависит от того, насколько успешна хозрасчетная деятельность данного юридического лица.

Таким образом, теория динамической правоспособности должна быть отвергнута и при характеристике специальной правоспособности юридических лиц Основной порок теории динамической правоспособности состоит в том, что ее сторон- [27] М. М. Агарков. Обязательство по советскому гражданскому праву. Госюриздат, М, 1940, стр [28] См. В. А. Дозорцев. Права государственного промышленного предприятия на закрепленное за ним имущество: Автореферат канд. Дисс. М, 1955, стр. 15–[29] См. С. Ф. Кечекьян. Правоотношения в социалистическом обществе, стр. [30] См. Г. И. Петров. Сущность советского административного права. Докт. Дисс. Л, 1956, стр. [31] В другой своей работе М. М Агарков, доводя теорию динамической правоспособности до логического конца, прямо писал, что «содержание правоспособности может быть большим или меньшим» (Теория государства и права. Учебник для вузов Макет. Госюриздат, М, 1948, стр. 485).

[32] См. В. А. Дозорцев. ук. автореферат, стр. ники смешивают объем ники смешивают объем правоспособности субъекта права (гражданина и организации) с объемом принадлежащих лицу в каждый данный момент субъективных прав.

3. Юридический факт В отличие от нормы права и правоспособности юридический факт выступает в качестве необходимой частной предпосылки образования правоотношений. Юридические факты – это такие обстоятельства, с наличием или отсутствием которых норма права связывает возникновение, изменение или прекращение правоотношений. Ни одно правоотношение не может возникнуть непосредственно из закона. Примеры правоотношений из закона, которые обычно приводят (наследование по закону, обязательства по уплате алиментов и т. д.) в действительности не являются таковыми. Так, к наследованию по закону призываются лица, которые состояли с наследодателем в браке, родстве, были усыновлены им или находились на его иждивении. Помимо этого, для возникновения наследственного правоотношения во всех случаях необходим и такой юридический факт, как открытие наследства. Обязательство по уплате алиментов также может возникнуть лишь при наличии предусмотренных законом юридических фактов. К ним относятся:

состояние в родстве или в браке, несовершеннолетие, нетрудоспособность и т. д.

Юридические факты подразделяются на две основные группы: события и действия События–это обстоятельства, не зависящие от воли людей; действия –это акты воли и сознания человека. Иногда различие между событиями и действиями усматривают не в источнике их происхождения, а в характере самого процесса, в котором они протекают.[33] Такое дополнение, на наш взгляд, излишне. Конечно, смерть может быть результатом убийства, а пожар – результатом поджога. Однако в качестве события, как правильно отметил С. И. Вильнянский, выступают все же смерть, а не убийство, пожар, а не поджог.[34] Поэтому в определении событий как обстоятельств, не зависящих от воли людей, нет ничего неточного.

Некоторые авторы общепризнанную классификацию юридических фактов предлагают дополнить указанием на юридические обстоятельства[35] или состояния. При этом одни авторы [33] См. О. С. Иоффе Правоотношение по советскому гражданскому праву, стр. 120, Его же. Советское гражданское право, стр. 192.

[34] См. С. И. Вильнянский. Лекции по советскому гражданскому праву. Изд.

Харьковского университета, Харьков, 1958, стр. 84.

[35] См. О С Иоффе Правоотношение по советскому гражданскому праву, стр. 122–123.

(С.И. Вильнянский) рассматривают состояния как частный случай событий, другие (А. К.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 14 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.