WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 14 |

Прежде всего вызывает возражения попытка различать идеологическое и юридическое содержание правоотношения. Не следует забывать, что само право является одной из специфических форм выражения идеологии господствующего класса, хотя и не сводится к идеологии. Далее, что бы ни понимать под содержанием правоотношения – только социальную волю, закрепленную в правовых нормах, или только индивидуальную волю участников правоотношения, или взаимодействие социальной воли, возведенной в закон, с индивидуальной волей,–совершенно бесспорно, что воля находится не вне, а внутри субъективных прав и обязанностей, образцу содержание последних. Таким образом, и с этой точки зрения нельзя различать идеологическое и юридическое содержание правоотношения, объявив первым социальную волю, а вторым–права и обязанности субъектов правоотношения. Наконец, содержание правоотношения или, что то же самое, прав и обязанностей его участников образует не воля господствующего класса сама по себе, а именно взаимодействие социальной и индивидуальной воль. Признание О, С.

Иоффе содержанием правоотношения воли класса не дает возможности различать содержание объективного права и правоотношения.

Еще большие возражения вызывают суждения автора об объектах правоотношения.

Прежде всего, лишено всякого [96] См. О. С. Иоффе. Спорные вопросы учения о правоотношении, стр. 37, 48–51; Его же.

Советское гражданское право, стр. 67–69; 167–172.

смысла разграничение идеологического и юридического объекта правоотношения.

Поведение человека–акт его воли и сознания. Невозможно представить себе человеческое поведение, лишенное воли. Нельзя поэтому согласиться с выделением воли в качестве самостоятельного (идеологического) объекта правоотношения, наряду с поведением как юридическим объектом. Если же воля включается в поведение, то так -называемый идеологический объект (по крайней мере в той части, в какой речь идет о воле обязанного лица) входит в состав юридического. Далее, совершенно непонятно, почему идеологическим объектом правоотношения автор признает волю обоих его участников, а юридическим объектом – поведение только обязанного лица. Наконец, концепция О. С.

Иоффе не снимает вопроса о разграничении содержания и объекта правортношения, точнее, содержания обязанности и ее юридического объекта. По указанным основаниям выдвинутая О. С. Иоффе концепция содержания и объектов правоотношения должна быть отвергнута.

Монистический взгляд на объект правоотношения отстаивают С.Н.Братусь и Г. Н.

Полянская. Оба автора подчеркивают, что поведение субъектов правоотношений образует содержание их прав и обязанностей. В тех правоотношениях, в которых есть вещь, именно она и выступает в качестве объекта. Поскольку, однако, не во всех правоотношениях можно обнаружить вещь, существуют и безобъектные правоотношения.[97] С этой точкой зрения, не получившей, правда, развернутого обоснования, нельзя согласиться. Вопервых, признание вещи единственным объектом правоотношения неизбежно приводит к выводу о существовании безобъектных правоотношений; между тем, безобъектных правоотношений не может быть. Во-вторых, признавая вещь объектом правоотношения, С. Н. Братусь и Г. Н. Полянская по существу рассматривают правоотношение лишь как рефлекс действия правовой нормы и отрицают служебную роль по регулированию общественных отношений, выполняемую самим правоотношением. Так, Г. Н. Полянская прямо указывает, что правоотношение не воздействует на поведение. Но тогда позволительно спросить, для чего вообще возникает правоотношение Едва ли авторы, признающие вещь объектом правоотношения, смогут дать на этот вопрос удовлетворительный ответ.

Наконец, из монистического понимания объекта правоотношения исходит Б. С.

Никифоров, исследуя объект преступления. Особо должна быть отмечена следующая мысль автора:

[97] См. «Советское государство и право», 1950, №9, стр. 86 (выступления С. Н. Братуся и Г. Н. Полянской).

«...при более глубоком исследовании объекта именно как общественного отношения проблема предмета преступления по сути дела снимается....То, что в настоящее время принято именовать предметом, соотносится с объектом не как части неназванного единства, расположенные внешне по отношению друг к другу, а как составная часть целого – с самим этим целым, которое помимо „предмета" включает в себя и другие элементы. При ином подходе к делу... происходит обеднение богатого содержания подлинного объекта, неполное исследование объекта».[98] Эти мысли автора плодотворны и могут быть использованы при определении объекта правоотношения.

5. Объект правоотношения. Разграничение содержания и объекта правоотношения Определяя объект правоотношения, необходимо исходить из того, что правоотношение– это особое идеологическое отношение, при посредстве которого (через которое) норма права воздействует на фактическое общественное отношение. Из этого следует, что и норма права, и правоотношение имеют один и тот же объект, каковым является фактическое общественное отношение. При этом объектом правоотношения является общественное отношение в целом. Было бы неверно выхватить из содержания этого отношения какой-то отдельный элемент, например поведение одного из его участников, и возвести этот элемент (произвольно выхваченный) в ранг объекта правоотношения.

Общественное отношение является общим объектом всякого правоотношения. Если общественное отношение, на которое воздействует правоотношение, связано с вещами, то вещи входят в состав общественного отношения и тем самым рассматриваются в качестве составной части объекта правоотношения. Признание общественного отношения объектом правоотношения отнюдь не означает, что правоотношение одинаково воздействует на все элементы своего объекта. Как и объективное право, правоотношение может непосредственно воздействовать лишь на волю и сознание людей, подчиняя поведение людей правовым требованиям; на предметы внешнего мира – вещи – правоотношение непосредственно воздействовать не может; оно воздействует на них через поведение людей. Из этого, однако, не может быть сделан вывод, будто объектом правоотношения является только поведение людей. Обеспечивая участникам общественных отношений совершение дозволенных и предписанных действий, правоотношение воздействует–в конечном счете–и на вещи.

[98] Б. С. Никифоров, ук. автореферат, стр. 18.

которые входят в состав общественных отношений. То же самое можно сказать и о воздействии правоотношений на продукты духовного творчества, возникающие в результате деятельности людей.

Признание общественного отношения в целом общим объектом правоотношения не исключает возможности выделения вещей и продуктов духовного творчества в качестве предметов или специальных объектов правоотношений.[99] Однако при таком выделении нужно постоянно помнить, что и вещи, и продукты духовного творчества являются составной частью единого общественного отношения, а тем самым и составной частью общего объекта правоотношения. Выделение вещей и продуктов духовного творчества в качестве предметов или специальных объектов правоотношений необходимо для изучения тех их свойств, с которыми нормы права связывают определенные правовые последствия.

Познание этих свойств имеет не только научное, но и важное прикладное значение при определении правового режима вещей и продуктов духовного творчества в законодательстве и практике его применения (например, в области права собственности, авторского и изобретательского права). Что же касается личных благ, то выделение их в качестве предметов правоотношения представляется нам нецелесообразным. Блага эти настолько срослись с личностью субъекта права, что их характеристика вполне может быть дана при изучении понятия субъекта права. Определение «правового режима» личных благ является по существу составной частью вопроса о защите субъекта права от противоправных посягательств.

Поскольку не всякое общественное отношение связано с вещами или продуктами духовного творчества, далеко не все правоотношения имеют свои предметы или специальные объекты. Однако ирония по поводу «беспредметных правоотношений» не должна нас смущать, ибо всякое правоотношение имеет свой объект, каковым является фактическое общественное отношение.

Таким образом, общим объектом правоотношения является то фактическое общественное отношение, на которое правоотношение воздействует; кроме того, у правоотношения может быть специальный объект или предмет в виде вещи или продукта духовного творчества.

Определив понятие общего и специального объекта правоотношения, мы можем перейти к наиболее трудному вопросу [99] Мы не придаем значения тому, как будут именоваться вещи и продукты дузовного творчества : предметами или специальными объектами.

всей теории правоотношения – разграничению содержания и объекта правоотношения.

Именно этот вопрос оказался ахиллесовой пятой для многих теорий объекта правоотношения, в том числе и для монистической теории объекта, развитой О.С.Иоффе и Я.М.Магазинером.

Объектом правоотношений могут быть как экономические (материальные), так и идеологические отношения. Во всяком экономическом отношении необходимо различать материальное содержание и волевое опосредствование. Объектом правоотношения является экономическое отношение в целом, т. е. как его материальное содержание, так и волевое опосредствование. Между тем в содержание правоотношения входит лишь волевое опосредствование материального содержания экономического отношения. Уже по одному этому содержание правоотношения не сливается с его объектом в тех случаях, когда в качестве последнего выступает экономическое отношение. Но дело не только и не столько в этом, а прежде всего в том, что содержанием правоотношения является не просто волевое поведение его участников, а взаимодействие социальной воли, возведенной в закон, с индивидуальной волей субъектов правоотношения; между тем в качестве объекта правоотношения выступает волевое поведение как таковое.[100] Это обстоятельство и позволяет разграничить содержание и объект правоотношения. По тем же основаниям содержание и объект правоотношения могут быть разграничены и в тех случаях, когда объектом правоотношения является идеологическое общественное отношение. И здесь содержание правоотношения составляет не идеологическое отношение как таковое, а отношение преобразованное, переработанное, благодаря воздействию на него социальной воли, возведенной в закон.

Таков, как нам кажется, наиболее правильный путь для разграничения содержания и объекта правоотношения.

6. Элементы правоотношения В юридической литературе были высказаны различные точки зрения по вопросу о том, что следует относить к элементам правоотношения. По мнению одних авторов, элементами правоотношения являются субъекты, права и обязанности, объект. К этим авторам относятся, в частности, М.М.Агарков, И.Л.Брауде, С. И. Вильнянский, О. С.

Иоффе.[101] По мне- [100] Которое должно рассматриваться в качестве составной части единого экономического отношения.

[101] См. Теория государства и права. Макет. 1948, стр. 474; И. Л. Брауде, УК. Соч., стра.

56 ; С. И. Вильнянский, УК. Соч., стр. 77 ; О. С. Иоффе. Советское гражданское право, стр. нию других авторов, элементами правоотношения являются лишь права и обязанности его участников. К авторам, исключающим субъектов и объект из числа элементов правоотношения, относятся, в частности, Я. М. Магазинер, А.К. Стальгевич, К. К.

Яичков.[102] Наконец, некоторые авторы, не затрагивая данной проблемы в целом, либо включают (И. Б. Новицкий), либо исключают (Г. А. Аксененок) объект из числа элементов правоотношения.[103] Не придавая большого значения этому спору, перешедшему в советскую юридическую науку из буржуазной юриспруденции, считаем необходимым отметить лишь следующее.

Если определять объект правоотношения как то, на что направлено правоотношение и что способно реагировать на воздействие последнего, то нельзя рассматривать объект в качестве необходимого элемента, т.е. составной части самого правоотношения. Такую ошибку допускает, в частности, О.С.Иоффе, который, определяя объект как то, на что правоотношение направлено, в то же время рассматривает объект как необходимый элемент самого правоотношения. Верно, конечно, что не может быть безобъектных, ни на что не направленных правоотношений. Из этого, однако, вовсе не следует, что объект является элементом правоотношения. Как раз напротив, определяя объект как то, на что правоотношение направлено, мы тем самым исключаем объект из числа элементов правоотношения, ибо последнее не может быть направлено на самое себя.

Что же касается субъектов, то они – наряду с субъективными правами и обязанностями, которые к ним приурочены, – должны рассматриваться в качестве элемента правоотношения. Важно при этом подчеркнуть, что не может быть бессубъектных правоотношений, ибо всякое правоотношение является общественным отношением, существующим между людьми или группами людей.

[102] См. Я. М. Магазинер. Объект права, стр. 68; А. К. Стальгевич, ук. соч., стр. 31; К. К.

Яичков, ук. соч., стр. 131, 132.

[103] См. И. Б. Новицкии, Л. А. Лунц, ук. соч., стр. 41–42; Г. А. Аксененок, ук. соч., стр.

135.

Глава IV. Правоотношение и субъективное право.

Традиционное учение о соотношении нормы права, правоспособности, юридического факта, правоотношения, субъективного права и правомочия сводится к следующему.

Всякое субъективное право может возникнуть лишь при наличии необходимых предпосылок, каковыми являются норма права, правоспособность и юридический факт.

Поскольку субъективное право немыслимо без корреспондирующей ему обязанности, оно, соответственно, немыслимо и вне правоотношения (последним мы называем такую форму общественной связи между людьми, которая закрепляется в их взаимных правах и обязанностях). Что же касается соотношения субъективного права и правомочия, то субъективное право может состоять из одного или нескольких правомочий.

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 14 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.