WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 57 | 58 || 60 | 61 |   ...   | 80 |

Еще одним фактором, требовавшим (но не ставшим) особого внимания администраторов в центре и на местах, являлся социально-демографический. ЧисленIII Мер ш инс ие на чные чтения ность населения империи возросла со 125,6 (1897 г. ) до 163,7 (1913 г.) млн. чел. При этом соотношение городского и сельского населения (соответственно 15 и 85 %) существенно отличалось от аналогичных показателей ведущих мировых держав – США (41,5 и 58,5 %), Франции (41, 2 и 58, 8 %), Англии и Уэльса (78 и 22 %)10. Маргинализация не могла не воздействовать на формирование общественных настроений и политических ценностей. Саратовский октябрист А.И. Немировский, известный своей многолетней деятельностью в сфере городского самоуправления, оценивал маргинальный элемент провинциального центра как «совершенно недисциплинированный, морально расшатанный, оторванный революционной волною от всех устоев, на которых росла и крепла страна... (и. – В. К. ) таивший в себе немалую угрозу всему строю»11. Особую остроту приобретал и конфликт между поколениями, ставший предметом внимания и властей, и общественности. С.Н. Булгаков отмечал, что «слово „студент“ стало нарицательным именем интеллигентов в дни революции... Кто радеет о будущем, тот больше всего озабочен молодым поколением. но находиться от него в духовной зависимости, заискивать перед ним, прислушиваться к его мнению, брать его за критерий – это свидетельствует о духовной слабости общества...»12. Оценивая состав поколения, пришедшего в революцию в начале ХХ в., Л.Д. Троцкий причислял к нему «людей от 18 до 30 лет», а лица более старшего возраста считались «стариками»13. Начальник саратовского губернского жандармского управления, характеризуя политическую обстановку тех лет, отмечал: «Старики – люди спокойные, в большинстве религиозны, по своим убеждениям – монархисты; вторые, люди среднего возраста, участники аграрного движения 1905 – 1906 гг. Третья – молодежь, в большинстве просто развращенные, хулиганствующие люди...»В итоге именно молодежь отвергла прежние идеологические и ценностные установки старого патриархального строя и была часто ориентирована в поисках харизматических лидеров, призванных проповедовать насилие в качестве главного метода коренных перемен15. Исследователями убедительно доказано, что юный возраст, невысокий уровень образования являлись теми факторами, которые обусловили радикализм, революционное нетерпение, стремление использовать крайние меры в борьбе против основ государственного строя.

Российские психиатры выражали свою обеспокоенность ростом нервно-психических заболеваний. В постановлении Х съезда врачей (25 апреля – 2 мая 1907 г.) указывалось на то, что «основы общественного здоровья подорваны теми условиями, в которых находится наша страна... С одной стороны, свирепствуют травматические эпидемии убийств, казней, погромов, самоубийств, порождающих целый ряд заболеваний физических и нервно-психических, с другой – исключительные положения с их массовыми арестами, высылками и другими проявлениями произвола совершенно нарушают или даже прекращают деятельность больниц, всего медицинского персонала...»16. Известный психиатр, приват-доцент М. Жуковский обращал внимание на то, что «ужасы, перед которыми в обычное время содрогается сердце человеческое, теперь не производит сильного впечатления»17. ВосприГ манитаристи а о менталитете и общественном сознании россиян ятие насилия как обыденного явления, ставшее составной частью мозаичного полотна провинциальной жизни, стало предметом оживленной полемики на страницах печати. Откликаясь на убийство депутата I Государственной думы Г.Б. Иоллоса, пензенский либерал Н.Ф. Езерский18 опубликовал статью в «Московском еженедельнике», в которой с тревогой высказывался о нравственном воздействии терроризма на состояние общества: «Создается неясное, но глубокое убеждение, что все принципы условны, что каждый может нарушить их во имя того, что ему кажется для данной минуты важнее, и во всей общественной жизни водворяется такая нравственная анархия, которая во много раз стройнее политической, ибо при ней невозможен никакой общественный порядок, кроме основанного на грубой силе»19.

Подходящими мишенями для террористов становились не только высокопоставленные чиновники (жертвами насилия здесь стали губернаторы Самарской, Симбирской и Пензенской губерний И.Л. Блок, К.С. Старынкевич, С.В. Александровский, генералы Сахаров и Лисовский), но и священники, служащие, нижние чины полиции и жандармерии. Убийства нередко совершались бессознательно, а причинами гибели должнотсных лиц становились страх революционной молодежи за обнаружение оружия и поддельных документов. Так, одной из жертв стал унтер-офицер жандармерии, пытавшийся проверить документы у пензенского учащегося Н. Пчелинцева и его товарища, укрывшихся на небольшой станции. Казнь Пчелинцева стала первой на территории губернии в начале ХХ в., а исполнителя приговора пришлось командировать из Казани. В советское время имя террориста, участвовавшего в убийстве начальника депо Пенза Сызрано-Вяземской железной дороги И.А. Сафаревича, было окружено ореолом героизма и привлекало внимание местных краеведов20.

Возрастающее значение печати на формирование общественного мнения являлось важной составляющей динамики провинциальной жизни. После обнародования Манифеста 17 октября 1905 г. быстро росли тиражи газет и журналов, расширялся диапазон информации, развивались службы распространения. Если в 1900 г.

соотношение процента числа изданий между Петербургом, Москвой и провинцией определялось в пропорции 40 – 10 – 50%, то спустя 13 лет оно изменилось, составив 25 – 10 – 65 %21. Невзирая на применение судебных, административных санкций по отношению к оппозиционной прессе либералы и радикалы стремились проникнуть в редакции беспартийных газет, рассчитывая повлиять на их направленность. И все же «усталость» от «политики» в провинциальной среде после революции 1905 – 1907 гг. стала очевидным явление, которое конечно же, не следует недооценивать в контексте нерешенности комплекса проблем, увязанных со спецификой модернизационного процесса, отношение к которому со стороны значительной части провинциального социума отличалось настороженностью (и враждебностью), поскольку заимствования, столь характерные для линии реформ, воспринимались подспудно как угроза культурной идентичности. А если учесть, что большинство населения было отчуждено от деятельности структур местного самоуправления, что лишало их массовой поддержки и облегчало возможность для адмиIII Мер ш инс ие на чные чтения нистраторов действовать более бесцеремонно, то становятся понятными симптомы «болезней» состояния взаимоотношений между властью и социумом, воздействовавших на настроения и формирование политических ценностей гражданского общества, которое так и осталось незавершенным. Растущее напряжение по-прежнему оставалось в «порах» общественного организма. Это было (но не стало) предостережением для властей накануне испытаний Первой мировой войны.

Примечания См.: Ильин В.В., Панарин А.С., Бадовс ий Д.В. Политичес ая антрополо ия. М., 1995.

С. 88 –90.

Мелеш ина Е.Ю. Политичес ое сознание // Политичес ий процесс: основные аспе ты и способы анализа. М., 2001 С. 134– 135.

Ольшанс ий Д.В. Массовые настроения в полити е. М., 1995.

ГАПО, ф. 5, оп. 1, д. 7949, л. 11 – 11 об.

См.: Айрапетов О. Бесшабашная бестолочь. Армия, общество и « олониальная война» // Родина.

2004. № 1. С. 55.

ГАПО, ф. 5, оп. 1, д. 7611, л. 1.

Чернозем. 1915. 25 сент.

См.: Б лда ов В.П. Большевизм в интерьере российс ой мно опартийности // Призвание истори а. Проблемы д ховной и политичес ой жизни России: Сб. статей. К 60-летию профессора, до тора историчес их на В.В. Шелохаева. М., 2001. С. 290.

См.: Кресс Э. Российс ие немцы или немец ие россияне на пере рест е льт р и язы ов. М., 1995.

С.10.

Россия. 1913 од. Статисти о-до ментальный справочни / Отв. реда тор А.П. Корелин. СПб., 1995.

С. 17, 23.

Немировс ий А.И. Реформа ородс о о само правления. СПб., 1911. С. 9.

Б л а ов С.Н. Героизм и подвижничество // Вехи. М., 1991. С. 51 – 52.

См.: Троц ий Л.Д. Сталин. Т. 1. М., 1990. С. 86.

Карнишин В.Ю. Прелюдия Февраля: Влияние первой мировой войны на массовые настроения провинциально о общества // Февральс ая революция и с дьбы России. Ставрополь, 1997. С. 44 – 45.

См.: Бочаров В.В. Антрополо ия возраста. СПб., 2000. С. 177.

Х съезд р сс их врачей в память Н.И. Пиро ова (Мос ва, 26 апреля – 2 мая 1907.). СПб., 1907.

С. 246.

Ж овс ий М. О влиянии общественных событий на развитие д шевных заболеваний (Прочитано 31 марта в Пиро овс ом м зее) // Вестни психоло ии, риминальной антрополо ии и ипнотизма. 1907. № 3. С. 132.

См.: Карнишин В.Ю. Езерс ий Ни олай Федорович // Политичес ие партии России. Конец XIX – первая треть XX ве а: Энци л. М., 1996. С. 200 – 201.

Езерс ий Н.Ф. Про лятый вопрос // Мос овс ий еженедельни. 1907. № 14. С. 9.

См.: Еремин Г.В. Пчелинцев Ни олай Семенович // Пензенс ая энци лопедия. М., 2001. С. 510.

См.: Жир ов Г.В. История ценз ры в России XIX – XX вв. М., 2001. С. 181.

Г манитаристи а о менталитете и общественном сознании россиян И.В. Капитонов, кандидат исторических наук, директор Саранского филиала Волго-Вятской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЭСЕРОВСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ СРЕДИ КРЕСТЬЯН МОРДОВИИ В ГОДЫ ПЕРВОЙ РОССИЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ Начало 1905 г. привело к реальным шагам в объединении эсеровских комитетов и групп региона, что не могло не привести к улучшению ситуации. В феврале состоялся I Поволжский областной съезда партии социалистов-революционеров (ПСР) в г. Пензе, объединивший организации 8 губерний1. Душой и организатором областного комитета был один из лидеров Пензенской организации Алексей Дмитриевич Добросмыслов, человек удивительной судьбы, полной ярких страниц борьбы, самоотверженности и драматизма. За свою энергию, авторитет и практический вклад на состоявшемся в октябре 1906 г. V Поволжском областном съезде он был избран делегатом II съезда ПСР. Работа Поволжского комитета, координировавшего усилия организаций региона, была весьма плодотворной, но к 1907 г. из-за многочисленных арестов серьезно ослабла, а в связи с перемещением в 1908 г. его материальной базы, а также областной типографии в Тамбов связь его с первичными ячейками Мордовии стала достаточно условной.

Репутация Мордовии как тихого и спокойного края была по-прежнему устойчивой и в значительной степени объективной. Косвенно о благонадежности населения говорит следующий факт: в 1905 – 1906 гг. на службу по Санкт-Петербургскому и Петергофскому Дворцовым управлениям на различные технические должности (истопник, дворник, конюх и т.д.) поступило около 20 крестьян Темниковского и Спасского уездов2. Столь мощная мордовская колония, в значительной мере укомплектовавшая обслуживающий персонал царской семьи, конечно, оказалась там не случайно. Надо ли говорить, с какой тщательностью отбирались люди в службы, в той или иной мере могущие соприкасаться с особой государя императора и его двором в то неспокойное время. На все запросы из Санкт-Петербурга были даны только положительные отзывы и рекомендации.

Тем не менее в преддверие бурных крестьянских выступлений, охвативших Мордовию в годы первой российской революции, напряжение, существовавшее в обществе в силу прежде всего сложившихся экономических причин, активно поддерживалось и нагнеталось эсеровской пропагандой. Но если ранее партийные группы работали в основном в уездах Пензенской губернии, то теперь география их местонахождения стала более разнообразной. Все активнее заявляли о себе представители Симбирской и Тамбовской губерний.

События первой российской революции в Мордовии нашли выражение в форме крестьянских выступлений; особняком стоит «Рузаевская республика» декабря 1905 г.

III Мер ш инс ие на чные чтения Первые открытые выступления крестьян начались в апреле 1905 г. Жители с.Баева Лукояновского уезда на своем сходе приняли решение не допускать лесопромышленника Гришаева вырубать купленный у местной помещицы лес, который они считали своим. 6 апреля вооруженный отряд крестьян разогнал рубщиков из лесной дачи. Так же поступили крестьяне с. Селищи Сергачского уезда с лесопромышленником Кадеевым. В мае – июне против своих помещиков выступили крестьяне с. Парадеево, Дубенки, Редкодубье и др.Прежде всего выдвигались экономические требования: чувствуя усиливающуюся слабость центральной власти и ее органов на местах, правовой нигилизм, вызванный тяжелым материальным положением и умелой революционной агитацией, все более усиливался и достиг критической точки. Крестьяне решали свои насущные задачи: вырубали помещичий лес, грабили их имения, производили потраву полей, отказывались выходить на полевые работы, «красный петух» часто справедливого, годами копившегося гнева гулял по усадьбам, амбарам и иным хозяйственным постройкам, сжигая дотла «благополучие господ»4.

Государственные органы на местах, как могли, противостояли вспыхнувшим волнениям, вплоть до применения воинских частей. В рапортах и донесениях той поры чувствуется напряжение обеих сторон, противостояние было ожесточенным и непримиримым. Но летом аграрное движение в Мордовии заметно пошло на убыль. Временное отступление крестьянства было вызвано не давлением правительства, а необходимостью сосредоточиться на своем главном занятии – работе на земле. Многовековой крестьянский опыт учил, что заготавливать корма, убирать хлеб, завозить дрова нужно вовремя и важно это время не упустить. А запалить стог и «растащить» «господское добро» можно и в более свободное время. Полиция, прекрасно сознавая временность передышки, с тревогой ожидала осени. И действительно, с конца октября волнения вспыхнули с новой силой.

Любого рода противостояние с самодержавием, а тем более бунт крестьянский, «беспощадный» – это именно то, к чему стремилась партия эсеров, к чему она призывала и вполне естественно было ожидать широкого размаха ее деятельности. Действительно, особенно с конца 1905 г. оживление чувствовалось, но степень его была несоизмерима с происходящими событиями. Полиция и жандармерия не проводили параллель между беспорядками и работой каких-либо организованных партийных групп. Учитывая нахлынувшую на них лавину дел, они видели перед собой конкретного носителя смуты, а не его партийную принадлежность. Тем не менее существовавшие эсеровские группы пытались оказывать влияние на происходящие события, направлять по возможности народный гнев в нужное русло.

Особенностью данного периода является проведение эсеровской пропаганды среди населения от имени Всероссийского крестьянского союза, созданного партией социалистов-революционеров и полностью находящегося под ее влиянием и контролем.

Pages:     | 1 |   ...   | 57 | 58 || 60 | 61 |   ...   | 80 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.