WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 53 | 54 || 56 | 57 |   ...   | 80 |

Необычайно популярным и в начале XX в. в народном созании оставался Александр II-Освободитель, ведь основная мифологема крестьянских экономический воззрений – мечта о «черном переделе», была подкреплена им юридическим III Мер ш инс ие на чные чтения прецедентом принудительного отчуждения помещичьей собственности. Логику крестьянских рассуждений хорошо передал С.Ю. Витте в своих воспоминаниях:

« – Земли нет.

– Как нет, смотри, сколько ее у царской семьи, у правительства (казенной), у частных владельцев – Да ведь это земля чужая.

– Ну так что же, что чужая. Ведь государь-то самодержавный, неограниченный. Видно не хочет дворян обижать или они его опутали.

– Да ведь это нарушение права собственности. Собственность священна.

– А при Александре II собственность не была священна, захотел и отобрал и нам дал. Значит не хочет»25.

В крестьянских высказываниях защита их экономических интересов на государственном уровне прочитывается прежде всего как воплощение «божьей Правды», чуждой «писанным законам».

К числу массовых источников в деле изучения данной проблематики относятся и рапорты уездных исправников по вопросам дознания о фактах оскорбления особы Его Императорского Величества и богохульства. Текстовая обработка «крепких» высказываний в адрес «Царя» и «Бога» при критическом рассмотрении сопутствующих обстоятельств по существу «дела» дает возможность выявления и анализа общих тенденций развития, прежде всего девиантного начала в структуре родового сознания. В условиях социокультурного кризиса, принимая во внимание этнопсихологические особенности русского народа, можно прогнозировать определенную рокировку противоположных элементов равновесной системы, которую и представляла собой крестьянская община. Естественной защитной реакцией на вызовы, созданные модернизационными процессами и разрушающие состояние гомеостаза, в том числе на уровне мотивации поведенческой практики, становится компенсация «нормы» на «аномалию»; то, что раньше имело характер единичного феномена, теперь становится явлением массового порядка. К тому же пребывание в «нетрезвом состоянии», когда чаще всего и совершались государственные преступления подобного рода, предполагает подавление сознательной личности и возобладание бессознательного, которое (по замечанию Г. Лебона) всегда коллективно. Это позволяет нам использовать данные тексты в качестве источников по реконструированию смыслосодержания массовых оценочных суждений по поводу «царствующей» династии. Последние получили широкое распространение не одномоментно с фиксируемыми высказываниями, но в периоды активизации процессов массообразования, когда под воздействием острого переживания предельной кризисности сложившейся ситуации, сильнейшего эмоционального состояния, граничащего с аффектом, человеку требуется физическое соединение с другими людьми, испытывающими подобные ощущения. Именно эта психологическая потребность человека «в идентификации себя с большой общностью» для регуляции собственных эмоций, лежит, по мнению Д.В. Ольшанского, в основе возникновения массы. Аффективность эмоционального восприятия окружающей действиГ манитаристи а о менталитете и общественном сознании россиян тельности также стимулирует тиражирование в массовом сознании девиантных образцов поведения и мышления26.

С другой стороны, в высказываниях и в поведении в целом наиболее радикально настроенных крестьян сублимировалось предельно-критическое отношение к миру, в том или ином качестве присутствовавшие в сознании большинства населения сельской России. Нередко это не просто фраза, брошенная в состоянии аффекта деревенским пьяницей и дебоширом, а аргументированное суждение «мироеда-говоруна», человека состоятельного и пользующегося уважением и влиянием на сельских собраниях. Так, в апреле 1904 г. в с. Елизине Мокшанского уезда Пензенской губернии на общем сходе обсуждался вопрос о сборе пожертвований «на усиление флота на Дальнем Востоке». Речь шла о выделении 100 руб. из мирского капитала, и данное предложение, поступившее от волостного старшины, вызвало неоднозначную оценку необходимости оказания дополнительной помощи государству. Один из крестьян Петр Кузнецов (из зажиточных, избирался сельским старостой) заявил, что «он первый не желает жертвовать», говоря: «Пусть нас японец возьмет, у них господ нет и у нас уничтожит, распоряжение будет другое и земля будет наша вся». В ходе возникшей дикуссии на вопрос сообщественника Е. Власова: «Лучше ли будет нам, если японец заставит нас кланяться пенькам или истуканам», Кузнецов отвечал: «...для нас все равно, кому бы не кланяться лишь бы лучше жилось». «Государь», по мнению Кузнецова, «и так большие проценты берет за наши души: земли отдавал по 120 руб., а с нас берет руб.»27. Показательно, что крестьяне «под впечатлением такого разговора» от подписания приговора отказались, что доказывает восприимчивость массового сознания к тем объяснительным моделям, которые содержат мифологемы родового нравственного идеала (отказ от приверженности этатистско-христианским ценностям в обмен на реализацию идеи всеобщего «поравнения»). Следует также обратить внимание на отсутствие сравнительных характеристик в словах П. Кузнецова относительно Александра II и действующего на тот момент времени императора («отдавал...», «берет...»): речь шла о «Государе» вообще, что можно интерпретировать как суждение об институциональном дисбалансе в определении власти в структуре родового сознания.

При всей разрозненности данных, сопоставляя документы 1903 – 1904 гг. и 1913– 1914 гг., можно тем не менее определить важнейшую тенденцию динамики значений негативных высказываний в адрес «Царя», о которой уже упоминалось:

происходила постепенная десакрализация, т.е. разрушение мистического содержания «образа», низведение «Богоносца» на более низкую и абсолютно неадекватную родовым представлениям ступень социальной иерархии – в ранг «начальствующего сословия». Это, в свою очередь, в представлениях крестьянства снимало чувство ответственности за нанесение оскорблений словом или действием. В качестве отправного момента воспользуемся следующими фразами, прозвучавшими из уст крестьян с. Высокое Чембарского уезда Пензенской губернии в июле 1902 г., когда во время прополки клубники в саду, арендованном псаломщиком Соборной III Мер ш инс ие на чные чтения церкви г. Чембара И.М. Рождественского, в ответ на угрозу применить огнестрельное оружие, если будут замечены случаи воровства ягод и фруктов из сада, резонно заметили «хозяину»: «Ай ты без судный, не нашего царя», «как же ничего не будет, ведь у нас закон и государь один»28. Комментируя данные высказывания, следует отметить указание на исключительность положения особы Его Императорского Величества, а также наделение правотворческими и судебными функциями.

В родовом сознании крестьянства «Царь» отдельно от других уже является источником права, средоточие абсолютной «Правды» божественного, т.е. априори праведного, священного происхождения.

Если опустить анализ сюжетов с использованием ненормативной лексики, весьма часто присутствующей в дознаниях исправников и являющейся естественным речевым оборотом в повседневном общении крестьян, вне зависимости от того, в чей адрес обращены «неприличные» выражения, можно сравнить негативные образы «Царя», запечатленные на страницах архивных документов 1903 – 1904 гг. и 1912 – 1913 гг. (таблица).

Таблица Сопоставление не ативных выс азываний пензенс о о рестьянства в адрес «Особы Гос даря Императора» в 1903 – 1904 и 1912 – 1913.* Дата и Место ло ализации выс азывания Автор Не ативные оценочные с ждения 1 2 1903 – 1904 гг.

10.04.1903, с. Новополье Кучкинской вол.

Михаил Борисов («в пьяном виде») «Государь для нас ничего не значит, нам что Государь... его надо повесить за то, что он земли не дает и мы без нея бедствуем» 11.04.1903, с. Покровское Чембарского у.

Лазуткин В. П.

«...у нас Царя не будет, его убьют и будет республика, наследник уже отказался от престола и будет всемирный бунт и будь я сукин сын, если через три года не будет республики» 13.11.1903, с. Белокаменка Пензенского у.

Гордей Денисов «...до введения казенных винных лавок кормилось от кабаков много народа, а ныне завладел ими один сукин сын» 1904, д. Мордовское Коломасово Наровчатского у.

Михаил Сарайкин По поводу военных неудач России в войне с Японией: «Наш Царь озорник, так ему и надо» Г манитаристи а о менталитете и общественном сознании россиян Продолжение табл.

1 2 01.03.1904, с. Александровка Н. Ломовского у.

Владимир Сысоев («в нетрезвом виде») «всех владельцев нужно перерезать, а также и самого государя зарезать или застрелить» 1904, ст. Симанщина Алексей Рысаков «Царь неправду делает. Помещики землей пользуются и живут дома... дурак Он и больше ничего» Апрель 1904, д. Леоновка Новотроицкой вол.

Илларион Рубанов «...у помещиков много земли, а у крестьян мало, почему им плохо и живется», «за это следовало бы Царю голову сшибить» 06. 08. 1904, с. Покровское Чембарского у.

Андрей Свадьбин «Его давно надо бы застрелить – убить, у нас земли много, а он еще и у японцев отбивает и то для дворян; у японцев нарезается земля каждому поровну, а наш Царь что делает» 1912 – 1913 гг.

30.12.1912, на сельском сходе с. Вышелей Городищенского у.

Кузьма Фролов «...кому ты служишь [Царю] и того надо душить» 13.01.1913, д. Кадышевка Саранского у.

Федор Клюев «...я лучше Государя императора», «скоро вас погонят на войну... а я буду дома» 1913, с. Соколовка Саранского у.

Михаил Малышкин «все вы сволочи и служили такому же сволочу» Июль 1913, с. Николаевка Инсарского у.

Андрей Баранов «Да я не признаю ни начальство, ни Царя, какой он Царь, он чорт и вор, вся земля у господ, а нам ничего не нарезывают» 20.03.1913, с. Сухая Печаевка Н. Ломовского у.

Волосной старшина Медведев («был выпившим») «Нам Царь не может дать Манифеста, где он его возьмет, потому что сам Он состоит у нас на жаловании» 11.09.1913, с. Инсар Отделение Пензенского окруж. суда Галкин Ф.Д. («в нетрезвом виде») Из разговора двух свидетелей: Галкин: «Что ты III Мер ш инс ие на чные чтения Окончание табл.

1 2 здесь» Шмыгин: «Я явился на суд Его Величества».

Галкин: «На чортов суд ты явился» 06.09.1913, близ с. Шугуровка Городищенского у.

Петр Лукьянов («пьяный») Заявил уряднику: «...вы грабители, я живу своим и Царь ничего мне не дает... Царь дурак, он нанял вас грабить» 26. 09. 1913, с. Кадышево Мокшанского у.

Волков С.Н.

«...я барина сжег и то не боялся, а теперь совсем не боюсь. Я сам Царь и Бог», «чорту ты служил, а не царю» 13.10.1913, с. Бестужево Инсарского у.

И.Ф. Кузнецов, Елецковы А.С. и B.C.

«Все ваше начальство начиная с самого высшего Николы грабители и мошенники» * Таблица составлена на основе: ГАПО, ф. 5, оп. 1, д. 7422, 7540, 7949; ф. 42, оп. 5, д. 332.

Содержательная компонента анализа свидетельствуют о наличии в родовом сознании российского крестьянства в начале XX в. представления о возможности уничтожения «Царя» в смысле желательности наступления возмездия за неправедность. Его нужно «повесить», «зарезать или застрелить», «голову сшибить» и т.д.

Интересно отметить, что в первый предреволюционный период более характерным, чем десятилетие спустя, был мотив желания казни реально действующему императору как неоправдавшему социальных надежд, впоследствии речь пойдет и о дискредитации самого института царской власти29.

Отражение функционального предназначения «Царя» в коллективных представлениях практически не изменило свою смысловую наполняемость. Так, 9 мая 1913 г. в с. Кулдым Инсарского уезда Пензенской губернии проходил сбор пожертвований на развитие «Военного Воздушного Флота». Крестьянин С.В. Сураев категорически отказался от участия в данном мероприятии, несмотря на замечание сельского старосты о том, что сбор производится «со изволения Государя Императора». «...Разве Царь беден, что последнюю копейку с нас обирает, должен бы нам помогать и награждать, а не обирать». Для сравнения приведем высказывание, относящееся к началу века: «Солдатиков же гонят на войну кровь проливать и ничем за это не награждают»30.

Понятие «награда», или «милость», как уже отмечалось, включало в себя требование земельного передела, так как источник ухудшения своего социально-экономического положения крестьянство видело исключительно в несправедливом распределении земельной собственности. Стремление к уравнительному землепользованию сублимировалось в родовом сознании в утопический образ идеального государства, чертами Г манитаристи а о менталитете и общественном сознании россиян которого в 1904 г. в условиях начавшейся войны была наделена, в частности, Япония:

«У японцев нарезается земля каждому поровну»; «пусть нас японец возьмет, у них господ нет и у нас уничтожит, распоряжение будет другое и земля будет наша вся»;

«Порт-Артур был наш, а теперь взял Японец, он ведь тоже православный, когда заберет нас всех в плен, лучше будет, будут другие порядки, а то наш Царь отобрал кабаки, и много людей осталось без куска хлеба»; «зачем Царю делают содействие пожалованием на войну, совсем Япония не желала воевать, а пожелал этого наш Царь»31. Подобные перевернутые представления, как оказалось, абсолютно не соотносились с сюжетами официальной пропаганды и расшатывали всю систему имперско-патерналистских ценностей родового сознания. «Японские мотивы» и пораженческие настроения в критических высказываниях пензенского крестьянства кроме прочего (прежде всего идеализация противника в общем контексте крестьянской социальной утопии) фиксировали также определенные оценочные характеристики военного конфликта в целом.

Ведь и пропагандистские лозунги, туманные геополитические перспективы и цели Русско-японской войны были совершенно чужды сознанию народа. Интерпретация последних в рассуждениях крестьян осуществлялась посредством актуализации самого острого вопроса их повседневной жизни: «...разговор с войны перешел на землю...»;

«...вы запасные идете на войну, отбирать землю для Государя...»; «Его давно надо было застрелить-убить; у нас земли много, а он еще у японцев отбивает и то для дворян...»Можно с уверенностью констатировать, что из «маленькой и победоносной» «прогулочной кампании», нацеленной на возрождение родовых традиций жертвенного «служения Государю», война, и в особенности оценка ее итогов, становится первым пробным камнем, выбитым из основания социального идеала «Государства».

Pages:     | 1 |   ...   | 53 | 54 || 56 | 57 |   ...   | 80 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.