WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 80 |

На рубеже 1980 – 1990-х гг. выходят первые публикации на тему голода в регионах бывшего Советского Союза. Появились статьи и монографии, посвященные событиям на Украине, Северном Кавказе, в Казахстане3. Не менее интенсивно тема голода разрабатывалась в Сибири, Поволжье и на Урале4.

Первые публикации, затрагивающие тему голода в советский период истории Мордовии, вышли еще в 1970-е гг.5 Перестройка и гласность позволили уделить расширенное внимание теме голода 1921 – 1922 гг. в коллективной монографии, посвященной крестьянству Мордовии6. В.К. Абрамов в монографии «Мордовский народ (1897 – 1939)» посвятил голоду 1921 – 1922 гг. целую главу. Наиболее подробно он рассмотрел вопросы помощи голодающим, медицинского обслуживания и последствий голода. Абрамов первым попытался сделать подсчеты «жатвы голода».

Он указывает, что минимальные потери от голода по трем губерниям Поволжья (Самарской, Саратовской, Симбирской) составили 700 тыс. чел., или 10 % от общей III Мер ш инс ие на чные чтения численности населения7. К сожалению, столь подробного анализа, с демографическими расчетами, по другим голодным годам не имеется.

Просматривая ретроспективно аграрную историю Мордовии, следует отметить неурожай 1924 г., в результате которого более 100 тыс. чел. нуждались в продовольственной помощи. Неурожай 1924 г. во многом задержал восстановление сельского хозяйства Мордовии, но к 1928 г. довоенный уровень все же был превзойден по количеству посевов и урожайности.

Развернувшаяся коллективизация и хлебозаготовки вновь привели деревню Мордовии к состоянию голода. В работах Т.В. Ефериной, О.И. Марискина, Т.Д. Надькина показаны особенности коллективизации и голода на территории Республики Мордовия8. Причем наиболее плодотворно в данном направлении работает Т.Д. Надькин, который в настоящее время предпринял попытку проанализировать явление голода на протяжении всего советского периода истории региона9.

Собранные нами материалы могут послужить расширению исторической базы о данном явлении.

В исторической науке Мордовии и России достаточно прочно закрепилось знание о самых крупных советских «голодовках» (1921 – 1922, 1932 – 1933, 1946 – 1947 гг.).

О голоде начала 1930-х гг. писал Т.Д. Надькин10, имеется упоминание в совместной монографии В. Кондрашина и Д. Пеннер, в которой они цитируют телеграмму, датированную февралем 1931 г. на имя Молотова и наркома снабжения Микояна о положении в части районов Средневолжского края: «В результате, с одной стороны, большого недорода, и с другой стороны, проведенных хлебозаготовок положение оказалось чрезвычайно тяжелым… Во всех этих районах в половине сел… употребляют в пищу разные суррогаты. В отдельных районах, особенно в Мордовской области (Ичалковский район), на почве недоедания развиваются эпидемии тифа и других болезней, и в настоящее время больницы переполнены больными»11. О послевоенном голоде в последнее время вышли публикации В.А. Ломшина12.

Обнаруженные нами документы позволяют говорить и о голоде 1937 – 1939 гг.

При этом следует учитывать, что голод охватывал не только территорию Мордовии. Фактически последние труды ученых республики подводят к его открытию в связи с описанием других вопросов. Так, В.К. Абрамов, описывая миграцию конца 1930-х гг., сводит ее к карательным действиям властей13. Ю.Ф. Кожурин обрисовал проблему более масштабно: «Социально-экономический кризис 1936 года практически не исследован как на общесоюзном, так и на региональном уровнях»14. Таким образом, разрешение проблемы назрело, и данная статья является первой попыткой освещения темного пятна в истории края.

Большинство исследователей, оценивая эволюцию сельского хозяйства Мордовии в 1930-е гг., сходятся в оценках определенной стабилизации к концу десятилетия и постепенного восстановления экономических показателей доколхозного периода.

Так, Т.Д. Надькин пишет: «С середины 30-х гг. ХХ века сельское хозяйство Мордовии стало оправляться от последствий проводившейся в 1930 – 1932 гг. коллективизации.

Благодаря многомиллионным вливаниям в колхозы и совхозы, строительству МТС и Крестьянин в поле зрения истори ов завозу сельхозтехники, применению современной агротехники, обучению кадров агрономов, механизаторов постепенно восстанавливался утраченный потенциал»15.

Выявленные нами новые, ранее засекреченные, документы позволяют по-иному взглянуть на ситуацию в сельском хозяйстве Мордовии второй половины 1930-х гг.

Для расширения источниковой базы постараемся шире использовать свидетельства очевидцев, почерпнутые в докладных записках работников НКВД и выявленные в ходе антиконституционной, нарушающей право на тайну переписки, тем не менее проводимой карательными органами перлюстрации писем частных лиц. Данный метод соответствует такому направлению в исторической науке, как устная история («Oral History»). Мы полностью солидаризируемся с заявлением о том, что «целостная, достоверная история прошлого невозможна без многих устных рассказов – воспоминаний наших соотечественников. Живая коллективная память народа – это национальное богатство, величайшая культурная ценность общества»16.

Из имеющихся материалов можно предположить, что голод 1937 – 1939 гг. в основном был вызван природно-климатическими условиями, поскольку на 1936, 1938, 1939 гг. пришлись неурожаи, но в немалой степени его усугубила и политика власти. Так, по данным, приводимым в статистическом обзоре Мордовской АССР за 1942 г., урожайность зерновых составила в 1935 г. 8,6 ц/га; в 1936 – 4,7; 1937 – 10,5;

1938 – 6,2; 1939 – 4,3 ц/га17. В другом документе урожайность на 1939 г. приводится в 4,1 ц18, а в третьем говорилось: «В связи с неблагоприятными климатическими условиями 1938 – 1939 гг. и получением весьма низкого урожая подряд два года (получили в среднем зернобобовых культур с гектара в 1938 – 4,9 ц, в 1939 – 3 ц)»19.

Неурожаи сказались и в животноводческой отрасли сокращением общего поголовья скота (таблица).

Таблица* По оловье с ота на территории Мордовии, тыс. олов Вид с ота Год 1916 1928 1937 1940 1950 Лошади 211,9 191,9 107,0 99,7 43,2 – ** Крупный рогатый скот 297,3 356,9 204,3 153,1 82,0 142,Овцы и козы 543,2 961,1 304,0 373,6 183,4 320,1*** Свиньи 105,5 64,3 75,8 60,3 64,1 138, * Составлена по данным: ЦГА РМ, ф. Р-228, оп. 3, д. 96, л. 54; д. 111, л. 2 – 50;

История советс о о рестьянства Мордовии. Ч. 1. 1917 – 1939. Саранс, 1987. С. 129.

** Нет данных.

*** Толь о овцы.

Как следует из приведенных данных, сокращение поголовья скота имелось по всем его видам. Фактически к 1940 г. Мордовия потеряла по сравнению с доколхозным периодом (1928 г.) 48,1 % лошадей, 57,2 % крупного рогатого скота, 61,1 % овец и коз, 6,2 % свиней. При сопоставлении с дореволюционным 1916 г. падение III Мер ш инс ие на чные чтения по лошадям и свиньям еще более впечатляющее – соответственно 53,0 и 42,9 %.

Относительное увеличение к 1940 г. овец и коз, возможно, объясняется тем, что коза быстрее размножается и при небольших запасах сена способна обеспечить 3– 4 литра молока в день. Поэтому крестьяне свою «кормилицу» старались забивать лишь в ситуации крайней безвыходности.

Голод в Мордовии начался уже в зиму с 1936 на 1937 г. Первые сообщения о начинающемся голоде сделал репрессированный в 1937 г. нарком внутренних дел МАССР В.М. Ванд. 13 января 1937 г. он писал: «В селах Варжелей, Дракино, Кажлодка Торбеевского района идут разговоры о погроме складов с хлебом. В селе Мордовские Юнки все колхозники и единоличники питаются суррогатами. Колхозники Челмакин Семен и Аремкин Федот ходят в совхоз “Красноармеец”, подбирают дохлых свиней и едят со своей семьей. По селу Мордовские Юнки свирепствует тиф и скарлатина. Мер по борьбе с ними не предпринимается»20. Несмотря на тяжелое положение сельских жителей, некоторые уполномоченные, опьяненные властью, находили удовольствие в демонстрации своей непреклонности и открыто издевались над людьми, доводя до абсурда методы выполнения «спущенных» руководством директив. Например, в голодающем селе Мордовские Юнки в феврале 1937 г. член ВКП(б) Силкин (бывший работник республиканской прокуратуры) заявил: «Если вы колхозники не будете платить налог, я всех неплательщиков выведу на улицу, положу вверх спинами и стану ездить на вас железными боронами, а налоги все-таки возьмем»21. Подобные методы работы с населением даже у апатичных от голода крестьян вызвали большое возмущение.

Голод не ограничивался одним районом. 15 января 1937 г. пришла докладная записка из Ковылкинского района: «В связи с необеспеченностью колхозников по трудодням хлебом имеются факты опухания с голоду некоторых членов семей колхозников, аналогичное имеется и среди единоличников. В селе Токмово семья Арыченкова Михаила Васильевича в количестве трех человек опухли с голоду… В течении двух месяцев дети не видели хлеба, питаются картошкой, картофельной шелухой, ни к кому не ходят. Факты имеются в селах Старое Дракино, Алькино.

О вышеуказанном информирован райком»22. Лейтенант госбезопасности Федоров докладывал председателю совнаркома МАССР А.Я. Козикову из Краснослободского района: «Ввиду недостатка муки для выпечки хлеба… в торговле имеется беспорядок, что вызывает большое недовольство населения… Колхозники и единоличники приходят в Краснослободск за 10 – 20 км и не могут купить хлеба. В очередях высказываются антисоветские настроения: “Вот вам новая Конституция, а хлеба нет”. В ряде школ имеются призывы не работать. В селе Новое Сидорово учитель заявил инструктору РОНО: “Накорми меня сначала хлебом, тогда я буду работать”.

О положении с торговлей хлебом информирован секретарь райкома Борисов»23.

Подобные сообщения поступали отовсюду: «На почве недоедания в селе Старые Турдаки Кочкуровского района имеются опухоли и отеки»24.

Голод не знал пощады и при наличии 81,7 коллективизированных хозяйств по Мордовии к октябрю 1936 г.25 затронул как единоличников, так и колхозников. В докладной записке на имя председателя совнаркома МАССР наличествуют следуКрестьянин в поле зрения истори ов ющие примеры: «Пяткин Андрей Федорович, колхозник, в семье пять человек, за 1936 год выработал 100 трудодней, хлеба нет, от недоедания вся семья опухла. Ашалагин Демьян – семья 6 человек, выработал 250 трудодней, в пищу употребляет падаль – от павших лошадей отрезал головы и использовал для питания»26. Однако если колхозники могли хотя бы надеяться на помощь, то положение единоличников было плачевнее: «Второго марта 1937 г. в селе Шокша Теньгушевского района от недоедания умерла единоличница Малашкина Аксинья Романовна. В том же селе еще два случая опухания от голода. Секретарь райкома ВКП(б) отказался помогать единоличникам. В том же районе, в селе Веденяпино массовое сыпнотифозное заболевание, 18 человек отправили в больницу»27. В духе 1937 г. делались и выводы о причинах: «Положение в Теньгушевском районе значительно лучше других, поражено всего 2 – 3 села, и эти факты можно отнести только за счет исключительно плохой работы райорганизаций»28.

Население съезжалось в столицу республики в поисках хлеба и помощи. Но уже к февралю 1937 г. хлебные затруднения захлестнули и города: «Хлебопредприятия г. Саранска вырабатывают до 50 тонн хлеба в сутки, однако, несмотря на это, торговля хлебом за последнее время обострилась. Наблюдаются огромные очереди у хлебных магазинов, давка во время продажи и использование этого в контрреволюционных целях враждебными элементами. Проверкой установлено, что несмотря на напряженную обстановку в торговле, созданную наплывом населения из районов МАССР (Ромодановский, Старошайговский, Ичалковский, Чамзинский, отчасти Горьковский край), имеются все возможности для организации нормальной торговли хлебом и ликвидации очередей, однако эти возможности не используются торговыми организациями и в первую очередь Мордовторгом… Хлеб не полностью выбирается торговыми организациями и сутками лежит на хлебозаводах… Привлекаются к уголовной ответственности за искусственное создание очередей работники Мордовторга Смольков и Муртазов»29.

В данном случае принцип «нет человека, нет проблемы», естественно, не срабатывал. Тем не менее новый нарком внутренних дел С.М. Вейзагер действовал в том же стиле и во всех бедах винил районное руководство. В справке, составленной в начале апреля 1937 г., он писал: «Государство оказало огромную помощь. По данным республиканской конторы Заготзерно на 5.4.1937 г., колхозам отпущено 17 центнер продовольственной ссуды и 45 584 центнера семенной ссуды. Но в результате нежелания перестроиться и неумения организовать работу продовольственное положение в ряде районов продолжает оставаться тяжелым»30.

Поскольку Мордовия входила в состав Средневолжского края, республиканское руководство обратилось за помощью в вышестоящую инстанцию. В первую очередь обеспокоенность власти вызывал предстоящий весенний сев, а не страдания населения. Ответ из г. Самары гласил: «Крайком и крайисполком сообщают, что отпустить дополнительные семенные ссуды не может из-за отсутствия у нас фондов на эти цели. Одновременно считаем нецелесообразным снижать установленные посевные площади. МАССР семенами полностью обеспечена»31. Отказав в III Мер ш инс ие на чные чтения помощи, краевое руководство в лице Полбицина тем не менее потребовало разобраться с фактами голода.

Из Мордовии отправили докладную записку, где постарались максимально снизить размах «голодомора». Но даже подобным образом составленная справка вскрывает весьма широкий размах народной трагедии. В документе указывалось:

«Произведенной проверкой установлено, что в ряде колхозов (8 районов МАССР) создались серьезные продовольственные затруднения. На этой почве еще осенью значительная часть колхозников распродала личный скот, создав некоторые запасы хлеба. За последние месяцы эти запасы израсходованы, и часть колхозников питаются исключительно суррогатами, употребляют в пищу павший скот, а в отдельных случаях целые семьи по несколько дней не имеют и суррогатов. По неполным данным в обследованных районах 135 семей с количеством членов от 3 до 11 человек питаются исключительно суррогатами и падалью. Длительное недоедание привело к сильному истощению, вызывающему опухоли. Всего по неточным данным (в сторону уменьшения) в этих семьях опухло 29 человек. Во всех проверенных районах продовольственную ссуду колхозам начали выдавать в декабре 1936 г. и в январе текущего года.

Безответственное отношение к распределению… Во многих селах колхозники и учителя вынуждены ходить за хлебом за 12 – 20 км. В результате в Инсарском районе замерзла колхозница Кривошеева, ходившая за хлебом в с. Коломасово и в с. Рузаевку. В г. Саранске у хлебных магазинов устанавливаются очереди по 500 – 700 человек.

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 80 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.