WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |
8 ЗАКЛЮЧЕНИЕ: КАК ЖЕ ВСЕ-ТАКИ РАЗВИВАЕТСЯ ОБЩЕСТВО Казалось бы, ответов нами предложено немало. Но вопрос "Куда и как идет чело- вечество" остается. Есть ответы, но нет Ответа. И это говорит прежде всего о том, что предельные основания исторического познания недоступны пока для строго научной методологии, ее критериев, норм, стандартов. Далее о том, что накопленный наукой материал, видимо, не во всем достоверен, а тем более полон — однозначных выводов получить из него нельзя. Живой опыт исторических пред- сказаний допускает их не иначе как в форме, а вернее, в результате своей идеа- лизации или рационализации. Возможно, впрочем, что от них в этом опыте неосознанно все же отталкиваются, но не от всех, а от некоторых — со спонтан- ной предпочтительностью (что-то идет как бы само собой, естественно, привыч- но). Как это делают, например, дети, в разных странах, на всех континентах, стихийно рисующие мандалу: нечто круглое, колесообразное, какой-то шар. В исторической предпочтительности мы уже успели убедиться: вначале по- явился круг (цикл) и только потом, значительно позднее линия (прогресс).

Определенность Рассмотрим, приложимы ли описанные фигуры будущего (схемы) к прошлому, к тому, что было, состоялось, и прошлого в отличие от будущего с его разомкнутостью на в истории различные, а то и прямо противоположные вариан- ты развития, в прошлом всего один именно реализованный вариант, одна, уже вычерченная траектория развития. Следовательно, нечто законченное и потому в целом (как целое: есть начало и конец) обоз- римое, познавательно доступное, определенное. Казалось бы, не дол- жно быть сомнений и колебаний. Но почему получаются такие несопоставимо разные картины Только ли в индивидуальных стилях и вкусах дело То, как, насколько мастерски историк владеет своим пером, ко- нечно, определяет многое. Но далеко не все. Иначе бы историки не бились до сих пор над разгадкой тайны падения Римской империи.

Не в пример будущему онтологической неопределенности про- шлого, видимо, нет, хотя бы на уровне хронологической последова- тельности, временного сцепления событий. Свершилось то, что свер- шилось, но только "в себе", "для себя", а не "для нас", не для нашего его познания.

Гносеологически прошлое так же неопределенно, как и будущее, неопределенно само познавательное отношение, сам процесс взаимо- действия субъекта с объектом (прошлым). Прошлое открыто различ- ным интерпретациям, тем более что сознание (его смысловая озна- ченность для непосредственных участников событий) от него давно уже отлетело. И нам волей-неволей приходится заполнять эту пусто- ту, эту полость своим собственным, исследовательски ориентирован- ным сознанием. История (прошлое) как бы оживает и начинает вновь искать себя, свой путь развития. И не исключено, что с нашей по- мощью, с нашей невольной подсказки она выберет новый (другой, не тот, что состоялся) путь развития и пройдет его непременно вместе с нами. Тем самым будет снята неопределенность познавательно-исто- рического процесса, но не вообще, а в данном конкретном случае, для выстроенной нами познавательной ситуации.

Однако правомерен вопрос: как быть с упрямством исторических фактов, с бытийной неперерешаемостью случившегося Все это дей- ствительно имеет место. Но если попытаться исключить из случив- шегося сознание, история станет мертвенно-полой, повиснет каким- то ребристым, вещно-субстратным каркасом, непонятным и пугаю- щим одновременно. Занимаясь историей, мы не можем ограничить себя ее "техническими", вещно-структурными аспектами или граня- ми. В конце концов нас интересует человеческий смысл происшедше- го, свершившегося, а он не существует вне сознания.

Таким образом, если рассматривать прошлое целостно и полно, т.е. с непременной включенностью в него сознания, то фактичность и не- перерешаемость (прошлого) становятся относительными, подвижны- ми, текучими, как и сама жизнь, которой они когда-то были. Непере- решаем и однозначен лишь исторический пепел этой жизни, ее отпе- чатки, следы, даже не остатки, а останки. Несомненно, исторические факты — какие-то инварианты (неизменные, сохраняющиеся обра- зования), но не вообще, не относительно человеческого, сознательно- целосообразного бытия как такового, а относительно тех или иных индивидуальных его форм и процессов.

Важным (если не решающим) условием определенно- Корни, или сти в понимании как будущего, так и прошлого, а так- основания, метапаттерно же, впрочем, и настоящего является или должно быть в истории целое истории, история как целое, ибо нельзя знать часть, не зная целого, если неизвестно, частью какого целого оно яв- ляется. Но здесь нас ждет некоторое разочарование. Как было пока- зано во введении, история как целое нам недоступна; в ней неизбеж- но присутствует запредельность, или трансцендентность, причем в тенденции, в перспективе.

Постигнуть последнюю, а вместе с ней и историческое целое мож- но только в форме метапаттерна истории, иначе говоря, се интуитив- ного смыслообраза, причем здесь надо вести речь не об одном, а о многих, вообще множестве метапаттернов истории. Конечно, не все, но, пожалуй, главные из них рассмотрены в настоящей работе.

История у человечества одна, а исторических метапаттернов, как мы убедились, много. Это расхождение нельзя объяснить авторским плюрализмом. Да и авторы здесь все анонимные: метапаттерны исто- рии складывались и складываются стихийно, в глубинах массового сознания; индивидуально они только озвучиваются. Значит, корни, основания метапаттернового многообразия в чем-то другом, и не пло- скостном, а скорее всего многоуровневом. Ко всему этому современ- ная наука еще только подбирается; здесь непочатый край работы, предстоят исследования и исследования. Тем не менее в самом об- щем, принципиальном плане можно утверждать, что многообразие метапаттернов истории в конечном счете упирается в многообразное историческое единство человеческого общества. В нем взаимодейст- вуют, пересекаясь и накладываясь друг на друга, самые различные формы или виды развития: циклические, линеарные, спиральные, ковариантные, травообразные и другие, которые еще не идентифици- рованы.

Все они представлены определенными народами, культурами и цивилизациями. Определенными и, значит, разными: одни из них давно завершили свой жизненный путь и теперь целиком принадле- жат прошлому, другие почему-то топчутся на месте, в застое, третьи стремительно раскручивают спираль своей исторической "продвину- тости", четвертые держатся особняком, предпочитают самобытность, идут где-то параллельными путями, пятые обещают вырваться впе- ред и набрать высоту в будущем, шестые... и т.д.

Важно добавить, что названные формы и виды развития исторически совмещаются не только в масштабах всего человеческого общества, че- ловечества, но и в рамках отдельных его представителей (народов, культур и т.д.). Относительно самостоятельные этапы в историческом бытии того или иного народа (общества, цивилизации) могут иметь раз- ную динамику и соответственно конфигурацию. Условно говоря, начало может быть линейной, середина спиральной, а конец циклическим.

Скажем, линия, став слишком толстой, под собственной тяжестью свер- нулась в спираль, в очередной круг спирали почему-то не разомкнулся в виток. В конечном счете все решает сознательный или бессознательный выбор субъекта истории. Он-то и определяет очередной отрезок пред- стоящего исторического пути. С его помощью все подобные отрезки — фигуры развития, как разноцветные камешки, складываются в тот или иной мозаичный узор истории.

От этой индивидуальной мозаики жизни, ее значимости для всемир- ной истории в конечном счете и отталкивается формирование столь раз- ных метапаттернов истории. В объективно-логическом плане данная мозаика опирается на ту связь, которая ведет от части к целому. На уровне всемирной истории, исторического единства человечества эта связь достаточно определенна. Далее работает воображение, которое выходит за пределы доступной нам реальности, социальной действи- тельности, венчая тем самым историю, ее динамическую целостность.

Затем все эти три уровня: индивидуально-исторический, всемир- ный и трансцендентно-исторический — интуитивно сопрягаются в целое истории, мировоззренческо-методологическим профилем кото- рого и выступают ее метапаттерны. Сформировавшись, целое исто- рии в форме того или иного ее метапаттерна направляет в последую- щем наши конкретные познавательные усилия.

Надеемся, в свете сказанного ясно, что определить, куда и как движется современный мир, каким метапаттерном это можно охва- тить и предусмотреть, не просто трудно, а невозможно. Сейчас на земном шаре пространственно развернута почти вся история челове- ческого общества: от примитивных ее форм (например, австралий- ские племена) до постмодернистских (и постисторических) обществ.

Естественно, исторические пути у них разные; отсюда следует и мно- говариантность их интеграции в единую историю человечества. Эта интеграция к тому же многослойна и внутренне асимметрична: эко- номика, политика и культура имеют несовпадающие скорости разви- тия и иные характеристики интеграции, причем труднее всего дается культурное сближение.

Чрезвычайно сложна и неоднозначна многовариантность рассмат- риваемой интеграции. Она подчинена действию не только определен- ных закономерностей, но и исторического выбора человечества.

Правда, в отличие от отдельных обществ, стран и народов, чей выбор в принципе может быть и сознательным, исторический выбор челове- чества в целом бессознателен. Оно еще не поднялось на уровень со- знательно совершаемого исторического выбора. Возможно, это дело будущего, но точно не ближайшего. Единый взаимозависимый мир, рожденный современной эпохой, — лишь первое приближение к та- кому положению вещей. В настоящее время формула "единый взаи- мозависимый" наполнена по сути информационно-техническим, экономическим и в какой-то мере политическим содержанием. Пока нет главного — субъект-культурного единения человечества, без чего не может быть сознательных акций глобального, планетарного масштаба.

Более того, уже всерьез говорят о том, что именно культурные различия определят в будущем военные и другие конфликты. С.Хан- тингтон, в частности, пишет 138, с.33]: "Столкновение цивилизаций станет доминирующим фактором мировой политики. Линия разлома между цивилизациями — это и есть линия будущих фронтов".

Но вернемся к бессознательному выбору человечества. На поверх- ности истории он выступает как доминирование или лидирование ка- кой-то одной, чаще нескольких родственных форм развития. К ним невольно тянутся, под них так или иначе подстраиваются, а в отдель- ных случаях с ними просто должны реально считаться все другие формы и разновидности развития.

У каждой исторической эпохи свое лицо, свои ведущие формы развития. На наш взгляд, в историческом авангарде — выборе совре- менной эпохи находится плюралистическая демократия, характери- зующаяся смешанной экономикой, социально, а в последнее время и экологически ориентированным государством, уважением основных прав и свобод человека и т.д.

Еще раз подчеркнем, что нам не дано знать, каким будет следую- щий выбор человечества, в какую фигуру уложится будущее разви- тие. Здесь возможны самые различные варианты. Вообще в данном случае вариант — это наложение цели (задачи), сознательной или бессознательной, на ту или иную конкретную возможность развития.

Очевидно, что набор этих возможностей не задан изначально; он ме- няется, увеличиваясь, расширяясь, вместе с историческим развитием общества. Естественно, изменяются и цели или задачи, которые предстоит реализовать или решать человечеству. Не исключено, что в будущем все это обернется становлением совершенно новых вари- антов развития, таких, о которых мы сейчас даже не догадываемся.

Сделаем одно небольшое отступление. Наши рассуждения о буду- щем человеческого общества, о том, в какую историческую фигуру его можно было бы "упаковать", ограничены рамками социума, ми- ром социального, иначе говоря, внутренними силами и ресурсами че- ловечества, антропогенными факторами. Но социальный мир объят гораздо более широким и мощным миром — природой, космосом.

Сколь надежны и безопасны эти объятия Не затаилась ли в них уг- роза развитию, самому существованию человека С определенностью этого никто не знает, но гипотез масса. Рассмотрим одну из них.

Ученые уже давно озабочены тем, что скорость вращения Земли вокруг своей оси замедляется. Согласование земного времени с астро- космической шкалой производится довольно часто — один-два раза в полтора года. Торможение Земли за год на одну секунду дает тепло- вую энергию, на порядок превышающую энерговыработку, обязан- ную всей промышленной деятельности человека. Это обусловливает общее потепление климата на Земле, которое примерно раз в 130 ве- ков приводит к Всемирному потопу. Последний такой потоп был 13 тысяч лет назад. И вполне вероятно, что в ближайшие столетия человечеству снова предстоит пережить этот ужасный катаклизм.

Конкретных знаков его приближения немало: температура на плане- те действительно возрастает, ослабевает магнитное поле Земли, по- вышается уровень океана, увеличивается число стихийных бедствий и т.д. Перспектива вырисовывается жуткая и вполне вероятная.

Однако подобными гипотезами мы заниматься не будем, так как они не входят в предмет философии истории. С ними имеют дело не история и не философия, а физика. В этом плане общество не более чем часть Вселенной, такая же, как и любая другая. То есть от собст- венно истории (человеческого бытия, мира разумных существ) здесь ничего не остается; она исчезает, будучи полностью захвачена круго- воротом вещества. Философия истории изучает именно историю, ее внутреннюю эволюцию, ее собственные возможности и перспективы.

Вторжению со стороны космоса в ней места нет.

Возвращаясь к истории, необходимо еще раз повторить, что нам неизвестно, каким путем и куда пойдет человечество, какую траек- торию-фигуру оно при этом вычертит, через какой метапаттерн это можно осмыслить.

Но нам известно желательное направление развития человеческо- го общества, которое придаст смысл нашему историческому сущест- вованию. Здесь уместно сослаться на Дж.Ролса, настаивающего на том, что справедливость играет такую же роль в социальной истории или сфере, какую истина играет в познании. И это действительно так.

Справедливость — истина общественной жизни Справедливость людей, смысловой стержень исторического бытия как человека в мире. В этом свете общественное раз- метапаттерн смысла витие предстает как "подъем к справедливости".

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.