WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 18 | 19 || 21 | 22 |   ...   | 101 |

ослабление устремления, нацеленного на переустройство системы для лучшего соответствия ее изменяющимся условиям, а также сдерживаемое напряжение индивида, что создает внутренний потенциал для разрушительного взрыва.

Конфликт реалистический и нереалистический Сказанного, по всей видимости, достаточно для объяснения необходимости в разграничении реалистического и нереалистического типов конфликта.

B каждой социальной системе заключены источники реалистического конфликта постольку, поскольку люди сталкиваются в борьбе за ограниченный статус, власть и ресурсы и проявляют верность к несовместимым ценностям. Распределяйте статуса, власти и ресурсов, хотя и регулируется нормами системами распределения ролей, до некоторой степени продолжает быть объектом противостояния. Реалистические конфликты возникают тогда, когда столкновение людей, преследующих свои цели, вызвано фрустрацией их потребностей и надежд на будущее благополучие.

Нереалистические конфликты возникают из-за чувств депривации и фрустрации, появляющихся в процессе социализации, и, позднее, из-за ролевых обязательств, налагаемых на человека в зрелом возрасте, или, в ином случае, как мы увидели при рассмотрении предыдущих постулатов, изначально реалистический конфликт, свободное развитие которого было ограничено, преобразуется в нереалистический. В то время как первый тип конфликта направлен непосредственно против агентов фрустрации и от него ожидаются определенные результаты, то второй тип заключается в ослаблении напряжения путем агрессивных действий, направленных против меняющихся объектов. Первый тип конфликта видится участникам средством достижения реалистических целей, но от этого средство можно отказаться, если для достижения тех же целей существуют более эффективные возможности. Второй тип конфликта такого выбора не оставляет, поскольку удовлетворение возникает непосредственно в ходе совершения агрессивных действий.

Конфликт и враждебность людей <…>Чтобы объяснить социальный конфликт, одного существования агрессивных или враждебных побуждений недостаточно. Ненависть, равно как и любовь, нуждается в объекте. Конфликт может происходить только при взаимодействии субъекта и объекта; это всегда предполагает наличие отношений.

Реалистический конфликт должен сопровождаться враждебностью и агрессивностью. В психологическом смысле «напряженные отношения» не всегда соответствуют конфликтному поведению. Кроме того, бывает «полезно» испытывать ненависть к противнику. Пропагандисты рассчитывают, что подобные чувства повысят эмоциональную вовлеченность в конфликт и тем самым укрепят готовность довести борьбу до конца.

Основная же роль посредника…видится в том, что он отвлекает в конфликтной ситуации внимание от элементов агрессивности, вызванных нереалистическими причинами, и желает представить соперникам возможность реали стического подхода к их сталкивающимся в данном вопросе интересам.

Враждебность в тесных социальных отношениях …мы можем сказать, что антагонизм обычно присутствует в близких отношениях в качестве составного элемента. Согласующиеся и сталкивающиеся мотивации могут переплетаться в реальных отношениях до такой степени, что их разделение послужит лишь целям классификации и анализа, в то время как сами отношения в действительности обладают цельной специфической природой.

Можно говорить о том, что в структуре мотивации при близких отношениях, характеризующихся тесным взаимодействием и вовлечением всех аспектов личности их участников, присутствует существенная доля амбивалентности, поскольку эмоциональное участие состоит из неразрывно переплетенных позитивных и негативных ощущений.

Чем теснее отношения, тем острее протекает конфликт …можно заключить, что конфликт носит более эмоциональный и радикальный характер в тех случаях когда он возникает в ситуации близких отношений. Сосуществование единения и оппозиционности в таких отношениях содействует особой остроте конфликта. Чем больше стороны, между которыми вспыхивает вражда, вовлечены во взаимоотношения, тем более глубокой и жестокой будет их реакция.

В конфликтах, происходящих в группах с тесными связями, одна сторона ненавидит другую тем сильнее, чем большую угрозу единству и идентификации группы она в ней ощущает.

Большее участие в деятельности группы и большая вовлеченность личностных аспектов делают также более вероятным резкое конфликтное поведение и, следовательно, вызывает более жесткую реакцию на проявления нелояльности.

Именно поэтому напряженный конфликт и верность группе являются двумя сторонами одних и тех же отношений.

Анализируя данный постулат Зиммеля, мы установили, что враждебные чувства вероятнее всего возникают в тесных отношениях и, если в таких отношениях возникает конфликт, то он развивается весьма интенсивно. Но из этого не обязательно следует, что при более тесных отношениях конфликты будут происходить чаще.

Влияние и роль конфликта в групповых структурах Конфликт может служить для удаления элементов, вносящих раскол в отношения, и для восстановления единства, в той мере, в какой конфликт ослабляет напряженность между враждующими, он играет стабилизирующую роль и становится интегрирующим компонентом в отношениях. Однако не все конфликты выполняют позитивные функции, а лишь те из них, цели, ценности или интересы которых не вступают в противоречие с основными положениями, разделяемыми группой.

Группы с гибкой структурой и общества открытого типа, допуская конфликты, создают предохранительный механизм против столкновений, ставящих под угрозу согласие по основным вопросам, и тем самым минимизируют опасность расхождений в области ключевых ценностей. Взаимозависимость враждующих групп и пронизанность таких обществ всевозможными конфликтами, «скрепляющих социальную систему в одно целое», предотвращает распад по линии одного крупного раскола.

Конфликт как показатель стабильности отношений Отсутствие конфликтов нельзя рассматривать как показатель прочности и стабильности отношений. Конфликтное поведение может характеризовать стабильные отношения. Тесный характер отношений порождает многочисленные конфликтные ситуации, но если участники не уверены в прочности своих отношений, они будут избегать столкновений, опасаясь, что конфликт поставит под угрозу продолжение их контактов. Когда близкие отношения характеризуют частые конфликты, а не накапливание враждебных и амбивалентных чувств, мы можем с уверенностью рассматривать такую ситуацию как показатель стабильности отношений, при условии, что подобные столкновения вряд ли затронут согласие по основным вопросам.

Во вторичных отношениях, в которых мы можем изначально рассчитывать на меньшую напряженность конфликтов вследствие частичного участия, присутствие конфликтов можно расценивать как свидетельство существования механизма, играющего роль балансира.

Конфликт с внешними группам как фактор усиления внутригрупповых связей Конфликт с другой группой ведет к мобилизации усилий членов группы и, следовательно, к усилению сплоченности группы. Будет ли этот процесс сопровождаться централизацией, зависит как от природы конфликта, так и от типа группы. Централизация с большей вероятностью происходит в случае военного конфликта и в дифференцированных структурах, требующих значительного разделения труда.

Представляется, что деспотизм связан с недостатком сплоченности; он необходим для ведения военных действий в том случае, если внутригрупповая солидарность недостаточна, чтобы мобилизовать усилия членов группы.

В группах, вовлеченных в борьбу с внешним врагом, появление и централизации, и деспотизма одновременно зависит как от системы общих ценностей, так и от структуры группы, сложившейся до возникновения конфликта.

Общественные системы, испытывающие недостаток социальной солидарности, могут с большой вероятностью распасться перед лицом внешнего конфликта, хотя иногда деспотизм может укрепить их единство.

Конфликт с другой группой определяет структуру группы и соответствующую реакцию на внутренний конфликт Группы, втянутые в продолжительную борьбу с внешним противником, стремятся быть нетерпимыми к любым внутренним отклонениям. Они нетерпимы даже к ограниченным отклонениям от группового единства. Такие группы часто приобретают черты, свойственные сектам: они проводят отбор в свои члены, руководствуясь особыми характеристиками, и потому демонстрируют тенденцию к ограниченному размеру и выдвигают требование полного участия. Их социальная сплоченность зависит от полного участия во всех сторонах жизни группы и усиливается, когда группа утверждает свое единство, выступая против уклонистов.

Единственный способ, которым они могут воспользоваться при разрешении про блемы раскола, это вынужденный или добровольный уход уклонистов.

Группы, которые не ведут продолжительную борьбу с внешним врагом и организованы по принципу церкви, обычно не выдвигают никаких особых требований для полного вовлечения своих членов и с большей вероятностью увеличивают свою численность. Такие группы способны успешно противостоять внешнему нажиму, демонстрируя гибкость своей структуры, в рамках которой они оставляют пространство для «приемлемого конфликта».

В поисках врага Жестко организованные борющиеся группы действительно могут находиться в осознанном или бессознательном поиске врагов для поддержания своего единства и внутренней сплоченности. Такие группы действительно могут придумать внешнюю угрозу при ее отсутствии в реальности. При наличии определенных условий воображаемые опасности несут ту же объединяющую группу функцию, что и реальные угрозы.

Создание образа внешнего врага или его изобретение усиливает социальную сплоченность, которой угрожают внутренние процессы. Сходным образом при наличии внешней опасности обнаруженный или выдуманный уклонист может поддержать структуру группы. Подобные механизмы поиска козла отпущения будут присутствовать, в частности, в тех группах, в структуру которых входит реалистический конфликт.

Существуют меняющиеся соотношения между преувеличением реальной угрозы, сосредоточением внимания на действительном противнике и явной выдумкой угрожающего объекта.

Конфликт связывает антагонистов Конфликт может положить начало новым типам взаимодействия между соперниками, даже если до этого они не имели отношений между собой. Происходит он также в среде норм, которые предписывают, в какой форме конфликт должен актуализироваться. Конфликт действует как стимул для создания новых правил, норм и институтов, действуя, таким образом, как социализирующий агент для обеих противоборствующих сторон. Более того, конфликт заново утверждает забытые нормы, интенсифицируя этим общественную жизнь.

Конфликт, как стимул для создания и модификации норм, создает возможность приспособить взаимоотношения к изменившимся условиям.

Заинтересованность в единстве врага Ввиду преимуществ, которые при преследовании некоей цели предоставляет объединенная организация, можно предположить, что каждая сторона должна желать отсутствия единства у соперника. Это, однако, не всегда верно. Если между двумя антагонистами существует относительный баланс сил, то объединенная группа предпочитает иметь дело с объединенным противником.

Профсоюзы часто предпочитали контакты с объединениями работодателей, чем с их отдельными представителями. Только при заключении сделок с организациями работодателей рабочие могут чувствовать уверенность в том, что результаты их борьбы не подвергнутся риску от действий отдельных лиц; и точно так же работодатели будут стремиться иметь дело с: рабочими организациями, способными контролировать своих «непослушных» или самоуправных членов. В борьбе с разрозненной группой врагов зачастую можно добиваться отдельных побед, но значительно реже достигать убедительных результатов при установлении стабильных отношений. Этим объясняется несомненный парадокс, когда каждый из оппонентов может рассматривать преимущество своего врага как свое собственное преимущество.

Конфликт устанавливает и поддерживает баланс сил Конфликт заключается в проверке сил противодействующих сторон. Согласие между ними возможно только в том случае, если каждый осведомлен о сравнительной силе обеих сторон. Однако, как ни парадоксально это может показаться, такая информация часто может быть получена только при помощи самого конфликта, так как другие инструменты для проверки сил соперников могут показаться непригодными. Следовательно, борьба может стать необходимым инструментом, изменяющим основы силовых отношений для избежания неустойчивости.

Выводы, сделанные нами несколькими страницами раньше, мы получим иным путем: вместо того чтобы быть разрушительным и разобщающим явлением, конфликт на самом деле является средством поддержания баланса в обществе, а стало быть, поддержания его в действующим состоянии.

Конфликт создает союзы и коалиции Борьба может соединять вместе индивидуумов и группы, не связанных какими-либо отношениями. Коалиции и временные союзы в большей степени, чем постоянные и сплоченные группы, будут являться результатом конфликтов, в которых затрагивается, в первую очередь, прагматические интересы участников.

Улаживание отношений такого рода с большей вероятностью должно происходить в гибких системах, нежели в жестких, так как в жестких сообществах сдерживаемый конфликт, если он |асе же происходит, стремится к большей интенсивности и, следовательно, имеет более «идеологизированный» характер. Коалиции и союзы структурируют индивидуалистическое общество предотвращают его атомизацию и последующий распад.

Объединяющий характер конфликта проявляется более драматически, когда между коалициями и инструментальными союзами достигается согласие перед лицом общего конкурента или общей угрозы. Минимальный уровень объединения присутствует при формировании коалиции для целей обороты. В этом случае для каждой отдельной группы альянс отражает самое элементарное выражение потребности самосохранения.

Чем больше различий в культуре и структуре имеют объединенные элементы, тем меньше у них сможет найтись общих интересов. Уже из-за того, что объединение не основывалось на взаимном притяжении, происходящем из общих характеристик сторон, смысл объединения ограничится лишь коалицией и самыми необходимыми задачами.

Большинство коалиций между уже существовавшими группами, особенно между многочисленными, или значительно отличающимися друг от друга, формируются только для оборонительных целей, по крайней мере, так думают сами участники, вступающие в альянс. Создание альянса, даже без цели его участия в конфликте, для других групп может видеться угрожающим и недружественным актом. Само это убеждение в то же время приводит к созданию новых союзов и коалиций, стимулируя, таким образом, дальнейшую дифференциацию и интеграцию социальной жизни.

Pages:     | 1 |   ...   | 18 | 19 || 21 | 22 |   ...   | 101 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.