WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 28 |

Устав 1863 г. состоял из 12 глав, в которых подробно перечислялись права университетов в целом, факультетов, преподавательской и студенческой корпораций. Университеты получили достаточно широкую автономию, права попечителей были урезаны, они не должны были вмешиваться в повседневную жизнь университетов. Зато были расширены права Совета, ректора, избираемого Советом на 4 года из университетских профессоров и утверждаемого императором, факультетских собраний, был восстановлен университетский суд, который избирался Советом из 3 профессоров и 3 кандидатов, при чем 1 проф. и 1 кандидат обязательно должны были быть с юридического факультета. Университеты получили очень важное право утверждать в ученых степенях. Намного расширилось количество кафедр и штатных единиц на 4 факультетах, на историкофилологическом стало 11 кафедр с 12 профессорами и 7 доцентами, на физико-математическом — 12 кафедр с 16 проф. и 3 доц., на юридическом — 13 кафедр с 13 проф. и 6 доц., на медицинском — 17 кафедр с 16 проф. и 17 доц., на факультете восточных языков (только в СПУ, где не было медицинского факультета) —9 кафедр, проф., 8 доц., 4 лектора. Кроме того, в университетах была кафедра богословия и по 4 лектора для преподавания итальянского, французского, немецкого и английского языков.

Для наблюдения за студентами Совет избирал из своей среды проректора или инспектора из чиновников, в помощь им назначались субинспектора и секретарь по студенческим делам. Принимали в университет с 17 лет, без вступительных экзаменов для окончивших успешно гимназию. Студент подписывался о соблюдении университетских правил, ношение формы отменялось, вне стен университета студент становился подвластен полиции. Не допускалось создание студенческих организаций. Переход студента с курса на курс стал возможен только через испытания, кончавшие университет с хорошими оценками и представившие диссертации получали степень кандидата, а окончившие удовлетворительно и не представившие диссертации удостаивались звания действительного студента. Была ликвидирована категория казеннокоштных студентов и вводились стипендии для нуждавшихся, за лекции взималась плата, устанавливавшаяся университетами (в среднем 40-50 руб. в год).

По новому уставу четко была проведена синхронизация ученых степеней и должностей: “Никто не может быть ординарным или экстраординарным профессором, не имея степени доктора по разряду наук, соответствующих его кафедре. Для получения звания доцента надлежит иметь, по крайней мере степень магистра; приват-доцентами же могут быть и кандидаты, представившие диссертации по тому отделению факультета, в котором они намерены преподавать”. Однако осуществить это соответствие на практике не удалось.

Согласно новому уставу университеты получили больше самостоятельности в решении кадровых вопросов, ибо теперь Совет и факультетские собрания выбирали профессоров, отправляли за границу лучших выпускников для подготовки к профессорскому званию, с этой же целью почти на всех кафедрах вводилась доцентура.

Зарплата ординарного профессора была повышена до 3 тыс. руб. в год, штатного доцента — до 1,5 тыс. Все университеты поступали под особое покровительство императора и именовались императорскими, они освобождались от многих пошлин и налогов, имели свою печать, могли приобретать недвижимую собственность, открывать типографии и книжные лавки.

Давая общую оценку уставу 1863 г., следует отметить, что, во-первых, он восстановил университетскую автономию, способствовал определенному прогрессу университетов как центров науки и образования; во-вторых, расширились права профессорской коллегии, улучшилось материальное положение профессоров, что содействовало привлечению в их ряды талантливой молодежи; в-третьих, складывалась достаточно стройная система подготовки университетских кадров; в-четвертых, университеты получили теперь право сами утверждать в ученых степенях. В то же время надзор властных структур за университетами в значительной степени сохранился, так как права попечителей были сформулированы крайне нечетко. Студенчество осталось в прежнем положении, не получив желаемых прав. Поэтому не прекратились студенческие беспорядки. Так что можно считать, что устав 1863 г. явился компромиссом между либеральными веяниями 60-х гг., прежними университетскими порядками и стремлениями бюрократических петербургских кругов. Отсюда неудовлетворенность всех и желание внести в устав изменения. Либеральные авторы, приветствуя новый устав, отмечали его половинчатость, консерваторы критиковали его за уступки общественности, революционно-демократические деятели и их органы печати восприняли новый устав резко отрицательно. Хотя правительственный лагерь приветствовал устав, но уже вскоре начались наступления на университетские права в замаскированной форме: МНП рассылало в университеты циркуляры, предлагая разработать и ввести в действие правила внутреннего распорядка, еще более урезавшие права студентов и нарушавшие Устав 1863 г.

Десятилетие после принятия устава оценивается многими исследователями и современниками как одно из наиболее продуктивных в истории российских университетов. Особенно успешно развивался СПУ, где сосредоточились крупнейшие российские ученые: математики, химики, юристы, филологи. Университетские профессора стали основой преподавательского корпуса открывшихся в 1878 г. высших женских курсов (бестужевских), работавших по университетской программе. В феврале 1869 г. было торжественно отпраздновано 50летие СПУ, и с этого времени традиционно отмечали 8 февраля годовщину университета, отбрасывая все, связанное с Академическим университетом.

В эти годы появились 2 новых университета: Новороссийский в Одессе, открытый 1 мая 1865 г. на базе ришельевского лицея, и Варшавский русский, созданный в 1869 г. с целью усилить русское духовное влияние в польских губерниях, ибо Киевский университет с этой миссией не справился. Варшавский университет имел свой устав, ректор и инспектор назначались из русских, преподавание и делопроизводство велись на русском языке. Устав Варшавского университета во многом предвосхитил Устав российских университетов 1884 г. Организовать университет в Одессе предложил Н. И. Пирогов в 1856 г., но тогда не нашлось денег. Вскоре появилась возможность открыть университет в Николаеве, что вызвало сильное волнение в Одессе. Оба проекта были представлены в Государственный Совет и Александру II, который высказался за Одессу.

Появление новых университетов, увеличение числа кафедр и количества штатных единиц на них остро поставили вопрос о подготовке профессорских кадров, не хватало 250 преподавателей со степенями: в Киевском университете отсутствовала треть профессоров, в СПУ вместо 51 профессора и 24 доцентов работало 34 профессора и 16 доцентов, в Казанском университете из 58 профессоров и 31 доцента (по штату) имелось 25 профессоров и 8 доцентов. Хуже всего с кадрами было на историко-филологических факультетах, наиболее благоприятная обстановка — на медицинских факультетах, где больше всего приглашалось зарубежных профессоров. Чтобы преодолеть это состояние с кадрами, было послано за границу в 1862-1866 гг. 100 “профессорских стипендиатов”, на их подготовку казна ассигновала 800 тыс. руб., это была беспрецедентная в истории российских университетов акция, давшая неплохие результаты, ибо среди посланных оказались И. Мечников, Н. Ковалевский, М. Авенариус, А. Потебня, В. Герье, В. Сергеевич, Н. Таганцев и другие, в будущем крупные деятели отечественной науки. Кроме того, началось создание аспирантуры при российских университетах (хотя сам термин “аспирант” вошел в обиход только в 80-е гг., а первоначально их называли “профессорскими стипендиатами”). В 70-е гг. уже абсолютное большинство профессоров готовилось в российских вузах: в 1870 г. 51 из 67, в 1876 г. 79 из 91 и т. д.

Принятые меры позволили к середине 70-х гг. значительно улучшить состояние с преподавательскими кадрами в университетах: за 1863-1874 гг. получили докторские и магистерские степени более 780 человек по университетским кафедрам, в результате в 1875 г. в 6 российских университетах из 321 профессора и доцента окончили отечественные университеты, более 80% из них были в возрасте до 50 лет. По числу защищенных магистерских и докторских диссертаций в 60 — 70-е гг. лидировал Петербургский университет. Однако общее число профессоров в российских университетах оставалось намного меньшим, чем в примерно равных по числу студентов западноевропейских университетах (например, 120 в Берлинском и около 50 в Московском).

В 60-70-е гг. возрастала роль университетов как научных центров, при них открылось большое количество ученых обществ: за 1868-1873 гг. их число возросло с 10 до 20. Так, при СПУ в 1868 г. открылись Естествоиспытательное и Химическое общества, в 1872 г. — Физическое, при МУ возникло Московское математическое общество. На заседаниях обществ обсуждались актуальные научные проблемы, заслушивались доклады о достигнутых результатах, нередко имевших мировое значение. Общества выпускали журналы со статьями крупных ученых, информацией об успехах российской и мировой науки.

Повышение научного потенциала университетов проявилось в создании большего количества школ, получивших международное признание. Так, в СПУ возникла блестящая математическая школа (академик П. Чебышев и его ученики — А. Марков, А. Ляпунов и др.), первая в России школа физиологов во главе с И. М. Сеченовым, менделеевская химическая школа (А. Бутлеров, Н. Меншуткин), в Московском университете создал школу физики А. Г. Столетов, который 30 лет заведовал соответствующей кафедрой и передал ее другому крупнейшему ученому П. Н. Лебедеву. Химия в МУ была в загоне до появления В. В. Марковникова в 70-е гг., основавшего свою школу. Эти же годы отмечены расцветом науки и в молодом Одесском университете, где одновременно работала большая группа крупных ученых: И. И. Мечников, В. О. Ковалевский, Н. А. Умов, Н.

И. Андрусов, Л. С. Ценковский, И. В. Яглич и др.

Именно в 60-70-е гг. сложилась система исторического образования в российских университетах. В отличие от Западной Европы, где исторические науки обычно входили в состав философского факультета, у нас были образованы историко-филологические факультеты, и историческое образование получалось в тесной связи с филологическим, на 1-2 курсах слушались одни и те же предметы, специализация начиналась на 3 курсе. Сложилась устойчивая номенклатура исторических кафедр, отраженная в Уставе 1863 г. Сформировалась традиция российских университетов — профессора читали авторские общие курсы, что заставляло студентов мыслить, приучало к самостоятельному анализу. Спецкурсы обычно читались приват-доцентами и доцентами, которые таким образом выносили на аудиторию результаты своих будущих диссертаций. Семинарские и спецсеминарские занятия появились у историков только в 70-е годы, одним из инициаторов явился проф. всеобщей истории Московского университета Герье. Посещение семинаров первоначально не было обязательным, на них ходило по несколько человек, часто с разных курсов и проводились они в большинстве случаев прямо на квартирах преподавателей. Для привлечения студентов к научной работе ежегодно на факультетах предлагались темы медальных сочинений. Сочинение, удостоенное золотой медали, приравнивалось к диссертации на степень кандидата наук, что давало возможность автору получить в дальнейшем профессорскую стипендию в своем университете (для специалистов по отечественной истории) и за границей (для занимавшихся всеобщей историей).

В пореформенное время продолжался рост численности студентов университетов, и в 1880 г. их было уже более 8 тысяч. Менялся состав студенчества, больше стало нуждавшихся в стипендиях, зарабатывавших на жизнь. Так, в Казанском университете в начале 70-х гг. всего 28% студентов могли существовать на свои средства, а в Одесском число нуждавшихся доходило до 80%. Для ряда категорий студентов вводились специальные стипендии. Так, в 1863 г. установили 150 стипендий для бывших студентов СПУ, которые учились в других университетах и приготовлялись к учительскому званию. Для студентов, занимавшихся славянской филологией, в 1862 г. были учреждены стипендии Кирилла и Мефодия. Их могли получать по 4 студента в Московском, С.-Петербургском, Казанском, Харьковском и Киевском университетах (240 руб. в год).

Гиляровский В. в одном из своих очерков описал жизнь студентов МУ 60-70-х гг. Большинство их происходило из провинциальной бедноты, ютилось в “Латинском квартале” между двумя Бронными и Палашевским переулком, где находилось два больших заброшенных дома дворян Чебышевых, в которых студенты снимали комнаты, в большинстве случаев одну на 4. Один из этих домов именовался “Чебышевская крепость” или Чебыши, другой — кратко, но выразительно “Ад”.

В 70-е гг. студенты ходили без формы, наиболее радикальные отпускали длинные волосы, нахлобучивали на глаза широкополые шляпы, иногда одевали очки и плед через плечо.

Самым знаменательным днем в жизни Московского университета было 12 января — Татьянин день. Толпы студентов ходили в этот день по Москве до поздней ночи, ездили, обнявшись втроем, вчетвером, на одном извозчике, горланя песни. И полиция в этот день студентов не арестовывала. 12 января утром проходил торжественный акт в университете, после чего студенты вываливались на Б. Никитскую и толпами, распевая Gaudeamus, двигались к Никитским воротам и Тверскому бульвару в излюбленные свои пивные. Зарядившись в пивных, уже с пением Дубинушки студенты спускались на Трубную площадь и направлялись в роскошный Эрмитаж, хозяин которого француз Оливье отдавал свой ресторан для студенческой гулянки. Из ресторана предварительно уносилась дорогая мебель, ставились простые деревянные столы и табуретки, пол посыпался опилками, в буфете оставляли только холодные кушанья, водку, пиво, дешевое вино. Студенты шумно праздновали Татьянин день, произносились смелые речи. Непрерывно звучали тосты, дым стоял коромыслом. Приходили любимые профессора, восторженно встречаемые студенческой толпой. Все это длилось до позднего вечера.

В 60-70-е гг. российские университеты стали центрами самой страстной и бурной политической жизни, основная масса участников общественного движения тех лет или студенты, или недавно окончившие университеты. Одна из причин, толкавших студентов на участие в беспорядках, отсутствие у них всяких прав, лишение их любой возможности общения в университете во внеучебное время, постоянный контроль за ними полиции и университетской инспекции.

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 28 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.