WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 28 | 29 || 31 | 32 |   ...   | 35 |

Но между этими двумя укладами, «почвой» и «цивилизацией», была пропасть, даже разговаривали они на разных языках. «Почва» – на русском, «цивилизация» – преимущественно на французском.

Расколотость России, противостояние двух Россий – один из важнейщих факторов, определивших развитие России в ХVIII – ХХ веках. Все остальные противоречия накладывались на этот глубинный раскол, усложняя коллизии русской жизни. Расколотость несла трагические последствия. Трудно в расколотом обществе достигнуть общественного согласия, трудно найти общенационального лидера. Расколотость неизбежно ставила общество перед выбором – либо «почва» и, значит, скатывание к восточному типу развития, либо «цивилизация» и тогда отказ от московских традиций и возрождение западных традиций Киевской Руси. На протяжении всей своей новой истории Россия решает эту проблему.

Таким образом, Россия представляет собой цивилизационно неоднородное общество. Россия – расколотое общество.

С проблемой раскола русского общества тесно связана проблема цикличности русской истории.

История России демонстрирует закономерность циклов в ее развитии. Циклы можно обнаружить в любых сложных системах. Общество не могло бы существовать, если бы оно не умело приспосабливаться к космическим, биологическим и прочим ритмам. Циклы общества носят более сложный характер, и осознать их значительно труднее, чем природные. И если общество не сможет освоить социокультурные циклы, по которым оно живет, то это повлечет за собой такие негативные последствия, которые могли бы иметь место, если бы люди не знали о природных ритмах.

На пути осмысления исторических реалий не лишено смысла обращение к принципам развития и организации природы, малой частью которой является общество. Попытка проследить влияние физических факторов на исторический процесс была предпринята еще в работе А. Л. Чижевского «Физические факторы исторического процесса», вышедшей в Туле в 1924г. Тысячелетние волны возникновения и развития этносов и суперэтносов, утверждал А. Л. Чижевский, должны постепенно передавать свою энергию вначале вековым циклам государственного строительства, затем 10-летним социально-экономического развития и вплоть до годичных колебаний общественной жизни, проявляющихся в виде забастовок, криминальной или биржевой активности.

С точки зрения физики совершенно естественно существование «кондратьевских волн» в экономике или циклических процессов, описанных А. Л. Чижевским или С. В. Дубовским [5].

В России циклы истории проявлялись в резких инверсионных колебаниях от одной крайности к противоположной – от ценностей западного типа развития к ценностям восточного и обратно. Эти социокультурные циклы прослеживаются с момента возникновения государственности у русских.

Государство Киевская Русь, существовавшее в истории с IХ по ХII века, развивалось на западных онтологических ценностях. Московская Русь возникла как ориентированная на восточные типологические ценности. Этот период торжества восточной типологии развития занимает в истории ХIV – ХVII века. Модернизация Петра I положила начало повороту России к западному типу развития. История России ХVIII – ХIХ веков – это цикл ориентации общества на либеральные ценности. В ХХ веке происходит возврат к восточной парадигме развития. Происходит отказ от частной собственности и рыночных отношений, парламентаризма, делается ставка не на индивидуализм, а на коллективизм и т. д. В конце ХХ начале ХХI века Россия вновь обращается к западным онтологическим ценностям.

Таким образом, в русской истории наблюдается цикличность, ее история подобна маятниковому движению. Специфика состоит в стремлении преодолеть традиционализм, свою восточную сущность через модернизацию. На протяжении истории Россия не однажды делала эту попытку, но каждый раз возвращалась обратно – к восточной парадигме развития. Россия не превратилась в страну западного типа развития.

Главная причина инверсионных циклов состоит в том, что Россия – это расколотое общество. Противоречия, порожденные расколом, не позволяют ей преодолеть цикличность. Столкновение ценностей двух суперцивилизаций – западной и восточной – приводит к тому, что ни одна не может утвердить свое господство.

Каково же будущее России Сможет ли Россия преодолеть цикличность, став разновидностью западной цивилизации Утверждать отрицательно – значит отрицать очевидное. Россия поддается реформированию. Петр I 300 лет назад начал процесс реформ. Именно тогда Россия создала адекватную своим историческим нуждам военную систему, позволившую ей впоследствии одержать победу над войсками Карла ХII, Наполеона и Гитлера. Россия – единственное государство, которое никогда не было колонией Запада. лет назад родился А. С. Пушкин, после которого духовная жизнь России перестала быть вторичной и провинциальной. 100 лет назад начался рекордный экономический подъем, и Россия перешла из патриархального состояния на высший технический уровень.

Но не все реформаторы осознавали особенности своей страны.

Две главные из них – коллективизм и огромные, трудно связываемые между собой пространства. Этим объясняется, что роль государства, исключительно важная во всех развитых странах, становится критически необходимой в России. Важно подчеркнуть, что народы в своем развитии действуют так, как направляют их история и география, как диктует обобщенный итог их общественного развития, выработанная веками общественная этика. Восточноевропейский набор традиций, обычаев, эмоционального опыта близок западному миру в той мере, в какой история заставила эти два региона взаимодействовать, и в то же время он отдален от Запада в той мере, в какой история Запада была принципиально иной, отличной от истории России. Пренебрежение этим отличием, обращение со своим народом как с некой абстракцией создавало условия для возвратного движения. Модернизация в России сводилась, как правило, к вестернизации, а необходимо, чтобы она совмещалась с вестернизацией. Это является условием создания в России цивилизационно однородного общества и исключает возможность поворота к восточной парадигме развития, а следовательно, будет преодолена и инверсионная цикличность.

2. Смутные времена как проявление цикличности русской истории Специфика русской истории состоит и в том, что социокультурные циклы сопровождаются смутными временами, т. е. при переходе от одной типологии развития к другой обязательно присутствует тотальный кризис.

Смута – это тотальный кризис, охватывающий и государственность, и сословия, и идеологию, и экономику. Смута – это русское название явлений общечеловеческих, присущих обществам на определенных этапах развития. Форма же его, специфика всегда различны, конкретны.

Смуты в России относятся к кризисам модернизации, когда традиционное общество должно измениться, но общество исчерпало возможность сделать это эволюционно.

Первая русская смута ХVII века убедительно подтверждает этот тезис. Московское царство – это торжество восточной типологии развития. Ливонская война Ивана IV Грозного – первое настоящее столкновение Московской Руси с Европой, которое она проиграла. России необходима была модернизация. Полагаем, что значимость происшедшего справедливо оценил С. М. Соловьев: «…Именно с того царствования, когда над Востоком было получено окончательное торжество, но когда могущественный царь, покоритель Казани и Астрахани, обратив свое оружие на запад, потерпел страшные неудачи, с этого самого царствования мысль о необходимости сближения с Западом, о необходимости добыть море и учиться у поморских народов становится господствующей мыслью правительства и лучших русских людей. …Но дело не могло обойтись без борьбы. У кого учиться У чужих, у иноземцев, а главное – у иноверцев Пустить чужих, иноземцев, иноверных к себе и дать им высокое звание учителей, так явственно признать их превосходство, так явственно подчиниться им» [7, С. 7–8]. Иван IV не использовал возможность эволюционных реформ, он как бы законсервировал Россию. Потребность же в реформах существовала, но пресекалось любое взаимодействие с Западом. Запад рассматривался как враждебный, посягающий на духовную основу Руси – православие. Национально-религиозный взгляд перевесил взгляд реформаторский.

Сотни и даже тысячи иностранцев хлынули в Московское царство после смерти Ивана Грозного. Встречи России и Запада сопутствовала как реакция приятия, так и реакция отторжения: с одной стороны – несомненное восхищение западным мастерством, вещами с Запада, уровнем образованности, этикетом иностранцев, их культурой и энергией, но с другой – многие из этих качеств европейцев вызывали у русских стойкое подозрение, страх, недоверие. Общественное отношение к Западу с этого времени можно сформулировать следующим образом: если русские не откроют собственной дороги к знаниям, культуре, новому восприятию жизни, то у России не будет будущего.

Отныне на триста лет эта простая (и самая сложная по реализации) мысль господствовала в России.

В апреле 1604 г., в разгар политического кризиса в России, никому не ведомый инок Григорий, принявший католичество, выдал себя за погибшего сына Ивана Грозного Дмитрия и выступил с польской армией на Москву. Весной следующего года царь Борис Годунов умирает, и самозванец входит в Кремль. Вестернизация становиться конкретной задачей Лжедмитрия – реформы системы управления государством, переустройство, установление связей с Западом, в частности, получение образования за границей.

За Лжедмитрием стояла Польша, а польское вхождение в Москву было движением с Запада. Под давлением поляков и в силу феодальной вражды группа бояр избрала в 1610 году русским царем Владислава – сына польского короля, происходящего из шведского королевского дома Вазы. Шведские войска начали наступление на северо-западе, а поляки пошли прямым путем на Москву, захватив ее в 1610 году. Вскоре польский король Сигизмунд III стал посягать на русский трон своего сына. А в Новгороде шведы настаивали на признании русским царем шведского претендента. Летом 1612 года император Священной Римской империи Матиас выдвинул на русский престол кандидатуру своего брата, а затем племянника. Даже англичане начали разрабатывать планы английского протектората над северной Русью.

Россия находилась в низшей точке своего развития. Она была действительно близка к потере и своей свободы, и своей идентичности.

Возможно, в это время некоторых дополнительных усилий Запада было бы достаточно для вхождения России в его орбиту. Главным спасительным для России обстоятельством, позволившим сохранить русскую самостоятельность и самобытность, оказалось то, что польское государство, погруженное в глубокий феодализм, не могло выработать ту энергию, с которой в те же годы французы, англичане и голландцы делили между собой целые континенты. Исключительное невежество и презрение поляков в отношении русской культуры и самих русских зажгло русскую жертвенность. После польской оккупации Москвы ни о принятии унии, ни о подчинении католицизму не могло быть и речи.

Патриотическое общенациональное движение, возглавленное Козьмой Мининым и Дмитрием Пожарским, показало всем претендентам на русский престол невозможность реализации их планов.

Россия, как и другие великие государства: Китай, Индия, Япония, Отоманская империя, в ХVII в. – стала перед суровой перспективой – выстоять или подчиниться Западу. Индия подчинилась примерно в 1750 году, Китай столетием позже, Отоманская империя в 1918 году, Россия в 1991. Россия явила пример самого длительного исторического противостояния Западу в его методически организованном подчинении себе всего окружающего мира.

Россия спасла свою самобытность, сохранила себя, не стала колонией Запада. Но нельзя не учесть того, что в это время на Западе уже были Оксфорд и Сорбонна. Россия же значительно отставала от Запада по своим цивилизационным критериям: развитию науки, искусства, промышленности, общественных отношений и пр. С.М. Соловьев признает это, возможно, убедительнее других русских историков:

«Сознание экономической несостоятельности, ведшее необходимо к повороту в истории, было тесно соединено с сознанием нравственной несостоятельности. Русский народ не мог оставаться в сознании собственных совершенств, в китайской уверенности, что он выше всех народов на свете. Уже по самому географическому положению своей страны: океаны не отделяли его от западных европейских народов. Побуждаемый силою обстоятельств, он должен был сначала уходить с запада на восток: но как скоро успел усилиться, заложить государство, так должен был необходимо столкнуться с западными соседями, и столкновение это было очень поучительно… Стало очевидно, что насколько восточные соседи слабее России, настолько западные сильнее. Это убеждение, подрывая китайский взгляд на собственное превосходство, естественно и необходимо порождало в живом народе стремление сблизиться с теми народами, которые показали свое превосходство, позаимствовать от них то, в чем они являлись сильнее; сильнее западные народы оказывались своим знанием, искусством и потому надобно было у них выучиться».[8, С. 7–8].

В 1670 году Г. Лейбниц, один из самых светлых умов современной ему Европы, предсказывал, что в будущем Россия станет колонией Швеции. Этот прогноз разделяли многие в Западной Европе. Предвидя политические перемены в Восточной Европе, Лейбниц, в частности, опубликовал трактат в защиту кандидатуры германского принца на польский престол, а русских конкурентов он подал в самом невыгодном свете: «Погрязшие в схизме, нетерпимые, не слушающие требований рассудка, жертвы невежества, хуже чем турки, создавшие при этом слишком мощное и жестокое государство» [10, С. 97]. Этот взгляд на Россию как на азиатскую и варварскую страну, лежащую за пределами европейской цивилизации и истории, стал на Западе традиционным. Россия стояла перед необходимостью модернизации.

Таким образом, смута ХVII в. была кризисом модернизации. В ходе смуты Россия чуть было не лишилась независимости. Итогом смутного времени были реформы Петра I, у которого хватило мужества признать превосходство Запада и воспринимать необходимость использования западного опыта не как национальную капитуляцию, а как национальный подъем. Опираясь на растущее население России, талант своего народа, император Петр предпринял тяжелую, временами отчаянную попытку приобщения страны к мировому, т. е. западному, потоку цивилизованного развития.

Смута в русской истории начала ХХ в. также вызвана модернизационным кризисом.

Pages:     | 1 |   ...   | 28 | 29 || 31 | 32 |   ...   | 35 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.