WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 25 |

Формирование сословий происходило по двум основным путям – происхождение и профессия. Тезей поделил афинских граждан на благородных, земледельцев, ремесленников.

Кто такие благородные Завоеватели, их потомки, наследственные вожди. Счет родства приобретает социальный смысл и рождает культ предков, счет родословий. Вожди в Полинезии хранили память о предках и событиях на глубину 800 лет – без письменности, в устной традиции. Точность счета ученые проверили по упоминавшимся солнечным затмениям.

Профессии оценивались по-разному, на Таити строители лодок делились на привилегированных (лодки для знатных) и простых (лодки для обычных людей). Литейщиков, кузнецов, как правило, причисляли к знатным (Гефест – бог-кузнец – единственный ремесленник на греческом Олимпе). На юге Африки кузнецов боялись, им приписывали и не без оснований ритуальные убийства для закалки металла, на западе – почитали, а на востоке континента – презирали. Потомки кожевников в Японии до сих пор относятся к касте «эта», отторгаемой обывательской средой. Воины в большинстве обществ – сословие привилегированное, а в средневековом Китае военная профессия ставилась много ниже чиновничьей. В Индии, где в древности границы сословий стали непреодолимыми, сословия превратились в касты, человек рождался и умирал членом своей касты. Высшие из них – касты брахманов – жрецов, кшатриев – воинов. В самом низу – каста неприкаcаемых. Отношения между кастами, хотя законодательно они запрещены, до сих пор – острая социальная проблема Индии.

Развитие сословных структур происходило не только в земледельческих обществах. У эскимосов Берингова пролива в могильниках более двухтысячелетнего возраста выделяются богатством инвентаря погребения шаманов и воинов с боевым оружием, а сопровождающие их погребения – почти без вещей. В XIV–XVI вв. на острове Иттыгран у юго-восточной оконечности Чукотки была сооружена Китовая аллея: 15 групп из врытых в землю черепов гренландских китов (каждый череп весил 2–2,5 тонны), из столбов и арок из челюстей кита.

Там же из камней сложили святилище, вырыли более 130 ям для запасов мяса. Перевезти на остров 120–150 тонн китовых черепов и челюстей, соорудить аллею, запасать столько мяса мог лишь хорошо организованный коллектив. С. А. Арутюнов, И. И. Крупник и другие, открывшие аллею ученые пришли к выводу, что на острове существовало место священных ритуалов и посвящений тайного мужского союза. Такие союзы описаны в XVIII–XIX вв. у эскимосов, алеутов, индейцев северо-западного побережья Америки. Известны тайные союзы в Меланезии, на западе Африки. Эти культовые организации везде становились орудием борьбы за власть.

Развитая сословная структура была в XVIII в. у алеутов. Русский просветитель и священник И. Е. Вениаминов так описал ее: «Тоёны и их дети и племянники составляли высшее сословие; прославившиеся воинскими подвигами и искусством в промыслах и потомки их составляли так называемых собственно почетных; класс простолюдинов составляли все обыкновенные алеуты...» Были еще вольноотпущенные и рабы. Рабов захватывали в войнах, покупали, случалось продавали сирот. Дети рабов оставались в рабстве, но если отец– свободный, а мать рабыня, ребенок считался свободным. Рабов жестоко наказывали, убивали на похоронах хозяина, но могли по его завещанию и отпустить на волю. Раб был меновой стоимостью и предметом гордости хозяина. У тойона-вождя общины или селения могло быть до 20 рабов. При этом и тойон, и общинники, и рабы жили в одном доме, только у тойона – почетное место, у раба – худшее. И тойон и раб участвовали в работе, рабу доставалась в основном женская ее часть. Развивались ремесла и обмен.

Индейцы-тлинкиты (русские называли их колоши) и другие племена, жившие в XVIII веке на южном побережье Аляски, в Британской Колумбии, на архипелаге Александра делились на вождей, знать, простых общинников, людей низкого звания и рабов, при этом в трех верхних сословиях было несколько рангов. В нашем обществе ряд поколений воспитаны на антитезе бедный – богатый. У тлинкитов в ряду титулов вождя селения и глав родовых общин, входивших в него, был и титул «великий богатый человек», но здесь же – «великий мужчина», «великий вождь» и т. п. Когда на палубу корабля Ю. Ф. Лисянского прибыли колоши, то вождя подняли по трапу на руках. Во время танцев на палубе он всех переплясал.

На вопрос, почему же на руках поднимали– ответил: «Я вождь, я самый храбрый воин, меткий стрелок, великий танцор...» В общем, чтобы стать вождем, надо было быть первым парнем на деревне и ежечасно подтверждать свое первенство. То же с богатством: знатный индеец гордился числом рабов, ружей, одеял, медных слитков... но регулярно созывал гостей и, доказывая, что он еще и самый щедрый, богатства свои раздаривал. Обычай этот назывался потлач, был не только у индейцев и алеутов, но в разной форме – пиры, угощения, подарки – встречался везде, где распадалось первобытное общество. Восточно-сибирские эвенки, например, считали, что если родственник стал обладателем 100 оленей, то просто обязан раздать их. Если же эвенк медлил с раздачей, его, случалось, убивали и делили без хозяина.

Знатность не только по рождению, но и по личным достоинствам требовала постоянной заботы о поддержании социального престижа. Престиж был дороже богатства и это порождало престижную экономику.

Мне все время чудится, что такая полупервобытность здорово похожа на «развитый социализм», но есть и существенная разница: тлинкитский знатный человек, поддержав свой высокий общественный статус, быстро восстанавливал свои богатства – до следующего потлача. Ведь его тоже одаривали на потлачах другие. Мы в погоне за престижем разбазаривали природу своей страны, труд и жизни ее людей, а взамен...

Во все последующие эпохи правители время от времени демонстрировали народу свою щедрость, как далекое воспоминание о потлаче, но до последней меховой накидки дело, разумеется, не доводилось: отделывались мелочью.

Сословия потерялись. Изначально заложенное природой неравенство личностей в условиях преображающихся общин трансформируется в неравенство групп – внутриобщинное и межобщинное. «Большие» становятся «важными», «великими», «благородными». Слабые, проигравшие, пленные – «подлыми», «рабами», «ничтожными». Между социальными полюсами располагается удлиняющаяся лестница сословий. Сословные общества пришли на смену первобытным и дожили до современности. Правовые отличия переплетаются с имущественными, но зависимость между ними не прямая. Потлач – отражение противоречия традиций коллективной собственности и рождающейся частной. В сословных обществах победа частной собственности никогда не бывает полной: бедняк-дворянин обладал большими правами в старой России, чем богатый крестьянин. Неосвященность собственности на землю привела российскую деревню к катастрофе.

Примеры из земледельческой Полинезии и мира рыбаков и морских охотников на севере Тихого океана показывают, что сословное неравенство следует за скачком производительности труда, но морской вариант ни разу в истории не довел общество до порога цивилизаций, путь к ним открывали только земледелие и скотоводство.

Господствовавшая в нашей стране классовая теория внедрялась системой тотально.

Не минула она и науку о первобытной истории. Место сословий заняли классы. В капитальной монографии 1988 г. «История первобытного общества» третий, завершающий том снабжен подзаголовком «Эпоха классообразования». Общества типа алеутского, тлинкитского называются раннеклассовыми. Сословия и сословный этап истории потерялись. Попытки В. П. Илюшечкина обратить взгляды историков к сословиям, в практике школьного и вузовского преподавания не получили признания (книга вышла с десятилетним опозданием и крошечным тиражом).

Частная собственность – категория в нашем обществе малознакомая и загадочная. В русском языке слово «частный» – синоним личного: частная жизнь, частное письмо... Помню степень своего изумления, когда в многотомье сочинений К. Маркса и Ф. Энгельса определения этого понятия я не нашел. Опрос университетских политэкономов дал тот же результат. В книге Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства» есть ряд идей и понятий, не утративших свежести с 1884 г.: о двух видах производства средств к жизни и самого человека, об экономической периодизации, признаках государства, но о возникновении частной собственности, вопреки заглавию, ничего не говорится.

Рис. 32. Тлинкитские войны.

В то же время те, кто собственностью обзавелся, хорошо знают, что им принадлежит, и держатся за свое не только руками, но нередко и зубами. Вспомните, как современные помещики, то бишь директора совхозов и прочие «аграрии»– пахари управленческих кабинетов, насмерть стоят против частной собственности на землю, против естественного права настоящих пахарей быть хозяевами своей земли.

Козьма Прутков оставил нам мудрый завет: «Зри в корень!» Чтобы разобраться в сути столь актуального понятия, полезно знать, как появилась частная собственность.

Алеутский мастер за построенную байдарку мог получить раба и хорошую меховую парку. Там же мастерица шить из медвежьих кишок непромокаемую одежду делилась выручкой с мужем и главой общины, ей, в лучшем случае, перепадала лишь небольшая часть от созданной ее руками собственности. Мастерица – рабыня и вовсе ничего не получала.

Древнейшие изделия из металла всегда высоко ценились, литейщики и кузнецы могли занимать верхние ступени в обществе, например, сейминско-турбинские в середине II тысячелетия до н. э., но могли относиться к низам общества и тогда получали за свою работу только на пропитание.

В Северной Америке к западу от р. Миссисипи и до предгорий Скалистых гор простирались степи-прерии. Когда в XVI в. в степях появились мустанги – одичавшие потомки испанских лошадей, до того пешие охотники на бизонов стали коневодами и конными охотниками. В XVII–XIX вв. племена команчей, черноногих, кайова, чейенов, тетон-дакота прошли путь развития, аналогичный истории кочевников евразийских степей и прерванный колонизацией «дикого Запада». Лошади стали частной собственностью, появилось товарное производство изделий из кожи – специально на продажу. Соседей земледельцев грабили, обкладывали данью, заставляли совершать неэквивалентный обмен. Процветала транзитная торговля мехами, ружьями, котлами, ножами и другими товарами. В войнах и набегах захватывали рабов.

Рис. 33. Вождь индейцев дакота.

Внутри кочевых племен происходила социальная диф-ференциация, мерилом стало обладание лошадьми. Безлошадный не мог охотиться пешим: охота на бизонов начиналась одновременно, за этим строго следили. Бедняк либо нанимался и батрачил, либо брал в долг лошадей или арендовал их, возвращать надо было больше, чем взял. Должник попадал в кабалу. Богатый индеец заводил побольше жен, женщины обрабатывали бизоньи шкуры, шили и вышивали одежду, палатки, сумки – товар на продажу. Возникает простая кооперация – объединение кожевниц и вышивальщиц. В этой отрасли производства больше всего применялся рабский труд, да и многие жены по своему положению мало отличались от рабынь.

О масштабах коневодства, ремесел и торговли рассказывают описания американских колонистов. В 1750 г. в селение индейцев племени вичита команчи пригнали сотни коней и рабов из племени апачей и обменивали их на ружья и другие товары. На р. Арканзас в 1821 г.

на торжище съехались кайова, команчи, чейены, племя змей. Из 700 палаток и ремней между ними построили кольцевой лагерь, внутрь которого согнали 20 тысяч лошадей.

Тетоны регулярно грабили оседлое племя арикара, угоняли жен и детей и... торговали с арикара, сами назначая цены на кукурузу, маис, бобы, тыкву.

В I тысячелетии до н. э. такими же были отношения скифов-кочевников со скифамиземледельцами, только масштабы крупнее. Скифы, выйдя на историческую арену в VIII в.

до н. э., в V в. до н. э. создали свое государство, а чейены и команчи не успели, история не дала им дополнительного столетия, может быть, несколько десятков лет самостоятельного развития.

Если проанализировать приведенные примеры, то частная собственность могла создаваться личным трудом – алеутский мастер-байдарочник, но чаще создавалась и приумножалась за счет эксплуатации труда других людей. Формы эксплуатации с самого начала многообразны. Их можно разделить на межобщинные: неэквивалентный обмен, военный грабеж, дань; и внутриобщинные: эксплуатация родственников, аренда, ростовщичество, кабала, наемный труд свободных бедняков. Рабский труд применялся внутри общины, чаще уже – в семье, отсюда название стадии раннего рабства – патриархальное. Но добывали рабов захватом людей вне круга родственных общин, пополняли за счет детей рабов. В силу своей крайне низкой производительности труд рабов на стадии раннесословных обществ никогда не превращался в ведущую, тем более – единственную форму эксплуатации. Если же судить по школьным учебникам и кабинетам истории, то именно рабство было столбовой дорогой прогресса. Даже в древних цивилизациях рабский труд редко занимал ведущее место. Страны Средиземноморья – Рим, Карфаген, Финикия были исключением, а не правилом. В древнем Китае рабы составляли 1 % трудоспособного населения, ведущей формой эксплуатации в Китае стала сдача земли в аренду.

Возникновению частной собственности способствовал рост производительности труда, его профессионализация и индивидуализация. Мощными стимулами были обмен, появление эквивалентов обмена – первобытных денег.

Неудобства бартера понимали уже древние и договаривались в рамках возникшего рынка, сколько лошадей или баранов, медных ножей, браслетов или специальных слитков (почти деньги!) надо отдать за амфору с зерном или вином, котел или красивые раковины.

Скот, изделия из металлов, раковины, полированные каменные топоры, куски тканей, всевозможные украшения, плащи из перьев, луки и стрелы, рабы, меры сыпучих тел: зерна, фасоли, какао-бобов, все служило эквивалентом обмена и знаками социального ранга.

Самые оригинальные, пожалуй, «деньги»– на острове Яп в Микронезии: десятитонные каменные круги. Заключая торговые сделки, жители передают право владения частью того или иного круга – целого банка, спокойно лежащего на своем месте.

В китайской иероглифике знак «раковина» приобрел значение «деньги». В древности медные монеты делали в форме ножей, заступов, ракушек, позднее 2 тыс. лет назад в ходу были связки круглых монет с квадратным отверстием в центре, круг – Небо, квадрат – Земля.

Наряду с такой монетой-космограммой в ходу были серебряные слитки. Там же, в Китае, тысячу лет назад инфляция породила деньги из шелка и бумаги. Последнее изобретение китайцев освоило все человечество, но резаная цветная бумага таковой и становится, если количество товаров и услуг за одну бумажку с любым числом нулей катастрофически падает.

Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 25 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.