WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 35 | 36 || 38 | 39 |   ...   | 60 |

Недостаточно исследованным остается вопрос о социальной сущности большевизма. Этот вопрос существует в двояком виде: с одной стороны, он встает как вопрос о том, насколько можно выделять рабочих из всей совокупности общественных «низов», характеризовать их как носителей особого строя, идущего на смену капитализму, насколько можно также отделять большевиков от плебейской массы как целого, а большевистский вариант марксизма выделять из всей суммы идеологий, подверженных сильному влиянию социализма.

В более узком плане этот вопрос стоит как вопрос о том, в чем и как состав членов и руководящего ядра большевиков снизу доверху отличался по характеру представленных в его среде социальных групп, по характеру их мировоззрения, их идеологии, психологии и менталитета, по навыкам их общественного поведения. (М. Рейман, ФРГ) Нового освещения заслуживает формирование руководства большевистской партии. Процесс этот шел демократическим путем. На Апрельской конференции и на VI съезде РСДРП(б) выбирались и возвратившиеся в страну эмигранты, и подпольщики, и выдвинувшиеся в ходе революции местные работники. Среди 31 члена и кандидата в члены ЦК самым «старым» был 47летний Ленин, а многим не было и тридцати.

С резким выделением большевиков из революционно-демократического лагеря (после разрыва их с меньшевиками и эсерами в Советах под влиянием ленинской платформы) к ним потянулись наиболее нетерпеливые, радикальные революционные представители российской социал-демократии, часть которых раньше входила в другие фракции. Это Л.Д. Троцкий, А.В. Луначарский, М.Н. Покровский, М.М. Урицкий, В.А. Антонов-Овсеенко, А.А. Иоффе, М.З. Лурье (Ю. Ларин), Ю.М. Нахамкис и др. Все они обрели свое место в руководстве партии, выдвинувшей самые радикальные и максималистские лозунги для решения запутанных вопросов, вставших перед революционной Россией. И наоборот, часть умеренных и осторожных «центристов» вышла в апреле из большевистской партии и присоединилась к меньшевикам. Это размежевание проявилось и в том, что наиболее радикальным оказался Петроградский комитет партии. Умеренностью взглядов и действий отличался Московский комитет, а ЦК испытывал влияние и тех, и других, и только авторитет, энергия и напористость Ленина склоняли большинство членов ЦК к радикальным решениям.

Важнейший вопрос в этой связи - пересмотр Лениным теории социалистической революции и принятие ее большевистской партией. Старые схемы 1905 года, рассчитанные на длительный период борьбы за победу буржуазно-демократической революции и последующее медленное перерастание ее в социалистическую, оказались устаревшими перед стремительными событиями Февральской революции. Но им следовали «старые большевики», считавшие буржуазно-демократическую революцию еще не законченной. В ходе острейших дискуссий Ленин пытался убедить большевиков в необходимости взять власть на себя для социалистического переворота, целью и средством которого станет мировая революция. В сентябре во время дискуссии, начатой ленинскими письмами о восстании, победили умеренные большевики. Они отвергли предложение о практической подготовке вооруженного восстания и искали компромисса с меньшевиками и эсерами, ожидая Учредительного собрания. Готовилась даже объединительная конференция и 28 местных организаций, к неудовольствию ЦК, в октябре оставались объединенными большвистско-меньшевистскими. К концу октября Ленин, проявив удивительную энергию и настойчивость и используя политическую обстановку, смог доказать необходимость вооруженного восстания и захвата власти. Сторонники реформистского пути в большевистской партии были побеждены, но продолжали отстаивать свою линию в ходе переговоров о создании «однородного социалистического министерства», начавшихся по ультиматуму Всероссийского Исполкома железнодорожников 26 октября. Эта проблема заслуживает особого внимания, т.к. с ней связан вопрос о возможности многопартийного правительства и о «третьем пути в революции».

Значительная часть большевиков склонялась в пользу формирования общесоциалистического правительства «любой ценой», что привело к кризисному положению в большевистском руководстве, когда 4 ноября Л.Б. Каменев, Г.Е. Зиновьев, В.П. Милютин, А.И. Рыков и В.П. Ногин вышли из ЦК, а двое последних отказались и от постов в советском правительстве в ответ не решение ЦК прекратить переговоры с Викжелем. (Правда, меньше, чем через неделю они вернулись с покаянием). Ленин рассматривал эти переговоры только как «дипломатическое прикрытие военных действий», которые велись в это время с войсками Керенского-Краснова под Петроградом. Непременным условием коалиции с представителями социалистических партий Ленин считал принятие ими программы большевиков, т.к. необходимо было создать работоспособное правительство. В противном случае, по мнению Ленина, «в советскую телегу впрягались лебедь, рак и щука, и создавалось правительство, неспособное спеться, сдвинуться с места». И большинство членов ЦК требовало сохранения «контрольного пакета» в правительстве за большевиками.- Эта позиция имела объяснение: коалиция при правительственном большинстве из меньшевиков и эсеров меняла бы характер революции, превращая ее в социал-демократическую с переходом на парламентские рельсы. Это и был бы «третий путь». Но такая революция не оправдала себя в дооктябрьские месяцы, она не смогла удовлетворить народные массы, вызвала их крайнюю радикализацию. И опыт последующих месяцев показал, что эсеры и меньшевики, там где они оказывались у власти (в Сибири и на Урале), были не в состоянии отстаивать «третий путь» и капитулировали перед контрреволюцией. Главной причиной, по которой меньшевики и эсеры отказались от союза с большевиками, было различие во взглядах на перспективы революции, т.к. представители социалистических партий считали непременным условием «исключение социалистических экспериментов как во внутренней, так и во внешней политике, т.е. отказ от второй революции, диктатуры пролетариата и сепаратного мира». К этому добавляются и другие причины, сделавшие невозможной широкую коалицию социалистических сил:

исключительная обостренность классового сознания и нараставшая радикализация масс, отталкивавшая правых лидеров; сложность, запутанность внешних и внутренних обстоятельств, придававших особую окраску политическим решениям. Сказались давние разногласия, осторожность меньшевиков и максимализм большевиков, твердость, с которой те осуществляли диктатуру. В результате социалисты-меньшевики и эсеры оказались в лагере контрреволюции, а это сделало гражданскую войну более длительной и ожесточенной.

Следующий вопрос - о поддержке большевиков большинством народа. Подавляющая его часть - а это мелкобуржуазная масса классической мелкобуржуазной страны - не была с большевиками ни весной, ни летом 1917 года. Большинство народа, поддерживая тогда блок партий меньшевиков и эсеров и союз этого блока с частью русской буржуазии, было «центристским» и оказывало поддержку коалиции всех партий и общественных организаций. Центризм - это выражение векового опыта большинства народа в любом обществе и государстве. Но в переломные моменты, когда взрывоопасными становятся настроения отчаяния и разочарованности в массах, они становятся способными к быстрой смене своих симпатий, особенно если правящие партии преступно медлят с решением назревших вопросов, затрагивающих интересы и судьбы многих десятков миллионов людей. И тогда выдвигаемые массами требования воспринимались большевиками и оформлялись ими в социалистические одежды, натянутые на политические действия, симпатичные массам, както: социализация земли, передача фабрик рабочим, требование демократического мира. Это охотно воспринималось определенными классами общества и играло роль организатора массовых действий.

Большевики и социализм воспринимались ими как предпочтительный путь решения всех проблем.

С этой точки зрения можно говорить о значительном массовом признании законности Октября в первые послеоктябрьские месяцы (роль первых декретов советской власти).

Идея альтернативности пронизывает всю историографию проблемы. Одни видели в Учредительном собрании - «прекрасного лебедя демократии», другие - «гадкого утенка отжившего свое буржуазного парламентаризма». Необходимо системное исследование проблемы, включающее связи Учредительного собрания с развитием российской государственности, социума, национального менталитета и т.п.

В настоящее время наметились следующие подходы к проблеме Учредительного собрания:

- Идея Учредительного собрания долго оставалась в России элитарной из-за глубокого разрыва в уровнях и типах политической культуры образованного интеллектуального слоя общества и толщи социальных низов.

- Неодинаково было в социальном разрезе и понимание задач Учредительного собрания. Для средних слоев его сверхзадачей было создание правового государства при непременно мирном реформистском преодолении кризиса в стране. Для маргинализированных и люмпенизированных слоев Учредительное собрание должно было удовлетворить, главным образом, социальные нужды, обычно понимаемые как простое уравнительное перераспределение жизненных благ. Став символом радикального обновления страны и преодоления ее исторической отсталости, при отсутствии программы деятельности, идея эта приобрела отвлеченный, полулегендарный характер.

- Авторитарная власть невольно служила распространению идеи: проводя либеральные реформы, она способствовала росту конституционных иллюзий, преследуя движение за Учредительное собрание, она усиливала его романтический ореол жертвенности.

- Своего апогея идея Учредительного собрания достигла после свержения самодержавия. Но юридический статус Учредительного собрания как «хозяина земли Русской», выработанный соглашением лидеров Петроградского Совета и Государственной думы в ночь на марта с основным принципом «непредрешения» главных вопросов государственной жизни до Учредительного собрания, сделал Временное правительство и советские партии заложниками формулы «непредрешения». Они не могли распорядиться властью, не рискуя быть обвиненными в посягательстве на права Учредительного собрания. Так создавался вакуум власти.

Груз исторически задержавшихся реформ обрушивался на плечи Учредительного собрания, и каждый просроченный день катастрофически умножал это бремя, подрывая его шансы остановить сползание страны ко всеобщему кризису и гражданской войне.

- Левоэкстемистские силы формула «непредрешеиия» связывала лишь в той мере, в какой они признавали за Учредительным собранием окончательную санкцию своих действий.

В этой связи необходимо остановиться на проблемах - Советы и Учредительное собрание и отношение большевиков к Учредительному собранию.

Взаимоотношения Учредительного собрания и Советов составляли суть разногласий в демократической среде по вопросу о власти. Правые социалисты, сохранив до ноября 1917 г. общее руководство советской системой, пытались предотвратить их политическое соперничество, признавая что «Советы были прекрасной организацией для борьбы со старым режимом, но они совершенно не в состоянии взять на себя создание нового режима: нет специалистов, нет навыка и умения вести дела и, наконец, нет самой организации». (Известия ЦИК Советов», 12 октября 1917 г.).

Раздавались предостережения, что если ведомые большевиками Советы захватят власть в стране, то это будет конец Учредительного собрания. Оно станет ненужным, т.к. большевики вынуждены будут осуществить то, ради чего оно созывалось.

Смысл опасений был не в боязни самих свершений, а в том, что они будут использованы для узурпации власти, т.к. многие меньшевики рассматривали власть Советов как средство «поставить и утвердить у власти революционное меньшинство».

Большевики вели в отношении Учредительного собрания тактику гибкой и осмотрительной импровизации.

Любопытно, что именно большевики в манифесте Бюро ЦК РСДРП/б/ первыми среди политических партий провозгласили необходимость его созыва, но Ленин и его ближайшие соратники уже с периода первой русской революции отводили Учредительному собранию ограниченную роль «оформителя» преобразований, проводимых массами и их органами власти.

Правда, в начале октября 1917 года Ленин писал о возможности временного «комбинированного» типа государственного строя (Советы плюс Учредительное собрание). Вопрос же о практической взаимосвязи Учредительного собрания с Советами перед Октябрьским восстанием не ставился, но его суверенитет не отрицался. 27 октября СНК принял решение о созыве Учредительного собрания в назначенный срок, и все основные решения Второго съезда Советов принимались «впредь до созыва Учредительного собрания». Этим подчеркивался его приоритет.

Ведя усиленную предвыборную кампанию в Учредительное собрание, партия, естественно, должна была поставить практически вопрос о взаимоотношении Советов с Учредительным собранием, и в середине ноября было определено, что Учредительное собрание будет работать под непосредственным давлением Советов как органов, «более непосредственно и близко отражающих настроения масс». 21 ноября во ВЦИК был поставлен вопрос о предоставлении Советам права отзыва и перевыборов членов Учредительного собрания на время «великого преобразования России» и приводился пример Английской и Французской революций, где из парламента и конвента были исключены правые крылья.

Отстранение кадетов из Учредительного собрания признавалось «неизбежным этапом в развитии революции», а возглавляемые кадетами контрреволюционные выступления на Дону, Урале, Украине ускорили темп этого процесса. 28 ноября СНК одобрил предложенный Лениным декрет «Об аресте вождей гражданской войны», этим кадеты отстранялись от участия в Учредительном собрании. Обострение политической борьбы побуждало ЦК к еще более жестким установкам по отношению к Учредительному собранию. В этих условиях для партии важно было обеспечить единство взглядов на проблему Учредительного собрания, т.к. часть руководящих партийцев (Л.Б. Каменев, Н.И.Бухарин, А.И. Рыков, В.П.

Ногин, В.П. Милютин) по-прежнему считали необходимым комбинировать Советы с Учредительным собранием и, более того, отводили им подчиненную роль. Они же добивались созыва партийного съезда для решения вопроса об Учредительном собрании. После острой дискуссии на заседании ЦК были одобрены написанные Лениным «Тезисы об Учредительном собрании», согласно которым комбинированный тип республики уже не мог осуществиться. Республика Советов мыслилась отныне единственной формой демократизма, «способной обеспечить переход к социализму». Таким образом, стратегия большевиков в отношении к Учредительному собранию связывалась, безусловно, с главным вопросом - о перспективе революции. И 5 января, в день открытия Учредительного собрания, большевики ультимативно потребовали от него признания решений II-го съезда Советов.

Pages:     | 1 |   ...   | 35 | 36 || 38 | 39 |   ...   | 60 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.