WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 25 |

Ко времени перестройки этноцентризм в среде политической и творческой элиты превратился в скрытый национализм и начал ока зывать существенное воздействие на принятие решений почти во всех областях жизни, в том числе государственных. Последние 25–30 лет истории страны, прекратившей свое существование в 1991 г., отмече ны все более нарастающим общественным вниманием к национально сти. Дело в том, что в среде политической элиты загнивающего авто ритарного режима известные идеологические принципы и строгие пра вовые нормы стали подменяться традиционалистской моралью и системой норм, укрепляющих отношения личной преданности и дове рительности. Все это привело к тому, что постепенно родовые и земля ческие связи начали приобретать все большее значение для представи телей правящего слоя. Национализм (еще не как политика, но как «со стояние души»), являющийся по своей внутренней природе суррогатом естественных чувств человеческой солидарности по отношению к «род ным», стал прорастать в институтах, далеких от сферы личных отно шений: в профессиональных творческих союзах и научных учрежде ниях, в партийных комитетах и бюрократических учреждениях, в про Э. Ф. Кисриев изводственных и учебных коллективах и т.д. Эти тенденции захваты вали прежде всего те слои общества, представители которого, в силу образования и карьеры, были дальше всего от исконного традицион ного состояния, т.е. интеллигенцию и чиновничество. Сначала в среде творческой интеллигенции, а затем среди чиновничества, хозяйствен ных и политических руководителей начали складываться невидимые на поверхности общественной жизни моноэтнические группировки вза имозависимости и взаимной поддержки.

Таким образом, к моменту падения коммунистического режима со циум северокавказских республик был готов к открытому выходу на ционалистического фактора на политическую сцену. Значение имел и тот факт, что в ходе падения коммунистического режима республикан ские элиты, утратив опору в конструкциях старой власти, смогла най ти ее только в системе личных доверительных отношений: среди лич ных друзей, родственников, среди людей своей национальной принад лежности. Не только правящая элита, все общество, в условиях разрушения элементарного гражданского порядка и законности, рег рессирует к исконным межличностным, прежде всего этническим, свя зям и поддержке.

Все это получило свое преломление в образовании и чрезвычай ном росте политической значимости и популярности так называемых национальных движений. Национальность, которая еще недавно не имела никакой политической активности и была лишь объектом «на циональной политики» могущественного аппарата власти, теперь ста ла превращаться в основной субъект политического процесса. Моби лизация политических сил на Северном Кавказе начала складываться не на основе социально классовых, или партийно идеологических, или религиозных принципов, а на фундаменте этнической общности.

Наиболее круто и драматично эти процессы развивались в Чече но Ингушетии. Разделение республики по национальному признаку произошло здесь очень легко и безболезненно. После разгона в Гроз ном республиканского Верховного Совета сторонниками «Общенаци онального Конгресса чеченского народа» в сентябре 1991 г. республика уже по определению перестала быть единой. 1 октября глава создан ного Временного Высшего Совета Хусейн Ахмадов объявил о разделе на «суверенную ЧР Нохчичо» и на ИР в составе РСФСР.

О ходе дальнейших событий в Чечне написано очень много. Ука жем лишь, что по мере углубления внутреннего кризиса и ожесточе ния военных действий с федеральным центром значение исламского фактора неизменно возрастало. Начавшийся как «национально демо Ислам и национальные отношения на Северном Кавказе кратическое движение», политический процесс в Чечне постепенно стал погружаться в религиозную риторику и конструирование ислам ских институтов власти. Ожесточенная борьба в Чечне после Хасавюр товских соглашений 1996 г. между полевыми командирами, т.е. борьба среди «победителей», достигших, казалось бы, «национального суве ренитета», привела к ожесточенным размежеваниям, обоснование ко торых отыскивалось в религиозной исламской фразеологии. Религи озные споры затмили национальную идентичность. Накануне вторже ния в Дагестан «под зеленым знаменем ислама» внутриполитический кризис в Чечне «дошел до ручки»: непрерывные «съезды мусульман», организованные, с одной стороны, Басаевым и, с другой, Масхадовым.

Взаимные обвинения в исповедании «неправильного ислама». Учреж дение властью, с целью укрепления своего авторитета, «Высшего ша риатского суда» и образование «комиссии по подготовке новой ислам ской конституции». Кульминацией, или агонией, режима стало обра зование Шуры — высшего исламского совещательного органа при президенте. Теперь, с позиций захватившего все идеологическое про странство исламистского дискурса, сам Масхадов перестает быть ле гитимным президентом. Басаев создает свою Шуру, и образуется ис ламское двоевластие. Политический процесс в Чечне зашел в тупик.

Теперь противостоящим чеченским полевым командирам оставалось либо столкнуться между собой в братоубийственной гражданской вой не, либо найти внешнюю цель для проведения похода в Дагестан с «ре лигиозной» миссией. Дальнейшее известно.

Чрезвычайно сложным и насыщенным был процесс образования и развития национальных движений и религиозных организаций в Да гестане. Причем религиозная активность казалась более весомой. Ле том 1989 г., когда в Дагестане еще не было никаких массовых полити ческих выступлений, помещение ДУМ Северного Кавказа в Махачка ле было штурмом захвачено исламскими активистами, а обвиненный в «сотрудничестве с КГБ» муфтий (балкарец) М. Геккиев низвергнут.

Никакие усилия властей вмешаться и урегулировать этот конфликт ни к чему не привели. Вскоре развалилось и само ДУМ Северного Кав каза. В каждой республике на общем подъеме реисламизации создава лись свои ДУМ.

Еще в 1989 г. дагестанцы оказались самыми значимыми деятелями из числа учредителей «Исламской партии возрождения» (ИПВ) — вто рой после КПСС партии тогда еще существовавшего СССР. Ее пред седатель — дагестанец (аварец) Ахмад кади Ахтаев — вскоре, в 1992 г., был избран депутатом ВС Дагестана. По всей республике, главным об Э. Ф. Кисриев разом в джамаатах, стали образовываться исламские организации. Была образована также «Исламско демократическая партия Дагестана», по зднее возник «Союз мусульман России» (СМР), который возглавил дагестанец (лакец) Н. Хачилаев, еще позднее — «Исламская партия России», председателем которой также стал дагестанец (аварец) М. Рад жабов.

Между тем уже в начале 1990 х годов стало ясно, что в Дагестане, при всей значимости исламского вероисповедания и могучего движе ния реисламизации, значимость религии на общедагестанской поли тической сцене остается ничтожной. Избрание известного исламского теолога А К. Ахтаева в 1992 г. депутатом республиканского парламен та стало единственным эпизодом, когда религиозному деятелю удалось победить на выборах в высший законодательный орган республики.

Ни до, ни после ни одному из них не удалось этого добиться1. Этниче ский плюрализм республики оказался намного более важным факто ром, чем общий им всем ислам. Не оказывая, по сути, никакого влия ния на республиканскую власть, исламские деятели, тем не менее, во всех локальных очагах межэтнического напряжения играли чрезвы чайно важную конструктивную роль.

Необходимо отметить также, что противостояние между течения ми ваххабитов и тарикатистов в Дагестане никак не влияло на сферу национальных отношений, а ДУМД, который с начала 1992 г. оказался под контролем одной национальности (аварцев), не оказывал и не ока зывает воздействия на исламские общины других национальностей.

Национальные движения в Дагестане играли более важную роль.

Раньше других, еще в первые годы перестройки в Дагестане сформи ровалось движение чеченцев аккинцев, требовавших восстановления Ауховского района в Дагестане, который был после высылки чеченцев в 1944 г. переименован в Новолакский и заселен лакцами и аварцами из горных регионов. 19 ноября 1989 г. в селении Эндирей состоялся Учредительный (первый) съезд Кумыкского народного движения «Тен глик» («Справедливость»). В конце июня 1990 г. формируется Лак ское культурное общество, а несколько позднее было образовано Лак ское народное движение «Кази кумух» во главе с Магомедом Хачила В декабре 1996 г. лидер СМР Надиршах Хачилаев был избран от Махачка линского избирательного округа в Госдуму РФ. Однако его победа была обуслов лена специфическим соотношением сил между кандидатами, позволившими ему с 26% голосов одержать победу на тех выборах. В Дагестане Хачилаева никогда не считали религиозным деятелем.

Ислам и национальные отношения на Северном Кавказе евым. 14 июля 1990 г. прошел учредительный съезд лезгинского на родного движения «Садвал» («Единство»), основной целью которого стало требование объединения лезгин, оказавшихся разделенными рос сийско азербайджанской границей. В октябре 1990 г. образовалось Аварское народное общество «Джамаат», затем в Казбековском райо не, граничащем с Чечней и примыкающем к Новолакскому району, создается «Народный фронт имени имама Шамиля» во главе с Гаджи Махачевым. 13 июня 1992 г. образуется Аварское народное движение (АНД), во главе которого также стал Гаджи Махачев. Образовались также даргинское движение «Цадеш» («Единство»), движения таба саранцев, рутульцев, азербайджанцев и других народов.

Национальные движения сразу оказались в центре общественно политической жизни. Их лидерами становились, как правило, пред ставители гуманитарной интеллигенции, врачи, отставные генералы и известные спортсмены. Никогда во главе какого либо национального движения в Дагестане не становился религиозный деятель. В услови ях неопределенности того периода и погружения в правовой хаос ос новной задачей этих организаций стало отстаивание территориальных, кадровых и прочих интересов своих народов. Важно отметить также, что наиболее авторитетные представители политической элиты рес публики не примыкали, во всяком случае, не артикулировали открыто свое участие в этих движениях. То же можно сказать и о религиозных деятелях. Конечно, многие религиозные авторитеты входили в состав активистов «своих» национальных движений, но акции, программные установки, требования и лозунги этих организаций никогда не приоб ретали в Дагестане религиозной окраски.

Влияние национального фактора на политический процесс в Даге стане было значительным. Это получило свое воплощение в Консти туции РД, принятой в середине 1994 г. По ней в состав Государствен ного Совета — высшего коллективного органа исполнительной власти «не может входить более одного представителя одной той же нацио нальности» (ст. 88). Этот высший орган власти состоял из 14 человек, по одному от каждой «дагестанской национальности», в состав кото рых включались: аварцы, агулы, азербайджанцы, даргинцы, кумыки, лакцы, лезгины, ногайцы, русские, рутульцы, табасаранцы, таты, цаху ры и чеченцы аккинцы. Доля их в общей численности населения варь ировала от 28% (аварцы) до 0,3% (цахуры). Конституция гарантирова ла также в республиканском парламенте «представительство всех на родов Дагестана», а Закон РД «О выборах в Народное Собрание РД» предусматривал образование специальных «национальных избиратель Э. Ф. Кисриев ных округов», что позволяло на практике обеспечивать строго пропор циональное представительство всех национальностей в высшем зако нодательном органе. Были разработаны и другие правила и институ ты, регулирующие «национальный вопрос» в Дагестане, и все это в целом обеспечило политическую стабильность республики на всем протяжении кризисных лет.

Обращаясь к другим регионам Северного Кавказа, следует выде лить ряд основных очагов межэтнической проблематики. Прежде всего это осетино ингушский конфликт. Не касаясь здесь исторических и ситуационных причин, подробностей развития и поисков путей его разрешения, напомним лишь сам факт произошедшего. В ночь на 31 октября 1992 г. на территории Пригородного района между осети нами и ингушами возник конфликт, перешедший в военные действия с участием неформальных и официальных силовых структур. В ре зультате конфликта практически все ингушское население Владикав каза и Пригородного района Осетии (около 60–65 тыс. человек), по кинув свои квартиры и дома, вынуждены были искать убежище в Ин гушетии. Этот конфликт до сих пор не получил своего разрешения.

Здесь же следует отметить, что исламский фактор в этом конфликте не имел никакого значения ни в процессе складывания его предпосы лок, ни в ходе столкновений, ни в той напряженности, которая здесь иногда складывается.

Основное содержание межнациональной проблематики в респуб ликах Кабардино Балкарии и Карачаево Черкесии отражается в самих их названиях. Процессы реисламизации протекали здесь независимо и вне политического процесса и строго контролировались властью, в то время как национальные движения приобрели большое значение.

Ведущим национальным движением адыгских народов всего Северо Западного Кавказа (кабардинцев, черкесов и адыгейцев) стало обще ство «Адыгее Хасэ» («Адыгский Совет»), учрежденное в 1988 г. Попу лярность организации среди адыгского населения остается значитель ной. Она возникла вначале как национально культурное общество, но быстро включилась в политический процесс. Образование Балкарских национальных движений «Бирлик» («Единство») и «Ныгыш» (Собра ние), вскоре объединившихся в единую организацию «Тере» («Фо рум»), активисты которой начали выдвигать требования реабилита ции народа, восстановления районов проживания балкарского насе ления в границах 1944 г. и «федерализации» по этническому принципу государственного устройства К БР, резко усилило национальную со ставляющую движения кабардинцев. Возросли объединительные об Ислам и национальные отношения на Северном Кавказе щеадыгские съезды и проекты. В мае 1991 г. состоялся Первый Все мирный адыгский конгресс, в котором принимали участие нацио нальные организации из Карачаево Черкесии, Адыгеи, Лазаревского района Краснодарского края («Шапсугия»), а также представители черкесских общин из Турции, Сирии, Иордании и Израиля, многих европейских стран. Звучали требования территориального размеже вания с балкарцами и задачи политического объединения Кабарды, Черкесии, Адыгеи и Шапсуги в единый союз или федерацию.

Карачаевское народное движение «Джамаат» требовало «восста новления Карачая в границах 1943 г.». Дело в том, что после упраздне ния в 1943 г. Карачаевской АО, после разрешения возвратиться в 1957 г.

была создана Карачаево Черкесская АО. Исламский фактор среди карачаевцев и балкарцев имел большее значение, чем среди адыгов.

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 25 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.