WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Характеризуя сочинение Данте «О монархии» («De monarchia»), в котором обосновывается проект всемирной империи, автор, в частности, обращает особое внимание на то, что империя является правовым государством. Данте признаёт за деспотией и т. п. режимами неправовой характер, в отличие от империи: они нарушают принцип универсализма человеческой природы и прав человека. Характерно, что у Данте империя – это не идея одного из нескольких возможных устройств, а идея логически законченного и совершенного политического строя с точки зрения самой природы человека и власти. Причём для Данте существенно не то, что такой империи нет в действительности (что можно сказать и о демократической республике), а то, что эта империя представляет собой тип организации, наиболее соответствующий сущности человека. Империя у Данте, таким образом, имеет надысторический, трансцендентный смысл, в связи с чем он пишет: «Светская монархия, называемая обычно империей, есть единственная власть, стоящая над всеми властями во времени и превыше того, что измеряется временем»31. В теоретико-методологическом отношении значение идей Данте состоит в том, что своё понимание империи он выстроил, исходя из наиболее общих категорий, характеризующих человеческое бытие (например, «благо»). Данте впервые концептуализировал и «узаконил» империю как предмет политической мысли.

Там же. С. 346.

Характеризуя имперский идеал в творчестве Л. А. Тихомирова, автор обращает особое внимание на ценностно-религиозный и правовой комплекс, покоящийся в самом существе имперско-монархической идеи.

Также подвергается теоретическому анализу современная мысль, отмечается, что в политической науке в отношении империи существуют две выраженные тенденции, которые условно можно обозначить как методологический пессимизм и оптимизм. Водоразделом между этими двумя потоками мысли является позиция учёного по поводу возможности или невозможности построения общей теоретической модели империи.

Доминирующей тенденцией остаётся методологический пессимизм, в основном характерный для западной и западно-ориентированной науки.

Однако постепенно становится всё более очевидным, особенно в России, рост числа исследований «оптимистического» характера.

Представители теоретико-методологического пессимизма, как правило, отличаются отсутствием чёткого понятийного аппарата, публицистичностью, порой доходящей до ненаучности, наличием «идола» идеологической презумпции, выражающейся в предустановленной благожелательности к либерально-демократической республике32. Наиболее значительным методологическим упущением здесь является отсутствие общих моделей империи, а также приписывание ей второстепенных признаков33 в качестве «Говоря об империи, следует обратить внимание на традиционно скудное и поверхностное рассмотрение этого всемирно-исторического феномена со стороны представителей современной науки – факт, противоречащий всякой научной и просто здравой логике. Трудно представить, но уникальные исторические и политико-правовые явления остаются вне сферы интереса наших учёных, исследователей и публицистов. Как правило, при классификации государств по разным признакам такой вид, как империя, либо вообще не находит места, либо сопровождается краткими и обязательно отрицательными оценками. Можно ли полагать, что сущность империи может быть адекватно выражена простым указанием на её особое территориальное государственное устройство, согласно которому составные части империи не обладают единым правовым статусом Ещё менее обоснованно определять насильственный способ образования особым признаком империи» (Величко А. М. Идея Империи и историческое призвание России…).

Как пишет А. А. Бычков о методологических пессимистах и вторичных признаках, «проблема их в том, что без определения смыслового «ядра» понятия империи эти главных при почти полном игнорировании основных свойств империи, заключённых в монархической форме верховной власти и в её религиозноправовых основаниях. Политико-философский уровень анализа у методологических «пессимистов» либо отсутствует, либо наличествует в крайне урезанном виде. В результате их концепции превращаются в набор слабо концептуализированных, размытых и противоречивых положений, что иллюстрируется на примере взглядов Д. Ливена, А. Рибера и др.

В то же время в современной политической мысли автор выделяет взгляды тех учёных, которые рассматривают имперский принцип, выходя на политико-философский уровень анализа и предлагая более концептуализированные определения и классификации (И. Г. Яковенко, С. В.

Ткачёв, А. А. Бычков, А. М. Величко и др.). В частности, бльшая по сравнению с «пессимистами» концептуальность проявляется в чётком различении между «классическими» («традиционными», «идеократическими»), колониальными и «посттеократическими» империями.

В Главе 2 «Империя как субъект политического процесса:

теоретико-политологический анализ» ставится задача осмыслить теоретический концепт империи, представленный в главе 1, сквозь призму исторической субъектности империи, выявить и уточнить общую модель империи на конкретном историческом материале. С точки зрения автора, в наиболее «чистом» виде имперский принцип реализован в таких исторических образованиях, как Рим, Византия и Россия, в связи с чем именно они подвергаются анализу. Автор, в частности, отмечает методологическое значение принципа translatio imperii, структурирующего направление исследования и подбор материала.

В §2.1 «Генезис имперской государственности (на примере Римской империи)» автор утверждает, что Римская государственность имеет особое значение, поскольку именно с ней связано историческое возникновение признаки лишаются своей силы» (Бычков А. А. Обоснование и кризис имперской идеи в XIV веке… С. 28).

империи и сам термин «империя» (imperium). При этом у римлян имперский строй появился не в результате сознательного политико-идеологического творчества, а под действием насущной необходимости и в силу ряда случайностей. Более того, в сознании римлян переход к империи был связан не с преодолением, а с защитой республиканских ценностей, в основе которых лежит представление о верховной власти народа.

Анализ истории Римской империи показателен в теоретическом отношении, поскольку на конкретном материале выявляет базовые признаки, присущие имперской модели как таковой: 1) военная и идеологическая экспансия; 2) большая сложность общества: этническое многообразие и сильное сословно-классовое расслоение; 3) признание верховной властью за собой права и реализация способности к бескомпромиссному решению конфликтов любого масштаба на политическом пространстве: от преодоления внутренних смут до принуждения к миру и введения в подзаконное пространство Рима покорённых народов; 4) отрицание республики, принципа множества как такового: и в принятии политических решений, и в легитимации власти (в то же время в Риме имперская традиция в известной степени была продолжением республиканской); 5) сакрализация единоличной власти (в Риме во многом была связана с родовыми понятиями); 6) ярко выраженная антиномия универсализма и изоляционизма, не присущая республике.

Римская империя во многом была близка к «чистому» типу империи. В её рамках была преодолена родовая и национальная ограниченность, развит универсализм политического и правового мышления. Но Рим не смог поставить верховную имперскую власть на прочный правовой и религиозный фундамент. Империя возникла путём узурпации. Парадокс и «очень важный пункт однако тот, что навыки правового государства в Риме были настолько сильны, что сделали старый Рим непригодным – он оказался негодной почвой для полноценной монархии»34. Попытка выстроить имперскую Бибихин В. В. Введение в философию права. М., 2005. С. 215.

государственность на иных, более широких религиозно-правовых основаниях, принадлежит Византии.

В §2.2 «Сакрально-правовые основания имперской государственности (на примере Византии)» автор отмечает, что создание Константином Великим христианской империи было уникальным историческим экспериментом и, возможно, представляет собой единственный пример того, как погибавший и внутренне разлагавшийся политический организм смог «выздороветь», успешно преодолеть системные проблемы и просуществовать более тысячи лет. Политическая система Византии была одной из самых эффективных в истории, о чём можно судить по беспрецедентной длительности, уникальной преемственности, гибкости, синтетичности и одновременно своеобразии византийской цивилизации. В то же время, ей были присущи серьёзные недостатки, которые и привели со временем к подрыву имперской мощи.

Сущностью византизма было соединение римской государственной идеи с христианской религиозной. Идея порядка в жизни римлян и их наследников – византийцев играла очень большую роль. Любая неупорядоченность однозначно связывалась ими с раздором, гражданскими столкновениями, а в свете христианского учения – с грехом. В глазах подданных назначение имперского политического строя выражалось, прежде всего, в защите общественного мира и порядка. Империя не могла опереться при решении этой задачи на насилие и произвол, но стремилась создать всеобъемлющую правовую систему, которая отвечала бы интересам подданных и религиозно-общественному идеалу империи.

Византия была государством, близко подошедшим к политикофилософскому идеалу империи. Это связано, прежде всего, с тем, что в отличие от римлян византийцы создали прочный религиозно-правовой фундамент. Несомненно, что «именно в Византии окончательно сложилось и получило теоретическое обоснование господствовавшее в средние века учение о монархическом государстве»35. Византийская империя представляет собой беспрецедентный образец того, как на протяжении более чем тысячелетия обеспечивалось единство и преемственность политической организации, построенной не на принципе национального демократического государства. Как писал по этому поводу Ф. И. Успенский, Византия «по своему этнографическому составу и по своим учреждениям представляет в себе протест против того утверждения, что тип, по которому сложилась западноевропейская история, есть универсальный тип»36.

В §2.3 «Империя как сакрально-модернизационный проект (на примере Российской империи)» автор обращает более пристальное внимание к проблематике империи в контексте модернизации. Согласно ему, империи возникают в ответ на исторический вызов такого масштаба, при котором всё общество, его политический организм и элиты оказываются под угрозой полного уничтожения, тотальной войны и, как следствие, выпадения из истории.

Во времена Петра Великого Россия в силу своей экономической, военной и культурной отсталости испытывала огромные внутренние и внешние проблемы, ставившие её на грань выживания и уничтожения в результате внешней агрессии. Ответом на этот исторический вызов стало создание военной и промышленной империи Петра Великого. Для этого не требовалось отрицания идеи христианской империи. Наоборот: Пётр опасался, что Россия повторит судьбу «Греческого царства», и его деятельность являлась отрицанием отсталости и архаичности отечественных нравов, хозяйственной и военной системы, которые мешали защитить Россию как преемницу Византии. В России усилиями Петра был реализован сакрально-модернизационный проект, сущность которого состояла в том, Чекалова А. А. У истоков византийской государственности: сенат и сенаторская аристократия Константинополя в IV – первой половине VII в.: учебное пособие. – М.:

КДУ, 2007. С. 15.

Успенский Ф. И. История Византийской империи. Т. 1. С. 20.

чтобы ради выживания и успешной борьбы с Западом заимствовать его внешне-материальные достижения, но не его внутреннюю идею37.

В результате победы в Северной войне в 1721 году Пётр Первый провозгласил себя «императором и самодержцем всероссийским», а Россию – империей. Тем самым как бы фиксировался успех модернизационного имперского проекта, а Россия обретала полноту своей исторической миссии.

Проблемы Российской империи начались тогда, когда она, в лице самого царствующего дома и влиятельной аристократии, поддалась националистическому искушению. Это фактически означало, что власть империи, конкретно Николай I, не смогла успешно реализовать модернизационный проект, начатый Петром, и предпочла идее империи теорию «официальной народности».

В Главе 3 «Постклассическая империя как понятие политической науки и современная реальность» при характеристике современной политической реальности автор приходит к необходимости обоснования концепта постклассической империи.

В §3.1 «Политическая сущность постклассического империализма» раскрывается смысл исторических трансформаций, которые претерпел имперский принцип к настоящему времени.

Переход от Средневековья к Новому времени был связан с изменением действующих сил истории, прежде всего с зарождением капитализма.

Преодолевая феодальную ограниченность, замкнутость и недоступность отдельных пространств, капитализм способствовал интенсификации человеческих коммуникаций, передвижений, обмена идей и товаров.

«В течение столетий основные усилия в процессе российской модернизации совершались не ради вхождения в западную по своей генеалогии цивилизацию модерности, но ради сохранения, воспроизведения и упрочения империи» (Гавров С. Н.

Модернизация во имя империи… С. 6). «Россия вестернизируется при Петре, при Ленине, мы добавим к Тойнби – в последнюю революцию 10 лет назад, но не приближается к Западной цивилизации, а остаётся тем, чем была почти тысячу лет, принадлежа к совершенно другой цивилизации, византийской. Вестернизация проходит не для вхождения в Запад, а наоборот, это способ обособиться от Запада» (Бибихин В. В.

Введение в философию права… С. 175).

Капитализм, таким образом, представляет собой имперский феномен: он стремится к бесконечному расширению, его суть – «бесконечное накопление капитала»38 в глобальных масштабах. Он преодолевает границы и противостоит логике территориально и юридически ограниченного национального государства. В этом капитализм схож с империализмом.

Анализ капитализма, проведённый К. Марксом, Ф. Энгельсом и В. И.

Лениным, дал новые результаты и для изучения империализма. Новый империализм связан уже не с правовым и религиозным, а с чисто экономическим универсализмом39. Как писал Н. А. Бердяев, «экономизм нашего века наложил свою печать и на идею мировой империи»40, «империализм тесно сплетается с экономизмом капиталистической эпохи»41.

За последнее столетие в мире произошли значительные изменения.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.