WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

Изучение документов по вопросам использования труда заключенных позволяет утверждать, что в 1937–1953 гг. эта категория рабочей силы являлась одним из важнейших трудовых ресурсов экономики региона. Подневольный труд заключенных, за исключением наиболее опасных тюремных контингентов, активно использовался в различных отраслях народного хозяйства. Рабочей силой из числа осужденных обеспечивались лагерные стройки государственного масштаба – реконструкция Волго-Балта, строительство Молотовского судостроительного завода, участков Северо-Печорской железной дороги и др.

Кроме того, их труд применялся в деревообрабатывающей, машиностроительной, топливодобывающей, стекольной, швейной, целлюлозно-бумажной, кожевенно-обувной промышленности, сельском хозяйстве.

Значительное влияние на специфику труда заключенных оказали природноклиматические и производственно-бытовые условия. В наибольшей степени эти факторы проявились в период становления лагерной системы региона и в годы войны. При распределении заключенных по видам работ учитывалась, прежде всего, степень их социальной опасности. Однако при дефиците специалистов, особенно в архангельских лагерях, это требование часто игнорировалось.

Труд заключенных, как любой подневольный труд, был малоэффективным.

Заинтересованность государства в повышении его продуктивности обусловила применение целого спектра индивидуальных и коллективных способов стимулирования трудовой активности заключенных. В пенитенциарных учреждениях региона в отношении осужденных наряду с мерами принуждения и насилия (наложением строгих взысканий за нарушения дисциплины труда, переводом «злостных отказчиков» от работы на штрафной режим и т.п.) также использовались методы вознаграждения и побуждения их к труду (различные формы трудового соревнования, зачеты рабочих дней, денежное поощрение и др.).

Принуждение к труду в условиях ограничения личной свободы не могло не вызвать у заключенных стремления избежать участия в производственных процессах. Как показал анализ пенитенциарной практики, чем сильнее было принуждение, тем большим было сопротивление. Среди форм уклонения осужденных от принудительного труда в исследуемый период наибольшее распространение получили различные формы «контрреволюционного саботажа»: отказы от работы, побеги, самоистязание (членовредительство), порча и укрытие орудий труда. С ужесточением карательных мер, применяемых в отношении виновных, случаи сопротивления сокращались, но не исчезали. В целом же принудительный труд заключенных, провозглашенный в качестве средства перевоспитания, был превращен в тяжелое и суровое наказание.

Исследование мер и средств репрессивно-карательного воздействия на различные категории заключенных, содержавшиеся в местах лишения свободы региона в 1937 – 1953 годы, показало, что жестокость санкций уголовного законодательства, а также последствия «большого террора» привели к усилению репрессивного воздействия в отношении политических и классовых противников режима. В 1937 – 1938 гг. количество арестованных за совершение контрреволюционных преступлений в Архангельской области составило 11055 человек, в Вологодской области – 10380. Лица, обвиняемые в государственных преступлениях, в отличие от прочих арестованных, направлялись во внутренние следственные тюрьмы. Разнообразие методов получения от них показаний, вплоть до применения пыток, санкционировалось высшим партийным руководством. В лагерях и колониях региона эти осужденные состояли на особом учете. На них не распространялись ни режимные послабления, ни амнистии.

В качестве репрессивной меры в отношении заключенных с 1940 г. стало придание политической окраски побегам из мест лишения свободы. С началом войны был введен запрет на освобождение лиц, отбывших наказание, из числа наиболее опасных преступников. В 1941 г. в Севдвинлаге было оставлено таких заключенных. В 1943 г. появился новый вид репрессий – осуждение к каторжным работам за пособничество фашистам. С конца 1945 г. и до середины 1950 г. инвалиды-мужчины из числа каторжников содержались в условиях строгой изоляции в этой тюрьме и лагпункте № 6 в Белозерском районе Вологодской области. Удлинение сроков лишения свободы за хищения и кражи по Указам об охране государственной и личной собственности от 4 июня 1947 г.

привело к росту численности этих осужденных. В 1951 г. «указники» составляли 56% всех осужденных. ИТЛ Строительства 510.

Важным элементом послевоенной репрессивной политики стало направление особо опасных государственных преступников после отбытия наказания в бессрочную ссылку. В результате активной работы органов Управления МГБ по Вологодской области в 1949 г. по поиску и выявлению таких лиц были повторно арестованы 117 человек, из них 83 сосланы на бессрочное поселение.

Ужесточение репрессивных мер распространялось и на уголовных преступников-профессионалов. С 1950 г. «неисправимые» рецидивисты подлежали переводу на тюремный режим. Лицам, продолжавшим упорствовать и там, нередко инкриминировались террористические намерения в отношении руководителей партии и правительства, поскольку за данный вид преступления разрешалось применять смертную казнь. В 1952 г. за подобные преступления к высшей мере наказания были приговорены 5 осужденных тюрьмы № 1 г. Вологды.

Дополнительные лишения и страдания выпали на долю осужденныхженщин. Для слабого пола не предусматривалось никаких скидок, к тому же многие из них подвергались унижениям еще и в половом отношении. Запрет на совместное содержание мужчин и женщин в лагерях и колониях был введен лишь директивой МВД СССР № 0190 от 27 марта 1947 г.

Помимо строгой регламентации всех сторон жизнедеятельности, средством репрессивного воздействия на интеллектуально развитых заключенных являлось лишение их возможности духовной и творческой самореализации.

Исследованием установлено, что в 1937 – 1953 гг. в пенитенциарных учреждениях региона имели место случаи издевательства над заключенными, незаконного применение к ним физической силы и оружия, продления сроков содержания под стражей. Жизнь основной массы заключенных усугублял произвол со стороны уголовников-рецидивистов, негласно санкционированный сотрудниками лагерей и колоний в годы борьбы с «врагами народа». По мнению диссертанта, основная цель репрессивного воздействия на заключенных состояла в том, чтобы подавить их реальное и потенциальное сопротивление, а также показать всевластие политического режима.

В заключении подведены итоги диссертационного исследования.

Анализ системы мест заключения на территории Архангельской и Вологодской областей в 1937 – 1953 гг. позволил выявить наличие разветвленной сети пенитенциарных учреждений. Изменения количества и расположения тюрем, лагерей и колоний отражали основные этапы становления советского государства. По этой причине в процессе их развития можно выделить три периода:

довоенный, военный и послевоенный.

В силу специфики выполняемых функций наибольшей стабильностью отличались тюрьмы. Их организационное оформление происходило в довоенный период. Незначительные реорганизации военных и послевоенных лет осуществлялись по большей части на внутритюремном уровне.

Доминирующую роль среди пенитенциарных учреждений региона играли исправительно-трудовые лагеря. Более раннее включение в орбиту лагерного строительства Архангельской области, по сравнению с Вологодской, обусловило и наибольшее развитие сети ИТЛ в 1937–1953 гг. именно на ее территории.

Благодаря участию в реализации крупных стратегических проектов (реконструкции Волго-Балта, строительству Архангельского целлюлозно-бумажного комбината, Молотовского судостроительного завода и др.) место и роль архангельских и вологодских ИТЛ были весьма заметными не только в масштабах региона, но и лагерного комплекса всей страны.

На специфике размещения, функционирования и составе заключенных колоний и лагерных подразделений отразилось приоритетное обеспечение лагерных строек физически здоровыми осужденными. Слияние в 1940 г. Архангельского ОИТК с Управлением Кулойлага привело к утрате местными колониями самостоятельного статуса. Сохранение обособленной системы колоний в Вологодской области позволило ей фактически заменить лагерную систему, ликвидированную на территории области с началом войны.

Анализ пенитенциарной практики в регионе за 1937 – 1953 гг. позволяет утверждать, что наиболее сложными условия деятельности мест заключения были в годы Великой Отечественной войны.

При формировании кадрового состава пенитенциарных учреждений Архангельской и Вологодской областей в рассматриваемый период одной из самых сложных проблем являлся дефицит образованных и квалифицированных сотрудников. Наименьший кадровый дефицит был характерен для руководящего и оперативного состава пенитенциарных учреждений, наибольший – для многочисленных категорий сотрудников (военизированной охраны лагерей и колоний, службы надзора тюрем). По мнению диссертанта, нельзя исключительно негативно оценивать с профессиональной и моральной точек зрения всех, кто работал в 1937 – 1953 гг. в местах лишения свободы.

Правовое положение и режим содержания заключенных в тюрьмах, лагерях и колониях региона в 1937–1953 гг. достаточно полно регламентировались многочисленными ведомственными нормативными актами. Для особо опасных преступников были предусмотрены большое число правоограничений и усиленный режим содержания. На практике обеспечение правового статуса заключенных и режима их содержания не всегда осуществлялось на должном уровне. Нарушения условий содержания заключенных имели место во всех видах пенитенциарных учреждений. Наиболее строго требования режима соблюдались в тюрьмах в отношении государственных преступников, уголовниковрецидивистов и каторжников.

Как видно из материалов исследования, в 1937 – 1953 гг. Архангельская и Вологодская области относились к числу тех регионов СССР, в которых использование труда заключенных носило массовый характер. Заинтересованность государства в максимально эффективном его использовании проявилась в создании специфической системы стимулирования трудовой активности, которая сочетала меры принуждения и насилия с мерами материального и морального вознаграждения. Однако от этого подневольный характер труда заключенных не менялся. Установлено, что принуждение заключенных к труду вызывало противодействие и побуждало к поиску различных способов уклонения от него. В рассматриваемый период сопротивление подневольному труду выражалось в отказах от работы, побегах, членовредительстве и т.п.

Анализ мер и средств репрессивного воздействия на заключенных в пенитенциарных учреждениях региона показал, что в исследуемый период сохранялась тенденция к усилению репрессивной политики государства ко всем категориям лиц, преследуемых за противоправную деятельность. Вместе с тем, степень репрессивно-карательного воздействия зависела от характера преступных посягательств заключенных. Поэтому наиболее суровым репрессиям подвергались политические и профессиональные уголовные преступники. Внесудебные репрессии в годы «большого террора», жестокое уголовное законодательство, нарушения законности сотрудниками пенитенциарных учреждений, наряду с произволом уголовников-рецидивистов, усугубляли жизнь основной массы заключенных. Активное применение репрессивных мер в отношении заключенных способствовало тому, что значительно возросло пренебрежение к конкретному человеку, моральное и физическое насилие над личностью.

Исследование позволило также выявить ряд специфических особенностей в размещении и деятельности пенитенциарных учреждений региона в рассматриваемый период. Система мест заключения в Архангельской и Вологодской областях была представлена всеми их видами, за исключением особых и каторжных лагерей. В 1950 г. тюрьма № 1 г. Вологды стала местом апробации содержания на тюремном режиме «неисправимых» преступников-рецидивистов, переведенных из лагерей и колоний со всей страны. Такая ситуация имела исторические предпосылки, связанные с тем, что данная территория традиционно занимала особое место в отечественной системе исполнения наказаний.

Другой особенностью стала более высокая, по сравнению с другими регионами, концентрация пенитенциарных учреждений и содержавшихся в них заключенных, значительная часть которых привлекалась к уголовной ответственности или была осуждена за особо опасные уголовные и политические преступления. Наибольший удельный вес этих категорий отмечался среди заключенных лесозаготовительных лагерей и тюрьмы № 1 г. Вологды. Массовое использование принудительного труда осужденных ИТЛ, завезенных со всех концов страны, было обусловлено отсутствием достаточного количества трудовых ресурсов в отдаленных и малонаселенных районах обеих областей.

Таким образом, относительная устойчивость, масштабность и развитие системы мест заключения на территории Архангельской и Вологодской областей в исследуемый период позволяют судить о ней не только как важной части репрессивно-карательного механизма государства, но и как о феномене советской пенитенциарной политики, отдельные элементы которого сохранились до настоящего времени. Один из важнейших выводов нашего исследования состоит в том, что всестороннее изучение и глубокое осмысление опыта функционирования пенитенциарных учреждений в 1937 – 1953 гг. позволит избежать ошибок, просчетов и упущений в сфере исполнения наказания в виде лишения свободы в современный период.

ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ Статьи в изданиях в соответствии с перечнем ВАК:

1. Белова Н.А. В силу тяжести совершенных преступлений. Карательная практика в отношении военнослужащих, осужденных в годы Великой Отечественной войны по 58-й статье УК РСФСР. По материалам Вологодской области // Военно-исторический журнал. – 2007. – № 7. – С. 32 – 36.

2. Белова Н.А. Реализация репрессивной политики государства в отношении заключенных в 1937–1953 гг. (на материалах Архангельской и Вологодской областей) // Вестник Поморского университета. Серия «Гуманитарные и социальные науки. – 2008. – № 8. – С. 4 – 7.

Статьи и материалы научных конференций:

3. Белова Н.А. Вологодские тюрьмы в карательной политике государства в 1930 – 1950 гг. // Европейский Север в судьбе России: общее и особенное исторического процесса: материалы научной конференции. – Вологда, 2005. – С. 204 – 210.

4. Белова Н.А. Места лишения свободы на территории Вологодской области в предвоенные годы и период Великой Отечественной войны // Исправительные учреждения Европейского Севера России накануне и в годы Великой Отечественной войны: сборник материалов научно-практического семинара. – Вологда, 2005. – С. 20 – 27.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.