WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

К разряду придворных служащих, очевидно, следует относить также глашатаев - цюжэнь. Существовал также уполномоченный, от имени вана ведавший наказаниями и судом - “да ли”. Упоминания о наличии в то время некоего законодательного кодекса на этот счет - “Наказания Чэн Тана” (“Тан син”)58, безусловно, являются позднейшей модернизацией. Скорее всего здесь, так же как и в администрировании вообще, не было четкой системы. Но в осуществлении экзекутивных мер нет сомнений. Сыма Цянь даже отмечает ужесточение наказаний в конце периода Шан-Инь59.

В описываемое время еще не сложилось устоявшихся представлений о Там же, с. 44.

Васильев Л.С. Древний Китай, с. 191.

Фань Вэньлань. Древняя история Китая, с. 53, 63.

Сыма Цянь. Исторические записки. Т. 1, с. 293.

Цзо Яньдун. Цит. соч., с. 45.

Сыма Цянь. Исторические записки. Т. 1, с. 176.

разделении государственной администрации на центральную и местную власть и порядке их взаимодействия. Тем не менее, исходя из современных критериев научной классификации, можно говорить о существовании тогда двух упомянутых уровней управления. В целом местная власть соотносится с термином “внешняя зона” администрирования - “вай фу”. Но в силу неоднородности структуры ШанИньского объединения осуществление власти на местах было различным. Как отмечалось выше, значительная часть этого объединения находилась под непосредственной властью вождей, подчиненных иньскому вану племен. Эти вожди, несомненно, опирались на своих родичей (правящий клан) и приближенных, а также родовую верхушку не родственных им кланов. С большой вероятностью можно предположить, что в их распоряжении было некоторое количество служащих более низкого статуса. Однако каких-либо данных на этот счет в имеющихся в нашем распоряжении источниках нет, и поэтому составить представление о складывавшихся здесь административных порядках невозможно.

Допустимо лишь предположить, что в какой-то степени они повторяли образцы, складывавшиеся в собственно шанских владениях.

Несколько больше можно сказать о местном уровне власти во “внутренней зоне” объединения. В отдельные отдаленные от столицы (которая, кстати, в период Шан-Инь шесть раз переносилась с места на место) районы ван посылал управителей из числа своих родичей и приближенных. Они получали титул “хоу”, “дянь”, “цзы”. Позднейшая письменная традиция рисует стройную систему соподчинения этих и прочих титулованных особ (гун, бо, нань), подразумевавшую раздачу соразмерных титулу территориальных владений - уделов. Правда, ранняя система, где все титулованные местные властители именовались собирательным термином “чжухоу” - буквально “все хоу”, - больше относилась к периоду Чжоу, наступившему после падения государства Шан-Инь. Но в древнекитайских источниках она предстает как некий образец, извечно существовавший в раннюю пору китайской государственности60. К тому же, титулы “хоу”, “бо”, “цзы” и “дянь” встречаются в шан-иньской эпиграфике. Сомнения в достоверности существования упомянутой системы высказывались самими китайскими учеными уже давно61. Однако сам факт наличия территориальных пожалований титулованной аристократии не только в период Чжоу (с конца XI в. до н.э.), но и Шан-Инь не подвергается сомнению.

В связи с этим возникает вопрос, была ли система пожалований Чжоу, о которой имеется достаточное количество вполне реальных сведений, аналогична шан-иньской Их сходство в какой-то степени определялось тем фактом, что первая произросла из второй, была заимствована чжоускими правителями у иньцев. Но если не приходится говорить о стройности и упорядоченности данной системы при Чжоу, то тем более не может быть об этом речи применительно ко времени Шан-Инь. Здесь, однако, можно найти различные мнения. По подсчетам некоторых ученых, в период Шан-Инь было 35 хоу, 40 бо, 53 цзы, 64 фу плюс некоторое неопределенное число дянь и нань62, в распоряжении которых в разное Ли цзи, цз. 3, с. 66.

См. подробнее: М.В.Крюков. Формы социальной организации древних китайцев. М., 1967, с. 6069.

Chang Kwang-chih. Shang Civilization. New Haven, 1980, с. 190, 217.

время находилось до 200 территориальных владений (уделов)63. Естественно, что ввиду ограниченности достоверных источников, эта статистика весьма условна и приблизительна. Но количественная сторона дела не столь важна, сколь определение данного явления по сути. В этом плане весьма интересным представляется мнение Л.С.Васильева, который, исходя из презумпции клановой структуры шан-иньского общества, не без основания полагает, что упомянутые региональные подразделения формировались на основе кланового принципа.

Возникавшие таким образом уделы, первоначально идентичные клановому поселению - и, могли постепенно укрупняться, приобретая характер полуавтономных политических образований64.

Однако, коль скоро подобные подразделения возникали на определенной спонтанной (в данном случае клановой) основе, то вполне логично предположить, что во главе их чаще стояли не присылаемые двором вана эмиссары, а представители местной кланово-родовой верхушки. Их положение закреплялось даруемыми им двором титулами. Такого рода процесс интуитивно указывался еще средневековыми китайскими учеными-мыслителями, и в частности в терминах, принятых китайской традицией, подмечался одним из видных их представителей - Лю Цзунюанем, специально изучавшим проблему уделов. Он полагал, что сначала появляются чжухоу, затем гегемоны над ними, а затем верховный правитель65.

Отмеченное выше спонтанное появление уделов “снизу” отнюдь не исключает обозначившуюся параллельно этому процессу практику назначения известного числа местных управителей из центра. И то и другое сосуществовали. Но если это так, то можно ли с полным основанием определять подобные региональные подразделения как уделы Если да, то с большой долей условности. Иначе говоря, обрисованная форма местного управления находилась в период Шан-Инь в стадии формирования и вырастала не столько по мановению свыше, сколько как узаконение естественным путем складывавшихся порядков, а также на основе сочетания различных по характеру элементов.

Более того, узаконение прерогатив местных лидеров органически сочеталось с признанием властных полномочий правителей подвластных центральному двору племен. Показательно в этом отношении, что термин “бо”, которым, как отмечалось, обозначались означенные племенные вожди, органично вошел в список прочих титулов знати времен Шан-Инь. Сыма Цянь отмечает существование определенного ритуала, который сопровождал признание шаниньским ваном полномочий отдельных глав зависимых племен. Так, например, вождю племени чжоу при его восстановлении в прежних правах вслед за предшествующей опалой был дарован титул Западного бо (Си-бо) и пожалованы центральным двором лук, стрелы, боевой топор и секира, а также предоставлено право самому проводить “карательные походы”66. Последний момент обращает на себя внимание, ибо является наглядным подтверждением достаточно широкой Дин Шань. Цзягу вэнь соцзянь шицзу цзи ци чжиду (Род и родовой строй по надписям на костях и панцирях черепах). Шанхай, 1956, с. 32.

Васильев Л.С. Древний Китай, с. 170-171.

Лю Цзунюань, Фэн цзянь лунь (О наследственных владениях). - Ши лунь чжэнгу (Главное в исторических суждениях). Шанхай, 1901. Т. 1, с. 30.

Сыма Цянь. Исторические записки. Т. 1, с. 176.

самостоятельности в действиях глав входивших в шан-иньскую коалицию племен.

И эта самостоятельность была не результатом дара со стороны вышестоящего вана, но проявлением все той же спонтанности в формировании местных властных структур в государстве Шан-Инь, о которой говорилось выше. В свою очередь, нижестоящий глава племени также соблюдал определенный ритуал в отношениях с ваном, присылая ему символическую дань67.

В связи с высказанным заключением о несформированности системы уделов в период Шан-Инь, становится понятным мнение Цзо Яньдуна, который считает, что говорить о подобном явлении как о системе в то время вообще не приходится, а различие титулов тогдашней аристократии свидетельствует лишь о некоторой разнице в их должностных обязанностях, но отнюдь не об их рангированном подчинении68.

Говоря о своего рода верхнем эшелоне местной власти при Шан-Инь, следует также сказать об упоминавшихся выше царедворцах, ведавших делами родичей вана, и называвшихся “цзун”69. Их касательство к структуре власти на местах можно предположить в связи с тем, что некоторые родичи вана получали упоминаемые выше территориальные владения. Однако о конкретных функциях данных сановников, которые скорее всего сами являлись членами правящего семейства, нет каких-либо уточнений.

Л.С.Васильев справедливо отмечает, что у каждого из титулованных аристократов, получивших территориальные владения, имелось какое-то число подчиненных ему администраторов. Однако сказать по этому поводу что-либо конкретное нет возможности из-за отсутствия данных источников на этот счет.

Остается лишь предполагать, что число таких служащих не было велико, а их состав и функции преимущественно копировали образцы, существовавшие при центральном дворе70. Таким образом, можно говорить о наличии в местной власти нижнего эшелона. Если в отношении так называемых уделов этот уровень прослеживается лишь гипотетически, то относительно районов центрального подчинения на этот счет имеются скупые, но все же конкретные сведения. Хотя возможно, что на подобном нижнем уровне не было различий между обеими отмеченными составляющими административного устройства государства ШанИнь. В письменных источниках упоминаются, в частности, лицзюнь - буквально “деревенские старосты”71. Здесь, очевидно, содержится некоторый элемент терминологической модернизации, ибо родоплеменная фактура шан-иньского общества вряд ли выделяла деревенскую общину как некое подобие административной ячейки, что характерно для несколько более поздних времен. Но сама возможность существования признанных местным авторитетом глав отдельных поселений вполне вероятна. В этом отношении интересен термин, встречающийся непосредственно в надписях иньского периода - “сяо цю чэнь”, который трактуется учеными как “управитель малого поселения”72. Некоторые М.В.Крюков. Цит. соч., с. 56-57.

Цзо Яньдун. Цит. соч., с. 44.

Цзан Юньпу, Чжу Чунъе, Ван Юньду. Цит. соч., с. 3.

Васильев Л.С. Древний Китай, с. 190.

Ван Ханьчан, Линь Дайчжао. Цит. соч., с. 11; Цзо Яньдун. Цит. соч., с. 44.

Сыма Цянь. Исторические записки. Т. 1, с. 229.

исследователи склонны также трактовать как местных управителей в районах центрального подчинения, перечисляемых в тексте “Шу цзина” байляо, шуинь, вэйя, вэйфу и цзунгун73. Однако не исключено, что в данном случае речь идет о вариантах обозначения уже перечислявшихся выше служащих администрации вана - инь, я, фу, гун, а термин “байляо” имеет собирательное значение и идентичен термину “бай гуань” (всевозможные чиновники).

Обрисованная выше система управления непосредственно определялась уровнем развития общества и государства в Китае в период Шан-Инь. Оценки же данного уровня в научной литературе несколько не однозначны. С одной стороны, шан-иньское общество характеризуется как разросшийся родоплеменной коллектив, хотя с уже вполне наметившимся разделением труда и заметной степенью социальной дифференциации, а государство - как раннее протогосударственное образование ( типа чифдом по этноантропологической терминологии) в доаньянское время и развитое протогосударство в аньянское, с другой - как невиданная прежде по своей масштабности империя, зиждившаяся на сравнительно развитых аграрных отношениях, разных видах ремесла и торговли74.

Однако большинство исследователей сходятся на том, что период Шан-Инь - это лишь начальный этап становления административно-управленческих структур.

Несмотря на свою масштабность (вышеупомянутая “внутренняя” зона обитания собственно иньцев измерялась территорией с диаметром приблизительно в 150-км в районе северной и центральной части современной провинции Хэнань и югозападной части провинции Шаньдун, а “внешняя” зона, состоявшая из зависимых племен, не была стабильна, но могла простираться предположительно еще на 100150 км), описываемая администрация была еще примитивной и хаотичной, без четко установленного распределения и разделения полномочий и обязанностей нарождавшихся государственных (что было идентично государевым) служащих, с сохранением заметного влияния родоплеменных и клановых порядков75. Тем не менее представляется, что при всей отмеченной примитивности и зачаточности административную систему, складывавшуюся во времена Шан-Инь, можно расценить как раннегосударственную.

Означенный вывод может быть подкреплен следующими аргументами. При определенной связи с родовыми и клановыми порядками в описываемое время появляется прослойка профессиональных государственных (государевых) служащих, стоявших над этими структурами. В данном случае представляется весьма знаменательным мнение Л.С.Васильева, который отнюдь не склонен преувеличивать реальный уровень развития общества и государства в Китае в тот период, но признает, что правитель в это время “...опирался на аппарат власти, на тех самых старших, которые были уже не только и даже, видимо, не столько главами семейно-клановых групп и общинных поселений, сколько чиновниками, обязанными повиноваться приказу. Иными словами, перед нами уже достаточно Цзо Яньдун. Цит. соч., с. 44.

Васильев Л.С. Возникновение и формирование Китайского государства. - Китай: история, культура, историография. М., 1977, с. 18; его же: Проблемы генезиса Китайского государства, с. 97;

его же: Древний Китай, с. 163, 169; Цзо Яньдун. Цит. соч., с. 47.

Ли Чжаоган, Сун Сяохай, Ли Цзян. Цит. соч., с. 13-14; Ван Ханьчан, Линь Дайчжао. Цит. соч., с.

12; Цзо Яньдун. Цит. соч., с. 39.

сложившаяся структура власти”76. Эта администрация, как отмечают китайские авторы, имела прямое назначение служить государю для управления народом77.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.