WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 21 |

В то же время российская дипломатия в восточных делах зачастую руководствовалась устаревшими представленями и мифами. Самым распространенным из них было убеждение в безусловной преданности России "братьев- славян", готовых по первому зову собраться под знаменами православного царя. Питающаяся подобными иллюзиями политика России в Восточном вопросе порождала и мифические цели, в жертву которым приносились неисчислимые материальные ресурсы и большие людские потери. Такой idee fixe, по инерции более двух веков владевшей умами русских царей, стала идея завоевания Константинополя.

Сравнивая политику царизма в Восточном вопросе с политикой западных стран, помимо их общей экспансионистской направленности, можно выявить и серьезные отличия. Из всех великих держав именно Россия была более всего ангажирована в противоборство с Турцией. На протяжении целого столетия она едва ли не в одиночку сражалась с Турцией, ведя длительные и кровопролитные войны. При этом царская дипломатия умело разыгрывала образ страны-защитницы и покровительницы угнетенных православных народов. Такая активность России, пугающий европейцев жупел "панславистского заговора", весьма распространенные опасения, что вслед за разгромом Турции царизм сумеет, по выражению К.Маркса, "основать свое царство на развалинах Европы" - все это способствовало созданию в критические моменты единого фронта западных держав против России.

Вместе с тем важно отметить, что объективно политика самодержавной России, направленная на расчленение Османской империи и ее максимальное ослабление, действительно отвечала интересам южных славян, создавала благоприятные возможности для завоевания ими независимости.

Отдельно следует сказать о национально-освободительной борьбе подвластных Турции народов, прежде всего балканских. На первом этапе существования Восточного вопроса до середины XIX в., когда она велась в русле единого антитурецкого движения, происходило осознание угнетенными народами своих коренных интересов и формулирование национальных программ.

Последние, как правило, начинались с требований автономиии в составе Османской империи и лишь десятилетия спустя трансформировались в идею возрождения собственной государственности.

После Крымской войны, а в особенности вследствие Великого восточного кризиса 1875-1878 гг., изменившего политическую карту Балкан, происходит распад единого антитурецкого движения народов. В рамках Восточного вопроса начинает формироваться новый узел противоречий - межбалканский. Находящиеся в процессе становления небольшие государства более всего были озабочены проблемой расширения своей территории, чему способствовала доставшаяся в наследство от эпохи турецкого господства размытость этнических границ. Это привело к появлению шовинистических планов создания Великой Болгарии, Великой Сербии и др.

Для реализации этих планов малые балканские страны вынуждены были искать поддержку тех или иных великих держав, причем их внешнеполитическая ориентация не без помощи извне постоянно менялась. На рубеже XIX и ХХ вв. накал межбалканских противоречий, дополненный интригами и прямыми вмешательством великих держав, достиг такого уровня, что этот регион получил название "пороховой бочки Европы".

Историографические аспекты истории Восточного вопроса. В отечественной историографии постоянен интерес к проблематике истории Восточного вопроса. В трудах С.С.Татищева, Ф.Мартенса и многих других дореволюционных авторов политика царизма в восточных делах изображалась как миролюбивая, оборонительная и справедливая. Весьма примечательна работа "Россия и Европа" Н.Я.Данилевского, историка и социолога, который видел сущность Восточного вопроса в борьбе двух исторически сложившихся типов - романо-германского и греко-славянского, каждый из которых имел свой путь развития. Решение проблемы Данилевский видел в создании единой славянской федерации под скипетром русского царя.В советской историографии такая трактовка была подвергнута критике, а политика царских властей на Балканах и в зоне черноморских проливов осуждению. Достаточно вспомнить яркую и в то же время фундаментальную монографию Е.В.Тарле о Крымской войне. Среди современных российских исследователей истории Восточного вопроса следует выделить Ю.А.Писарева, В.Н.Виноградова, К.Б.Виноградова. В их монографиях, научных статьях и докладах получили достаточно объективное и полное освещение все важнейшие аспекты проблемы. Трудами этих ученых фактически создана концепция истории Восточного вопроса в современной российской историографии.

В западной исторической науке существует множество концепций и подходов к истории Восточного вопроса. Ученые Англии, Франции, Германии, Австрии в выгодном для своей страны свете представляют восточную политику. Немалое количество авторов исходит из тезиса о неизбежности и неустранимости противостояния Запада и Востока, объясняя причины и сущность Восточного вопроса либо религиозными распрями, либо культурной несовместимостью двух цивилизаций. Профессор Гамбургского университета К.Д.Гротхаузен вознамерился суммировать и систематизировать имеющиеся в западной историографии интерпретации истории Восточного вопроса, но не сумел справиться с задачей из-за слишком большого разброса мнений и оценок.

По своему интересны суждения К.Маркса и Ф.Энгельса по Восточному вопросу. Они считали, что турецкое иго является серьезным препятствием для развития подвластных Порте народов.

Однако перспектива национального и социального освобождения связывалась ими с будущей европейской революцией, а не с успехами политики царизма. По мнению К.Маркса, после овладения Константинополем и проливами Россия подчинит себе Балканы и Восточное Средиземноморье, а затем двинется вглубь Европы, аннексирует Венгрию, Пруссию, Галицию, создаст грандиозную "славянскую империю" и обеспечит себе мировое господство.

Эта концепция об исторической роли России в восточных делах не нашла поддержки в советской историографии.3 Вместе с тем Маркс и Энгельс точно подметили то обстоятельство, что царизм быстро терял свое влияние в молодых балканских государствах, созданных при его поддержке и оплаченных жизнью сотен тысяч русских солдат. "Как бы ни связывала русских и турецких славян их родственная близость и общность религии; все же их интересы начнут решительно расходиться с того дня, когда последние обретут свободу. Торговые потребности, вытекающие из географического положения обеих стран, делают это понятным", - писал Ф.Энгельс, имея в виду Сербию, которая не у России, а у Западной Европы должна была заимствовать свои политические учреждения, школы, науку и свою промышленную организацию.В турецкой историографии внимание к Восточному вопросу возникало по мере вовлечения Турции в международные отношения в XIX-XX вв. Первоначально часть турецких историков видела в политике западных стран проявление извечной борьбы ислама и "безбожной" западной цивилизации.

Впрочем, такая точка зрения сохраняется и у некоторых современных турецких историков фундаменталистской ориентации. Историки и публицисты, связанные с "новыми османами" и "младотурками", основное внимание уделяли политике той или иной европейской страны в отношении Турции, преимущественно идеализируя реформаторов и позицию Англии, позже Германии, занимали антирусскую сторону, видели в России главную внешнюю причину ослабления и краха империи.

Данная точка зрения нашла отражение и в работах историков 20-30-х годов (Д.Авджиоглу, ранние работы Э.Карала и др.).

Современные турецкие историки все больше склоняются к комплексному анализу причин кризиса и крушения Османской империи, рассматривая в числе многообразных внутренних и внешних факторов влияние Восточного вопроса. И.Джем, Э.Карал отмечают противоречивость воздействия западных держав и России на Оттоманскую Порту.

В заключение нужно отметить, что история Восточного вопроса позволяет обратиться к рассмотрению важных методологическх проблем, связанных с типологией кризиса, распада и крушения империй. На примере истории архаичной, милитаризованной, многонациональной Османской Порты и при сравнении ее с Австрийской империей, Российской империей и т.д. можно обнаружить ряд общих закономерностей и исторических параллелей.

Примечания.

1. Тойнби А.Дж. Постижение истории. - М.,1991. - С.148.

2. См.: Данилевский Н.Д. Россия и Европа. - М.,1991. - С.397-434.

3. Подробнее об этой позиции см.: Достян И.С. Политика царизма в Восточном вопросе: верны ли оценки К.Маркса и Ф.Энгельса//Советское славяноведение. - 1991. - № 2. - С.3-5.

4. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. - 2-е изд. - Т.9. - С.34.

Глава 1. Восточный вопрос с конца XVIII в. до окончания Крымской войны.

С конца XVIII в. определяется круг стран, проявлявших стойкий интерес к восточным делам. Это Англия, Россия, Франция и Австрия.

Во внешней политике Англии в 80-е годы XVIII в.преобладала русофобская линия. Она объяснялась успехами екатерининской России на Черном море. Ее проводником был премьерминистр У.Питт-младший, который считал, что "расширение России и упадок Турции затрагивают как нашу торговлю, так и политические интересы". Стратегической задачей британской дипломатии являлось сохранение целостности Османской империи и использование ее против Российской империи на Балканах. Однако У.Питту не удалось успешно противостоять России.

В результате ее победы в войне 1768-1774 гг. удалось обеспечить выход к Черному морю, устранить опасность набегов крымских татар на южные земли и одновременно укрепить позиции России на Балканах. Ее очередным военным и политическим успехом стал Ясский мир с Турцией в 1791 г.

С конца XVIII в. перед правящими кругами Российской империи встал вопрос о судьбе Оттоманской Порты. В русской дипломатии сосуществовали подходы и тенденции, различавшиеся лишь оценкой быстроты ликвидации умирающего Османского государства и размеров причитающегося России "турецкого наследства". В силу этого в российской внешней политике кратковременные периоды "мирного сосуществования" и даже союза с Турцией 1798-1806, 1833-гг., сменялись затяжным полувоенным состоянием и войнами 1768-1774, 1787-1791, 1806-1812, 18281829, 1853-1856 гг.

Великая французская революция и последующие события во Франции и в Европе оказали существенное влияние на расстановку сил в восточных делах. В период правления термидорианцев и особенно Наполеона Бонапарта отчетливо проявились агрессивные намерения Франции на Востоке.

До 1797 г. политика французских властей принципиально не отличалась от английской. Затем возобладали установки на захват владений Турции, последовали египетский поход Наполеона, завоевание Ионических островов и побережья Адриатики, оккупация Мальты в 1798 г.

Наступление Франции ущемляло интересы Турции, России и Англии и заставляло их правительства, преодолевая разногласия, действовать сообща против общего конкурента. 3 января 1799 г. появился русско-турецкий договор, к которому присоединилась Англия. В результате наполеоновской Франции не удалось отстоять свои приобретения на Востоке. Вообще, складывается впечатление, что у Наполеона не было продуманной стратегии в Восточном вопросе. Он использовал его скорее в тактических соображениях для борьбы с основными соперниками в Европе. Примером могут служить переговоры Наполеона I и Александра I в Тильзите, где французский император "поставил на обсуждение вопрос об уничтожении и разделе турецкой империи" и одновременно расточал Порте заверения в дружбе и поддержке в войне против России за возвращение Крыма.

Таким образом им оказалась спровоцирована очередная русско-турецкая война 1806-1812 гг.

Поводом к началу войны послужили и важные события на Балканах. В 1804 г. пограничный Белградский пашалык охватило Первое сербское восстание, начавшееся как стихийное выступление против дахийского режима янычар и вскоре принявшее характер массового антитурецкого движения.

После неудачной попытки подавить восстание силой Порта попыталась разрешить конфликт мирным путем. Осенью 1806 г. султанское правительство пошло на подписание мира с полномочным представителем повстанцев Петром Ичко (Ичков мир). Согласно его условиям Сербия становилась вассальным государством под верховной властью Порты. Ичков мир стал первым крупным завоеванием одного из балканских народов в борьбе за свою независимость. Однако начавшаяся в конце 1806 г. русско-турецкая война привела к возобновлению военных действий между Турцией и сербами, так как повстанцы надеялись добиться с помощью России большего.

В борьбе с Османской империей восставшие сербы и их вождь Карагеоргий искали поддержки всех великих держав, но наиболее прочными были их связи с Россией. Помимо совместной вооруженной борьбы с общим врагом русское правительство оказывало сербам разнообразную материальную помощь и обеспечивало дипломатическую поддержку. Неслучайно в ходе восстания у сербов стали появляться разного рода планы о тесном союзе с Россией вплоть до вариантов учреждения Сербии под скипетром русском царя ("Конвенция Паулуччи - Карагеоргий" 1807 г.).

Заключение Бухарестского мирного договора России с Турцией в 1812 г. (непосредственно перед вторжением Наполеона) сильно осложнило положение сербских повстанцев, которые были отстранены от участия в переговорах. Оставшиеся один на один с превосходящими силами противника сербы были обречены на поражение. В 1813 г. Первое сербское восстание было потоплено в крови. Россия, занятая противоборством с наполеоновской Францией, в тот момент не способна была оказать Сербии действенную помощь и настоять на выполнении VIII статьи Бухарестского договора, посвященной сербам. Только после окончательной победы над Наполеоном сербы, используя изменившуюся международную обстановку, решились на новое вооруженное выступление, рассчитывая на дипломатическое вмешательство России в их пользу. Второе сербское восстание 1815 г. под руководством Милоша Обреновича завершилось частичной победой. Сербы получили право самостоятельно собирать налоги, а Милош был назначен верховным князем Сербии.

Тем самым было положено начало созданию автономного Сербского княжества и заложены основы будущей сербской государственности.

На протяжении конца XVIII- начала XIX в. австрийская политика в восточных делах носила по большей части подчиненный характер относительно российской, английской и французской. Это определялось двойственностью интересов имперских властей к турецким владениям на Балканах: с одной стороны, экспансивные планы и намерения; с другой - тревога по поводу целей России в этом регионе и опасения, что национально-освободительная борьба славян против Турции может повлиять и на австрийских славян.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 21 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.