WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 23 |

Политизированное общество рождало и политизированное право, ярким признаком которого являлся социально-классовый подход к определению наказания. Это свидетельствовало, что идеология главенствует над законом. В такой ситуации право не являлось общеобязательным сводом правил поведения, а всего лишь средством реализации политической доктрины, а юридические нормы стали простыми дополнениями к ней, служили целям формально – юридического оформления социального неравенства, частью системы социального контроля, главной целью которого было сохранение и укрепление политической системы.

Приме ча ния :

ГАТО. Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 9. Л. 76.

Там же. Д. 376. Л. 28.

Уголовный кодекс РСФСР. (Ред. 1922 г.). М., 1923. С. 17.

ГАТО. Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 181. Л. 25 – 26.

Там же. Д. 376. Л. 4.

Там же. Л. 67.

Центр документации новейшей истории Тамбовской области (ЦДНИТО). Ф. 841. Оп. 1. Д. 3530. Л.

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 67. Д. 136. Л. 91.

ГАТО. Ф. Р-524. Оп. 1. Д. 232. Л. 6.

Там же. Д. 376. Л. 67.

Там же. Д. 9. Л. 77.

Там же. Д. 357. Л. 16.

Там же. Д. 5. Л. 16.

Там же.

Там же.

Там же. Д. 9. Л. 77.

А.К. Гаврилин К ВОПРОСУ О НАСИЛИИ ВЛАСТИ В ПЕРИОД ЭКСТРЕМАЛЬНОГО ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ГОСУДАРСТВА В современном обществе исторически сложилось односторонние понимание власти, как «…способности и возможности осуществить свою волю, оказывать определяющие воздействие на деятельность, поведение людей с помощью какого-либо средства (авторитета, права и т.д.).Вместе с тем, приветствуются постоянные попытки, особенно молодых ученых, «…вырваться за рамки укоренившихся представлений…» и «…рассмотреть некоторые из подходов к изучению власти в отрыве от их стандартной классификации»2. Это стремление совершенно справедливо, так как научный подход к определению власти требует учета множественности ее проявлений в обществе, а следовательно, выяснения специфических особенностей отдельных ее видов, которые переплетаются между собой, но не сводятся друг к другу. И здесь важно учитывать, что только государственная власть обладает монополией на принуждение с помощью специального аппарата в отношении всех членов общества. Эта функция власти, как впрочем и другие, особенно ярко проявляется в переломные, критические моменты развития и функционирования государства и общества. Например, во время межгосударственного военного конфликта с применениям вооруженных сил. Война требует мобилизации всех здоровых сил и ресурсов общества для достижения победы или сохранения государственного суверенитета и территориальной целостности.

В преддверии 60-й годовщины Победы Советского Союза над фашистской Германией в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг., интересно проследить какими специальными средствами, с точки зрения проявления власти, был достигнут перелом в ходе Великой Отечественной войны. Как известно, такой перелом наметился в 1942 г. Начало, вероятно, было положено выходом приказа Народного Комиссара обороны И.В. Сталина № 227 от 28 июля 1942 г. Этот нормативно- правовой акт в полной мере отражает справедливость утверждения немецкого социолога М. Вебера, изложенного в работе «Политика как призвание и профессия» (Избранные произведения. М.: Прогресс, 1990): «Государство … есть отношение господства людей над людьми, опирающиеся на легитимное (т.е. считающиеся легитимным) насилие как средство…», где одним из оснований легитимности являются «… авторитет необходимого личного дара (харизма), полная личная преданность и личное доверие, вызываемое наличием качеств вождя у какого-либо человека … в области политической – это избранный князь – военачальник, или плебисцитарный властитель, выдающийся демагог и политический партийный вождь» 3.

Все это в полной мере относится к И.В. Сталину как харизматической личности и к приказу № как проявлению легитимного насилия в переломный период войны. Одним из главных требований приказа № 227 было создание репрессивного института штрафных подразделений и заградительных отрядов, обладающих насильственными функциями, предназначенными для повышения стойкости и боеспособности войск.

Проследить эффективность такого насилия или выполнения требований приказа № 227 можно на примере Воронежского фронта.

Воронежский фронт был сформирован в июле 1942 г.4 в период хаоса и неразберихи в Ставке ВГК, связанных со стратегическим просчетом в определении главного направления удара противника5.

В январе 1943 г. войска Воронежского фронта успешно осуществили Острогожско-Россошанскую операцию, в ходе которой окружили и уничтожили более полутора десятков итальянских, венгерских и немецких дивизий. Затем совместно с войсками Брянского фронта была проведена ВоронежскоКасторнеская операция 1943 г., в результате которой была разгромлена 2-я немецкая армия. 25 января 1943 г. был освобожден город Воронеж. В феврале – марте 1943 г. войска Воронежского фронта развернули наступление на Курско-Львовском и Харьковском направлениях. 8 февраля 1943 г. был освобожден город Курск, а 3 марта – Львов. В ходе Харьковской наступательной операции, 16 февраля был освобожден г. Харьков. Однако, достигнутый успех развить не удалось. Противник предпринял контрнаступление и войска Воронежского фронта отошли, образовав южную часть Курской дуги.

Отразив удар противника с юга и обескровив его танковые группировки в оборонительном сражении на Курской дуге, войска Воронежского фронта во взаимодействии с войсками Степного фронта августа 1943 г. перешли в наступление, и в ходе Белгородско-Харьковской наступательной операции окончательно их разгромили. Развивая успех, войска фронта, в сентябре – октябре развернули наступление на киевском направлении, с ходу форсировали Днепр севернее и южнее Киева, овладели важными оперативными плацдармами на его правом берегу, создав выгодные условия для последующих действий по освобождению Киева. 20 октября 1943 г. Воронежский фронт был переименован в 1-й Украинский фронт6.

Как и на других фронтах, летом 1942 г. в войсках Воронежского фронта имели место множественные случаи самострелов и членовредительства, дезертирства, измены и сдачи в плен. В частях 60-й армии Воронежского фронта на 26 июля 1942 г. было отмечено 116 случаев ранений с явными признаками членовредительства7. За август этого года на сторону врага из войск Воронежского фронта добровольно перешли более 500 человек8 и более 600 человек были задержаны или уничтожены в ходе попыток таких переходов9. Обстановка на Воронежском фронте была явно нездоровой и тревожной. Немедленно принимались меры по выполнению требований приказа № 227 о создании штрафных подразделений и заградительных отрядов. Их сформировали в конце августа 1942 г. в составе одного штрафного батальона и одиннадцати штрафных рот10. В штрафные подразделения направлялись военнослужащие, осужденные военным трибуналом. В 6-й армии фронта Военный трибунал осудил за воинские преступления с августа по октябрь 1942 г. – 94 человека, из них на 10 лет – 72 человека; на 8 лет – 13; на 7 лет – 9 командиров и красноармейцев11. Все они были направлены во 2-ю штрафную роту: за дезертирство – 62, за членовредительство – 12, за трусость – 11, за самовольную отлучку – 9 человек12.

Распорядок дня, установленный в штрафных подразделениях, предусматривал ежедневное проведение 12-часовых занятий, из которых 2 – 3 часа отводились на политинформации, остальное же время было занято совершенствованием боевой подготовки13. Все занятия проводились исключительно целенаправленно, преследуя совершенно определенные цели, как правило, связанные с решением предстоящих боевых задач. Подготовленные таким образом штрафные группы направлялись на самые опасные и требующие больших людских жертв участки фронта. Из двух штрафных рот Воронежского фронта, принимавших участие в прорыве обороны противника в феврале 1943 г., в ходе Харьковской наступательной операции осталось в живых 29 человек, из них 17 были ранены. Это 24 % от всего личного состава рот14.

Вместе с тем, не обошлось без нарушений требований приказа Наркома Обороны № 227. Отдельные командиры и начальники, прикрываясь приказом, злоупотребляя служебным положением, глумились и издевались над военнослужащими. На 8 лет был осужден военным трибуналом командир взвода 16 истребительной бригады 40-й армии старший лейтенант «Ж». Он был направлен в 3-ю штрафную роту за то, что перед всем личным составом взвода заставил красноармейца «М» вырыть себе могилу и расстрелял его15. Таких случаев по всему фронту было не мало, красноармейцы не выдерживали прессинга со стороны своих командиров, и это немедленно сказывалось на политико-моральном состоянии личного состава подразделений. В 3-й роте отдельного пулеметного батальона 141-й стрелковой дивизии была арестована группа красноармейцев, готовившихся перейти на сторону врага. В процессе расследования были установлены факты незаконных и неуставных действий командира взвода «С», грубо нарушавшего приказ Наркома Обороны СССР № 0391 « О фактах подмены воспитательной работы репрессиями»16.

По мере искупления вины кровью, судимость со штрафников снималась, и они отправлялись для прохождения службы в обычные строевые части и подразделения. Военный Совет Воронежского фронта в октябре 1942 г. снял судимости с 767 военнослужащих17. В результате принятых мер в октябре г. число ранений в руку сократилось до 12, сдачи в плен до 9 случаев18.

Активно шла работа по отселению жителей из прифронтовой полосы. Приказом № 227 она была определена в 25 км. На конец октября 1942 г. в полосе 6-й армии было отселено всего 39 % населения, в полосе 40-й армии – 37 %19. Например, в Новой Усмани из 2736 семей отселены 531, а в Л. Россоши из 1600 – лишь 61 семья20. Отселение осуществлялось насильственно, при участии подразделений заградительных отрядов и милиции, часто с применением оружия! Например, в селе Р. Вуйловка Павловского района в результате применения оружия бойцами заградительного отряда погибли более 50 крестьян21.

К 15 декабря 1942 г. отселение было завершено22.

Таким образом, некоторые задачи, поставленные приказом № 227, были выполнены. Стойкость, дисциплина и организованность, боеспособность войск Воронежского фронта повысилась. Видимо, вполне можно согласиться с Ф.М. Райяновым и А.Ш. Гардановым, которые считают, что власть – способная оказывать воздействие на поведение людей сила, с помощью которой государство при необходимости (подчеркиваем, при необходимости – авт.) вмешивается в общественные процессы, воздействует на поведение участников общественных отношений23.

В настоящее время Россия оказалась в условиях внешней агрессии международного терроризма.

Это системный вызов государственному суверенитету и территориальной целостности страны. Сейчас необходимо поддержать Президента РФ В. Путина в том, что «…террористы должны уничтожаться прямо в их логове, а если требует обстановка – их нужно доставать и за рубежом». В этом отношении интересна позиция А.В. Дмитриева и А.Ю. Залысина, которые утверждают, что определение политического насилия предполагает и физическое принуждение, используемое как средство навязывания воли субъекта с целью овладения властью, прежде всего государственной, ее использования, распределения, защиты. И дальше, развивая эту мысль, авторы приходят к выводу о том, что политическое насилие имеет объектом воздействие на сознание людей. Капустин Б.Г. совершенно справедливо считает, что ни одна война в истории (если мы отличаем войны от геноцида) не велась ради убиения людей или нанесения им увечий, а для того чтобы посредством этого заставить оставшихся в живых принять некие условия. Но принятие условий, несомненно, – результат воздействия на сознание. Физическое насилие – лишь одно из средств получить этот эффект, причем свидетельствующие о неспособности добиться более выгодным путем, адекватным характеру власти или человеческого отношения24.

«Любая ли власть насильственна – задает вопрос В.М. Межуев25. Можно ли квалифицировать как насилие власть закона, принятого с согласия большинства И отвечает: «… Да, насилие здесь не исключается, однако направлено оно не против свободы граждан, а против тех, кто покушается на нее. Речь идет о том, что в данном случае насилию подвергаются не законопослушные граждане, а те, кто нарушает закон, ставит себя вне его, живет не по законам, а «по понятиям», т.е. преступники. Защитить свободу граждан способна лишь сила права, а эту силу, как кажется В.М. Межуеву, ни в коей мере нельзя считать политическим насилием. Никакая политика, даже демократическая, не в состоянии обеспечить всей полноты свободы. Важно сформировать структуру политической власти таким образом, чтобы в определенной, хотя бы минимальной, мере обеспечить себя от произвола носителей публично-властных полномочий, от вырождения государства.

И абсолютно права А.А. Лагутина, считающая, что «можно выделить одно общее, что связывает все трактовки власти, – подчинение человека воли другого»26. Отсюда сущность этого явления, получившая достаточно широкое и глубокое освещение в научной и научно-популярной литературе – как отношения господства и подчинения.

Приме ча ния :

Философский энциклопедический словарь / Гл. ред. Л.Ф. Ильичев и др. М.: Сов. энциклопедия, 1983. С. 85.

Артемьев А.Б. Основные концепции власти: общее и особенное // Политика. Власть. Право: Межвуз. сб. науч. ст. / Под ред. С.А. Комарова. СПб.: Изд-во юрид. института, 2000. Вып. III(2). С. 8.

История политических и правовых учений: Хрестоматия. М.: Издание юрид. кол. МГУ, 1994. С.

190.

Сборник военно-исторических материалов Великой Отечественной войны. М.: Воениздат, 1955.

Вып. 15. С. 135.

Василевский А. Некоторые вопросы руководства вооруженной борьбой летом 1942 года // Военноисторический журнал. 1965. № 8. С. 4.; Галздер Ф. Военный дневник. М.: Воениздат, 1968. Т. I. С. 268.

Историческая справка на фонд управления Воронежского фронта. ЦАМО, 1977.

ЦАМО. Ф. 203. Оп. 2847. Д. 8. Л. 60.

Там же. Л. 64.

Там же. Л. 222.

Там же. Д. 11. Л. 236.

Там же. Д. 8. Л. 240.

Там же. Д. 11. Л. 233.

Там же. Д. 18. Л. 61.

Там же. Ф. 334. Оп. 5259. Д. 35. Л. 17; Ф. 295. Оп. 9153. Д. 23. Л. 117.

Там же. Ф. 203. Оп. 2847. Д. 8. А. 116.

Там же. Д. 11. Л. 238.

Там же. Л. 239.

Там же. Л. 259.

Там же. Д. 8. Л. 392.

Там же. Л. 394.

Там же. Л. 395.

Там же. Л. 448.

Райянов Ф.М., Гарданов А.Ш. Размышления о государстве. Уфа, 1994. С. 8 – 9.

«Полис» («Политические исследования»). 2003. № 6. С. 9.

«Полис». 2004. № 3. С. 110.

Лагутина А.А. Власть как общесоциологическая категория: понятие и назначение // Политика.

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 23 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.