WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 42 | 43 || 45 | 46 |   ...   | 57 |

Тем временем капитализм все более проникал в деревню и насаждался правительством.

Вот что показали имитационные модели двух вариантов развития сельского хозяйства в России – по схеме реформы Столыпина и через крестьянское землепользование и сохранение общины. Без реформы социальная структура деревни в 1912 г. была бы такой бедняки – 59,6;

середняки – 31,8; зажиточные – 8,6%. Реально соотношение в ходе реформы стало 63,8:29,8:6,4.

Заметный социальный регресс. Опираясь на данные, сведенные в фундаментальном труде А.Финн-Енотаевского «Современное хозяйство России» (Спб., 1911) С.В.Онищук пишет: «В России возникает невиданные в странах индустриального мира явление – секторный разрыв между промышленностью и сельским хозяйством. Это выражается в прекращении перекачки рабочей из села вследствие снижения производства в расчете на одного занятого в земледелии..., что явилось решающим фактором, обусловившим буржуазно-крестьянскую революцию 1905-1907 гг.». Если же посмотреть через призму Человека эти явления, то именно это стало причиной специфической социальной болезни – алкоголизма. Их результаты приведены в статье социолога Ф.Э.Шереги. Согласно официальной статистике из 227 158 призывников 1902–1904 г.г. по причине «наследственного алкоголизма» было выбраковано 19,5%. В 1909 г. в Волго-Вятском районе до 20 лет доживали менее трети родившихся! В крупных городах было в среднем 30–35% смертного случая на почве алкогольного отравления (на 100 тыс. жителей). В 1923 г. их было только 1,7%! Именно в начале XX в., в результате ломки крестьянской общины и еще слабости формировавшегося рабочего класса была заложена тяжелая традиция семейного пьянства. В 1907 г. 43,7% учащихся регулярно потребляли спиртные напитки. Из пьющих мальчиков 66,3% распивали их вместе с родителями. С 1900 по 1910 гг. доля школьников, потреблявших спиртное, сильно увеличилась. По мнению людей тех лет, «коренная причина алкоголизма масс заключается в условиях экономических (отрицательные аграрные условия), санитарногигиенических, правовых и нравственных в более тесном смысле слова (недовольство своим личным, гражданским и политическим положением)».

Крестьяне же, в свою очередь, нежелая мириться с ухудшением своего положения, стали проявлять интерес к политической науке. Это выражалось в составлении наказов и петиций в Государственную Думу. Их изучение, кстати, показало, что Россия была единой страной с близким мировоззрением, этикой и даже культурным строем письма и петиций, составленных в разных областях огромной страны.

Т.Шанин приводит данные контент-анализа большого массива крестьянских наказов.

Фундаментальная однородность наказов по главным вопросам поразительна! Требование отмены частной собственности содержалось в 100% документов, причём 78% хотели, чтобы передача земли была проведена Думой, 84% требовали введения прогрессивного прямого подоходного налога; 100% за всеобщее бесплатное образование, 84% – за равное и свободные выборы. В целом, петиции крестьян показывают очень высокий уровень самосознания крестьян.

Неисчерпаемый социологический материал дают письма того времени, перлюстрированные полицией. Они показывают настроение всех слоев общества.

Крестьянин, разочаровавшийся во власти Николая II приходит к выводу о насильственном отъеме земли. Еще каких-нибудь 20 лет назад крестьянин даже не мог помыслить об этом, а в начале XX века он явственно собирается отстаивать свои права, даже если самодержец тому помеха.

С непродуманностью аграрной реформы Столыпина ширилось озлобление крестьян.

Статский советник А.И.Комаров в 1913 г. пишет, что вышел в отставку, потому что не вынес «такого государственного расхищения сибирских земель...». Он предупреждал, что «в г. возвращались в Европейскую Россию переселенцы в количестве 60% от тех, кто уходит в Сибирь. Возвращается элемент, которому в будущей революции, если она будет, суждено сыграть страшную роль... Возвращается ведь недавний хозяин, и этот человек, справедливо объятый кровной обидой за то, что его не сумели устроить – этот человек ужасен для всякого государственного строя».

Наконец, главное: русские крестьяне, вытесненные в город, в ходе коллективизации, восстановили общину на стройке и на заводе в виде «трудового коллектива». Именно этот уникальный уклад со многими крестьянскими атрибутами (включая штурмовщину) во многом определил необъяснимо эффективную форсированную индустриализацию.

Рассмотрим теперь вопрос о мироощущении в сознании человека России и человека Запада. Без понимания этого существенного, на наш взгляд, вопроса невозможно разумения главного: почему человек в России воспринял свое образование нового государства – социалистического! Разберем взгляды человека России и Запада на общество и государство.

Во-первых, взгляды на общество в западной социальной философии следуют принципам индустриализма: действия индивидуумов создают общество. В России такая постановка вопроса вообще считалась некорректной, т. к. личности вне общества просто не существует.

Во-вторых, в обществе традиционном (Российском) люди связаны множеством отношений зависимости: типа служения, выполнения долга, заботы и принуждения. На Западе этим процессом является купля-продажа, где кровожадность «естественного» человека была усмирена правом, так что война против друг друга приняла форму конкуренции. При этом страх должен быть всеобщим.

В России всегда важна была идея «общего дела», скрепляющего личности в общество.

Наличие общей идеи придавало государству большую силу.

Принципиальное отличие традиционного общества от западного состоит в том, что в нем всегда есть ядро этических ценностей, признаваемых общими для всех членов общества. В большой мере, очистив отношения людей от внерациональных сил (заменив ценности ценой) гражданское общество стало нечувствительным, оно стало равнодушным к проблеме признания социального порядка справедливым.

Напротив, для традиционного общества возникновение этических идеалов означает его сдвиг к социализму.

В соответствии с представлениями о человеке, строится политический порядок, определяющий тип государства, имея как образец идеал семьи, традиционное общество порождает патерналистское государство (от лат. pater – отец). Ясно, что представления о свободе, взаимных правах и обязанностях принципиально иные, нежели в государстве западного типа.

Напротив, единство общества всегда является идеалом и заботой государства традиционного общества. Источник его легитимности лежит не в победоносной гражданской войне, а в авторитете государя как отца. Единство – главная цель семьи. Вот Вам и аналогия:

большевики посредством декретов объединили вокруг себя народ, а И.Сталин позднее стал выступать как мудрый отец государства! В традиционном обществе государство сакрализовано, оно обладает святостью. Наиболее распространенным вариантом государства традиционного общества является государство идеократическое. В нем источником благодати является набор идеалов, признаваемых за общепринятые.

Советская власть стала типично идеократическим государством традиционного общества.

Его легитимность достигалась через идеалы и социальную практику. «Основные носители этих тенденций, поднявшиеся из низов, унаследовали традиционное крестьянское сознание и не хотели революционных бурь, а желали своего прочного положения».

Исходя из вышесказанного, подведем итоги. В течении 10-15 лет в конце XIX- начале XX в. произошла трансформация миропонимания и мироощущения очень широких слоев населения России. Изменение социальных запросов и идеалов происходило в силу непродуманных государственных реформ, что порождало в свою очередь пересмотр взглядов на жизнеустройство государства, а так же непреодолимое желание вернуться к прежнему В конечном счете народ добился прежнего в виде создания объединения соборного типа – Советского социалистического государства, в основу которого опять были положены единые для всех этические, культурные, социальные общечеловеческие ценности.

Примечания Чаянов А.В. Крестьянское хозяйство. М., 1983.

Пришвин М.М. Дневники М., 1995-1999.

Рязанов В.Т. Экономическое развитие России XIX – XX вв. С-Пб. 1998.

Онищук С.В. Исторические типы общественного производства (политэкономия мирового исторического процесса) // Восток, 1995. № 1; 2;

3.

Рязанов В.Т. Указ. соч.

Нижегородцев М.Н. Алкоголизм и борьба с ним. С-Пб., Шанин Т. Революция, как момент истины. М., 1977.

Там же.

Кара-Мурза С. Советская цивилизация. М., 2002.

Там же.

Там же.

Цит. по: Кара-Мурза. С. Указ. соч., С. 417.

Там же.

А. П. Солдаткин, к.и.н, докторант МГУ им. Н.П.Огарева (г.Саранск) ПРЕДСТАВИТЕЛЬНАЯ И АДМИНИСТРАТИВНАЯ ЭЛИТЫ МОРДОВИИ НАКАНУНЕ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ Исследования элиты в современной России получают все более широкое развитие. Одним из важнейших направлений элистистских исследований стала региональная элитология.

Изучение региональных элит в последнее десятилетие ХХ в. превратилось в одну из серьезных отраслей научного знания. Внимание к региональным элитам далеко не случайно.

Регионализация современной России стала фактом, который требует своего научного осмысления, в том числе и исторического. Однако, историческая составляющая элитистской концепции применительно к региональной советской истории не получила должного развития.

Несомненно, использование понятия «элита» позволяет более разносторонне и многограннее осветить сложную социально-политическую ситуацию 1930-х гг. Элитистский подход исходит из признания дифференциации общества по отношению к власти. Элитизм предполагает поиск неравенства в распределении власти и причин его вызывающих, а также предполагает, анализ по уровням власти и элиты, по специфическим группам и слоям, отличающимся друг от друга формой, характером, способами реализации власти. Элитизм является концепцией позволяющей совместить фактологические, методологические наработки, достигнутые в предшествующий период, с новыми концептуальными схемами. В целом, элитистский подход позволяет значительно переосмыслить реалии советского общества.

В то же время, на наш взгляд, необходимо учитывать, что применение термина «элита» к социальной страте управленцев данного исторического отрезка времени, во многом носит условный характер. Главным критерием дифференциации элиты и массы являлась власть, точнее отношение к власти и к тем ресурсам, которые она предоставляет.

Переходя к сути заявленной темы, отметим, что фактически репрессии и прошедшие выборные компании конца 1930-х гг. сформировали новое лицо власти Мордовии. Новизна, к сожалению, в первую очередь определялась количеством впервые пришедших во власть, при этом качественный уровень оставался прежним. Данное обстоятельство не было, осознано в конце 1930-х гг., или же не имелось политической воли и желания осознавать такую реальность. На практике произошло, как мы и отмечали уже ранее, воссоздание старого качества в новых лицах. В качестве подтверждения приведем цитату из материалов VIII областной партийной конференции (15.2.1940 г.), где как однозначно положительный факт подчеркивалось: «Всего (после VI облпартконференции 1938 г.) выдвинуто на республиканскую, районную, промышленную и сельскую работу – 2 681 человек». В ходе конференции утверждалось, что все выдвигаемые кадры изучены, прошли соответствующую проверку, на каждого заведено личное дело. Здесь следует пояснить, что после XVIII съезда ВКП (б) (10-21.3.1939 г.) в республике были созданы отделы кадров, где сконцентрирован подбор, выдвижение и расстановка кадров. В результате данного аппаратного шага предполагалось кардинально улучшить состав элиты. Так, на облпартконференции было заявлено: «Можно сказать, что в основном положен конец той безобразной практике бестолковых перестановок и всевозможных перебросок работников с одного места на другое».

В период выборов местных советов действительно была проделана большая работа по подбору руководящих кадров. Из 30 председателей районных советов впервые выдвинутыми на руководящую советскую работу были 21 человек. Сразу после подсчета голосов и проведения первых сессий (прошли с 21 по 31 декабря 1939 г.) бюро обкома ВКП (б) утвердило состав районного руководства. Однако, уже в 1940 г. сняли с работы четырех «проверенных» (13,3%) председателей исполкомов по неуважительным причинам («не обеспечил руководства работы исполкома», «за плохую практику руководства сельсоветами», «как не справляющегося с работой»).

Преобладающим социальным слоем являлось крестьянство, что в целом отражало аграрный характер региона. Однако крестьян было большинство только на самом низовом уровне в сельских советах, а на более высоких ступенях власти господствовали уже служащие. Конечно страта служащих 1930-х гг. имела в основном крестьянское происхождение, но в социальном плане они уже представляли культурно пограничный (маргинальный) слой. Общественно-исторический механизм наращивания степени цивилизованности представительской элиты по своей природе принципиально инерционен, что детерминировало определенные границы элите, как субъекту исторического действия.

Реальный «человеческий» материал, в массе своей еще не вступил в фазу гражданского общества, и отсюда проистекали как перегибы, так и применяемые методы кадровой политики. Большинство являлось либо активными сторонниками господствующей идеологии, либо лояльными к ней. Члены партии и комсомольцы преобладали на всех уровнях власти выше сельского. В национальном разрезе доминировали русские и мордва, с крайне элементарным уровнем образования (89,5% образование имели низшее), и опытом практической работы (58,8% избранных в первый раз).

В сложившихся к концу 1930-х годов условиях представительная элита имела номинальную значимость, а реальная власть находилась и осуществлялась политической (партийной) и административной элитами. На кануне Великой Отечественной войны состав административной элиты формировали служащие исполкомов местных советов депутатов трудящихся.

Pages:     | 1 |   ...   | 42 | 43 || 45 | 46 |   ...   | 57 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.