WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 78 | 79 || 81 | 82 |   ...   | 114 |

Следующая неопределенность может быть выражена как «Защита территории или населения» Как известно, одна из основных функций государства состоит в том, чтобы обеспечить безопасность собственных граждан и территориальную целостность страны15. С этой функцией государства связан еще один крупнейший источник неопределенности — различие между защитой государства и защитой нации. При выработке и проведении политики в области безопасности встает вопрос, должны ли мы защищать территорию или население. Традиционно этот вопрос решался (причем не только в СССР) в пользу защиты территории. Однако с недавних пор в связи с ростом движений за автономию, освобожденных от ограничений, накладывавшихся на них холодной войной, значение защиты населения значительно возросло, хотя и не стало единственной целью. Неопределенность усугубляется для России и тем, что после распада СССР многие русские оказались за пределами нынешней территории России. Это порождает целый ряд проблем, которые до сих пор ждут своего решения. Является объектом защиты территория России или же население Если речь идет о защите территории, то, учитывая целый ряд территориальных споров, необходимо обозначить границы этой территории. Если же речь идет о защите населения, то необходимо решить, являются ли русские «меньшинства» за пределами России тем населением, которое может претендовать на защиту российского государства.

Другой источник неопределенности — отсутствие консенсуса по вопросу о том, какой тип суверенитета должна защищать политика в области национальной безопасности. Должна ли она защищать так называемый негативный суверенитет, то есть свободу от внешнего вмешательства, или же позитивный суверенитет, то есть свободу удовлетворять нужды собственного населения Встает вопрос — должна ли политика в области безопасности стремиться к максимизации обоих.

Традиционно основной упор делался на негативный суверенитет. Однако с окончанием холодной войны внимание все больше обращается к позитивному. Защита лишь негативного суверенитета в настоящее время может быть недостаточной. Для защиты позитивного суверенитета нет ни ресурсов, ни опыта.

Следующая дилемма, встающая при выработке и проведении политики в области национальной безопасности — выбор между защитой стабильности и защитой справедливости. В экстремальных формах защита стабильности может вести к постоянным репрессиям. В то же время содействие справедливости может вести к неконтролируемому хаосу. На Западе в последнее время все больше и больше склоняются к защите справедливости как к конечной цели политики в области безопасности (другой вопрос, как эта справедливость понимается на практике). В условиях же России, находящейся не в самом лучшем окружении и Д.Г. Балуев обремененной грузом внутренних проблем, необходимо найти разумный баланс между этими двумя крайностями.

Все эти вопросы в России находятся в стадии, далекой от разрешения. Поэтому вполне естественно, что в настоящее время в России не существует какой либо рациональной стратегии национальной безопасности или хотя бы консенсуса по ее поводу. Политические разногласия препятствуют выработке целостной внешней политики и усиливают фрагментацию институтов, ответственных за ее выработку. Рассмотрим, как все эти проблемы отражаются в конкретных документах.

Хотя 17 декабря 1997 года и была принята концепция национальной безопасности РФ, она изначально задумывалась как документ, в отношении которого все заинтересованные ведомства могут придти к согласию. Поэтому концепция обладает обычными недостатками, характерными для коллективно разработанных документов. Каждое ведомство оставило в концепции свои следы от опасений локальных конфликтов по типу чеченского включенных МВД до угроз в области информационной безопасности и отсутствия контроля над Интернетом, включенных ФАПСИ. Обращается особое внимание на рост национализма и местничества в самой Российской Федерации, которые описываются как этнический эготизм, этноцентризм и шовинизм и которые получают поддержку со стороны ряда неназванных иностранных держав и международных организаций.

Это отражало давление со стороны директора ФСБ Н. Ковалева и бывшего министра внутренних дел А. Куликова, которые использовали угрозу дезинтеграции РФ для увеличения полномочий собственных организаций.

В Концепции обозначаются следующие приоритеты национальной безопасности:

• Экономическое развитие, включая концентрацию финансовых и материальных ресурсов для развития науки и технологий;

• Политическая стабильности и разрешение споров между центральной и местными властями;

• Установление правопорядка;

• Улучшение межэтнических отношений на основе социального согласия и «русских национальных ценностей»;

• Развитие сотрудничества в области безопасности с другими странами, укрепление роли СБ ООН;

• Военная реформа и поддержание ядерного сдерживания;

• Развитие инструментов информационной безопасности;

• Улучшение состояния окружающей среды;

• Охрана государственных границ РФ.

Этот перечень во многом является аморфным. Кроме того, многие положения концепции 1997 года являются взаимно исключающими. Например, рассматривая отношения России с внешним миром, Концепция постулирует, что РФ не имеет врагов и заинтересована в расширении и углублении международного сотрудничества (как политического, так и военного). В то же время расширение НАТО считается неприемлемым для России и является угрозой ее национальной безопасности. Призывы к экономическому сотрудничеству не вполне согласуются с призывами ограничить деятельность иностранных банковских и страховых компаний.

Концепция национальной безопасности РФ является во многом заменителем реальной деятельности, направленной на обеспечение этой безопасности16.

364 Внутренние факторы, влияющие на российскую внешнюю политику Она показывает, что процесс принятия внешней политики и политики в области безопасности в России по-прежнему находится под влиянием различных организаций, лоббирующих собственные интересы. Более того, в отличие от многих стран, где этот фактор влияет только на процесс проведения в жизнь принятых решений, в России он действует уже на стадии принятия основополагающих документов, связанных с политикой безопасности. Множество противоречий, содержащихся в Концепции, являются отражением этого.

Концепция национальной безопасности выделяет регионализм и сепаратизм как угрозы территориальной целостности РФ. В этих условиях предполагаемое преобразование военных округов в достаточно автономные образования может быть потенциально опасным. Нельзя забывать о достаточно живучей традиции независимости местных военных начальников и их союза с местными гражданскими властями в противостоянии Центру.

Основной вывод, который можно сделать, проанализировав российскую политику в области безопасности, заключается в том, что отсутствует как концептуальная ясность в этой области, так и работоспособный механизм по выработке и проведению этой политики. В условиях переходного периода (причем переходность эта заключается как в переходном характере российского общества и экономики, так и в переходе от одного типа мировой системы к другому) такая ситуация является для страны заведомо проигрышной. Выхода же из нее при сохранении сложившейся системы просто может не быть.

ВОЕННАЯ ПОЛИТИКА И ПОПЫТКИ ВОЕННОЙ РЕФОРМЫ Отражением кризиса внешнеполитического планирования и системы выработки политики в области безопасности является и ситуация, сложившаяся в вооруженных силах. Причем, речь идет как о руководстве вооруженными силами, так и о безуспешных попытках их реформирования.

Первый министр обороны России П. Грачев, несмотря на скандалы связанные с коррупцией и недостатком авторитета в военных кругах, занимал свой пост на протяжении четырех лет благодаря поддержке президента. Во время Грачева армия перешла из состояния упадка к кризису. После выборов 1996 года министром обороны был назначен И. Родионов, а советником по национальной безопасности — А. Лебедь. Вскоре, однако, большая часть полномочий Совета безопасности была передана вновь образованному Совету обороны, возглавляемому Ю. Батуриным. Вслед за этим Лебедь отправился в отставку. И. Родионов, несмотря на свою относительную популярность в армии и профессиональные качества, не пользовался политической поддержкой президента и его гражданских советников в таких вопросах, как сокращение ВДВ, отстранение начальника генштаба Семенова и, наиболее важное, попытках обеспечить адекватное финансирование реформы ВС, которая должна была привести к созданию более эффективной и меньшей по размеру армии. После 11 месяцев пребывания на посту он был смещен с поста министра обороны за провал реформы, в котором был, в общем-то, виноват сам президент.

Родионов и бывший глава генштаба В. Самсонов были отстранены, поскольку они не стали сокращать армию и проводить ее модернизацию без необходимых для этого средств и демобилизовывать военнослужащих без причитающихся им компенсаций. Эти люди сопротивлялись тенденции, которая, в коД.Г. Балуев нечном счете, победила и привела к еще большему снижению обороноспособности России. Оппоненты Родионова и Самсонова в лице Батурина и Чубайса выступали против роспуска многочисленных ведомственных военизированных формирований и против ослабления роли МВД. Хотя они и стремились к отставке Куликова, все чего они хотели — существование МВД в качестве их собственного силового инструмента. Оценивая этот этап «военного строительства», можно сказать, что узкие аппаратные интересы возобладали над необходимостью принятия решений по действительному реформированию армии.

Причем причины такого положения вещей до сих пор не устранены. Успешность попыток реформы, проводимых последователями Родионова, попрежнему зависит в первую очередь от президента, и ожидать позитивных изменений в этой области не приходится. Проблемы военной реформы не могут быть решены в изоляции от проблем общества в целом.

В настоящее время основными проблемными областями для реформирования вооруженных сил России являются вооружения, личный состав, боеготовность и военная доктрина. К моменту распада Союза большая часть военной инфраструктуры была сосредоточена в приграничных военных округах и оказалась в руках других республик бывшего СССР. В настоящее время современные типы составляют лишь около 40 процентов бронетехники, 30 процентов ракет землявоздух и артиллерийских систем и лишь около 2 процентов вертолетов. Закупки новых вооружений для российской армии сократились до недопустимых объемов. Даже стратегические системы не избежали подобных проблем. По крайней мере 60 процентов российских МБР уже закончили свой срок службы. Половина находящихся на вооружении подводных ракетоносцев (и 75 процентов их ракет) должны быть заменены уже к 2005 году17.

Существуют проблемы с призывом на срочную службу. Из тех, кого удается призвать, лишь половина имеет законченное среднее образование, пятая часть имеет проблемы с алкоголем и наркотиками, 15 процентов имеют отклонения по медицинским показателям, и 5 процентов имеют уголовное прошлое. Качество офицерского корпуса также подвергается серьезным испытаниям. 50 процентов молодых офицеров уходят с военной службы в первые пять лет после ее начала (не считая 40 процентов, уходящих из военных училищ до их окончания)18.

ВМФ является, пожалуй, самой благополучной частью вооруженных сил в отношении боевой подготовки. Это было достигнуто ценой существенного сокращения количества боевых частей и продолжительности плаваний.

В тех родах войск, где не пошли на сокращения, дела обстоят гораздо хуже. В ВВС средний годовой налет пилота сверхзвукового самолета составляет 5–8 часов (при необходимых 150–200), в дальней авиации — 15–20 часов, а военно-транспортной — 50 часов19.

В сухопутных войсках желание сохранить максимальное количество боевых частей привело к их значительному ослаблению. Количество небоеспособных частей значительно возросло, а число маневров сократилось.

Наиболее же фундаментальной проблемой, препятствующей реформированию вооруженных сил, являются неопределенности, заложенные в существующую военную доктрину.

Традиционно в России проводится различие между военной реформой и реформой вооруженных сил. Первая является всеобъемлющим процессом, тогда как вторая лишь ее частью. Военная реформа должна основываться на переос366 Внутренние факторы, влияющие на российскую внешнюю политику мыслении целей страны, ее места в мировой системе и наличии угроз ее безопасности (как внутренних, так и внешних). Общие очертания политики в области безопасности и обороны очерчиваются концепцией национальной безопасности.

Концепция национальной безопасности в свою очередь является основой военной доктрины (которая является основой для реформы ВС). Политическая секция доктрины должна обозначать источники военных угроз, подход государства к вооруженным конфликтам и использованию вооруженных сил и военизированных формирований, политику государства в отношении оружия массового поражения, основные принципы и методы обеспечения военной безопасности, социальнополитические и государственные задачи при обеспечении военной безопасности.

Военная часть доктрины имеет дело с основными принципами использования ВС, задачами ВС и организацией управления ими, принципами по развитию ВС, военно-технической и экономической базой для поддержания этих ВС, методами по достижению военной безопасности. Теоретически дело должно обстоять именно так. В России же взаимодействие концепции национальной безопасности, военной доктрины и реформирования вооруженных сил далеко от описанного выше.

С самого своего создания российские вооруженные силы не имели четко сформулированной миссии. Защищать ли границы России или всего бывшего СССР Сосредотачивать усилия на высокотехнологичных и высокоинтенсивных боевых действиях или проводить операции отличные от войны Каковы должны быть взаимоотношения с военными других стран СНГ и с другими армиями (включая бывших противников) Имеют ли вооруженные силы России какуюлибо внутреннюю роль От ответов на все эти вопросы зависит структура ВС, направления их подготовки и вооружения, в которых они нуждаются. За исключением военной доктрины 1993 года, которая так и не стала работоспособной, попыток ответить на данные вопросы политическое руководство страны не предпринимало. В условиях отсутствия политического руководства, ресурсов и с низкой моралью, военное руководство сосредоточилось на разговорах о военной реформе, ничего для проведения этой реформы не делая. Был взят курс на сохранение старой советской армии, только в меньших масштабах, в надежде, что в будущем выше обозначенные вопросы будут разрешены, и можно будет думать о действительной военной реформе.

Pages:     | 1 |   ...   | 78 | 79 || 81 | 82 |   ...   | 114 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.