WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 101 | 102 || 104 | 105 |   ...   | 114 |

В задачу настоящей статьи совсем не входит оценка внутри- и внешнеполитических «свершений» коммунистических держав. Надо признать, однако, что само их существование как бы, используя язык библиографов, «изымало из оборота» мировой политики неопределенно большое число потенциальных поводов если не для мировой, то просто для крупномасштабных войн, — обстоятельство, вполне оценить которое можно лишь post factum. Ослабление, а затем распад СССР, потерпевшего поражение в Афганистане, создали существенно новую, во многом непредсказуемую ситуацию не только в Центральной Азии, но и во всем исламо-азиатском регионе. Насколько серьезную геополитическую роль сыграют противоречия, порождаемые завидно быстрым, но далеко не во всем гармоничным экономическим ростом Китая, а также внутренние проблемы этой многосоставной страны, покажет будущее. Вообще, узел АТР является своеобразным «фактором Икс» мировой политики. Если противоречия, образующие другие три узла, более или менее очевидны, равно как и различные сценарии их разрешения, то логика последнего во многом латентна, а развитие событий здесь непредсказуемо. АТР бросает вызов «мировому острову» и своим прогнозируемым специалистами хозяйственным, техническим и военным развитием, и своей на сегодняшний день гипотетической нестабильностью (в пользу того, чтобы принимать ее в расчет, — лишь логика «от противного»: а чем, собственно, данный регион принципиально отличается от всего остального мира), и любой возможной комбинацией этих двух факторов. Как бы то ни было, в настоящее время регион, похоже, перестает быть по преимуществу периферией ойкумены (кто в этом сомневается — пусть взглянет на только что построенное весьма впечатляющее здание МИД КНР в Пекине) и обретает в мировой политике постоянную субъектность. Вопрос только — какого именно рода. И именно на этот вопрос, как представляется, не способны пока ответить ни политики и теоретики самого региона, ни внешние наблюдатели7.

Все четыре узла противоречий затрагивают, конечно, Россию — и как вчерашнюю сверхдержаву, сохранившую некоторые из важных своих атрибутов, и как страну, в силу ряда причин оттесняемую на край ойкумены, и как государство, чья политика или простое географическое положение делают его вольным или невольным участником процессов, увязанных в те или иные узлы. Можно выделить несколько императивов внешней и внутренней политики России в ее нынешнем состоянии, связанных с основными мировыми узлами противоречий.

Первый императив. Еще буквально вчера было модно рассуждать о том, будет ли мир XXI в. однополюсным, или многополюсным, и предстоит ли России игА.М. Салмин рать в нем роль одного из полюсов. К большому сожалению, учитывая вероятную динамику демографических и экономических показателей, в ближайшие десятилетия наша страна и по тем, и по другим будет отставать от мира в целом, и конечно, сильно проигрывать основным «моторам» демографического и экономического роста (при том что состав первых и вторых в значительной степени не совпадает).

Все детальные долгосрочные прогнозы ненадежны, поэтому достаточно указать порядок цифр. В 1989 г. население России составляло 2,9% мирового, в 1999 г. (по оценкам) — составляет 2,4%, в 2010 г. — будет составлять — 1,9%8.

В 1985 г. Россия произвела 4% мирового ВВП и находилась по этому показателю на шестом месте в мире, в 1995 г. — менее 2% мирового ВВП (11 место), а к 2000 г. должна оказаться уже в третьем десятке стран. Доля России в мировом экспорте: 1985 г. — 3% (9 место), 1995 — 1,6% (17 место)9.

В обозримом будущем и население России, и доля ее ВНП в мире составят от 0,3 до 2,0% — коридор, в который входят и сегодняшние показатели. Можно спорить о конкретных цифрах внутри коридора и даже о его границах (они и так сознательно расширены, особенно верхняя), — дело не в том. Главное — порядок цифр в любом случае таков, что не внушает особого оптимизма в отношении геополитических и геоэкономических перспектив. Все же, что говорилось выше о сегодняшнем «вооруженном мире» и о вероятных тенденциях его развития, не позволяет надеяться и на то, что военный потенциал страны — с учетом его вероятной динамики и развития мира в целом — хотя бы автоматически законсервирует status quo. Из сказанного следует, что стратегическая задача России на данный момент — оптимизировать, используя все возможности и ресурсы, свое положение в мире, несмотря на неблагоприятные внешние и внутренние стартовые условия и на довольно разочаровывающий для страны прогноз развития мировой системы. Необходимо отдавать себе отчет в том, что неудача в этом отношении может поставить под вопрос если не суверенитет страны как таковой (не говоря уже о совсем пессимистических, но не вовсе невероятных сценариях распада государства), то, во всяком случае, ее роль субъекта мировой системы.

Практическая — и практически выполнимая — задача сегодня состоит не в том, чтобы пытаться непременно стать (остаться) одним из полюсов мировой системы, а в том, чтобы эта система, в т. ч. некоторые ее полюса (реальные субъекты), складывалась и/или функционировала в обозримом будущем не без действенного участия России. Именно здесь — развилка, расхождение двух стратегий. Одна из них ведет к изоляционизму (такому же вековому кошмару российской внешней политики, каким была, например, для Германии война на два фронта или для Британии — слишком обязывающая вовлеченность в континентальные дела), перенапряжению сил, общей деградации и, возможно, распаду.

Вторая — к разумной достаточности внешнеполитических и оборонных усилий, рациональной интеграции в существующие и потенциальные правовые, экономические, оборонительные пространства, продуманному использованию в своих интересах различных балансов и дисбалансов сил.

Не исключено, что для сегодняшнего мира вообще более характерны (может быть, временно) не союзы, «фронтально» противостоящие друг другу и между собой потенциально враждующие, а многомерные «переливающиеся» коалиции, участники которых, подобно театральным примадоннам, дружат друг против друга по тому или иному поводу, в том или ином сочетании. И даже если в наши дни в Вашингтоне, Брюсселе или Пекине придерживаются ино464 Россия, Европа и новый мировой порядок го взгляда на мировой порядок, для России он может оказаться небесполезным.

В любом случае ей сегодня в первую очередь нужны (и это принципиально важно, учитывая зыбкий еще характер новой государственности) не воспоминания из сравнительно недавней истории и не бюрократический, по сути, «выбор» между различными структурами и формами безопасности, а точное понимание своих действительных интересов. В самом общем виде они просты и конкретны: российские границы и российские жизненные интересы должны быть гарантированы и защищены на западе, на востоке, на юге и на севере.

(Вопрос о средствах достижения подобной цели отнюдь не лишен смысла, но он вторичен.) В интересах России совместно с Европой, Китаем, а также большинством членов ООН препятствовать подрыву авторитета Совета Безопасности. В интересах России совместно со всеми, кто в этом тоже заинтересован, препятствовать расширению военного присутствия в Восточной Европе НАТО, одновременно поощряя политизацию последнего. В интересах России совместно с США и, вероятно, с Японией и другими странами региона, в т.ч., конечно, КНР, выстраивать в АТР надежную систему, гарантирующую долговременную безопасность и т.п.

Второй императив. Россию традиционно любят называть «мостом» между Западом и Востоком. Воздерживаясь от оценки такого суждения в историческом плане, замечу лишь, что нынешняя РФ имеет меньше оснований претендовать на роль такого потенциального «моста», чем Российская империя или СССР. И не потому, конечно, что страна стала более закрытой — ее открытость сейчас в некотором смысле уникальна, — а по некоторым другим причинам. Появление на Западе нового мощного притягательного экономического центра (ЕС) одновременно с раскрытием нашего малонаселенного и сравнительно слаборазвитого Дальнего Востока в сторону быстро развивающегося и демографически разрастающегося АТР является в современных условиях не столько началом строительства гигантского континентального «моста» или, тем более, какой-то интеграции ЕС — АТР через Россию и включая ее, сколько испытанием страны «на разрыв» — по крайней мере в экономическом отношении. В то же время изза распада СССР важные транзитные пути Запад-Восток и Север-Юг уже идут или способны в обозримом будущем пройти в обход территории нашего государства, те же, которые чисто географически могут быть проложены по ней, по ряду причин оказываются экономически неконкурентоспособными. Опасность тотальной дезинтеграции России в связи с ростом этнокультурного или обычного регионального сепаратизма нередко, на мой взгляд, преувеличивается. Не рассматривая отдельные «казусы» на окраинах, в любом случае не делающие погоды, следует признать, что российских регионов слишком много, каждый из них по отдельности слишком слаб, а крупнейшие регионы с явной этнокультурной спецификой находятся чересчур далеко от окраин, чтобы примитивный сценарий самороспуска России выглядел реалистичным. Другое дело — перспектива такого развития, при котором Запад и Восток России начнут «отворачиваться» друг от друга в силу явной уже сегодня экономической и растущей культурной, в т.ч. и этнокультурной, обособленности. Подобный поворот событий может уже спровоцировать и всеобщий распад государства. На сегодняшний день внутренняя интеграция России является первоочередной внутри- и внешнеполитической задачей, также требующей немалых жертв, к которым общество должно быть готово. В этом же контексте следует рассматривать и чрезвычайно боА.М. Салмин лезненную проблему развития Калининградской области. Внутренняя интеграция, по крайней мере не менее важная для нашей страны, чем интеграция в сложившиеся экономические пространства, должна стать ключевым элементом национальной стратегии выживания и развития в XXI в. В интересах России — все те союзы и формы международного сотрудничества, которые способствуют внутренней, особенно экономической, интеграции и препятствуют любым попыткам ее подорвать или поставить под вопрос.

Третий императив. Особая внешне- и внутриполитическая проблема для России связана с ее имперским и советским прошлым, а если конкретнее, то, в первую очередь, с взаимоотношениями с бывшими частями Российской империи и СССР, включенными ныне в сопредельные с РФ независимые государства.

Специфика отношений России с этими странами объясняется длительной принадлежностью к единому государственно-правовому, экономическому и лингвистическому (русский язык — как государственный и как lingua franca) пространству, а также проживанием на территориях новых суверенных государств значительных русских меньшинств. Между тем бывшие республики Советского Союза вызывают в последнее время повышенное внимание со стороны некоторых западных держав и институтов, стремящихся оторвать их от России в экономическом и культурном плане или даже противопоставить их ей политически.

За этим стремлением кроются не только узкопрагматические интересы экономических субъектов, но и отчасти дорациональное желание отодвинуть как можно дальше на северо-восток limes Запада, Европии, ойкумены, «космоса», отказав, наконец, «хаотической», «неевропейской», «незападной» России в праве считаться их составной частью. При определении своей политики России следует, соответственно, учитывать следующие обстоятельства.

Во-первых, надо исходить из того, что невозможно по мановению волшебной палочки повернуть вспять процесс национально-этнического самоопределения, идеологически начавшийся еще в Российской империи и доведенный при большевиках до квазигосударственного завершения.

Во-вторых, отношения с «новыми соседями», как и с любыми субъектами международного права, должны, разумеется, строиться на строго правовой основе, корректируясь в соответствии с изменением международно-правовой реальности по мере юридически выверенного и политически обоснованного решения задачи восстановления правопреемства РФ. Рано или поздно России неизбежно придется давать юридическую оценку событиям 1917 г. и определяться с природой своего государственно-правового строя с этой точки зрения. Чрезвычайно важно, чтобы государственно-правовые процессы находились в согласии, своего рода «симфонии», с международно-правовыми10.

В-третьих, сегодня очевидно, что система экономических и политических отношений на постсоветском пространстве все еще не сложилась. «Беловежская» модель СНГ, закрепленная в конце декабря 1991 г. в Алма-Ате, потерпела явную неудачу в той мере, в какой речь могла идти о «втором издании» Советского Союза (может быть, немного в других границах), но на более мягких основах. Сочетание объективных обстоятельств и субъективных внутриполитических стимулов подталкивает сегодня Россию к выстраиванию на западном, восточном (среднеазиатском) и южном (кавказском) направлениях различных систем отношений со своими ближними и дальними соседями. Если на западном, европейском направлении сочетание экономических, психологических, культурных, 466 Россия, Европа и новый мировой порядок геостратегических императивов безусловно стимулирует максимально глубокую специализированную интеграцию России, Белоруссии и Украины при одновременном максимально возможном практическом (не обязательно идеологическом и психологическом) сближении с другими странами Европы, с «дальним зарубежьем», то на других направлениях дело обстоит несколько по-иному. На восточном и на южном направлениях главным сейчас является формирование системы союзнических обязательств, обеспечивающих, прежде всего, военную и внутреннюю безопасность России, а также ее экономические интересы в регионе в обмен на помощь со стороны РФ в экономическом развитии, в государственном и военном строительстве. В данном случае, как, впрочем, и в других, важен результат, а не то, достигается ли он на основе многостороннего сотрудничества или совокупности двусторонних связей. Иными словами, выстраивание отношений нашей страны на разных направлениях может создать асимметричную систему взаимных обязательств, в центре которой будет Россия. Сегодня этому препятствует не столько чье-то разрушительное вмешательство, сколько отсутствие возможностей, а отчасти и четкого плана у самой РФ. Разумеется, на первом месте здесь стоит ограниченность ее экономических возможностей и лишь на втором — политических и военно-технических.

Pages:     | 1 |   ...   | 101 | 102 || 104 | 105 |   ...   | 114 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.