WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 46 |

Имели место случаи обложения промышленников своего рода сборами на содержание Совета99. В Тюмени Совет рабочих депутатов вынес постановление, по которому члены Совета объявлялись лицами неприкосновенными, на основании чего они освобождались «с сохранением содержания от работ во всякое время, когда депутат занят по делам Совета»100.

Контрольные функции, осуществляемые Советами на производстве, концентрировались созданными при соответствующих Советах контрольными комиссиями. В ряде случаев они наделялись значительными полномочиями. Так, в письме Орехово-Никольского исполнительного комитета начальнику станции Орехово МосковскоНижегородской железной дороги предлагалось не принимать к отправке грузы от фабрик С. Морозова, сына и К° и В. Морозова без разрешения контрольной комиссии при Орехово-Зуевском Совете рабочих депутатов и делегатов от Владимирского и Покровского гарнизонов101. На Урале имела место попытка объединить деятельность контрольных комиссий посредством Областного комитета. Такое решение было принято I Уральским Областным съездом Советов102.

Наиболее радикальным действием Советов в отношении владельцев предприятий была реквизиция. Так, к июлю 1917 г. Красноярский Совет рабочих и солдатских депутатов реквизировал лесопильные заводы общества «Абакан», Кукина, медные рудники «Юлия», Андреевского103. Летом 1917 г. реквизицию некоторых производств произвел Кронштадтский Совет104. Реквизиции заводов, помещений, издательств приобрели в период весны-лета 1917 г. значительные масштабы105. Резолюцию о реквизиции предприятий в случае неподчинения предпринимателей решениям контрольных комиссий принял Екатеринбургский окружной съезд Советов106. Предупреждение о возможной реквизиции прачечных в случае отказа их хозяев выполнить требования рабочих, выдвинутых в ходе забастовки, вынес Петроградский Совет107.

В то же время меньшевистско-эсеровские по составу Советы, как правило, не стремились к расширению вмешательства Советов в экономическую жизнь. Так, Окружное бюро Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов Восточной Сибири приняло следующее постановление в отношении стремления рабочих Черемховских шахт «захватить копи в свои руки»: «Такой захват в настоящее время, в условиях капиталистического строя, при полной неподготовленности рабочих к самостоятельному ведению такого сложного предприятия... вызовет полный развал и прекращение работ, безработицу и голод среди рабочих»108.

Та же тенденция ограничения контроля Советов за предприятиями заметна в резолюции Пермского окружного съезда Советов, состоявшегося в начале июля 1917 г. В ней отмечалось, что осуществление контроля за производством «возможно лишь при единой власти в руках коалиционного министерства и твердой поддержке Советов»109.

Присвоение властных функций Советами не ограничивалось их вмешательством в экономические отношения. В ряде случаев это «присвоение» превращало Советы в полновластные органы на местах.

Такую роль играли Советы рабочих и солдатских депутатов Красноярска, Кронштадта, Орехово-Зуева, Лысьвы и др. О переходе власти в свои руки в период весны-лета 1917 г. объявили также Тюменский Совет крестьянских депутатов110, Канский Совет крестьянских депутатов111, Совет солдатских депутатов Ошского уезда Ферганской области112, Кизлярский Совет рабочих и солдатских депутатов113, Глазовский Совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов114 и др.

Обращая внимание на эту тенденцию, делегат от Московской областной организации РСДРП (б) Е.И. Ефимов, выступая на VII (Апрельской) партийной конференции большевиков (1917 г.), отмечал: «Когда говорят, что власть должна перейти в руки Советов рабочих и солдатских депутатов, нам кажется, что нам здесь в этом направлении нечего делать. У нас власть в руках Советов рабочих и солдатских депутатов»115.

В результате июльских событий в столице произошла некоторая подвижка в расстановке политических сил. Имело место усиление власти Временного правительства при «самоограничении» советских органов, согласившихся передать в руки правительства «охрану революционных свобод и укрепления революционного порядка». Руководство ЦИК предоставило также Временному правительству право производить аресты и привлекать к судебной ответственности членов ЦИК116.

Это изменение в отношениях власти нашло отражение и в позиции ЦИК в вопросе об организации местной власти. О характере усту пок правительству в этом вопросе дает представление резолюция ЦИК «О власти на местах». Согласно этому документу, вплоть до завершения реформы местного управления органами государственного управления и носителями революционной власти на местах признавались «губернские объединенные комитеты общественных организаций, действующие через свой исполнительный орган : выборный комиссариат, единоличный или коллегиальный»117. Тем самым роль Советов как властных органов ограничивалась и должна была сводиться к участию в местных комитетах. Кроме того признавалось право правительства «в чрезвычайных случаях, угрожающих единству и завоеваниям революции, устанавливать местную власть собственным распоряжением»118.

И все же отметим, что полного перехода эсеро-меньшевистского большинства Советов на «государственную точку зрения», как называли процесс передачи власти от Советов правительству кадеты, не произошло. Цитированная выше резолюция ЦИК в известной мере даже противоречила политике правительства в вопросе об организации местного управления, а именно его стремлению превратить комиссаров в послушное орудие реализации своей власти. Наиболее отчетливо это видно при сравнении июльских циркуляров министра внутренних дел И.Г. Церетели и цитированной выше резолюции ЦИК.

Если в циркулярах требовалось безоговорочное выполнение комиссарами распоряжений и постановлений правительства и «всякое промедление и бездействие» рассматривались как «достаточное основание для увольнения», а за попустительство комиссаров захватам и самочинным действиям министр обещал привлекать к суду119, то в резолюции ЦИК отмечалось: «Выполняя поручения Временного правительства и постановления исполнительного комитета (курсив мой. Д.К.), комиссар обязан руководствоваться узаконениями и распоряжениями правительства»120. Тем самым элемент ограничения власти Временного правительства, хотя и в более урезанной форме, чем это имело место в «Инструкции Петроградского Совета р. и с.д. всем Советам рабочих и солдатских депутатов», все же присутствовал.

Идея поддержки Временного правительства, а также передачи власти новым земствам и думам, проводимая меньшевистскоэсеровскими Советами летом 1917 г., ослабляла Советы как органы власти на местах.

На эту тенденцию указывает отчет члена ВЦИК М. Большакова, производившего объезд Херсонской, Бессарабской и Таврической губерний, в которых имело место «сильное охлаждение к Советам»121.

Причина этого положения состояла, как отмечалось в отчете, в появлении наряду с Советами ряда «специальных организаций, обслуживающих интересы демократии (примирительные камеры, профессиональные союзы и пр.). Эти организации окрепли и начинают работать самостоятельно; рабочая масса уходит непосредственно туда, минуя Советы. В том же направлении действует создание органов городского самоуправления»122.

Наблюдения представителя ЦИК наглядно иллюстрируют результаты реализации соглашательской линии эсеров и меньшевиков и показывают ту границу, за которой существование Советов становилось излишним. Взгляды на Советы «мягких социалистов» как на профессиональные объединения рабочих, а не как на органы революционной власти, в условиях передачи власти органам правительства и местного самоуправления, при создании организаций, отстаивающих экономические и профессиональные интересы рабочих, лишали существование Советов смысла.

Несмотря на эту тенденцию разложения Советов, характерную для лета 1917 г., элементы двоевластия на местах продолжали сохраняться. Так, в конце июля имел место арест Юрьевского городского головы, произведенный по распоряжению исполнительного комитета Совета р. и с.д.123. Прокурор Ташкентского окружного суда отмечал, что Советы, существующие в Сырдарьинской области, «осуществляют во всей полноте функции органа, контролирующего Временное правительство и его агентов»124. Более того, в документе отмечалось, что Советы оказались единственными организациями, «твердая власть которых чувствуется населением и которые не только на словах, но и на деле могут поддержать свои требования»125.

В условиях временного и относительного усиления власти Временного правительства летом 1917 г. продолжали существовать Советы, чья власть была почти полной. Так, большевистский по составу Красноярский Совет сохранил, в отличие от других Советов Сибири, под своим началом дееспособную милицию126. Продолжала существовать учетно-оценочная комиссия Совета. Сохранялась его власть над местным гарнизоном127. Для руководства войсками, контроля за ору жием в августе была учреждена военная секция Красноярского Совета128.

После разгрома корниловского мятежа, усилившего позиции большевиков в Советах, происходит и усиление роли Советов в общественно-политической жизни России. В связи с этим получила развитие идея перехода власти в руки Советов. 31 августа большевистскую резолюцию «О власти» принимает Петроградский Совет р. и с.д., а через пять дней - Московский. В сентябре - октябре 1917 г. на большевистскую позицию в вопросе о власти переходят и другие Советы129.

Эта тенденция, отражавшая рост недовольства масс коалиционной политикой меньшевиков и эсеров и усиление доверия к большевикам в условиях разрастания общенационального кризиса и неспособности Временного правительства разрешить важнейшие вопросы, поставленные в ходе революции, создавала предпосылки для перехода власти в руки Советов.

Двоевластие, наиболее отчетливо проявившееся в центре в виде сосуществования Временного правительства и Петроградского Совета, на местах принимало порой расплывчатый характер. Эта специфика была обусловлена тем, что наряду с органами Временного правительства и Советами властные функции на местах выполняли и другие общественно-политические институты, нередко осуществляющие собственную линию, отличную как от политики правительства, так и от установок советских органов. Наибольшее распространение из них получили местные комитеты130. Возникшие в первые дни революции, эти институты покрыли густой сетью страну: их создание шло как в губернских и уездных центрах, так и в волостях.

В советской исторической науке 30-х - 80-х гг. преобладала точка зрения, согласно которой комитеты признавались органами власти буржуазии131. Некоторые авторы более определенно называли комитеты органами власти Временного правительства132. Скидка делалась лишь для ряда уездных и волостных комитетов, а также комитетов, возникших в рабочих поселках при заводах133.

Эта точка зрения, как нам представляется, не отражает всех нюансов деятельности комитетов, находится в противоречии с фактами, иллюстрирующими взаимоотношения комитетов и Временного правительства. Как уже отмечалось выше, официально комитеты не признавались правительством государственными органами. Несмотря на то, что многие губернские и городские комитеты объявили себя представителями Временного правительства на местах (Москва, Казань, Оренбург, Самара и др.)134, правительство считало таковыми лишь губернских и уездных комиссаров, а органами местного самоуправления - городские думы и земства. Определенные уступки были сделаны лишь для волостных комитетов: на них были возложены функции бывших волостных правлений135.

В ходе кампании по перевыбору комиссаров Временного правительства, инициаторами которой часто выступали комитеты, правительство пошло на известные уступки комитетам, признав их право выбирать комиссара. 21 апреля было также принято постановление, согласно которому комитеты, которые «по поручению Временного правительства или его представителей - комиссаров - выполняют функции органов правительственной власти на местах», должны были финансироваться из средств государственного казначейства136.

Их признание было временным и относительным. Общественные комитеты включались в систему административных органов лишь с совещательными правами, а также с правом «входить к министру внутренних дел с представлением об увольнении комиссара»137. Они по-прежнему рассматривались как общественные организации, отличающиеся от других лишь «всесословным» характером и обладающие большим, нежели городские думы и земства, авторитетом на местах.

На правомерность такого вывода указывает критика правительства со стороны комиссаров, одновременно являющихся председателями местных комитетов. Так, Томский губернский комиссар Б.М. Ган писал в МВД: «Противопоставление губернского комиссара Исполнительному комитету, трактование последнего как комитета общественных организаций, не располагающего властью... используется и будет использоваться в своекорыстных целях представителями дробных групп населения, уничтожает веру широких слоев населения в комитет, а вместе с тем в губернского комиссара, избранника того же комитета, а дальше неизбежна потеря и авторитета правительства»138.

Общественный, а не государственный характер комитетов подчеркивался в разъяснении министерства внутренних дел, опубликованном в «Вестнике Временного правительства»: «Временно организованные на местах объединенные комитеты... не требуют по своей природе особого утверждения правительства»139.

Надо отметить, что основания для такой позиции правительства имелись. Выше уже приводились факты разногласий Временного пра вительства и губернских, уездных комитетов по вопросу о контроле над комиссарами. Остановимся на других аспектах, выявляющих подчас резкое несовпадение правительственной линии и деятельности комитетов.

Для последних была характерна тенденция присвоения функций, принадлежащих Временному правительству и его органам на местах, вмешательства в дела государственного управления. Так, в первые недели существования Временные комитеты в Сибири осуществили некоторые социальные преобразования, выходившие за рамки объявленной правительством Декларации. В частности, решениями комитетов устанавливался 8-часовой рабочий день, коллегиальное управление в войсках, вводился минимум заработной платы для рабочих и служащих, другие меры. В результате правительство не только не передавало им правительственных функций, но стремилось пресекать их создание, боролось против тех из них, деятельность которых не согласовалась с политикой правительства140.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 46 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.