WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 37 | 38 || 40 | 41 |   ...   | 46 |

Логическим следствием позиции, занимаемой консерваторами в вопросе о единовластии, является негативное отношение этого лагеря к возникающей контрвласти и складывающемуся двоевластию. При знавая власть тех государственных и общественных институтов, которые работают на защиту прежних общественных отношений, консервативный лагерь признает незаконным существование каких-либо других альтернативных органов власти.

Так, с первых дней после февральского переворота 1917 г. представители буржуазных кругов развернули кампанию против осуществления Советами властных функций. На VII съезде кадетской партии отмечалось: «Мы должны тщательно оберегать свою страну от того, чтобы рядом не создавалось другого источника власти. Временное правительство должно быть общенациональным»77. В заявлении ЦК кадетской партии накануне формирования первого коалиционного Временного правительства одним из важнейших условий вхождения кадетов в правительство вместе с представителями социалистов было требование решительного отказа «всех без исключения групп и организаций от присвоения себе права распоряжений, отменяющих, либо изменяющих акты Временного правительства и вторгающихся в область законодательства и управления»78. По мере нарастания негативных последствий двоевластия критика со стороны консервативного лагеря органов контр-власти становилась все более жесткой, приняв летом 1917 г. вид дилеммы: «или Советы, или Россия»79.

Специфика двоевластия, сформированного в годы перестройки, заключалась в превращении Советов из органов, реализующих партийные решения, в органы, разрушающие основы существующей общественной системы и власть КПСС. В связи с этим отношение консерваторов к Советам, как отмечалось выше, было двояким. Продолжая считать Советы наилучшей формой организации государственной власти при социализме, в условиях переходного периода неокоммунистические организации вынуждены были заявить о необходимости воссоздания Советов снизу и противопоставлении последних «демократическим» Советам 80.

Другой родовой чертой, присущей консервативному лагерю в переходные периоды, является его стремление ограничить деятельность радикальных политических сил, разрушающих отстаиваемую консерваторами общественную систему.

В условиях 1917 г. представители буржуазных кругов выступали за ограничение масштабов пропаганды большевиков как на фронте, так и в тылу. Указывая на необычность ситуации, при которой наблюдается рост большевистской пропаганды, Д. Философов отмечал в кадетской «Речи», что «при нормальных условиях и нормальном строе голос "Правды" был бы одним из очень маленьких голосов в громадном, стройном всероссийском хоре»81. При этом правительству предлагалось действовать «более революционно» в отношении такой пропаганды 82.

Сходная тенденция проявлялась в отношении неокоммунистических организаций к радикальному лагерю конца 80-х - начала 90-х гг.

Н.Андреева, отражая эту тенденцию, утверждала: «многопартийность в нашем обществе может быть только социалистическая... Нельзя давать даже малейшей возможности деятельности партиям, которые не борются за социализм»83. В своей борьбе с радикалами консервативный лагерь переходного периода стремится к использованию мер государственного принуждения для устранения опасности слома общественной системы. Правомерность этого тезиса подтверждается историческим материалом обеих исследуемых ситуаций.

В современной отечественной историографии имеет место точка зрения, что для кадетов в силу их политического мировоззрения было противоестественно применять насилие против своих политических и идейных противников. В.В. Шелохаев высказал тезис, согласно которому в крахе Временного правительства и приходе большевиков к власти повинны кадеты в том смысле, что и в теории, и на практике они отвергали насилие при любых обстоятельствах и их переход к идее военной диктатуры ради спасения России от развала произошел слишком поздно. «Они не поняли вовремя, - отмечает далее Шелохаев, - что любой компромисс имеет свои границы, что нельзя достигнуть соглашения с политическими экстремистами. Кадетские министры шли на все мыслимые и немыслимые уступки левым радикалам, но это лишь подстегивало их к выдвижению новых требований»84.

Действительно, идеи законности, соблюдения гражданских прав были для кадетов одними из приоритетных. Но этот факт сам по себе не является доказательством того, что кадеты не желали применять меры (в том числе силового, карательного свойства) против левых радикалов. Кроме того, концепция В.В. Шелохаева не объясняет, почему «непротивленцы» - кадеты пришли к выводу о необходимости военной диктатуры.

Факты убеждают в том, что борьба с большевизмом и «анархией» была одной из важнейших задач кадетской партии. С первых дней революции кадеты требовали от правительства «удержать порядок»85.

На VII съезде конституционно-демократической партии кн. Е. Н.

Трубецкой настаивал на необходимости коллективных действий различных политических партий против набирающего силу большевизма86. После приезда в Россию В.И. Ленина и известной корректировки курса большевистской партии, отношение кадетов к левым радикалам стало еще более определенным: П.Н. Милюков с этого времени настойчиво проводил идею ареста Ленина87. Обратим внимание на то, что большевистская агитация рассматривалась кадетами как своего рода погромная агитация со всеми вытекающими отсюда последствиями88.

В заявлении ЦК кадетской партии от 5 мая борьба с большевизмом была признана одной из важнейших задач правительства. «Призывая всех свободных граждан к добровольному повиновению созданной ими же власти,- говорилось в заявлении,- правительство не может ожидать, чтобы такой зов воздействовал на преступные или анархически настроенные общественные элементы, ставящие себе прямой целью разрушение всякого порядка и посягательство на чужие права. С этими элементами необходима настойчивая борьба, не ограничивающаяся увещеваниями, не останавливающаяся перед применением всех находящихся в распоряжении государства мер принуждения»89 (курсив мой. - Д.К.). Несколько дней спустя делегаты VIII съезда кадетской партии одобрили эти наказы министрам - кадетам90.

Характерно, что кадеты, согласные на различного рода политические комбинации с меньшевиками и эсерами, считали путь компромиссов с большевиками невозможным и недопустимым. Особенно очевидной эта непримиримость стала накануне октябрьского переворота. За неделю до октябрьских событий «Речь» отмечала: «большевики не боясь, не скрываясь, угрожают восстанием, убийствами, разгромами, угрожают правительству... Вступать с ними в переговоры бесполезно. Заслужить их снисхождение второстепенными уступками тоже нельзя... Остается одно - открытая борьба»91.

Таким образом, тезис о попустительстве со стороны кадетов большевистской деятельности не подтверждается фактами. В то же время возникает другая проблема: если на словах кадеты выступали против большевиков и были согласны с идеей применения к ним мер государственного принуждения, то почему же эти меры не применялись Представляется, что основная причина заключалась не в позиции министров от кадетской партии, которые, как правило, действовали в рамках партийной дисциплины, а в том, что в силу ряда обстоятельств после февраля 1917 г. карательная функция правительства оказалась ослабленной и правительство не имело возможности применять меры принуждения к большевикам в том объеме, в каком этого требовали кадеты. На правомерность такого вывода указывает выступление П.Н. Милюкова на VIII съезде кадетов. Он отмечал: «Двоевластие... лишило правительство всякой возможности применять какиелибо действительные возможные меры принуждения»92. Именно эта устойчивая неспособность правительства ликвидировать большевизм «законными» карательными мерами привела кадетов к необходимости борьбы с ним посредством введения в стране военной диктатуры.

Не менее остро проблема применения мер государственного принуждения к силам, разрушающим советский строй, стояла перед консервативным лагерем периода перестройки. В документах общества «Единство», Движения коммунистической инициативы, Большевистской платформы, в выступлениях лидеров этих организаций неоднократно звучали требования использовать возможности существующего репрессивного аппарата против несистемных сил. Выступая в середине июля 1991 г. на Всесоюзной конференции сторонников Большевистской платформы в КПСС, Н.А. Андреева требовала использовать аппарат КГБ по своему назначению - для защиты «завоеваний Великого Октября и рожденного им социалистического строя».

«Недопустимо,- подчеркивала она в докладе, - чтобы "щит и меч" социализма превратились в бутафорию. Еще более недопустимо, чтобы расплодившиеся президенты - антикоммунисты использовали их в антинародных целях»93.

В связи с тем, что консервативные силы в переходные периоды выступают за всемерное использование мер принуждения против разрушителей системы, особое внимание уделяется ими тем процессам, которые происходят в силовых структурах: армии, органах правопорядка.

Обратим внимание на тот примечательный факт, что каждый раз, входя в правительство, кадеты выставляли требование укрепления дисциплины в армии. Особую их озабоченность вызывала политика Советов на демократизацию армии94. В годы перестройки неокоммунистические организации уделяли большое внимание опасной, с их точки зрения, тенденции департизации силовых и государственных структур вообще. При этом подчеркивался несистемный характер этих процессов, способных ослабить иммунитет «законной власти» к сопротивлению разрушающим ее силам95. В специально принятом II Инициативным съездом Обращении к коммунистам Советской Армии и Военно-Морского Флота, КГБ и МВД прозвучал призыв к работникам силовых структур встать на защиту разрушаемого конституционного порядка. «Помните! - говорилось в обращении,- Вы присягнули на верность социалистическому Отечеству: только совместными действиями мы спасем нашу Родину»96.

Логичным проявлением взглядов консервативного лагеря является его негативное отношение к росту массовой активности, к включению масс в политический процесс как стихийной силы, разрушающей отстаиваемые консерваторами общественные отношения.

Так, кадеты и другие представители буржуазных кругов воспринимали факт уничтожения крестьянами существующих поземельных отношений как «аграрные беспорядки», требуя соответствующей реакции законных правительственных органов. Сопротивление консервативного лагеря встретила также тенденция демократизации производственных отношений (попытки установления в ряде мест рабочего контроля над производством) и демократизация армии. Если в первые месяцы революции представители консервативного лагеря, как правило, только пропагандировали позиции правительства по земельному, рабочему и военному вопросам, то при относительном усилении правительственных структур после разгона июльской демонстрации и появлении возможности применить меры принуждения против «незаконных» действий, они стали выступать за использование более жестких методов.

Процесс расширения поля деятельности народных масс в годы перестройки негативно воспринимался представителями консервативного лагеря, так как рассматривался как тенденция, направленная на разрушение законного порядка. Лидер общества «Единство», например, отмечала накануне августовских событий 1991 г.: «в политике "чистая демократия" перестройки обернулась охлократией (властью толпы), беззакониями, анархией, а в области межнациональных отношений лишила десятки тысяч людей права на жизнь»97.

Близкую этой оценку процессу демократизации советского общества дал другой видный представитель консервативного лагеря периода перестройки Ю. Белов. Подвергая критике темпы и методы осуществления демократизации, он отмечал: «Мы объявили демократию вдруг, одноактно, открыв простор для всех сил, в том числе и для антигосударственных»98.

Эта цитата указывает на важный аспект взглядов консерваторов в условиях межсистемного периода: процессы разложения и уничтожения общественного строя воспринимаются ими через призму разложения и уничтожения государственности, в связи с чем большую роль в доктрине консервативного лагеря начинает играть тезис о необходимости сохранения державы от разрушения. В этом контексте борьба с радикальным лагерем воспринимается консерваторами как противостояние государственного и анархического начал.

Такой подход в полной мере проявился в обеих рассматриваемых ситуациях. Кадеты оценивали деятельность большевиков как антигосударственную, анархическую тенденцию, ведущую в конечном счете к победе Германии в войне и уничтожению российской государственности99.

Не менее заметный крен в сторону идеи державности был сделан консервативным лагерем в годы перестройки. В проекте Программы КПСС, разработанном Движением коммунистической инициативы, «спасение тысячелетней Российской государственности, преодоление болезненных процессов в Союзе ССР» связывались с воссозданием российской компартии и преодолением ликвидаторских тенденций в КПСС100. На опасность развала державы в условиях распространения антикоммунизма в СССР указывало общество «Единство»101.

Очевидным следствием идеи державности во взглядах консервативного лагеря является его стремление удержать страну от распада на однонациональные государства. Как известно, кадеты были согласны лишь на предоставление независимости Польше, в то время как другим территориям бывшей Российской Империи планировалось дать лишь права автономии, что сказалось на обострении отношений Временного правительства с Украинской радой и сеймом Финляндии. Как отмечалось на VIII съезде партии кадетов, «сохранение государственного единства - это тот предел, которым диктуется крайнее решение партии. Разложение государства на суверенные, независимые единицы, представляется ей совершенно невозможным»102.

Pages:     | 1 |   ...   | 37 | 38 || 40 | 41 |   ...   | 46 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.