WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 36 | 37 || 39 | 40 |   ...   | 46 |

Митинги как источник власти - характерная черта всего периода весны - осени 1917 г. Так, в сентябре 1917 г. рост массового недовольства неспособностью Туркестанского комитета Временного правительства, краевого Совета рабочих и солдатских депутатов, городской думы Ташкента справиться с продовольственной разрухой проявился в многотысячном митинге в Ташкенте, в ходе которого был выбран Временный революционный комитет63. Одновременно митинг выразил недоверие существующему исполкому Ташкенсткого Совета солдатских и рабочих депутатов, который в тот же день вынужден был сложить свои полномочия. Временный революционный комитет, избранный на митинге и наделенный им властными полномочиями, совместно с новым исполнительным комитетом Совета слились в один орган, который и взял власть в городе и окрестностях в свои руки64.

Тенденция превращения митингов в источник власти прослеживается также и в период перестройки. Так, во время шахтерских забастовок летом 1989 и 1990 гг. в некоторых горняцких центрах стачечные (забастовочные) комитеты выбирались и сменялись непосредственно на митингах65. Тем самым митинг превращался во время от времени функционирующий властный институт. В любой момент рабочие, недовольные политикой своего стачкома, могли собраться на новый митинг и низвергнуть старый состав комитета, выдвинув из своей среды новых лидеров.

Эта особенность формирования стачкомов свидетельствует еще об одной характерной черте отношений власти, возникающих в переходные периоды. В межсистемных ситуациях имеет место тенденция возвращения к простейшим, рудиментарным формам передачи власти, которым присущи непредсказуемость норм, процедур и соответственно результатов этой передачи. Смена стачкомов указывает на правомерность такого вывода: вместо налаженного механизма передачи власти из рук комитета, срок полномочий которого завершился, новому комитету имела место иная форма передачи власти, при которой власть возвращалась к своей первооснове - шахтерской массе, которая вновь выбирала из своего состава полномочный орган, а также могла в любой момент изменить порядок его формирования и функционирования.

Роль митингов как фактора власти проявлялась также и в других аспектах. Специфические условия межсистемных ситуаций создают обстановку, при которой митинги становятся силой, способной делегитимизаровать тот или иной властный орган и, в конечном счете, устранить его с политической арены. В связи с этим обратим внимание на роль митингов, состоявшихся в начале 1990 г. во многих областных и республиканских центрах (Свердловске, Перми, Донецке, Душанбе, Харькове, Полтаве, Воронеже, Владивостоке и т.д.) и оказавших мощное воздействие на процесс делегитимизации партийной власти66. Следствием этих митингов были, как правило, отставки отдельных партийных руководителей или всего областного партийного руководства.

В ряде случаев смена руководства происходила не только под влиянием площади, сколько с ее непосредственным участием. Так, например, бюро Черниговского областного комитета КПУ сложило свои полномочия на спортивном стадионе при участии тысяч людей.

В г. Агджабеди Азербайджанской ССР митингующие первоначально штурмом заняли здание районного комитета компартии, после чего состоялись выборы первого секретаря райкома с непосредственным участием митингующих67.

В Волгоградской области волна митингов смела не только областное партийное руководство, но и районное. Так, участники митинга, состоявшегося в райцентре Дубровке и собравшего несколько тысяч человек, потребовали немедленной отставки первого секретаря райкома КПСС, председателя райисполкома, редактора местной газеты, членов бюро райкома. Требования митингующих были незамедлительно выполнены. На некоторое время митинг превратился в «райцентровский парламент, решавший судьбу Дубровки»68.

Эти митинги с учетом их масштабов и последствий, которые они несли для властных институтов, довольно точно были охарактеризованы в прессе того времени как «революции местного значения»69.

Повышение роли народных масс в межсистемный период прослеживается и в других аспектах. Характерными проявлениями этой тенденции в 1917 г. были самочинные аресты бывших чинов полиции, царских министров и других чиновников населением, самосуды.

Специфическое ее проявление - «тюремные республики»70, возникновение которых, по всей видимости, являлось отражением общей тенденции к самоуправлению.

§ 2. Взгляды политических партий на проблемы власти переходного периода: сравнительный анализ Специфика отношений власти в переходные периоды обусловливает и характер взаимоотношений политических партий и общественных движений с властью. Для политической жизни в исследуемые нами периоды характерны легальное существование и легальная, открытая борьба за осуществление своих целей сил, выступающих с позиций защиты «старой» общественной системы, а также тех партий и движений, которые стремятся к формированию новых отношений, разрушающих эту общественную систему.

Такое положение вещей коренным образом отличается от тех политических отношений, которые характерны для системных исторических ситуаций. Как уже отмечалось выше, любая общественная система стремится к ограничению общественных и политических сил, которые выступают за ее низвержение. Именно для таких сил, как справедливо заметил в свое время А. Грамши, резервируются меры государственного принуждения, выбор которых зависит от множества факторов, в том числе места, времени, социокультурного контекста существования государства, его типа.

Ослабление «старых» институтов власти в межсистемные периоды, появление в этих условиях контрвласти создают условия для легализации и развития тех несистемных для умирающей общественной системы сил, деятельность которых ранее каким-либо образом ограничивалась.

Анализ двух межсистемных ситуаций позволяет заключить, что наибольшее влияние на политический процесс в таких ситуациях оказывают три политических силы, различающиеся своим отношением к «старому» и «новому» системным качествам. Согласно этому критерию, имплицитно содержащему в себе отношение партий к власти, можно выделить консервативный лагерь, радикальный лагерь и межсистемный центр.

К консервативному лагерю, по всей видимости, принадлежат те политические партии и общественные движения, которые в межсистемной исторической ситуации отстаивают нормы и ценности разрушающейся общественной системы71. Такой критерий позволяет отнести к этому лагерю в одном случае (1917-1918 гг.) партии буржуазнолиберального характера (кадетов, бывших октябристов и т.д.), в другом (1985-1993 гг.) - неокоммунистические организации, а также консервативную часть КПСС, не воспринявшую идеи, осуществлявшиеся ее руководством.

Выше мы выяснили, что наряду с этим политическим лагерем в межсистемные периоды легально действуют противоположные политические силы, смысл существования которых заключается в наиболее полном уничтожении тех экономических и политических отношений, защитниками которых являются консерваторы. В отношении разрушающейся общественной системы эти силы выступают как радикальные. В то же время, наряду с негативной стороной их деятельности (разрушение старых отношений), в межсистемный период проявляется и позитивная сторона - создание условий для быстрого и всеобъемлющего развития элементов новой общественной системы. В этом отношении радикальный лагерь обнаруживает свою системную природу.

В условиях 1917 г. к этому политическому лагерю имеет смысл отнести партию большевиков и ее сторонников. Именно эта политическая сила наиболее последовательно выступала за ликвидацию буржуазного строя и формирование основ социалистического общества.

В годы перестройки формирование радикального лагеря шло под флагом разрушения власти КПСС и создания общественной системы, основанной на приоритетном развитии негосударственных секторов экономики, идее создания правового государства, разделения властей и т.д. Таким образом, радикальный лагерь периода перестройки составляли партии буржуазно-либерального, национал-либерального, социал-демократического толка.

Существование противостоящих лагерей в обеих исследуемых межсистемных исторических ситуациях способствовало появлению третьего политического лагеря, оказывавшего заметное влияние на политические процессы и, в частности, на отношения власти. Эту политическую силу имеет смысл обозначить как межсистемный центр.

Как известно, центристские течения в политике характерны для любой общественной системы. Так, уже Аристотель, указывая на важность его существования для стабилизации политической системы, отмечал в «Политике», что двум противоположным, противостоящим друг другу силам «не найти никакой иной конституции, помимо “средней»72.

Рассматривая эту идею античного философа, мы имеем дело с определенным типом центризма, который можно охарактеризовать как «системный». Защищая основополагающие (базовые) ценности существующей общественной системы, он балансирует между окружающими его справа и слева силами, которые либо также ориентированы на существующую систему, либо принимают ее «правила игры».

Очевидно, что, наряду с этими системными силами, такой центр «отличается негативным отношением к радикальным решениям и действиям»73, стремится к отсечению и изоляции несистемных сил.

Исследуемый нами политический лагерь являет собой другой тип центризма. Его отличия от системного напрямую связаны с характером процессов, протекающих в межсистемные периоды, с особенностями расстановки политических сил. В отличие от описанного выше межсистемный центр балансирует, лавирует между полярными течениями, выступающими за формирование разных общественных систем, борьба между которыми осуществляется по принципу «кто кого» и не приемлет компромиссов. В этом противостоянии появление межсистемного центра возможно лишь постольку и настолько, поскольку и насколько устанавливается относительный баланс этих сил, представляющих разнонаправленные тенденции общественного развития. В таких условиях роль межсистемного центра заключается в смягчении накала борьбы, придании ему относительно мирного характера.

В ситуации весны - осени 1917 г. роль межсистемного центра играли меньшевики и эсеры, оказавшиеся буфером в борьбе буржуазных партий за единовластие Временного правительства, войну до победного конца, создания условий для развития элементов буржуазного общества, с одной стороны, и большевиками - с другой. В годы перестройки центристское течение во главе с Горбачевым, отстаивая компромиссную линию общественного развития, оказалось буфером в столкновении коммунистической и антикоммунистической тенденций.

Сделав эти предварительные замечания, обратимся к сравнительному анализу платформ выделенных групп политических партий и движений на проблемы власти, возникающие в межсистемных исторических ситуациях, заострив внимание на их отношении к специфическим явлениям переходного периода, а именно двоевластию, многовластию, минимизации государственного насилия и другим описанным выше явлениям.

Позиции указанных политических лагерей являются отражением их отношения к тем двум системным качествам, которые «конкурируют» за свое существование в межсистемных исторических ситуациях. Это отчетливо прослеживается во взглядах консервативного лагеря на власть. Представители этой политической силы исходят из тезиса о необходимости сохранения и защиты ценностей и норм разрушающейся общественной системы. Поэтому этот лагерь проявляет себя как сила, стремящаяся к утверждению единовластия тех государственных и политических институтов, которые «обслуживают» эту общественную систему. Очевидным доказательством этого тезиса является деятельность кадетов в межсистемной ситуации 1917 г., организаций и течений неокоммунистического характера в условиях перестройки.

Специфика властеотношений в ситуации 1917 г. состояла в том, что консервативный лагерь, выражающий интересы буржуазных и буржуазно-помещичьих кругов, вынужден был бороться за единовластие только что сформированного Временного правительства, власть которого еще не была «укоренена» в провинции. Уже с первых часов существования Временного комитета Государственной думы и Временного правительства лидеры кадетов и других родственных ей партий требовали от общества полного подчинения новой власти. В воззвании Партии народной свободы, опубликованном в «Речи» говорилось: «Граждане, доверьтесь этой власти все до единого,... дайте созданному Государственной думою правительству совершить великое дело освобождения России от врага внешнего и водворения в стране мира внутреннего, основанного на началах права, равенства и свободы»74.

Идея поддержки Временного правительства и наделения его всей полнотой власти нашла свое логическое воплощение в резолюции VII съезда кадетов, делегаты которого высказались за полное доверие Временному правительству «как к единой власти, стоящей над всеми партиями»75. VIII и IX съезды этой партии подтвердили приверженность кадетов этому тезису.

Та же идея единовластия была присуща и консервативному лагерю в период перестройки: некоммунистические организации выступали за сохранение и упрочение власти КПСС при соответствующем разграничении полномочий между партийной и советской структурами.

С другой стороны, консервативному лагерю 80-х - 90-х гг. пришлось бороться не только с политическими силами, разрушающими эти институты извне, как это было в условиях межсистемной ситуации 1917 г., но также и с процессами изменения и разрушения этих органов власти изнутри. Достаточно отметить, что сам процесс формирования консервативного крыла в КПСС и консервативного лагеря вообще в немалой степени шел под флагом отрицания тех идей, которые провозгласило и осуществляло на практике руководство КПСС. Таким образом, в идею единовластия органов разрушающейся системы была вплетена идея коренного изменения того политического курса, который осуществлялся КПСС и советским государством в годы перестройки.

Типичной в этом смысле является резолюция, принятая на расширенном заседании Координационного совета ОФТ по завершению работы XXVIII съезда КПСС. Обращая внимание на положение дел в партии, Координационный совет отмечал: «внутрипартийная власть прочно удерживается оппортунистическим, пробуржуазным руководством во главе с М.С. Горбачевым, которое вовсю пользуется механизмом единоначалия для идейно - организационного развала партии... От имени партии проводится преступная, антинародная, эксплуататорская политика... ради возрождения власти класса капиталистов,... она расширяет социальную базу буржуазной контрреволюции, совершаемой с 1987 г. под видом перестройки»76. Таким образом, идея сохранения партии как властного института, отстаиваемая консерваторами, одновременно означала ее очищение от сторонников демократического социализма.

Pages:     | 1 |   ...   | 36 | 37 || 39 | 40 |   ...   | 46 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.