WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 34 | 35 || 37 | 38 |   ...   | 43 |

Утром, между шестью и семью часами, директор на всякий случай отправил своего слугу объявить каждому учителю о том, что его превосходительство прибыл. По этой же причине учитель русского языка встал на полтора часа раньше, чем обычно, распорядился сразу же разбудить гимназистов, позвал их к себе и дал необходимые советы. Надев парадную униформу – в России учителя, находясь в классе, обязаны были всегда надевать форменный пиджак с блестящими пуговицами, – он, не поев, отправился к заместителю директора, где собрались и другие учителя за час до начала занятий и откуда потом все отправились в школу.

Поскольку я, конечно же, не попал в школу вместе с ними, то не могу с уверенностью сказать, что представляла из себя эта проверка. Я смог присутствовать только лишь при проверке учителя гимнастики, так как это происходило во дворе школы. В Новгородской гимназии занятия гимнастикой проходят в трех группах: четыре старших класса в одной группе и младшие классы – в двух группах. Во время проверки шло занятие в группе старших классов. Мальчики были выстроены в ряд, и через какоето время инспектор вышел на улицу и сказал: «Добрый день, мальчики!» «Дай Вам Бог, Ваше превосходительство», – ответили они. Затем было шествие шагом и бегом, а под конец они прошли длинными рядами перед его превосходительством, который несколько раз сказал «хорошо, мальчики», на что они отвечали «рады стараться, Ваше превосходительство».

Такой, несколько элементарной гимнастикой занимаются в российских гимназиях 21–22 часа в неделю. Несколько лет назад, по крайней мере в Новгородской гимназии, занимались стрельбой из ружей.

Вечером его превосходительство должен был проверить квартиры гимназистов, в первую очередь тех, которые живут у чужих людей. Для этого в квартире уже утром комната была хорошо натоплена, с пола убраны все лишние вещи. До обеда приходил учитель русского языка, которому доверялась тщательная проверка квартиры. В России проверка каждой ученической квартиры поручена какому-нибудь учителю. На этот раз он произвел окончательную проверку квартиры, дал последние указания и велел оставить одного гимназиста на два дня без обеда (это обычное наказание в гимназии), т. к. заметил, что гимназист оставил свой пустой портфель на кровати, а не повесил его на место – на гвоздь над кроватью.

Кроме того, у него было еще одно невыполненное дело. Только в последний момент заместитель директора вспомнил, что в этой квартире помимо гимназистов живет еще кто-то. Бог знает, что за человек, – финский студент. В специальную книгу, которая называлась «Журнал» и которая Юхо ПААСИКИВИ имелась в каждой квартире, а также в какой-то именной список гимназии по приказу заместителя директора и согласно данному им образцу было записано, что в квартире проживает «студент из Хельсинки из Александровского университета Его Императорского Величества, который по решению высокого начальства пребывает в городе». В любом случае чиновник счел нужным сделать так, чтобы инспектор не заметил этого финна, поскольку, по всей видимости, это не было уместным с педагогической точки зрения.

Поэтому учитель русского языка выразил пожелание директора и заместителя о том, чтобы финн удалился в тот вечер. И этот приказ был выполнен.

Вечером в половине десятого инспектор вместе с директором и заместителем посетил квартиры, на что у них ушло почти полчаса. Была сделана попытка проверить, что в квартирах нет никаких вредных для молодежи книг и пр. и что все так, как и должно быть. Все было в порядке, так как в квартирный журнал его превосходительство соизволил написать часто используемую армейскую фразу – «все было найдено в должном порядке».

Во время отъезда произошел небольшой конфуз: заместитель директора в спешке надел на его превосходительство шубу директора, который считался самым большим мужчиной в Новгороде. Поскольку лакеев поблизости нигде не было, заместитель директора был обязан подать шубу инспектору, т. к. чин того был равен чину генерала. Его превосходительство, помощник инспектора, должен подавать пальто инспектору, а обычные учителя подают пальто или шубу директору и заместителю директора и т. д. так, что выстраивается долгая ровная вереница, которая Бог знает где кончается, наверное, там же, где пальто и шубы.

Пробыв в городе неделю, в течение которой в его честь было дано пять или шесть обедов, его превосходительство уехал. В местной школьной жизни опять воцарилась привычная тишина, и все пошло своим чередом.

Инспектор, по всей видимости, был очень доволен местными школьными условиями. Рассказывают, что во время поездки в Тверь он также не выразил никакого недовольства, но через пару недель после его отъезда из Петербурга пришла большая бумага, в которой говорилось, что такие-то учителя должны быть уволены и на их место должны быть назначены другие.

Но, судя по всему, такая участь не постигла Новгородскую гимназию.

Текст печатается по изданию:

Чело. 1999. № 2. С. 78–87.

Литература: Polvinen T., Heikkil H., Immonen H. J. K. Paasikivi. Valtiomiehen elmnty. I. 1870–1918. Helsinki, 1989; Pohlebkin V. V. J. K. Paasikvi ja Neuvostoliitto.

Espoo, 1980.

XIX – нач. ХХ в. «Тень великого имени» РИХАРД ЭКБЛУМ ШВЕЦИЯ ЭКБЛУМ Рихард (1874–1959) – шведский лингвист, профессор славянских языков Упсальского университета, автор классических трудов по исторической фонетике и акцентологии славянских языков. Под его руководством начался новый период в изучении славянских языков в Упсале, славистика в Швеции стала популярным предметом. Он внес большой вклад в описание фонетической системы русского языка. В 1911 г. он написал русскую грамматику, которая затем неоднократно переиздавалась. Ценным вкладом в изучение языковых контактов между Скандинавией и Россией стало его исследование о скандинавских заимствованиях в русском языке «Русское и варяжское в географических названиях Новгородской земли» (1915), в котором он доказывал скандинавское происхождение многих русских географических названий этого региона. С целью изучения местных названий на северо-западе России он несколько раз приезжал в Россию. Предлагаемые вниманию читателей отрывки из его путевых заметок относятся к его первой поездке.

Солнце проглядывало сквозь серую дымку. Испепеляющая жара висела над старым Новгородом, известным сотней луковичных куполов, венчающих его церкви. Я поселился в маленькой комнате на Московской улице и начал штудировать гамсуновского «Мечтателя». Мне посоветовали прочитать произведения Гамсуна в переводе на русский.

Как я очутился в Новгороде Мне казалось, что в районе озера Ильмень можно найти следы пребывания варягов, сохранившиеся до сих пор в местных названиях. Готовясь к поездке, я обнаружил в Королевской библиотеке старую карту, на которой нашел речку Варяжку, название которой означает «Река варягов». И я отправился к потомкам жителей древнего Хольмгорда.

Это было в 1909 году. Я остановился в лучшей гостинице города, но мне она не пришлась по вкусу. Еда была хорошая, столовая тоже. В ней, как и во всех ресторанах того времени, стояла музыкальная шкатулка, большая, как церковный орган. Она закрывала собой всю стену. Можно было опустить монету, и тогда начинала играть музыка, под которую маленький деревянный человечек, одетый во фрак, отбивал такт. В конце каждого музыкального отрывка он кланялся, как будто отвечая на аплодисменты публики.

Комната же моя была, напротив, ужасна. По ночам, лежа в кровати, я ощущал нестерпимый зуд. Без сомнения, каждый раз, ложась в кроРихард ЭКБЛУМ вать, я давил сотнями нарушителей моего спокойствия. Но на следующую ночь появлялись новые полчища.

Тогда я отправился в латинскую гимназию, чтобы посоветоваться с директором насчет новой квартиры. Учебное заведение представляло собой следующее: 160 учеников, директор, инспектор или заместитель директора и канцелярия, в которой шесть человек, щелкая на счетах, мешали друг другу плутовать с гимназической бухгалтерией. Директор дал мне понять, что он на слишком высоком посту, чтобы заниматься моим делом, – он не пожал мою руку, протянутую для приветствия, но тем не менее был столь любезен, что подсказал мне обратиться к инспектору, приятному человеку, который свел меня с молодым учителем Николаем Николаевичем Кузьминским. Его жена была зубным врачом.

Они-то и взяли меня постояльцем.

За моим окном, которое выходило на улицу, слышалось своеобразное восточное церковное пение. Невысокий мужчина в перепачканной поношенной одежде и рваных войлочных сапогах, предназначенных на самом деле для зимы, так называемых валенках, нес на голове крышку гроба. За ним шли священники и церковные служки в полном облачении. Процессию замыкала повозка, на которой стоял открытый гроб.

В нем лежала молодая женщина. Лицо ее было красиво и полно покоя.

Все казалось чужим и удивительным, как во сне. И это была типичная для деревень и маленьких городов картина похорон в те времена.

– А гигиенично ли это – спросил я заглянувшего ко мне хозяина.

– Нет, особенно теперь, поскольку у нас свирепствует холера. Но не так просто ломать старые устои. На прошлой неделе здесь неподалеку скончались четыре человека, потому что они вопреки всему пошли на поминки, которые справлялись по умершему от холеры крестьянину. Люди умирают и умирают. Что на это можно еще сказать Каждый рожденный смертен, – добавил он, цитируя свой перевод на русский из саги о Фритьофе.

Из столовой доносился шум кипящего самовара.

– Ну, а теперь, Ричард Андреевич, – сказал мой хозяин, – пора пить чай! Самовар шумел совсем по-домашнему. Ему вторило бурчание, доносящееся из угла комнаты. Оно исходило от работающего аппарата, на котором Вера Ивановна, молодая хозяйка, изготавливала съемные зубные протезы. «Отныне это станет звучать для меня как музыка», – подумал я… Моя комната меня вполне устраивала. В одном из ее углов стояла большая плита. За ней кишели тараканы. По ночам самцы летали по комнате, шелестя крыльями. В определенном смысле, в русских домах XIX – нач. ХХ в. «Тень великого имени» тараканы являются неприкосновенными. Считается, что они создают уют. У одной из стен в моей комнате стоял умывальник – замечательное изобретение для совершения омовений. Он представлял собой изумительный предмет обстановки и поразительным образом напоминал пианино.

Время от времени я бродил по окрестностям города и записывал местные названия. Иногда сидел у костра, слушал рассказы стариков и ел печеную в золе картошку, как в детстве. А случалось, сидел на берегу Варяжки и представлял себя участником походов, в которые викинги отправлялись тысячу лет назад.

Новгород был не особенно богат на развлечения. Я завел себе несколько добрых друзей, студентов. Мы часто катались на лодке по Волхову и время от времени достигали Ильменя. Иногда посещали старые монастыри.

Однажды воскресным днем мне пришлось наблюдать очень большую церковную процессию, так называемый крестный ход. Люди шли по старому валу и несли церковные хоругви. Впереди шествовали священники, размахивая кадилами. Крепкие мужчины несли особенно большие иконы на носилках. Старики и молодые, солдаты и простой люд бросались на землю, чтобы эти святыни пронесли над ними. Иногда это напоминало индийский праздник. Процессия остановилась у Волхова, вблизи Софийского собора. Празднование закончилось торжественным освящением воды. Считалось, что это очистит речную воду от заразы.

Это было весьма своевременно, ибо холерные вибрионы размножались с поразительной быстротой день ото дня. В один из дней церковное действо с освящением воды проходило в Антониевом монастыре к северу от города. Игумены и монахи, с одной стороны, протоиерей и простые священники, с другой, пытались раздуть праздничную лихорадку до неимоверных размеров. Как обычно, они кидали косые взгляды друг на друга, потому что все высшие церковные посты занимали представители черного духовенства.

Но вдруг произошло нечто, что напомнило обеим сторонам о суетности всего сущего. Совершенно неожиданно появился блаженный – святой, мученик, в грубых стоптанных сапогах и в рубахе, доходящей до пят, которая когда-то была белой. Из-под нее виднелись перекинутые через плечи железные цепи. На голове у него была странным образом пошитая шапка, так что в ней умещалось несколько килограммов жеРихард ЭКБЛУМ лезного хлама. Как на посох, он опирался на сломанный посередине багор, украшенный сверху помятым латунным шаром.

Там, где он проходил сквозь толпу, люди приходили в экстаз. Я тоже был захвачен всеобщим настроением. У меня было такое чувство, что в этой ситуации я был похож на фигуру Папы Римского, изображенного в левом нижнем углу рафаэлевской Сикстинской Мадонны. Или скорее на фигуру главнокомандующего, запечатленную в нижнем правом углу фотографии, на которой кронпринцесса Ингрид выходит из главного собора Стокгольма после церемонии венчания.

Позже мне случалось время от времени сталкиваться с тем же самым юродивым. Он часто околачивался среди торговцев снедью на рынке: у него был хороший аппетит. Я попытался вызвать его на дискуссию, чтобы выяснить его взгляды на разные вопросы. Но, насколько я мог понять, у него вообще не было никаких мыслей. Наши разговоры постоянно прерывались его неуемным желанием вкусить дары торговых рядов. Стоило ему едва лишь ткнуть пальцем в то, что он хотел получить из съестного или напитков, чтобы торговцы, осеня себя крестом и почтительно кланяясь, протягивали ему все желаемое.

Об оплате не было и речи.

Иногда мы с друзьями ходили на берег реки и помогали тащить баржи. Мы впрягались в канаты и тянули-тянули, в то время как бурлаки пели. По-моему, это было довольно приятно.

Текст печатается по изданию:

Чело. 1998. № 1. С. 7–8.

Литература: Ekblom R. Rus – et vareg dans les noms de lieux de la region de Novgorod. 1915; Ekblom R. Tur och retur. Gteborg, 1996.

РОБЕРТ БАЙРОН ВЕЛИКОБРИТАНИЯ БАЙРОН Роберт (1905–1941) – английский писатель-путешественник, журналист. Учился в Итоне и Оксфорде. В целях расширения кругозора и продолжения образования он путешествовал по Греции, Индии, Афганистану, Тибету, Персии, России, Китаю, Египту. Результатом путешествий были книги, в том числе «Сначала Россия, потом Тибет» (1933). В ней он противопоставляет культуру Тибета, которая, по его мнению, не имела точек соприкосновения с европейской, русской культуре, которая была тесно связана с европейской. Его жизнь трагически оборвалась в 1941 г., когда корабль, на котором он плыл, был торпедирован немцами.

ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД На фоне безумия, организованного и действующего полным ходом в большевистской России, ту гостеприимную и спокойную страну, которую описывали довоенные путешественники, теперь уже не узнать.

Pages:     | 1 |   ...   | 34 | 35 || 37 | 38 |   ...   | 43 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.