WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

Первая - это применение мер безопасности по субъективному усмотрению должностных лиц при отсутствии гарантий их необоснованного применения. Другая крайность - это усложненная процедура применения мер безопасности, что приводит к запоздалой реакции и также чревато негативными последствиями.

Порядок применения мер безопасности и уровень субъекта, принимающего решения, зависит от нескольких составляющих: с одной стороны, от «жесткости» меры безопасности, а с другой - от степени и реальности опасности.

Чем ощутимее правоограничения, составляющие содержание мер безопасности, тем обстоятельнее должна быть процедура принятия решения об их применении. Однако реальная опасность требует быстрого решения. В ситуациях необходимой обороны и крайней необходимости размышлять некогда.

В случаях, не терпящих отлагательств, может иметь место и упрощенная процедура, но в этом случае post-factum должна проводиться проверка или утверждение решения. Так, в соответствии с Законом РСФСР «О чрезвычайном положении» указ о введении чрезвычайного положения подлежит немедленной передаче и рассмотрению Советом Федерации, а в случае, если не будет утвержден, указ утрачивает силу. Именно с этих позиций следует рассматривать процедурные моменты антитеррористических мер безопасности.

Акции терроризма осенью 1999 года в Москве и в других городах России породили массу упрощенных рекомендаций. Никто не спорит, порядок наводить надо. Население с пониманием относится к неудобствам, которые связаны с проведением контртеррористических операций. Ради безопасности можно пожертвовать и потерпеть.

Но пока нет гарантий, что активность спецслужб и правоохранительных органов всегда будет использована по назначению. Уже имеются примеры того, как антитеррористическая карта разыгрывается в политических «разборках».

Сценарий установления диктатуры под флагом борьбы с терроризмом достаточно реален. Поэтому, разворачивая систему борьбы с терроризмом, очень важно, чтобы она осуществлялась исключительно в рамках закона.

В соответствии со ст. ст. 26 и 27 Федерального закона «О борьбе с терроризмом» контроль за деятельностью спецслужб осуществлют Президент и Правительство, а надзор - прокуратура. Понятное дело, что есть вопросы сугубо конфиденциальные, но это еще не повод, чтобы отказаться от контроля деятельности со стороны судебной и представительной ветвей власти. Тем более, что специализированные формы такого контроля в цивилизованных странах давно отработаны. Иначе мы в очередной раз окажемся «заложниками» власти, благими намерениями которой выстлана дорога к нынешнему кризису.

Серьезную специфику имеет процедура применения санкций безопасности. Вопрос этот неоднократно был предметом обсуждения в конце ХIХ и в начале ХХ веков. Некоторые участники дискуссии полагали излишней судебную процедуру при назначении мер безопасности за противоправное деяние. Предполагалось, что с этим может справиться комиссия экспертов, в частности врачейпсихиатров или полиция. Другая сторона, настаивала на судебной процедуре1.

Очень убедительные примеры того, что пренебрежение судебной процедурой и произвол взаимосвязаны, дает советская история и в частности деятельность печально известных троек, двоек НКВД, а затем особых совещаний. Деятельность этих органов характеризовалась доведенной до абсурда закрытостью; использованием в качестве доказательств агентурных сводок и показаний секретных сотрудников, анонимок, доносов, характеристик, отсутствием процедур обжалования и защиты.

Испытавший на себе все прелести «классовой целесообразности» Юрий Домбровский так описал работу особого совещания: «Люди, составляющие эту страшную, всемогущую и совершенно безответственную тройку (их, кажется, было трое), не имели ни фамилий, ни званий, ни должности. Они были - ОСО.

Ни один из осужденных не видел их подписи под приговором. Ему никогда не оставляли приговор для обжалования. Был аккуратный бланк формата почтовой открытки. Вот примерно такой.

Выписка из протокола заседания Особого совещания от.......

Слушали: Постановили:

Об антисоветской деятельности Осудить за антисоветскую Иванова Петра Сидоровича деятельность Иванова Петра (год, место рождения). Сидоровича (год и место рождения) на пять лет лишения свободы с отбыванием в Свитлаге.»«... Для этой таинственной троицы не существовало ни доказательств, ни судебного следствия, ни свидетелей, ни допроса подсудимого, ни статей закона, ни закона...»3 В этом чудовищном предупредительном механизме человек, в отношении которого творился произвол, по выражению Ю. Домбровского, “был третьим и лишним”.

Может быть, не стоило приводить столь обширную цитату из художественного произведения, но, пожалуй, лучше писателя не скажешь. Борцам за искоренение преступности «радикальными и кардинальными» мерами и носталь Жижиленко А.А. Указ. работа. С. 292 – 298.

Домбровский Ю. Факультет ненужных вещей // Новый мир. 1988. № 8. С. 108.

Там же. С. 109.

гирующим о былом порядке нужно чаще напоминать о цене такого «порядка» - миллионы жизней и искалеченных судеб ни в чем неповинных сограждан.

Но есть и другая сторона проблемы. В последние годы имеет место тенденция из псевдогуманистических побуждений не предоставлять субъектам мер безопасности процессуальных полномочий, в рамках которых они могут реализовать свои обязанности, либо, наоборот, излишне усложнять процедуру. В результате, например, участковый инспектор милиции, не имея возможности вызвать профилактируемого для получения от него объяснений, вынужден искать «обходные» пути и нарушать закон.

Очевидно, здесь, как и в любом деле, нужно искать «золотую середину».

При этом следует придерживаться простого правила: чем более мера безопасности ограничивает конституционные права и свободы личности, тем более обстоятельной и представляющей определенные гарантии должна быть процедура принятия решения, тем более авторитетным должен быть субъект, принимающий решение о применении этих мер или осуществляющий проверку его правильности.

Не следует идеализировать и судебную процедуру. Иногда она может быть даже вредна потому, например, что оказывает негативное воздействие на неокрепшую психику несовершеннолетнего. Учитывая это, мировая практика избрала два пути: 1) специализацию судебного процесса вплоть до создания суда для несовершеннолетних; 2) создание специализированного несудебного органа.

Оба варианта имеют свои достоинства и недостатки. В принципе принудительные меры воспитательного характера могут применяться не судом, а комиссиями по делам несовершеннолетних. Однако действующая процедура принятия решения в комиссии не обеспечивает защиты законных прав и интересов.

Исходя из указанных соображений, в судебном порядке должно приниматься решение о применении административного надзора к лицам, освобожденным из уголовно-исполнительных учреждений.

Мерой безопасности является и помещение в медицинский вытрезвитель. Вопрос о сохранении этой меры должен быть предметом специального научного исследования и парламентских обсуждений. Учитывая наши питейные традиции и климат, возможно, что эта мера необходима. Но уже сейчас ясно, что действующая процедура помещения в вытрезвитель не выдерживает никакой критики с точки зрения международных стандартов, принципов права и здравого смысла.

Помещение в медицинский вытрезвитель является одной из форм задержания. Следовательно, на задержанного должны распространяться все гарантии, предусмотренные Сводом принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме1.

См.: Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме: Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН Процедура помещения в вытрезвитель не предусмотрена ни в одном федеральном законе. В настоящее время она регламентируется «Положением о медицинском вытрезвителе при горрайоргане внутренних дел» и «Инструкцией по оказанию медицинской помощи лицам, доставляемым в медицинские вытрезвители», которые утверждены Приказом Министра внутренних дел СССР от 30 мая года № 106, с последующими изменениями и дополнениями.

В соответствии с этими документами сотрудники милиции вправе решать вопрос о том, что задерживаемый «может причинить вред окружающим или себе», а фельдшер визуально, на основе очень расплывчатых критериев, вправе диагностировать состояние и степень опьянения. Возможность освидетельствования в медицинском учреждении в случае несогласия задержанного с заключением фельдшера не предусмотрена.

К сожалению, регламентация процедуры применения мер безопасности в ведомственных нормативных актах - типичное явление. Такой подход противоречит ст. 55 Конституции РФ. Ведь зачастую процедура сама по себе ограничивает конституционные права и свободы, а следовательно, должна быть предусмотрена федеральным законом.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ Проблема, которую мы затронули, сложна и объемна. Вряд ли в одной монографии можно рассмотреть все ее аспекты. Перед нами стояла более скромная и посильная задача обобщить и систематизировать накопленный в юридической науке материал, заострить внимание на актуальных направлениях развития правовой теории мер безопасности, а также в меру своих сил и способностей сформулировать предложения.

Читатель, наверное, уже обратил внимание, что книга несет на себе отпечаток «уголовно-правового мышления». Это действительно так. Автор прежде всего является специалистом в области уголовно43/173 от 9 декабря 1988 г.// Правовые основы деятельности системы МВД России: Сб. нормативных документов: В 2 т. 2-е изд., уточн. и доп. М.: ИНФРА-М, 1996. С. 147 - 157.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.