WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

По мнению Ф. Граматика, существующее «уголовное право» должно заменить «право социальной защиты», конечной целью которого является не наказание преступника, а приспособление его к социальному порядку. Право социальной защиты предполагает ликвидацию понятия уголовной ответственности и замену его понятием антисоциальности. Его учение требует снятия философской пробле Кристи Н. Пределы наказания. М.: Прогресс, 1985. С. 69.

Там же. 1985. С. 78.

мы свободы воли и соответственно отказа от понятий «преступление», «преступник» и «наказание». Антисоциальная личность должна подвергаться предупредительному или лечебному режиму. По существу доктрина Ф. Граматика была направлена на уничтожение традиционной системы уголовного правосудия.М. Ансель и его сторонники придерживались более сдержанного и компромиссного варианта, который они назвали доктриной «новой социальной защиты». Так же, как и Ф. Граматика, главной целью они считали ресоциализацию преступника. Однако «новая социальная защита» не отказывается от понятий «преступление» и «наказание», определение законом которых «являются слишком большим благом, чтобы какая-либо система, желающая охранить себя, согласилась бы отказаться от этого»2. Она не отвергает классического подхода к преступному деянию, она только утверждает, что преступление – это неполное выражение проблемы, его нельзя отделять от социальной среды, которая его порождает и от личности, которая его совершает3. Преступление является основанием для назначения уголовно-правовых мер воздействия, но при этом должны учитываться особенности личности и социальной среды.

В объем мер социальной защиты включают и меры наказания, и меры безопасности, и меры социальной адаптации. «Проблема состоит в том, чтобы овладеть всеми средствами, - пишет М. Ансель, - при помощи которых борьба с преступностью может быть эффективно организована, имея в виду правильно понятый социальный интерес и не пренебрегая в то же время интересами личности. Итак, с этой точки зрения,... наказание и мера безопасности могут оказаться в равной мере полезными»4.

«Подлинное условие гармонического развития уголовных санкций... состоит благодаря отказу от жесткого разделения на «наказания» и «меры безопасности» в их свободном социально направленном и научно индивидуализированном использовании. Индивидуализация их применения позволит им стать подлинными факторами ресоциализации, что является конечной целью политики социальной защиты».5 Причем концепция «имеет в виду не отождествление, а интеграцию наказания и меры безопасности в единой системе уголовных санкций, основанной на физических, социальных и моральных критериях и определенной уголовной политикой, в которой См.: Ансель М. Указ. работа. С. 105 - 111.

Там же. С. 238.

См.: Ансель М. Указ. работа. С. 239.

Там же. С. 226.

Там же. С. 228.

уголовное право играет только свою обычную, но существенную роль в качестве гарантии личной свободы».Особую важность концепция новой социальной защиты придает предупреждению через ресоциализацию преступника, а ресоциализация понимается как процесс, который должен будет взывать ко всем духовным силам индивида, утверждать его веру в себя и возвращать ему чувство личной ответственности и человеческого достоинства.

Судебная процедура назначения санкций рассматривается в этой концепции как существенная гарантия от произвола и необоснованного ограничения личных свобод. Тем не менее, не отрицая значение судебных или иных формальных процедур, М. Ансель постоянно подчеркивает стремление к «деюридизации» и призывает руководствоваться «научным эмпиризмом», в обновленном уголовном процессе принимать во внимание всегда сложные причины преступления.

Очень любопытен подход М. Анселя к использованию предделиктных превентивных мер. Он пишет, что в принципе новая социальная защита не стремится «установить дискреционный превентивный режим или предусмотреть неограниченное право вмешательства со стороны государства в тех случаях, когда речь идет о потенциальных преступниках».2 Но замечает, однако, что в социальной действительности все законодательные системы их предусматривали. Поэтому, исходя из реальности, помимо общих социальных мер в отношении алкоголиков и наркоманов могут применяться предделиктные превентивные меры, но при условии их примирения с принципом законности.

Необходимое равновесие между принципом законности и введением мер предделиктного предупреждения «легко достижимо при соблюдении следующих условий: 1) точного установления и определения особых и ясно обрисованных видов опасного состояния; 2) определения понятия социально опасного состояния посредством тщательно и точно составленной формулы закона; 3) признания законом права предупредительного вмешательства со стороны государства, причем исключительно в точно указанных и определенных законом пределах; 4) установления определенных условий, относящихся к осуществлению такого права на вмешательство на основе системы, предусматривающей гарантии судебного и процессуального порядка, которые в принципе должны быть гарантиями общепра Там же. С. 228 - 229.

Ансель М. Указ. работа. С. 229.

вовыми»1.

М. Ансель и его сторонники не самоидентифицируются как «неоклассики» или «неопозитивисты», они заявляют, что интегрируют в своем учении оба подхода.

Всплеск популярности неопозитивизма привел к тому, что законодательства многих стран были переориентированы на осуществление контроля и некарательного обращения с преступниками.

Главным образом это коснулось скандинавских стран. Особой популярностью концепция некарательного воздействия пользовалась в Швеции. Но в отличие от первой волны позитивизма экстремистские идеи уже не имели признания и успеха. На этот раз основной упор делался не на обезвреживание, а на приспособление преступника.

Ограничения, составляющие содержание мер безопасности, играли второстепенную роль, создавая благоприятные условия для успешной ресоциализации преступника. Тем не менее «гуманистический позитивизм» оказался не столь эффективным, как ожидалось.

Пятый этап - это очередной период внешнего теоретического затишья, свидетелями которого мы являемся. Постепенное реформирование законодательства идет своим чередом. Одни меры воздействия уходят в небытие, другие приобретают популярность. «Модными» становятся новые, ранее не применявшиеся для борьбы с преступностью меры. На старые меры навешиваются новые ярлыки: меры «карательного» и «некарательного» воздействия (обращения), «стационарные» и «амбулаторные» меры, наказание и «альтернативные» меры (санкции) и т.п.

Меры безопасности как таковые мало кого интересуют. Они «выпали» из научного оборота. Даже сам термин «меры безопасности» пугает «борцов за права человека». Пожалуй, какой-то научный интерес к ним теплится в Германии, но и там за последнее десятилетие «праву мер» посвящено лишь несколько серьезных работ. Хотя официальная доктрина исходит из «двухколейности» немецкого уголовного права, «вторая колея» - меры безопасности - значительно меньше освоена, чем первая - наказание.

Можно только приветствовать появление новых более гуманных средств обращения с преступниками, которые имеют необычные и красивые названия. Но настораживает, что игнорируется правовая природа новых средств воздействия. На первый взгляд она не имеет никакого значения. Как говорится, «хоть горшком обзови...» Однако, если посмотреть на новомодные меры с традиционных позиций, выявляется интересное обстоятельство. Все они легко укладываются в известную «периодическую систему» средств правового Там же. С. 232.

регулирования: 1) принудительные меры, то есть меры наказания, безопасности и восстановления и 2) непринудительные, то есть стимулирование, поощрение. Те меры, которые не укладываются в «прокрустово ложе» названных, есть сочетание их в разных пропорциях.

Так, в основе популярной ныне концепции «преступник - жертва - компенсация» (нем. Tter - Оpfer - Ausgleich) лежит комплекс компенсационных (восстановительных) мер. А созданная во многих западноевропейских государствах и имеющая, на наш взгляд, большие перспективы относительно новая отрасль - уголовное право несовершеннолетних (нем. Jugendstrafrecht), содержит те же самые компоненты, что и общее уголовное право, только в основе их применения лежит воспитательная идея1. По большому счету, уголовное право по делам несовершеннолетних - это право, в котором успешное применение воспитательных мер обеспечивают меры безопасности. Не замечать меры безопасности в уголовном праве несовершеннолетних не только недальновидно, но и опасно. Это приведет и уже приводит, как показывает практика, к злоупотреблениям. «Изобретение» законодателем новых мер без учета их правовой природы напоминает работу химика, который не знает периодической таблицы Менделеева. В результате таких опытов можно изобрести хорошее лекарство, можно - алкоголь (как это сделали алхимики в Средние века), но можно взорвать не только себя, но и дом, в котором живешь.

Итак, анализ доступных нам источников, позволяет сделать следующие выводы:

1. Меры безопасности возникли одновременно с мерами наказания, в законодательных системах были представлены всегда, но теория права «открыла» их сравнительно недавно - в ХIХ веке. Наиболее интенсивно меры безопасности исследовались в рамках уголовно-правовой науки как разновидность уголовно-правовых санкций.

Теоретической «колыбелью» мер безопасности стало позитивистское движение.

2. Интерес к мерам безопасности проявлялся циклически. Это в значительной мере связано с тем, что маятник общественного и научного признания «движется от одной крайней позиции к другой - от классицизма к позитивизму, а затем от неоклассицизма к неопозитивизму. Ни одна из крайних позиций не отличается абсолютной См.: Дюнкель Ф., Пергатая А.А., Щедрин Н.В. Уголовное право по делам несовершеннолетних Германии // Правовая реформа в России и зарубежный опыт:

Межвуз. сб. науч. ст. Красноярск, 1997. С. 53 - 86.

определенностью»1. Иногда наступает спокойная, уравновешенная ситуация. «Всего понемногу. Немного от равенства, определяемого степенью тяжести; немного от контроля за мелкими правонарушителями, исходящего из их предполагаемых потребностей; немного неопределенных приговоров, постановляемых на основе гипотезы об опасности преступника.»2 И в эти периоды, «быть может, между позитивизмом и классицизмом (равно как и между неопозитивизмом и неоклассицизмом) больше сходства нежели различий»3, они «обнаруживают некое фундаментальное сходство»4. Этим колебаниям и соответствует попеременная популярность мер наказания и мер безопасности.

3. Меры безопасности в настоящее время признаны и восприняты всеми законодательными системами и занимают в них прочные позиции, причем не только в континентальном, но и в общем праве.

В уголовном праве всех стран есть особые, не относящиеся к наказанию меры воздействия к лицам, признанным невменяемыми или ограниченно вменяемыми, рецидивистам и несовершеннолетним. Уголовное законодательство является «двухколейным», то есть предусматривает одновременно и меры наказания, и меры безопасности.

4. Должного признания в теории права меры безопасности еще не получили и оформление их в самостоятельный межотраслевой правовой институт не завершилось. Терминология не унифицирована. Отсутствует четкость их легального и научного определения.

Само понятие «меры безопасности» достаточно аморфно, и разные авторы вкладывают в него неодинаковое содержание. Меры безопасности достаточно четко отграничены от наказания, а вот разграничительных линий, отделяющих меры безопасности от всех других средств воздействия - мер восстановления и мер социальной адаптации, пока не проведено. Наиболее распространенной ошибкой является употребление термина «меры безопасности» в широком смысле, когда в его объем включаются и меры восстановления, и меры социальной помощи.

Кристи Н. Указ. работа. С. 77 - 78.

Там же. С. 78.

Там же.

Там же. С. 79.

1.2. Развитие теории мер безопасности в России 1.2.1. Развитие теории мер безопасности в дореволюционной России В России, как и в других странах, обширный арсенал мер безопасности использовался издавна и широко до и после судебной реформы 1864 года. Подробное исследование их исторического развития еще впереди. Пока лишь можно утверждать, что на ранних этапах развития русского права этот вид принуждения не отделялся от наказания, а зачастую и вообще не закреплялся в законодательстве. Тем не менее, меры безопасности существовали и в значительной степени обеспечивали могущество и процветание Российского государства. Присоединение Сибири состоялось отчасти благодаря хорошо продуманной системе мер безопасности, которая включала в себя запреты на продажу оружия, свинца и пороха коренным жителям, захват аманатов-заложников1 и другие подобного рода меры.

Они буквально “пронизывали” весь жизненный уклад и обеспечивали нормальную жизнь любой деревни или города, любой общины.

Любопытно, например, что в сибирской деревенской общине к крестьянам, склонным к воровству, применялась такая своеобразная мера, как переселение в центр деревни ”ко всегдашнему за ними смотрению”2.

Постепенно с развитием права, меры безопасности получали более детальную регламентацию и “законодательную прописку”.

Подавляющее большинство мер безопасности в царской России регламентировалось в рамках полицейского права. Как пишет Н.С. Таганцев, они подразделялись на меры предупреждения и пресечения преступных деяний3. Для применения первых не нужно было виновности учинившего, а достаточно было обнаружения запрещенности учиненного: например, устранение из житейского оборота сочинений преступного содержания, контрабанды, вредных в санитарном отношении построек, неочищенных во время эпидемии отхожих мест или помойных ям; взятие под охрану беспризорного ребенка, не обладающего разумением, учинившего, например, воровство, или буйного душевнобольного.

История Сибири. В 5 т. Т. 2. Л.: Наука, 1968. С. 99.

См.: Крестьянство Сибири в эпоху феодализма. Новосибирск: Наука, 1982. С.

238 - 239.

Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть общая: В 2 т. Т. 2. М.:

Наука, 1994. С. 8.

Для вторых не требовалось ни того, ни другого, а достаточно было только вероятности совершения преступления, или одной общей порочности данного лица, или пригодности его к учинению правонарушений, или иногда даже просто принадлежности к преступному или порочному классу. В качестве примера можно привести такие меры как, административная ссылка порочных членов крестьянских или мещанских обществ; надзор, устанавливаемый в административном порядке за лицами, вредными для общественного спокойствия.Меры безопасности использовались и в других отраслях права.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.