WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 18 |

работа Министерства в этом направлении заключалась в том, что из губернии доставлялись ведомости о числе приверженцев и количестве молельных зданий, работали губернские совещательные комитеты, которые не только осуществляли полицейские функции, но и знакомились с местными условиями распространения старообрядчества; и, наконец, регулярные сведения поставляли чиновники Министерства. Нами в НАРБ обнаружены бланки (формы № 1,2) отчетности по Тарбагатайской волости за 1844г.xiv (См. приложение 1). Форма№ 1 - это ведомость о числе раскольников и разных сект в данной губернии. Форма № 2 носит название “Ведомость о раскольниках, молитвенных зданиях, находящихся в данной губернии”.

В Забайкалье, несмотря на намерения правительства установить строгий контроль за распространением старообрядчества и усилий местного чиновничества по сбору сведений о старообрядцах и сектантах, одинаково для всех согласий и толков, по-прежнему были неполными, отрывочными, так как собирались в одном и том же порядке, теми же методами, о чем свидетельствуют многочисленные ведомости, отнесенные в особые секретные дела. В “Деле о доставлении сведений по требованию начальства и должностных лиц”xv, с грифом “секретно” и угловым штампом МВД пристав 2 участка Верхнеудинского уезда Иркутской губернии за 12 марта 1847 г., сообщается: “Поручено волостному старшине собрать и доставить мне самые верные сведения о всех без исключения имеющихся в волости старообрядческих часовнях и под разным именованием молитвенных домов, причем обозначить в каких селениях, в чьих именно домах помещаются молельные, указать с какого времени устроена, а так же донести мне сведения о всех старообрядцах, занимающихся духовными требами, с обозначением по обязанностям начетчиков и уставщиков”. Такое донесение было составлено (см. приложение 2). Итак, правовая система в России в первой половине XIX века, в отношении старообрядчества была развита весьма слабо, ей отводилась роль второстепенная. Значительная часть этих дел проходила под грифом “секретно” или “совершенно секретно”, попадая тем самым в компетенцию Министерства внутренних дел, которое ведало составлением программ с целью пресечения деятельности старообрядчества в России.

Таким образом, законодательство первой половины XIX в. в отношении старообрядцев являлось отражением той позиции официальных органов, которая была доминирующей в указанный период. Так, раскол рассматривался правительством как временное зло в государстве, подлежащее уничтожению. Соответственно и правовая система носила ограничительно - запретительный и карающий характер. Сам факт вхождения данных юридических норм в уголовное законодательство явился следствием того, что старообрядчество в России было гонимой религией.

Между тем, численность приверженцев раскола, распространенность его на территории Забайкалья, убеждают в том, что это было далеко не временное “зло”, а реально существующее явление.

Формирование в 40-50-х гг. XIX в. законодательной системы, создание Свода Законов Российской империи ощутимо отразилась и на положении старообрядцев. Наряду с существующими в XVII в. законами о староверах, принимались новые акты, проводились мероприятия по организации административного надзора. Сначала в Санкт-Петербурге и Москве, затем в губерниях, где старообрядцы составляли значительную часть населения, были созданы Секретные совещательные комитеты по делам о раскольниках при МВД Российской империи. Губернские комитеты были призваны объединить усилия духовного и гражданского начальства в борьбе с распространением раскола. В марте 1841 г. вышел в свет закон, закрепившей систему наблюдения за состоянием раскола на местах.

Решение об образовании Секретного комитета в Иркутске было принято вследствие осложнившейся ситуации в Забайкальской области. В конце 30-40-х годов XIX в. в селах Куйтун, Куналей, Бичура, Мухоршибирь старообрядцы выступили против закрытия часовен, снятия колоколов, ареста священников. Когда в 1842 г. с. Харауз (Мухоршибирская волость) власти приступили к снятию колоколов и крестов с часовен, старообрядцы избили волостного голову, прибывшего вместе с земским заседателем Петровым и архимандритом Даниилом.xvi Подобный отпор заседатель Петров встретил так же в селах Тарбагатае и Новобрянское / Тарбагатайской волости/. На его приказание снять кресты с часовен старообрядцы ответили отказом, потребовали от него “особого высочайшего повеления”.xvii О “буйстве старообрядцев Забайкалья” было доведено до сведения Министерства внутренних дел. Оно предписало Иркутскому гражданскому губернатору лично выехать в старообрядческие села для наведения в них должного порядка.xviii Губернатор с военной командой в начале 1843 г.

выехал в Забайкалье.

В своих действиях по наведению порядка в старообрядческих селах, полиция встретила упорное сопротивление крестьян старообрядцев с.

Куйтун, которые в начале 1842 г. распечатали по приговору общества часовню и в течении двух лет оказывали неповиновение властям. Когда заседатель Осляковский в начале февраля 1842 г. первый раз прибыл в Куйтун, чтобы запечатать часовню, старообрядцы заявили, что скорее решатся пожертвовать жизнью, нежели допустить закрыть часовню. Они были вооружены кольями, палками, у некоторых были охотничьи ружья.xix На основе архивных материалов мы убедились в том, что действительно, ситуация со старообрядцами Забайкалья требовала решительных мер, и эти меры были приняты. Циркуляром МВД от апреля 1844 г. в Иркутске создается Секретный совещательный комитет, в соответствии с общими основаниями, утвержденными Николаем I в 1838г.

В состав комитета входили: архиепископ, губернатор, председатель палаты государственных имуществ, штаб-офицер жандармерии.

О деятельности Секретного совещательного комитета по вопросу о расколе подтверждает дело “О мерах против раскольников Забайкальского края”, в котором на 11 листах содержится выписка из журнала первого заседания Секретного совещательного комитета в Иркутске.

Документ представляет собой пять постановлений, в которых подчеркивается необходимость осторожного отношения к опечатыванию и уничтожению старообрядческих часовен. Первое и третье постановление запрещают строительство, ремонт часовен и молитвенных зданий, в соответствии с законом и мнением патриархального начальства. Часовни построенные после 17 сентября 1826 г. принадлежали опечатыванию, находившиеся в них богослужебные принадлежности и книги конфискации.xx Было принято решение назначить особого чиновника, который занимался бы только делами раскола. Назначить чиновника поручили Иркутскому гражданскому губернатору, инструкции должен был выработать комитет. Земских исправников и окружных начальников комитет обязал предавать суду старообрядцев - уставщиков и дьяков, производить расследование в случаях нарушения старообрядцами установленных правил и запретов. Особое внимание предписывалось уделять жалобам присоединившихся к церкви и угрозам со стороны раскольников.xxi Итак, деятельность Секретного совещательного комитета служит ярким примером административно-полицейского надзора над старообрядцами со стороны местного начальства, и отражением репрессивной политики государства.

& 2. Изменение политики государства по отношению к старообрядчеству Западного Забайкалья в 70-80 г. XIX в. – 1917 г.

В 70-80 годы XIX в., когда ведение учета староверов перешло в компетенцию Статистического комитета Иркутской губернии, появились заметные изменения. В печати стали появляться регулярные публикацииxxii, информирующие о движении населения в губернии, либо указывающие все существующие в государстве конфессии, либо сравнительные таблицы о количестве родившихся и умерших по отдельным вероисповеданиям и данными о естественном приросте.

Признаком изменения политики государства и общественного мнения в отношении старообрядцев в 80 г. XIX в. нужно считать снятие завесы секретности с обсуждения вопроса о религиозном инакомыслии, что выразилось в публикации внутренних документов правительства в журналах:

“Русский вестник”, “Церковный вестник”, “Отечественные записки”. Были напечатаны официальные записки о старообрядцах, проекты государственных и общественных деятелей, исторические очерки А. Р.

Орлова, А. С. Пругавина, Н. Н. Субботина и др. Всестороннее изучение истории возникновения, особенностей вероучения различных ветвей старообрядчества выявили безвредность для государства и церкви последователей некоторых толков в старообрядчестве. Тем не менее, борьба с расколом продолжала оставаться частью государственной политики. Во всех духовных академиях во второй половине XIX в. существовали кафедры истории и обличения раскола. Старообрядцев рассматривали не только как возмутителей спокойствия, но и как очаг иностранной угрозы. Н.И.

Субботин, известный полемист с расколом, возглавлявший в 70-80 гг.

кафедру истории раскола в Московской духовной академии, считал, что действия раскольников рассматриваются в политической системе враждебными силами в Австрии, Турции, как проявление недовольства народа политикой своего государства и этот очаг внутреннего конфликта может быть использован в удобной политической ситуации против России.

К концу XIX в. была выработана лояльная формулировка характеризующая суть вероучении старообрядческих толков на официальном уровне - “обрядоверие”.

Комитет министров в исполнении Манифеста Николая II об укреплении начал веротерпимости от 16.02.1903 г.xxiii, в Указе правительствующему Сенату от 17 апреля 1905 г.xxiv “Об укреплении начал веротерпимости” распространил 17 положений, регламентирующих расширение веротерпимости. Старообрядчеству и сектантству был посвящен специальный раздел.

В отличие от законов, принятых в XIX веке, о разделении старообрядцев на категории, в указе 1905 года впервые официально признали существование “вероучений старообрядческих согласий”. В первую группу были отнесены старообрядческие согласия, во вторую - сектантство, в третью - последователи изуверских учений, принадлежность к которым была наказуема в уголовном порядке.

Вместо понятия, принятого в официальных законоположениях и документах, термины “раскольники”, “старообрядцы” были присвоены всем последователям толков и согласий, которые принимали основные догматы православной церкви, но не признавали некоторых обрядов.

Старообрядческое вероисповедание было приравнено к православному, т. к.

признавалось существование старых обрядов наряду с новыми, разрешалось совершать общественные богослужения в молитвенных домах.

Старообрядческим духовным лицам присваивалась название “настоятелей” или “наставников”, с правом проведения богослужений и ведения метрических книг, разрешалось устройство старообрядческих школ, отменился запрет на печать старообрядческих богослужебных книг.xxv Религиозная свобода старообрядцев выражалось в легализации религиозных старообрядческих объединений, за которыми закреплялось название “община”. Община могла владеть движимым и недвижимым имуществом и прежде всего иметь храмы. В первом пункте положения об устройстве старообрядческих общин декларировалось право староверов свободно исповедовать свою веру и отправлять религиозные обряды.xxvi Для создания общины достаточно было собрать всего 50 подписей. В разъяснении к указу, министерство внутренних дел добавило, что женщины одного и того же семейства не исключались из лиц, подписавших заявление об образовании общин.xxvii В общем собрании каждый член общины, достигший 25 - летнего возраста, имел право голоса, (кроме лиц, которых общее собрание могло лишать этого права).xxviii Старообрядцам разрешалось устраивать в городах особые кладбища или отводить отдельные места в пределах общих кладбищ. Так, в городе Верхнеудинске было отведено специальное место под кладбище староверов.

В ст. 148 Устава о паспортах старообрядцам и поселенцам всех сект, за исключением скопцов, разрешалось выдавать виды на отлучки внутри империи на общем основании.xxix На основании этих законов и положений, прежде всего указа об образовании и деятельности старообрядческих общин, в столице Восточной Сибири г. Иркутске была создана старообрядческая община, названная во имя Покрова Божей Матери, построена церковь. Община стала духовным центром старообрядцев Иркутской губернии, в том числе и Забайкалья.xxx Наряду с предоставлением права организовывать общины, правительством отменялись распоряжения, ограничивающие прием старообрядцев и сектантов на общественную и государственную службы.xxxi Были расширены и другие общегражданские права старообрядцев.

Распоряжением министра народного просвещения, в соответствии с указом от 17 апреля 1905 г., были отменены предыдущие постановления о недопущении старообрядцев на должности учителей и наставников.

Староверам разрешалось выдавать свидетельства на право обучения детей и принимать на обучение в учительские семинарии. Была отменена также обязательность изучения Закона Божия ( православного исповедания ) для учащихся старообрядцев.xxxii Таким образом, старообрядцы к концу XIX в. разделились на множество толков и согласий и правительство вынуждено было дифференцировано подходить к вопросу о правовом статусе последователей того или иного толка, как тогда называли “сект”.

Законы в отношении раскола, принятые как основополагающие в первые три десятилетия XIX в., мало изменились. Гражданские власти на местах и в центре вынуждены были лавировать между официальным законодательством и секретными распоряжениями правительства. Выработка стратегии и конкретных мероприятий, направленных против раскольников, происходило в условиях строгой секретности.

Самым простым решением проблемы в этих условиях представлялась организация жесткого всестороннего контроля за старообрядцами, прежде всего путем усиления полицейского надзора. Для удобства установления контроля и определения меры наказания, правительство разделило старообрядцев по принципу вредности учения. Все категории старообрядцев, в отличие от сектантов, могли свободно пользоваться общегражданскими правами: заключения брака, назначения на должности, свободно перемещаться за пределы постоянного места жительства и другими, только при условии перехода из раскола в православие и полного раскаяния.

Религиозная жизнь старообрядцев, методы воздействия на них епархиальной администрации выражались ограничением доступа священников к старообрядцам и лишения их возможности проводить богослужения в молитвенных зданиях. Но надежды правительства не оправдались по причине недальновидной противоречивой конфессиональной политики, а так же из-за бюрократизма и карьеризма в управлении, усугубляемой всеобщей секретностью.

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 18 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.