WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

• При прочих равных, нищие славянского этноса получают больше подаяний, чем молдаване, а молдаване – больше, чем цыгане. Обнаруженная тенденция соответствуют теории этнического непотизма.

• Мужчины более склонны, по сравнению с женщинами, подавать милостыню представителям своего этноса.

Раздел 3 "Кросскультурное сравнение автобиографической информации о людях, просящих милостыню: Россия, Румыния, Чехия " посвящен результатам личных интервью с нищими в трех странах. Основные данные были собраны нами в 1998-2000 гг. Данные по азиатским цыганам получены в процессе полевой работы в Москве летом 2005 г., а по чехам – в Праге весной 2005 г.

Объем анализируемой выборки - 243 человека. Целью данного исследования было выявление основных типов жизненных траекторий нищих.

Несколько вопросов анкеты образовывали кластер, который можно было бы назвать «степень вовлечения в практику прошения милостыни». Сюда вошли вопросы о продолжительности практики попрошайничества, служит ли эта стратегия основным источником дохода, о регулярности сбора милостыни (сколько раз в неделю и сколько часов в день просит милостыню), не смущается ли данный индивид собирать подаяния, чувствует ли себя в данном городе комфортно и не пробовал ли он/она найти работу.

Нищие, опрошенные в России имели достоверно меньший опыт прошения милостыни, чем люди, опрошенные в Румынии и Чехии. Если в Праге 9% опрошенных сказали, что просят милостыню менее двух месяцев, а в Бухаресте таких нищих не было, то в Москве столь маленький опыт имели 38% опрошенных.

В России большинство опрошенных нищих говорили, что не рассматривают нищенство как основной источник доходов, что это лишь часть их прибыли. В Москве 23% опрошенных сказали, что прошение милостыни – для них основной источник дохода, в Праге таков 53%, а в Бухаресте – 53%.

В ходе опроса задавался вопрос о том, испытывают ли нищие смущение, когда просят милостыню. В России о смущении сказали 58%, в Праге – 40% и в Бухаресте – 38%. То есть опрошенные в Москве чаще, чем нищие в Чехии и Румынии испытывали психологический дискомфорт (эти данные согласуются с результатами исследований психологического портрета нищего в России).

Следует, однако, заметить, что смущение по поводу попрошайничества в российской выборке чаще всего испытывали пожилые люди (русские).

Таджики и люли отвечали на этот вопрос отрицательно. Один таджик объяснил свою позицию следующими словами: «Мне нечего стыдится того, что я делаю.

Скорее, испытываю от этого гордость, потому что могу таким способом накормить семью».

Задавая вопрос о том, насколько психологически комфортно себя чувствуют нищие в городе, мы планировали выяснить, прежде всего, отношение к нищим жителей города и местной милиции. В Москве лишь 49% опрошенных сказали, что им в городе комфортно, в Праге – 64%, а в Бухаресте – 87%. Если исходить из ответов на данный вопрос, то следует признать, что в России нищие чувствуют себя комфортно реже, чем в Чехии, а в Чехии, в свою очередь, - реже, чем в Румынии. Основным источником дискомфорта для нищих является преследование со стороны милиции. Практически все нищие в России упомянули о том, что милиция не разрешает им просить милостыню в определенных местах и зачастую требует «откуп» за разрешение на прошение милостыни.

По результатам опроса был установлен ряд отличительных признаков российского нищенства:

• Нищие в России просят милостыню в течение меньшего времени, в среднем – около года, а в Чехии и Румынии – 3 года.

• Прошение милостыни для российских нищих является большим стрессом, чем для нищих в Чехии и Румынии.

• Для России характерно наибольшее разнообразие причин нищенства.

Если в Чехии и Румынии в качестве причины чаще всего назывались индивидуальные обстоятельства жизни (болезнь, потеря работы), то в России зачастую нищие ссылались на социальные катаклизмы (война, голод в конкретном регионе), закрытие градообразующего предприятия.

Интервью с нищим показали, что нищие в России менее опытны и, повидимому, в связи с этим менее комфортно чувствуют себя в роли просящих милостыню. Иными словами, в России водораздел между группой нищих и другими социальными группами менее четок, и данная категория граждан в России может, с большой вероятностью, принадлежать и к другим социальным группам. Данный вывод будет дополнительно проверен в ходе исследования психологических особенностей нищих в России.

В разделе 4 «Психологические особенности людей, просящих милостыню» изложены результаты исследования процесса групповой идентификации человека с группой нищих, а также влияния, которое оказывает на личность человека членство в данной группе.

При анализе динамики групповой идентификации мы опирались на концепцию, в рамках которой социальная идентичность сводится к совокупности тех аспектов Я, которые определяются восприятием себя как члена определенных социальных групп. Учитывая, что группа нищих отвергается обществом, можно ожидать, что идентификация с данной группой является угрозой для самооценки человека. Включаясь в дискриминированную группу, человек встает перед необходимостью защититься от данной угрозы. В социальной антропологии описаны два типа поведения индивида в подобной ситуации:

1) Включаясь во взаимодействие с членами ингруппы, индивид идентифицируется с ними, его образ Я сближается со стереотипом группы. В ходе совместной деятельности представители группы вырабатывают защитные стратегии. В случае с группой нищих, эти стратегии могли быть следующими:

«Мы просим милостыню, а могли бы воровать», «Есть нищие, которые обманывают людей, но большинство из нас – честные люди». Совместная выработка подобных стратегий позволяет группе сохранить свою целостность, самодостаточность и защитить самооценку своих членов.

2) Человек, входя в группу, чувствует негативное отношение со стороны членов аутгрупп, в том числе референтных. В результате он не включается в непосредственное взаимодействие с членами новой группы, в связи с чем совместная деятельность по выработке стратегий социального творчества становится невозможной. Избегая принятия негативной идентичности, человек может использовать несколько вариантов поведения: 1 - индивидуальная мобильность (уход из новой группы в более высокостатусную), 2 - снижение субъективной значимости принадлежности к данной группе, 3 - установление психологической границы между группой и собой как личностью.

Основной задачей настоящего исследования стало определение того, какую именно защитную стратегию используют нищие в России.

В ходе данного исследования был собран материал по двум выборкам. В экспериментальную группу (ЭГ) вошла 61 русская женщина старше 55 лет, просящая милостыню в Москве. В контрольную группу (КГ) вошла 31 русская женщина старше 55 лет. Средний возраст в ЭГ составил 73 года, в КГ - 71 год.

Для оценки динамики идентификации с группой нищих был использован бланк, на котором расположены 13 шкал. Полюса каждой шкалы были обозначены парой противоположных психологических качеств. Инструкция нищим, согласившимся на интервью, была следующий: «Я хотел бы поговорить с Вами о людях, просящих милостыню. Опишите, пожалуйста типичного нищего (нищих). На этом бланке изображены шкалы. Например, представьте, что сверху на 1-й шкале расположены самые плохие люди, а снизу - самые хорошие. Отметьте точкой, где на ней находится нищий». После оценки нищего по всем шкалам, испытуемым задавался следующий вопрос: «А теперь отметьте, пожалуйста, где на этой шкале находитесь Вы сами». В итоге на каждой шкале респондент ставил две точки. Расстояние между точкой «образ Я» и точкой «стереотип нищего» отражало степень отождествления человека с данной группой.

Для выяснения эмоционального статуса человека испытуемому задавалось 9 вопросов:

Когда Вы в первый раз попробовали просить милостыню (задавался только в ЭГ) Знает ли ваша семья о том, что просите и давно ли (задавался только в ЭГ) Когда Вам тяжелее живется: в этом году или в прошлом Часто ли у Вас бывает состояние, когда ничего не хочется делать Что Вам снится (снилось в последний раз) Как вы относитесь к богатым людям Верите ли Вы в приметы (если да, то в какие) О чем Вы мечтаете Расскажите о самом счастливом событии вашей жизни Опираясь на результаты сравнения стереотипа группы нищих с большим (от 2-х лет) и маленьким (до 1-го года) стажем, можно сказать, что по мере прошения милостыни у человека существенно меняется стереотип данной группы (Таблица 5.3). Типичный нищий начинает восприниматься, как более «агрессивный» и «бестактный», более «удачливый» и «счастливый», более «бессовестный» и «плохой». По нашему мнению, модификацию образа группы нищих можно охарактеризовать как наполненную стигматизирующими чертами. Категории «счастливый» и «удачливый», в этом плане, являются особенно характерными для стигматизирующего стереотипа, когда представителям группы отказывается в жалости и они воспринимаются как по-своему счастливые. Такие характеристики, как счастье, агрессивность и бесстыдство нищих сливаются в образ агрессивного нищего, который на самом деле счастлив, но бесстыже обманывает окружающих, прося у них помощи.

Таблица 5.3. Результаты сравнительного анализа стереотипа группы нищих у опытных и неопытных людей, просящих милостыню Категория Стаж Стаж Разли- t – тест < 1 года > 2 лет чие различий Плохой 2,38 3,53 < 1,96* Счастливый 1,06 2,53 < 2,25* Замкнутый 2,38 3,00 < 0,Тревожный 3,28 3,60 < 0,Чистый 2,66 2,33 > 0,Неудачливый 4,72 3,27 > 2,41* Оптимист 2,06 3,20 < 1,Миролюбивый 3,19 1,20 > 2,68** Зависимый 1,69 2,73 < 1,Сильный 2,09 1,93 > 0,Бестактный 2,25 4,80 < 3,40*** Стыдливый 3,00 1,00 > 2,66** Одинокий 3,34 2,33 > 1,p< 0,05 ** p<0,01 *** p<0,Результаты по динамике отождествления просящего милостыню с группой нищих отличаются высокой согласованностью (Табл. 5.4). По всем 13 параметрам у нищих с большим стажем разница между образом Я и стереотипом группы нищих оказалась больше, чем у нищих с маленьким стажем. По 5 категориям данное различие оказалось достоверным. То есть можно с уверенностью говорить о феномене разотождествления человека, просящего милостыню, с группой нищих по мере увеличения срока прошения милостыни.

Таблица 5.4. Результаты сравнительного анализа отождествления с группой нищих опытных и неопытных людей, просящих милостыню по набору показателей Степень отождествления представлена, как разность между оценкой образа Я и стереотипа нищих.

Стаж Стаж Дина- t – тест Категория <1 года > 2 лет мика динамики Плохой 1,84 3,27 < 2,31* Счастливый 1,53 1,93 < 0,Замкнутый 2,06 2,60 < 0,Тревожный 2,03 3,40 < 1,99* Чистый 2,56 3,13 < 0,Неудачливый 1,47 2,00 < 1,Оптимист 1,97 2,93 < 1,Миролюбивый 2,03 4,67 < 4,01*** Зависимый 1,69 2,53 < 1,Сильный 2,56 3,13 < 0,Бестактный 1,91 4,60 < 4,05*** Стыдливый 2,31 4,60 < 3,23** Одинокий 2,59 2,73 < 0,* p< 0,05 ** p<0,01 *** p<0,На основании полученных результатов можно утверждать, что люди, просящие милостыню, склонны защищать собственную самооценку путем отказа от идентификации со стигматизированной группой нищих. Они только декларируют свою принадлежность к группе нищих на основании центрального признака - выполнение практики прошения милостыни.

На наш взгляд, главным фактором, затрудняющим включение пенсионеров в новую группу, является сочетание их объективного отвержения обществом и психологической зависимости от общества. Как показали интервью с нищими, большинство представителей этой категории чувствуют своим долгом поддерживать семьи своих детей, а значит, сохраняют связи с родственниками. Кроме того, большинство из них получают пенсию и продолжают жить в своих квартирах, зачастую продолжают отношения со старыми друзьями. Зависимость от прежнего окружения не дает им возможности порвать с ним связи и полностью включиться в новую коммуникативную сеть (как это делают опустившиеся алкоголики, бомжи, сектанты и члены прочих изолированных от общества групп).

Можно заключить, что для нищих пенсионеров характерна маргинальная идентичность, то есть отсутствие полноценного членства в какой-либо группе.

Эти люди оказываются в противоречивой ситуации: они стремятся оставаться в прежних, референтных для них группах, но, в то же время, эти группы стигматизируют практику прошения милостыни.

Следует заметить, что маргинальная позиция не является обязательным признаком людей, практикующих нищенство. Представители традиционных культур нищих (цыганской, например) изначально не претендуют на иную роль в общественной стратификации и потому способны создать автономную систему норм и правил поведения. Дореволюционные нищие, образовывавшие особую касту профессионалов, как было показано в историческом анализе нищенства, представляли собой развитую общественную группу со статусным делением и распределением ролей. Члены подобных групп, безусловно, ощущали негативное отношение к своей группе со стороны окружающих, однако они были способны выработать стратегии поддержания социальной идентичности. В современной России, по-видимому, нищие пока не сформировали автономную, замкнутую социальную группу. На наш взгляд, это связано с тем, что многие нищие в современной России до сих пор продолжают ощущать себя членами других групп (семейной, группы пенсионеров, группы ветеранов войны). Современные нищие в России, детально воспроизводя поведенческий репертуар дореволюционных нищих, образуют принципиально другую социальную общность, нежели та, которая традиционно существовала в России. Группа современных российских нищих - это скорее не организованная, изолированная группа, а совокупность людей, занимающихся одной и той же практикой, но не связанная между собой горизонтальными связями.

Подобный конфликт в социальной идентичности не может не отразиться на эмоциональном статусе и ценностной сфере людей, просящих милостыню.

Опираясь на результаты, полученные с помощью опросника, можно сказать, что эмоциональный статус представителей ЭГ значительно отличается от такового в КГ. Нищие чаще отмечали, что их жизнь со временем становится все тяжелее. Отдельного анализа заслуживают высказывания людей о своей смерти. При разработке вопросов мы сознательно избегали таких, которые могли бы затронуть данную тему, так как в пожилом возрасте мысли о смерти зачастую травматичны. Однако, отвечая на вопросы о переживании апатии, о сновидениях и о главной мечте, респонденты спонтанно переходили к рассуждениям о собственной смерти. Важно отметить, что среди опрошенных нищих 45% спонтанно заговорили о своей смерти, а прямо сказали, что мечтают умереть 25%. В контрольной группе только 16% спонтанно затронули тему смерти, а желание умереть как можно скорей высказали 13% опрошенных.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.