WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |

Как же определяет Платон понятие "идея" Для Платона область идей - это "область умопостигаемого". Идея же идей ( ) - "сама госпожа, ибо обеспечивает непотаённость (кажущему себя) и вместе с тем восприятие (непотаённому)"[31,с.357]. "Идея идей" означает видение сути и сущности самих идей как таковых. "То, что делает каждую идею годной быть идеей - состоит в том, чтобы делать возможным явление всего присутствующего в во всей его зримости. Идея идей есть поэтому просто само делающее годным, " [31,с.356]. Однако этот термин практически повсеместно переводят словом "добро". Отсюда идея идей получила название "идея добра (блага)". "В области познаваемого идея добра есть исполняющая всякое явление и потому тоже лишь в последнюю очередь прозреваемая зримость, а именно, так, что она едва (лишь с большим трудом) сама в себе зрима" [31,с.355]. В то же время идея как вид сущего (т.е. то, через что сущее только и показывает себя доподлинно) - " самое явленнейшее (сиятельнейшее) из сущего" [31,с.354].

"Каждая идея, вид чего-либо, даёт видеть то, что есть каждое сущее. Идеи, таким образом, в мышлении греков, делают годным к тому, чтобы нечто могло явиться в том, что оно есть, и таким образом присутствовать в своём устойчивом составе [31,c.355]. Суть идей - именно в их годности для обеспечения вида, т.е., для превращения потаённого в непотаённое.

То, что Платон называл "идеей", Кант в 18 в. назовёт "формой", а Мамардашвили в 20 в. - "структурой сознания". Форма для Канта -это гармоничное удержание на пределе возможного способностей человека. В этом определении важно увидеть два момента - с одной стороны, момент гармонии, организации, согласованности, структуры; с другой стороны, момент предельности, кульминации, максимума. Нахождение человеческой психики в области структуры сознания (как определённой устойчивой пространственной конфигурации) означает способность понимания того, что задано данной структурой. По мнению Мамардашвили, платоновская теория идей была одной из первых теорий сознания. "У Платона идеи есть символы сознания, а не знаки… Платон понятием "идея" символизировал сознание, и прежде всего - отличение духовных (сознательных) структур, в принципе, по Платону, трансцендентальных, от структур вещественных. Он понимал одну очень важную вещь: с того момента, как мы "находимся" в сознании, мы имеем усиление нашего обычного психического аппарата отражения трансцендентальными условиями сознания. В этом отвлечении Платон формирует одновременно и психическую идею перехода в другой режим бытия (т.е., сознания)" [23,с.94-95].

Таким образом, идея - это философское понятие, символизирующее более высокий по сравнению с обычным режим человеческой жизни, - режим сознания, которое "всегда как минимум на одни порядок выше, чем порядок элементов содержания, составляющего опыт сознания" [23,c.95].

Идеи не возникают и не уничтожаются. Они есть. Человеку нужно только соприкоснуться с этой упорядоченностью. Вот как рассуждает Платон о небе: глаза нам даны для того, " чтобы мы, наблюдая круговращение ума в небе, извлекли пользу для круговращения нашего мышления, которое сродни тем, небесным [круговоротам], хотя, в отличие от их невозмутимости оно подвержено возмущению; а поэтому, уразумев и усвоив природную правильность рассуждений, мы должны, подражая безупречным круговращениям бога, упорядочить непостоянные круговращения внутри нас" [22,с.242]. Небо для Платона - не только материальный предмет, но и "понимательная материя, т.е. такая, которая свой материей показывает свою собственную сущность. А суть одновременно - абстракция, закон. И более того, этот закон ещё и является условием того, что в тех, кто соотнесён с ним (например, в людях, наблюдающих небо), - в них может рождаться упорядоченность мысли о конкретных небесных явлениях (и не только о небесных явлениях), в том числе, и упорядоченность души"[22,c.44].

Итак, идея - это понятие-символ структуры сознания. Структура сознания имеет, по определению, содержательный, и как следствие, вещественный аспект.

Поэтому любой символ есть такое окно во внутренний мир человека, через которое усматривается общий корень человека и всего сущего. Через созданные философом понятия (в данном случае - понятие идеи) мы начинаем понимать то, что какая-то вещь (будучи выполнением идеи) говорит нам о нас самих, о нашей собственной сущности. Любая истина о мире - это в то же самое время есть и истина о самом человеке. Природа - это книга знаков нашей собственной души. Через идею вещи мы видим не только общие характеристики данного класса вещей, но и что-то прозреваем в самих себе. И обратно - сущность нас самих есть в то же время и сущность мира.

Погружаясь в глубины себя, мы выходим к тому, что является общим основанием как бытия человека, так и бытия мира. А сущность человека есть открывается лишь в момент совершения человеком свободных поступков. Человек есть то, чем он себя сделал, в отличие от животного, определяемого инстинктами. Сущность человека - это не субстанция. Бытие человека есть акт, а не факт. При этом не только человека как человека нет до совершения свободного действия, но и мира как вполне определённого и завершённого, с его законами и принципами устройства, тоже нет. Представление об устройстве мира не определяется, таким образом, непосредственно самим этим устройством, а есть следствие выработанных человеком принципов отношения к миру. Именно поэтому возможно не только научное, но и мифологическое или религиозное представление о мире. Создаваемые человеком представления, таким образом, задают как границы нашей свободы, так и наши возможности. Например, сама наука есть следствие созданного человеком представления о мире как природе.

Анализируя Платоновскую работу "Государство", следует сразу указать, что идеальное государство у Платона - это не наилучшее государственное устройство, это идея государства, т.е. то. что делает государство государством. Идея государства не характеризует какое-то возможное или реальное государство, это средство, аппарат для понимания устройства любого конкретного государства. Идея государства не есть идеал государства, не есть то, к чему мы должны стремиться, строя государство. Идея государства - это такое понятие-символ, посредством которого мы можем понимать политические явления, т.е. видеть их в качестве феноменов.

Идея государства - это государство, представленное в виде космоса. В то же время государство - увеличенная копия строения человеческой души, как организованного, упорядоченного целого. И через бытие государства, как своего рода микроскоп, можно понять и бытие человека. То есть, через то, как должны соотноситься в государстве различные его составляющие, можно понять и то, как должны соотноситься в человеке различные части его души.

Основной принцип государства, по Платону, - это принцип справедливости.

Справедливость относится к государству в целом, а не к какой-то одной его части.

А что нужно для того, чтобы составить государство Государство появляется тогда, когда человек, стремясь к общему благу, нуждается в помощи других. Поэтому должны существовать три класса:

1) крестьяне, ремесленники и купцы - те, кто обеспечивает материальные блага, 2) стражи - защищающие государство от врагов, 3) правители - люди, организующие совместное существование.

Справедливость в государстве достигается тогда, когда каждый класс, обеспечивая благо целого, занимается своим делом, не вмешиваясь в дела другого класса. Фактически это идея разделения властей. Соответственно трём сословиям государства в человеке имеется три способности души: вожделеющая, страстная и рациональная. Когда все эти способности находятся в гармонии, тогда перед нами - идеальный человек. Справедливость в государстве соответствует, таким образом, гармонии в человеческой душе. Именно поэтому наилучшим видом государственного устройства, по Платону, является монархия, для которой возможно достижение высшей степени единства.

Аристотель (384- 322 гг. до н.э.) Аристотель стал учеником Платона в 17 лет, и продолжал им оставаться в течение 20 лет. За это время он достаточно глубоко изучил учение Платона об идеях, в отличие от других. У него оказалось достаточно ума, чтобы понять "идею" Платона, и принять её. Неверно противопоставлять Аристотеля и Платона относительно понимания идеи, или "эйдоса", поскольку Аристотель лишь развил и продолжил учение своего учителя.

У Платона идея существует как "внутри" вещи, так и вне её: "Диалектик Платон признаёт существование идей вещей как вне самих вещей (поскольку эти идеи невещественны; и находить в них какие-нибудь вещественные или пространственные свойства для Платона так же бессмысленно, как и в нашей самой обыкновенной таблице умножения), подобным же образом и в самих вещах (поскольку идея вещи осмысливает эту вещь и является причиной всего того, что делается с этой вещью)" [14,с.89]. С точки зрения Аристотеля подобное - невозможно, ибо есть нарушения закона противоречия. Сущность вещи, или, по-другому, её идея невещественна и нематериальна. Но если идея (или, точнее, "эйдос") идеальна, то она - вне вещи. Но, если она существует изолированно, то возникает множество вопросов. И Аристотель приводит множество аргументов против того, что в этом случае идеи обладают реальным бытием. Однако в основном эта аргументация повторяет аргументацию самого Платона против изолированного существования эйдосов в диалоге "Парменид". В этом достаточно позднем по времени своего создания диалоге Платон критикует философов Мегарской школы, которые проповедовали такую изоляцию, слишком буквально поняв утверждение Платона о превознесении ума над чувственностью. "Платон здесь ни причём потому, что он сам критикует теорию изолированных идей и решительно во всех своих диалогах рассматривает идеи либо как принцип упорядоченного космоса вместе с реально действующими в нём силами и движениями, либо в крайнем случае как порождающую модель космоса"[14,с.89].

Правда, следует отметить, что расхождения у них относительно эйдосов всё же были, - хотя и совсем иного плана, поскольку в целом Аристотель принимаетплатоновскую теорию идей. А именно, Платон считал, что познаваемое мы припоминаем, ибо эйдосы воспринимаются нашей душой как ею не созданные. При этом источником познания выступает также и обучение, и чувственное восприятие.

Аристотель видит в этом проблему, которую он формулирует следующим образом:

"возникает ли познавательное содержание, не будучи в душе, или же, будучи в душе, остаётся скрытым для нас" [26,с.15].

"Первое положение он считает невозможным, так как ни познание, ни обучение невозможны, если у человека нет никакого предзнания. Второе положение, соответствующее платоновской точке зрения, Аристотель считает неуместным, ибо получилось бы, что человек, обладая познаниями более точными, чем доказательство, не знал бы об этом. Если же познавательное содержание, не будучи в душе, не возникает, а в нашей душе никакого скрытого содержания нет, с необходимостью должна быть в душе некая познавательная способность, уступающая, конечно, по точности эпистеме. Аристотель утверждает, что в качестве таковой выступает врождённая способность к критике, т.е. врождённая способность к чувственным различениям, и это не что иное, как чувственное восприятие".

Момент нормирования и моделирования рассуждения является новым кардинальным шагом в античной философии. Ещё пифагорейцы и Платон, подчинив мироздание математическим выражениям, подготовили для этого почву. Аристотель превратил нормирование и моделирование рассуждения в регулярный приём.

Во-первых, вслед за Платоном Аристотель запрещает получение парадоксов, свидетельствующих, по его мнению, об ошибочности рассуждения. Во-вторых, о правильности рассуждения свидетельствует его результат. В-третьих, рассуждение должно следовать определённым правилам. Правила мышления определяются исходя из категорий мысли. Например, суждение - это модель высказывания типа "А есть В". Высказывание, не являющееся суждением, сразу выносится за рамки истинных. Силлогизм - это, по сути, модель элементарного рассуждения, то доказательство - модель верного, истинного рассуждения.

На аристотелевские категории можно посмотреть также и как на необходимое условие применения правил. Аристотель приписал действительности такое строение, что, с одной стороны, она соответствовала правилам, а с другой - фиксировала основные операции с объектами, по поводу которых разворачивалась мысль. Строение действительности задаётся с помощью категорий (начало, сущность, род, вид, качество, состояние). Категории не просто организуют опыт, они выступают в роли "кирпичиков" мироздания. Человек получил возможность создавать знания о действительности, не обращаясь непосредственно к ней самой.

Аристотель различает два вида "сущностей" - первичные и вторичные: "Всякая сущность, по-видимому, означает некоторую вещь, По отношению к первичным сущностям бесспорно и истинно, что здесь имеется в виду такая вещь. То, что этим путём указывается, есть неделимое и единое по числу" (Категории 3b 10).

Вторичная сущность представляет из себя обозначение реальных предметов. Первичные и вторичные сущности, однако, не существуют одна без другой. В предложении или суждении это фиксируется как связь подлежащего (субъекта) и дополнения (объекта), а в бытии самой вещи - как тождество материальной (первичная сущность ) и формальной (вторичная сущность) причин.

Материальная причина представляет первичную сущность в спектре возможных для данной сущности состояний. Материальная причина в таком случае выступает как "чистая возможность". Формальная причина есть одно из возможных состояний первичной сущности, которое оказалось актуализованным, перешло из возможности в действительность. Таким образом, в понятии формальной причины мы имеем выражение деятельности по выбору из многих возможностей "единственно верной" и исключения других возможностей.

Поэтому Аристотель для объяснения формальной причины вводит ещё два типа причин - целевую и действующую: "а)целевую, с помощью которой снимается выбор и устанавливается то возможное состояние, которое подлежит реализации, и поскольку первичная сущность единична и в процессе изменений сохраняет тождество по числу, целевая причина в акте снятия выбора останавливается на одном из возможных состояний, снимает многозначность в пользу однозначности;

б)сопряжённую с целевой действующую, с помощью которой сущность преемственно переводится в избранное возможное состояние, получает именно эту, а не другую формальную определённость" [27,с.209].

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.