WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

Такие откровенные формулировки звучат довольно редко (“Русская земля держится божьим милосердием, и милостью пречистой богородицы, и молитвами всех святых, и благословением наших родителей, и, наконец, нами, своими государями, а не судьями и воеводами, ипатами и стратигами... А жаловать своих холопов мы всегда были вольны, вольны были и казнить” [58, с.136]; или “Государство - это я”). Вместе с тем, нет никаких сомнений, что ощущение, понимание, допустимость возможности такой трактовки прав человека, даже согласие с ней присутствует в человеческом сознании. Допускается, что права человека есть у него только до тех пор, пока кто-то более важный, более сильный их не отберет. Постоянно присутствующая с XVII века идея неотчуждаемости хотя бы некоторых (основных) прав человека - косвенное тому подтверждение.

О безраздельности или условности господства человека над своими правами говорят Следствия 6 и 7.

Следствие 6.

Никакой человек не может быть принуждаем воспользоваться каким-либо своим правом.

Следствие 7.

Права человека не могут быть и его обязанностями.

Решение этого вопроса о должном в Следствиях 6 и 7 также связано с положением на оси 1-3-2. Один из нередко применяемых иезуитских способов девальвирования прав человека - это объединение их (или их части) с обязанностями. Если не человек является наивысшей ценностью, то почему бы не допустить, что наделяя человека правами, наделяющий (общество, государство) не обусловит чем-либо пользование частью из этих прав Например, право на труд обязанностью трудиться. А если эта незначительная ценность - отдельный человек - не будет пользоваться каким-либо правом-обязанностью, почему бы не обусловить такое нарушение поражением в каких-либо (во всех) правах Глядя из области 2-такая картина представляется вполне органичной. И тогда оба следствия могут выглядеть примерно так:

Каждый человек обязан пользоваться всеми предоставленными ему правами, которые и есть часть его обязанностей.

Наша Аксиома 10 отвечает на вопрос о том, как должна предоставляться людям внешняя свобода. При этом мы подразумеваем, что свобода обязательно должна предоставляться. Однако, глядя из точки 2-5-6, у этого вопроса пропадает смысл. Люди, обосновавшиеся в этой точке политического пространства, абсолютно бесправны. У этих (несчастных) людей нет никаких прав, у них есть только обязанности. Поэтому для этой точки политического пространства вопрос “о предоставлении” просто не может быть поставлен. Для того чтобы он вообще мог быть поставлен, необходимо хоть немного отступить, сойти с этой точки и начать рассуждать об области 2-5-6, исключающей точку 2-5-6. С учетом сделанных дополнений уже можно рассуждать о том, что хотя бы кому-то хотя бы какие-то права, может быть, придется предоставить.

Аксиома 10.

Каждому должен быть предоставлен максимум внешней свободы, совместимый с таким же максимумом свободы каждого другого.

А почему, собственно говоря, должен Ведь это у нас, у тех, кто считает каждого человека наивысшей ценностью, каждому человеку что-то должно быть предоставлено. Если же наивысшей ценностью является общество или государство, они и решат, надо ли человеку что-либо предоставлять. Но и запрещать им сделать это Аксиома, наверное, тоже не может. Тогда, глядя из области 2-3 Аксиома приобретает вид:

Некоторым людям может быть предоставлен некоторый объем внешней свободы.

А если еще и из области 7 переместиться в область 6, то получится:

Некоторым людям может быть предоставлен некоторый объем внешней свободы, размер которого должен зависеть от сорта конкретного человека.

Следующая группа Аксиом и Следствий хотя и относится к должному, проанализировать ее с позиций разных областей политического пространства несколько труднее.

Аксиома 11.

Не предусмотренное никакой нормой действие, направленное на ограничение чьей-либо внешней свободы, недопустимо.

Аксиома 12.

Всякая норма должна содержать санкцию за нарушение провозглашенной ею внешней свободы.

Аксиома 13.

Всякая норма должна быть сформулирована так, чтобы минимизировать возможность ее неверного понимания.

Следствие 9.

Всякая политическая власть должна быть предоставлена и ограничена законом.

Следствие 10.

Для каждого гражданина разрешено всё, что не запрещено законом; для органов политической власти и должностных лиц запрещено всё, что им не предписано или не разрешено законом.

Вполне можно представить себе ситуации, когда глядя из области 2-5-6, эти Аксиомы и Следствия не вызовут необходимости их изменения. Только в сочетании с другими, уже сформулированными нами ранее Аксиомами и Следствиями, эти три Аксиомы и два Следствия представляют угрозу области 2-5-6, вступают в противоречие с этими политическими идеями. Взятые автономно, сами по себе они такой угрозы не представляют. Рассмотрим это подробнее.

Если абстрагироваться от предыдущих Аксиом, никто не мешает нам сконструировать норму о том, что любое действие императора (полицейского, чиновника, начальника ЖЭКа) всегда правомерно. Вот мы и предусмотрели любое ограничение внешней свободы, и оно стало допустимо. Правда, в этом случае Аксиома 11 теряет какое-либо практическое значение, но и не противоречит области 2-5-6.

Ничто не мешает нам сконструировать норму (правовую систему), в которой, например, человеку не будет принадлежать никаких прав, а будут принадлежать только обязанности. Внешняя свобода тогда будет принадлежать только органам государства, и санкция за нарушение любого элемента внешней свободы, предоставленного органу государства, становится вполне уместной, и подчеркнуть ее (санкции) обязательность становится даже полезным.

И опять же, если все права принадлежат только государству, а все обязанности только человеку, почему бы и не сформулировать это со всей ясностью и определенностью Например, так, как это попытался сделать Платон в своем “Государстве” [61].

Никто не мешает сформулировать Конституцию из двух пунктов:

1. Король всегда прав.

2. Если Король не прав, смотри пункт 1.

Такая “Конституция” тоже предоставляет и ограничивает политическую власть.

Предложенную “Конституцию” можно развивать и дальше:

3. Человеку запрещено всё (причем это “всё” можно и описать самым подробным образом в нескольких томах приложений).

4. Министрам разрешено всё, кроме покушений на пункт 1.

Таким образом, при взгляде из узкой области 2-5-6, Аксиомы 11, 12, 13 и Следствия 9, 10 совершенно безвредны, но стоит только отступить из этой узкой области сколь-нибудь значительно, и эти Аксиомы становятся взрывоопасны. Если вспомнить, что все современные государства обязательно провозглашают хоть какие-то элементы внешней свободы для своих граждан, становится понятным, почему современные (и прошлые) “теории права”, а также правовые системы этих государств не содержат утверждений, зафиксированных нами в Аксиомах 11, 12, и Следствиях 9, 10. Стоит только признать за человеком хоть какие-то права, для государства (общества) становятся очень полезными допустимость любых действий, направленных на ограничение внешней свободы человека;

необязательность санкций за нарушение органами государства провозглашенных элементов внешней свободы человека;

непонятность и противоречивость формулировок предоставления и ограничения элементов внешней свободы как человеку, так и органам государства;

произвольное осуществление политической власти её органами и должностными лицами;

общезапретительное предоставление гражданину его внешней свободы.

Именно поэтому мы не можем эти очевидные истины - Аксиомы 11, 12, 13 и Следствия 9, 10 - отнести к области сущего.

Аксиома 14.

Единственной целью существования (функционирования) государства должно быть обеспечение безопасности граждан.

Такая цель, тем более в качестве единственной, может быть установлена, исключительно, только из из области 1-4-7. Любое отступление из этой области неминуемо деформирует декларируемую цель государства.

Отступление по оси 1-3-2 от точки 1 неминуемо вменит государству в качестве цели что-нибудь вроде блага общества как целого или мощи и процветания самого государства.

Отступление по оси 4-5 от точки 4 неминуемо вменит государству в качестве цели поддержание власти властвующих над подвластными.

Отступление по оси 6-7 от точки 7 неминуемо вменит государству закрепление и поддержание исключительности высших (по национальности, происхождению, богатству и т.п.) по отношению к низшим.

Разнообразие возможных сочетаний так велико, что оставим формулирование такой цели самим тем, кто выберет для себя иную, отличную от области 1-4-область политического пространства.

Следствие 8.

Единственным источником политической власти является населяющий данную территорию народ.

Опять же, не будем за апологетов области 2-5-6 определять и формулировать другие виды и формы источников власти. Обратим внимание лишь на то, что предложенный в Следствии 8 источник власти соответствует как области 1, так и области 3. Формулировка этого Следствия не позволяет разграничить вопросы о том, является ли источником власти народ, как только все вместе, или народ, как еще и каждый по отдельности. Ответ на этот вопрос может (и должен) быть дан в других Аксиомах и Следствиях.

Аксиома 17.

Права и обязанности субъекта политической власти должны совпадать.

Данная Аксиома справедлива только, если государство занимает по отношению к людям или обществу в целом подчиненное положение. Только в этом случае у государства (и составляющих его субъектов) не может быть прав, отдельных от обязанностей - просто нет таких субъектов, по отношению к которым государство может иметь только права. Другими словами, если государство занимает подчиненное положение, оно не может самостоятельно решать - воспользоваться ему или не воспользоваться тем или иным его правом. Именно в этом смысле права государства одновременно являются и его обязанностями.

Если же мы взглянем на эту Аксиому из области 2 политического пространства, в которой и человек, и общество занимают по отношению к государству подчиненное положение, то слово “обязанности” в сочетании с субъектами политической власти становится неуместным. У главной ценности - государства не может быть обязанностей ни перед обществом, ни, тем более, перед отдельным человеком.

В аксиоматической системе для части политического пространства, включающей в себя область 2, Аксиоме 17 ни в каком виде не находится места.

Следствие 12.

Политическая власть должна быть максимально рассредоточена.

Следствие 13.

Политическая власть должна быть разделена (рассредоточена) по функциям и уровням.

Аксиома 18.

Политическая власть по функциям должна быть разделена на законодательную, исполнительную, судебную и контрольную.

Следствие 15.

Политическая власть между уровнями в государстве должна быть разделена таким образом, чтобы властные полномочия осуществлялись способным осуществлять данное полномочие субъектом власти, наиболее близким к гражданам.

Эти Следствия и Аксиома говорят о необходимости рассредоточения политической власти. Однако, глядя из области 2-5 политического пространства, какое-либо рассредоточение вовсе не представляется необходимым. Более того, для деспотического государства - наивысшей ценности - какое-либо рассредоточение его власти является вредным. При подобном взгляде, да еще с учетом того, что “государство должно быть могучим и процветающим” эти Следствия и Аксиома приобретают вид Политическая власть должна быть максимально сконцентрирована.

Следствие 14.

Судебная власть обязана рассмотреть по существу любое обращение гражданина по вопросу воспрепятствования любым способом возможности осуществления им какого-либо его права.

Это Следствие очевидно подразумевает наличие у человека каких-то прав и предполагает, что элемент государства - судебная власть - находится в подчиненном по отношению к гражданину положении. Взгляду из области 2 все это явно не соответствует. Во-первых, у человека может просто не быть никаких прав, если все они принадлежат государству. Во-вторых, разбирая конфликты между людьми, а таких конфликтов не может не быть в силу Аксиомы 7, относящейся к сущему, а не к должному, государство может отвести людям абсолютно пассивную роль. В этом случае судебная власть сама будет решать, что и когда ей рассматривать.

Если мы отступим из области 2 в направлении области 3, это не позволит нам сохранить формулировку Следствия 14. В этом случае, по-видимому, у граждан какие-то права все-таки появятся и, следовательно, у них появится возможность обращаться к судебной власти за их защитой. Вместе с тем, вовсе не любое такое обращение будет рассмотрено судебной властью. Какие обращения рассматривать, а какие - не рассматривать, решат общество и государство в той или иной комбинации в зависимости от того, как далеко мы отступим от области 2. Кроме того, характер комбинации будет зависеть и от положения на оси 4-5: чем ближе наше положение на этой оси будет располагаться к области 4, тем больший вес в комбинации будет принадлежать обществу.

Не безразлично для решения вопроса о том, какие обращения будут рассмотрены судебной властью, а какие нет, и положение на оси 6-7. Чем ближе наше положение на этой оси к области 7, тем большее число людей может получить право на рассмотрение своего обращения.

Аксиома 20.

Возможность принятия большинством произвольных решений должна быть ограничена - недопустимы решения, которые не направлены на обеспечение возможности осуществления равных с другими людьми прав человека.

При взгляде на эту Аксиому из области 2 выясняется, что она этой области не противоречит и, более того, может быть еще более ужесточена до вида Возможность принятия каких-либо решений большинством должна быть исключена.

Но в данном случае нам интересен анализ различия взглядов из области 1 и области 3, поскольку мы в нашей аксиоматике считаем, что большинство должно принимать решения, хотя и не любые. Область 3 как раз и предусматривает возможность и, более того, необходимость принятия большинством любых решений, причем любые такие решения не могут быть никем ни оспорены, ни отменены. Такой подход полностью соответствует также и области 4 на оси 4-5.

Таким образом, при взгляде из области 3-4 политического пространства (социалдемократия), Аксиома 20 принимает вид Большинство всегда право.

И, если бы наше политическое пространство не предусматривало еще одной оси 6-7, а идея равенства в правах - эгалитаризм - многими “прогрессивными” политиками и правоведами либо замалчивается, либо шельмуется (за исключением, пожалуй, идеи равенства перед законом - см. комментарий к Аксиоме 11), очень трудно было бы обосновывать наше стремление к дальнейшему движению по оси 23-1 из области 2 через область 3 к области 1.

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.