WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |

Несмотря на то, что ещё со времён Великой французской революции, провозгласившей в Декларации 1789 года, что свобода, собственность, безопасность, сопротивление угнетению принадлежат к числу основных и неотъемлемых прав человека, безопасность понималась и понимается очень поразному и поэтому понятию “безопасность” необходимо дать Определение 24.

Безопасность граждан - возможность беспрепятственно и самостоятельно осуществлять каждым из них свое право.

Ключевым словом в этом определении является слово “самостоятельно”.

Естественно-правовая школа давным-давно провозгласила, что существуют естественные, принадлежащие человеку по факту рождения фундаментальные права. Сегодня этот тезис считается общепризнанным. Вместе с тем, человеческая фантазия безгранична и способна изобрести бесчисленное множество “прав”.

Очевидно, что не всё, изобретённое человеческой фантазией, достойно называться правом естественным. Сегодня достаточно широко распространено представление о том, что каждая потребность рождает и “право”. Предъявлению таких “прав” нет предела, потому что осуществляются они обычно за чужой счёт. Диапазон такого изобретательства необычайно широк, от права человека на жизнь, до права человека ежедневно на завтрак съедать пирожное. Где внутри этого диапазона проходит граница именно естественных прав, т.е. тех прав, безусловность которых очевидна Пример зыбкости этой границы даёт Р.Пайпс в своей книге [57, с.319]. Широко известен лозунг: “Каждый имеет право на жилище”. Это положение зафиксировано в ст. 40 Конституции РФ, но его можно толковать двояко. Либо это означает, что каждый имеет право купить, нанять или построить себе жилище, что для нас весьма важно, поскольку в полном объёме такого права в нашей стране ещё совсем недавно не было. Либо это означает, что государство должно за счёт денег налогоплательщиков (за чужой счёт) купить, арендовать или построить жилище для каждого. В этом случае, слово “право” употреблено здесь по недоразумению, не в том смысле который мы придали ему в нашем Определении 7, т.е. не в смысле внешней свободы.

Иногда, рассуждая на эту тему, говорят о различиях между правом, как “защитой от” и правом, как “притязанием на”. Это, в общем-то, верное направление мысли также недостаточно определенно. Любой политик всегда сможет извлечь пользу для себя из подобной неконкретной ситуации. Ф.Д.Рузвельт, пропагандируя свой “Новый курс”, говорил, что безопасность означает не только защиту от нападения агрессора, но также экономическую безопасность, социальную безопасность, нравственную безопасность. Где здесь - “свобода от”, а где - “притязание на” При желании можно трактовать и так, и этак.

Согласно нашему Определению 7, право - это внешняя свобода, а внешняя свобода по Определению 6 – это возможность человека действовать. Добавив в определении безопасности (24) к такой возможности действовать требование самостоятельности такого действия, требование обязательного проявления активности самого человека на пути обретения безопасности, мы существенным образом продвигаемся по пути конкретизации границы между естественными и придуманными, нафантазированными правами человека. И, что не менее важно, государству отводится конкретная роль по устранению препятствий на пути самостоятельного осуществления человеком своих прав.

Тут самое время поговорить об управлении, об управляющих и управляемых, попробовать разобраться в том, что означает этот термин в рамках нашей теории.

“Государство управляет …” – словосочетание, которое, на первый взгляд, не вызывает никаких вопросов, кажется совершенно понятным, кем управляет государство. У Наполеона (см. эпиграф) не было по этому поводу никаких сомнений.

Похоже, очень и очень многие готовы признать себя управляемыми.

С тех пор, как Г.Спенсер неосторожно, используя “грубые аналогии” в качестве “строительных лесов” для строительства “стройного здания социологических выводов” [91, с.48], ввел понятие социального организма, все правительства подхватили эту идею и стали называть себя не иначе как мозгом нации. “Такого рода правительство представляет собой некоего полубога, управляющего нацией подобно тому, как мозг управляет телом. Ему все позволено в силу того, что все, что не принадлежит к его сфере, является материей, если и не грубой, то, по крайней мере, бесчувственной и не мыслящей” [91, с.48]. Бесчувственная и не мыслящая материя - это мы - люди. А раз так, значит именно нами - людьми государству и надлежит управлять. Так ли это Прежде всего нужно разобраться с самим понятием “управление”.

Термин “управление” не определён даже признанным теоретиком управления Н.Винером [11]. Однако из общего контекста его книги легко усмотреть, что Определение 25.

Управление – это деятельность, направленная на уменьшение расхождения между целью и фактическим состоянием вещей и людей.

Когда говорят об управлении государством, понимаемым как комплекс (система), состоящий из общества, территории и органов власти, сущность управления просто не осознаётся. Как говаривал небезызвестный Воланд: “Чтобы чем-нибудь управлять, надо же иметь какой-то план (цель - С.Е.) ну, хоть на смехотворно короткий срок, лет, скажем, в тысячу”. При понимании государства как совокупности общества, территории и власти совершенно ясно, что это просто невозможно: цель (план) даже для общества (не говоря уже о территории) никем вполне адекватно выражена быть не может. Таким образом, управление государством в этом смысле (население, территория, власть) также невозможно.

Зато вполне возможно управление инструментом – государством, в смысле Определения 23. У такого государства есть цель, определяемая Аксиомой 14 – обеспечение безопасности граждан.

Если ещё вспомнить наше широкое определение безопасности, то окажется, что для всякого её элемента (безопасность телесная – жизни и здоровья, экономическая, безопасность от невежества, от старческой беспомощности и т.д.), уровень обеспечения так понимаемой безопасности в каждом случае может быть почти что измерен.

Это даёт нам возможность измерять и результат (качество) управления как величину расхождения между существующим состоянием и целью - конкретным элементом безопасности.

Плохая полиция не обеспечивает телесной безопасности, недоступность медицины и школы – увеличивает опасность здоровью и опасность невежества и т.д.

Стало быть, управление государством предполагает такое воздействие на составляющие его - государства - органы и лица, которое повышало бы безопасность граждан, или, во всяком случае, поддерживало её на достигнутом уровне, несмотря на различные внешние возмущения. Становится понятно, что отношения между государством и обществом по принципу “пастырь - паства” не являются обоснованными. Люди вообще не являются объектами управления со стороны государства. И мы можем дать следующее Определение 26.

Управление государством - властные действия одних субъектов политической власти в отношении других ее субъектов (объектов управления), приводящие к достижению цели государства.

В принципе можно сделать еще один важный вывод - хорошо бы, чтобы целей было не больше одной. Как только мы допускаем наличие двух и более целей у субъекта управления, сразу же появляется опасность вступления их в противоречие, в конфликт, а это, в свою очередь, дает возможность объектам управления (напомним, что они состоят из людей) играть на таких противоречиях, дает им возможность преследовать собственные цели.

Как видно из Определения 26, объектами управления могут являться только сами элементы государства, т.е. органы и лица, составляющие его структуру, а также механизм управления - т.е. способы, алгоритмы действия органов и лиц, составляющих государство. Забегая вперёд, можно сказать, что механизм – это система норм, определяющая структуру, а также права–обязанности органов и лиц государства.

Теперь, после введения Аксиомы 14 (о цели существования государства), Определения 17 (о предоставлении внешней свободы) и Определения 24 (о безопасности), становится понятно, кто же должен провозглашать и обеспечивать внешнюю свободу, конкретные элементы права. Но пока не понятно - почему.

Сейчас самое время разобраться, откуда берутся права у человека и власть у государства Распространенная и активно пропагандируемая точка зрения говорит о том, что именно государство наделяет человека правами в том объеме, в котором оно государство - считает нужным. Достаточно бросить взгляд на историю человечества и мы увидим тому массу примеров. Со времён Великой хартии идёт спор о том, как понимать слово свобода – как привилегию, “полученную из рук короля (государства)” или, сообразно общепризнанным обычаям, как свободу от насилия, от посягательств на жизнь, на имущество. Одно с другим несовместимо. Свобода, понимаемая как благо, данное королевской властью, соответствует отношениям высшего и низшего.

Свобода в духе естественного права есть равенство свободных. Свобода равных не совмещается со свободой неравных.

Да что там история, одна из передовых стран мира - Канада (и не только она) получила свою Конституцию дарованной из рук монарха. Да, практика именно такова. Но мы здесь занимаемся теорией права, т.е. в большей степени должным, чем сущим. И должное в первой части вопроса о свободе человека, т.е. о том, откуда у человека берутся права, мы уже закрепили в Аксиомах 5 (все люди имеют равные права на внешнюю свободу), 7 (внешняя свобода человека может ограничиваться только требованиями обеспечения внешней свободы других людей ) и 10 (каждому должен быть предоставлен максимум внешней свободы, совместимый с таким же максимумом каждого другого). Причем, Аксиомы 5 и 7 мы зафиксировали в главе “Общество”, т.е. тогда, когда ни о праве, ни тем более о государстве еще и речи не было. Из Аксиомы 7 следует, что внешняя свобода каждого человека безгранична во всех смыслах, кроме одного: она может ограничиваться, только сталкиваясь с такой же внешней свободой другого человека, а из Аксиомы 5 - что это справедливо в отношении каждого человека в равной степени. Роль государства здесь чисто вспомогательная, техническая - помочь людям осуществить эти аксиомы на практике, применять их для всех случаев жизни, помочь в единообразном понимании такого применения в разных жизненных ситуациях, помочь в разрешении пограничных конфликтов и обеспечить их (этих аксиом) неукоснительное соблюдение. При этом у государства нет никакого права покушаться на смысл Аксиом 5, 7 и 10, нет права их “улучшать” и “совершенствовать”. “Народ постояннее и рассудительнее всякого государя” [45, с.373].

Прообраз такой концепции мы встречаем ещё у Локка, который говорил, что государство (у него – король) не должно нарушать ни одного из прав своих граждан (у него – подданных), а если государство такое допускает, то оказывается в “состоянии войны” с гражданами, которым в таком случае повиноваться государству не следует.

Таким образом, права у человека появляются из самой природы вещей, из равноправия, из очевидности этих истин - Аксиомы 5, Аксиомы 7 и Аксиомы 10 и каждое из этих прав должно быть максимально возможно велико.

Прямо противоположная ситуация с властью государства. Необходимость его власти вытекает также из Аксиомы 10 о величине свободы у каждого человека, из употребленного в ней и расшифрованного в Определении 17 термина “предоставление”. Разбираясь в предыдущей главе с этими аксиомой и определением, мы пришли к выводу, что при распределении всей свободы между людьми каждому человеку должен быть недодан (иначе нельзя!) маленький, как только возможно меньшего размера кусочек каждого конкретного элемента внешней свободы, каждого права.

Внимание! Только из таких кусочков внешней свободы, сознательно недоданных людям при распределении между ними всей внешней свободы, и состоит власть государства.

“Из суммы всех частиц свободы, пожертвованных на общее благо, составилась верховная власть нации” [5, с.113].

“Человек отказался от некоторых из своих естественных прав и получил взамен гражданские права - нечто, пожалуй, не столь полное, но зато более действенное, поскольку данные права гарантируются возможностями коллектива” [16, с.102].

Иными словами, люди сознательно (или бессознательно) жертвуют государству часть своей внешней свободы, и именно из этих пожертвований и только из них состоит власть государства.

А все, что сверх того - произвол, согласно нашему Определению 16.

Из этих рассуждений становится очевидным Следствие 8.

Единственным источником политической власти является населяющий данную территорию народ.

К сожалению, сегодня, как впрочем и всегда в прошлом, государство наряду с осуществлением политической власти творит произвол. Как же это получается Для того, чтобы разобраться в этом, необходимо поговорить о власти. Очевидно, что это понятие значительно шире государственно-правовых рамок.

Что такое власть одного человека (людей) над другим человеком (людьми), как она вообще возможна, где ее источник и в чем первопричина На этот вопрос, как и на многие другие вопросы, имеющие социальную природу, до сих пор так и нет определенного, однозначного ответа. В юридической литературе содержится много интересного материала для формального определения понятия власти. В исторической литературе многократно описаны и (задним числом) обоснованы случаи сосредоточения власти в руках одного лица, группы лиц, а также неожиданной или закономерной утраты ими власти. В социологической и политологической литературе описаны конкретные условия - экономические, социальные, моральные, культурные - которые способствуют или препятствуют обретению власти. Но все это нисколько не отвечает прямо на огромной важности вопрос: “В чем состоит то соотношение между людьми, в силу которого воля одного человека определяет жизнь и участь многих миллионов, и как такое соотношение возможно” [98, с.73]. Да и не только миллионов - “…человека человек послал к Анчару властным взглядом ”.

Со всей четкостью и определенностью эту проблему поставил Л.Н.Толстой.

“Какая причина исторических событий – Власть. Что есть власть – Власть есть совокупность воль, перенесенных на одно лицо. При каких условиях переносятся воли масс на одно лицо При условиях выражения лицом воли всех людей. Т.е.

власть есть власть. Т.е. власть есть слово, значение которого нам непонятно” [87, с.618].

Для иллюстрации этого тезиса великого художника приведем только два литературных примера. Первый пример его собственный.

“Наполеон приказал собрать войска и идти на войну. Представление это до такой степени нам привычно, до такой степени мы сжились с этим взглядом, что вопрос о том, почему 600 тысяч человек идут на войну, когда Наполеон сказал такие-то слова, кажется нам бессмысленным. Он имел власть, и потому было исполнено то, что он велел.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.