WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Результатом такой политики стали административно-территориальные преобразования, которые повлияли на изменения системы управления и суда, произошедшие в конце XVIII – первой половине XIX века. Эти вопросы рассматриваются в третьем параграфе первой главы диссертации – «Административно-территориальные преобразования Российской империи в конце XVIII – первой половины XIX века и их влияние на изменение системы управления и суда».

Отмечается, что до 1830 г. российской административной системы управления в Осетии не существовало. Традиционное административное устройство Осетии основывалось на сложившихся ранее гражданских обществах, в которых существовали демократические формы управления. В этой системе каждое осетинское общество рассматривало себя как часть целостной страны с общим для всех названием «Ирыстон».

Если в конце XVIII века российское правительство воздерживалось от прямого вмешательства в вопросы внутреннего управления в Осетии, то уже в начале XIX в. оно приступило к вовлечению ее в «наднациональную» территориально-административную систему, которая была введена на Кавказе.

На уровне «наднациональной» администрации решались преимущественно вопросы, связанные с взаимоотношениями Осетии и России, а также Осетии с соседними народами.

В четвертом параграфе – «Административные и судебные преобразования в Осетии» - рассматриваются административные и судебные преобразования в Осетии, начало которым положило введение приставских правлений, «для присмотра за поведением» местного населения и исполнения ими распоряжений правительства», а также защита их «от всяких обид и притязаний; попечение об улучшении их благосостояния; внушение им в пристойных случаях преимуществ и выгод жизни постоянной перед кочевой, не подавая однако вида принуждения». В особенную обязанность приставов вменялось собрание сведений о законах и обычаях подведомственных им народов, их обнародование и хранение. Но такая система могла быть только переходной формой правления, пригодной лишь для военного времени.

Поэтому к окончанию Кавказской войны она была заменена другими формами административного управления регионом – военно-народными управлениями, действующими в рамках Кавказского наместничества.

Что касается преобразований в судебной системе, то первым мероприятием российской власти по становлению судебной власти стало открытие в 1793 г. Верхнего пограничного суда в Моздоке, разбиравшего тяжбы и уголовные преступления коренного населения Моздока, в том числе осетин. Непосредственно в Осетии началом становления российской судебной власти стало открытие во Владикавказе в июле 1828 г. инородного суда для осетин и ингушей. Владикавказский инородный суд осуществлял, кроме юридических, и административные функции: сбор сведений о податях и повинностях, отбываемых подвластными в пользу владельцев и духовенства, выдачу билетов местным жителям, направлявшимся в Кавказскую область.

В 1830 г. российским правительством были произведены дальнейшие административно-судебные преобразования, в том числе реорганизация Владикавказского инородного суда в окружной суд. Этими мерами судебная система осетин была в корне изменена, так как деятельность Владикавказского окружного суда в сфере уголовного судопроизводства, куда были отнесены «кровные дела, воровство и разбои», уже полностью попадала под действие российского законодательства. Открытие Владикавказского окружного суда ознаменовало собой тот факт, что впервые на Центральном Кавказе в судопроизводстве по делам горских народов были применены законы Российской империи. После упразднения в 1836 г. Владикавказского окружного суда как «лишней административной единицы», судопроизводство совершалось в самих осетинских обществах в соответствии с традициями и обычаями. Тяжкие уголовные преступления рассматривались в аппарате пристава, а результаты представлялись Владикавказскому коменданту. В г. после реорганизации Военно-Осетинский округа была реорганизована и судебная система. Вместо народных судов, действовавших прежде в каждом из подведомственных Владикавказскому коменданту приставств, учреждался окружной народный суд; помощникам окружного начальника по участкам предоставлялось право судебного разбирательства и вынесения окончательного решения по поводу «лишь немногочисленных словесных жалоб».

По «Положению о порядке управления Терской областью» от 29 мая года наиболее важные уголовные дела были изъяты из ведомства местных судов. К ним были отнесены измена, возмущение против правительства, неповиновение начальству или тяжелое его оскорбление, разбой, похищение казенного имущества, убийство и поранение с увечьем. Но и здесь существовали исключения. Связанные с убийством и ранением уголовные дела оставались в ведении местных судебных органов, если они не были совершены по политическим мотивам. За особо опасные преступления виновный попадал под юрисдикцию исключительно военных судов. Во всех остальных случаях за перечисленные выше деяния осужденные, как правило, высылались во внутренние губернии Российской империи. Роль апелляционной инстанции для окружных судов выполнял созданный в 1862 году «Главный народный суд», который находился в областном центре Терской области в г. Владикавказе.

«Положение об управлении Терской областью» 1862 г. вводило, кроме окружных и участковых, главный областной народный суд, являвшийся высшей и окончательной апелляционной инстанцией, где пересматривались дела, поступившие из окружных судов. Однако в этом же Положении особо оговаривалось, что председательствовать и руководить работой суда предназначается начальнику области. Решения суда вступали в силу лишь после утверждения их начальником области, что лишний раз свидетельствует об административно-судебном контроле со стороны российской администрации.

Кавказской администрацией на Северном Кавказе было также принято решение об учреждении судебных органов и в Дигорском обществе Осетии.

Так, 11 мая 1847 года в дигорском приставстве был открыт Дигорский народный суд, в состав которого вошли выборные старшины и депутаты от «черного народа». На судей возлагалось разбирательство и решение тяжб между всеми классами дигорцев – старшинами, фарсалагами, тумами и холопами; выдача билетов (паспортов) жителям для свободного проезда на Кавказскую линию. Дигорскому суду отдельно выделялись дела, которые разбирались по нормам мусульманского права: «а) до веры и совести касающиеся; б) по несогласию мужей и жен; в) между родителями и детьми; г) не имеющие улик, нужных доказательств и письменных свидетельств». При этом шариатскому суду не могли повергаться лица, исповедующие христианство. Таким образом, в дореформенный период в Осетии действовали два суда – Владикавказский и Дигорский. Особенностью их деятельности было то, что они находились под контролем российской администрации, которая прямо вмешивалась в процесс судопроизводства, отменяя или изменяя решения, которые не устраивали российские управленческие органы.

Вторая глава «Административные и судебные реформы в Осетии во второй половине XIX – начале ХХ в.» начинается с анализа реформирования управления Северной Осетией в 1860-1870-е гг. В первом параграфе – «Реформирование управления Осетией» - указывается, что следующим этапом административных преобразований на этой территории стало введение системы военно-народного управления. Нормативными актами, регулирующими деятельность кавказской администрации в этом направлении, стали: «Особая инструкция для управления горцами», составленная кн. А.И. Барятинским, а также инструкция «По управлению народами, не вошедшими в состав гражданского управления». Судебные и полицейские функции возлагались на представителей царской администрации, в частности, на русских офицеров.

Гражданские лица от управления отстранялись. В сфере судопроизводства было сохранено применение норм обычного права, но по ограниченным категориям дел; вводилось словесное судопроизводство; на духовный суд возлагалось решение только тех дел, которые были связаны с религиозными нормами.

«Положение» от 30 декабря 1869 года ввело у осетин гражданское управление. Реформирование Осетии по общероссийскому образцу было слишком поспешным процессом, в котором были сохранены лишь незначительные попытки адаптировать все нововведения к местным условиям и возможностям. Особенно ярко это проявилось в преобразованиях государственно-административной системы управления, где быстрыми темпами шел процесс формирования управленческих институтов по образцу Российской империи. Многие мероприятия по административному устройству Кавказа не соответствовали местным условиям, укладу местной жизни и были преждевременными. В итоге к 1880-м гг. стало наблюдаться обострение противоречий между российской администрацией и местным населением. В результате административных преобразований и контрреформ 1880-х гг.

гражданское управление и гражданские органы власти в Терской области Северного Кавказа в целом и в Осетии, в частности, были ликвидированы и заменены военно-казачьими отделами.

Подчинение органов региональной власти жесткому государственному контролю сопровождалось нарушением норм самоуправления осетинских обществ и самостоятельности городского самоуправления, усилением полицейского режима и репрессивных мер (закон 1893 г. «Об изъятии некоторых преступлений, совершенных в пределах Кавказского края, из общего порядка подсудности»), введение системы круговой поруки в сельских обществах, механическим распространением общеимперских законов.

Во втором параграфе – «Организация местного управления» - исследуется реформа местного самоуправления. Указывается, что после проведения административных преобразований и крестьянской реформы 1861 г. во второй половине XIX века низшей единицей административного управления стала сельская община, которая стала органом местного самоуправления, выполняющим в первую очередь фискальные, административные и полицейские функции. На общину возлагался и контроль за общественным порядком. Превращение сельской общины в административное подразделение, несущее административные, судебные и фискальные функции, привело к изменению ее структуры и органов управления. Возникшая как поземельный союз равноправных членов, регулирующая хозяйственную и общественную жизнь селения, она превратилась в низовую организацию с функциями местного самоуправления, обеспечивающую поступление налогов, несение натуральных повинностей, охрану порядка и т.п. «Положение об аульных обществах в горском населении Кубанской и Терской областей и их общественном управлении» 1868 г. регламентировало все стороны общественной жизни сельской общины. Аульным обществом считался каждый самостоятельный аул или несколько малолюдных аулов, объединенных вместе.

Аульное общественное управление по «Положению» 1868 г., состояло из аульного схода, аульного старшины и аульного суда. Членами аульного схода могли быть только совершеннолетние домохозяева, принадлежащие к составу аульного общества. К участию в работе аульного схода не допускались жители, обвиненные в уголовных преступлениях. К концу XIX в. аульный сход приобрел черты выборности: в нем могли участвовать не все жители селения, а только выборные, по одному человеку от десяти дворов, избранные простым большинством голосов.

Все административные нововведения российской власти в Осетии не могли не вызвать столкновения российских административных институтов с институтами традиционного самоуправления осетин. Начиная с 30-х годов XIX в., общинный быт осетин подвергается коренной ломке. В осетинских аулах учреждалась низовая администрация «по типу сельских мест метрополии».

Осетия была разделена на сельские общества и приходы. Каждое сельское общество, являвшееся низшей административной единицей, состояло, как правило, из нескольких маленьких аулов, отселков и хуторов. Согласно нормативно-правовым актам российской администрации, традиционный коллегиальный орган самоуправления - сельских ныхас – стал называться сельским сходом. Осуществляя свою деятельность в соответствии с осетинскими обычаями, он постепенно становится звеном сельской низовой администрации, возглавляемым сельским старшиной; тем самым ныхас перестал быть тем органом, в качестве которого он возник и функционировал;

участие осетинского народа в выборе старшины отменялось окончательно.

Третий параграф – «Судебная реформа в Осетии» - посвящен особенностям проведения судебной реформы 1864 года в Осетии. В 1864 году в Российской империи была проведена судебная реформа, которая провозгласила принцип отделения судебной власти от административной; также еще одним ее важным результатом стало введение института мировых судей. Российское правительство, понимая специфику края, не сразу перенесло основные положения реформы в судебную систему Северного Кавказа, где горские суды постепенно заменялись новыми судебными учреждениями, по форме напоминающими образцы российского судопроизводства, но по своему содержанию – старые судебные органы, которые действовали на основе норм адата и шариата.

«Временные правила горских словесных судов» от 30 декабря 1869 года не предусматривали сохранение народных судов для народов Кавказа, которые в дальнейшем были заменены словесными судами, руководствовавшимися в своих действиях «Временными правилами для горских словесных судов Кубанской и Терской областей», утвержденными Кавказским наместником декабря 1870 года. Этими правилами устанавливалось, что «возникающие между горцами дела, рассматриваемые Горским Словесным судом», будут состоять в компетенции данного суда «впредь до введения судебных уставов ноября 1864 года» на территории региона. Согласно этим же правилам, судебная власть была отделена от административной и военной. Ими также предписывалось председателю по всем уголовным делам строго ориентироваться соответствующими статьями из российских судебных уставов, «утвержденных Его Императорским Величеством 20 ноября 1864 года».

В отличие от других народов Северного Кавказа, у осетин не был введен Горский словесный суд. Н.М. Агишев, В.Д. Бушен, Н.М. Рейнке по этому поводу отмечали, что «осетины, хотя и входят в состав горского населения, но на основании закона 1871 г. изъяты из подсудности Горского словесного суда, и все возникающие у них дела разбираются в общих судебных установлениях».

Таким образом, в Осетии были созданы российские судебные органы, которые в своей практике применяли российское законодательство. Это было, в первую очередь, связано с тем, что в своем большинстве осетины были православными;

Pages:     | 1 | 2 || 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.