WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 |
Аналитика и прогноз О некОтОрых свОйствах наблюдаемОгО экОнОмическОгО рОста в китае Я приехал из Китая… Константин ЯновсКий Богородица святая! кандидат экономических наук, Хороша страна Китай...

заведующий лабораторией Император всекитайский… институциональных проблем Каждый чих его — закон, научного направления «Политическая А Пекин — его столица, экономия и региональное развитие» ИЭПП На него должна молиться.

Я поклон ему отвесил, Но правитель был невесел.

Дмитрий Маслов Полицейских вызвав рать, научный сотрудник лаборатории Он велел меня забрать...

институциональных проблем ИЭПП Ах, ах, ах! Постичь едва ли Европейскому уму, Чтобы запросто сажали Невиновного в тюрьму.

Возвращение из Китая кономический рост современного Китая впечатляет очень Эмногих. Китай предлагается в ка- честве модели для подражания экономистами с противоположными взглядами: от либертарианских (Cato Institute­, А. Илларионов ) до этатистских (В. Попов ). Такое единодушие усиливает впечатление, которое на поверку может оказаться обманчивым.

В этой статье авторы намерены показать, что:

• китайский экономический рост гораздо менее устойчив, чем обычно считают;

• власти страны, особенно в последние годы, позволяют себе немало действий, подрывающих стабильность роста;

Напевы немецкой шарманки // Страницы немецкой поэзии в переводах Льва Гинзбурга: От лирики вагантов до поэтов ГДР. М.: Прогресс, 970. С. 65.

Cato Institute­ (Институт Катона) (www.

cato.org) настроен весьма оптимистично относительно перспектив продолжения китайского экономического чуда, роста китайского потенциала и значения этой страны как партнера (www.fre­e­trade­.org/issue­s/china.html).

www.libe­rtarium.ru/l_ptchina_china.

Попов В. Пекинский консенсус // Коммерсантъ. 006. сент.; Попов В. Шок и рынок // Коммерсантъ. 006. 0 авг.

O I K O N O M I A • P O L I T I K A µ • Plt 148 О некоторых свойствах наблюдаемого экономического роста в Китае • феномен роста Китая начиная с 980-х годов содержит гораздо меньше нового и поучительного, чем принято думать;

• сценарии высоких темпов экономического роста в долгосрочном периоде, при которых Китай сможет прочно занять позицию крупнейшей экономики мира, существуют, но их реализация маловероятна.

Хотя большинство богатых стран относится к правовым демократиям, феномен быстрого роста экономики в авторитарных государствах не является чем-то необычным. СССР на протяжении многих десятилетий впечатлял западных интеллектуалов своими экономическими успехами. Лидеры западного мира5 всерьез допускали перспективу сосуществования в условиях лидерства СССР по объему производства и производительности труда — то есть в условиях победы социализма в экономическом соревновании систем (хотя и видели неспособность социализма поддерживать сколько-нибудь приличный жизненный уровень граждан). Нобелевские лауреаты предсказывали неуклонное развитие «самой стабильной экономики мира» еще в 980-е годы (П. Самуэльсон даже вносил этот сомнительный прогноз в свой знаменитый учебник по экономике, включая издание 989 года6).

При этом А. Пржеворский7 отмечал, что при сопоставимых средних показателях роста авторитарные режимы выигрывают по пиковым значениям — как положительным, так и отрицательным. Иными словами, главная проблема экономического роста при авторитарном режиме — нестабильность.

Если же расширить период рассмотрения с сорока лет, как у Пржеворского, до 80 лет, то эта разница становится еще более очевидной8. Вероятно, имеет смысл распространить осторожный подход Чжоу Эньлая к оценке итогов Великой Французской революции и на наблюдаемый с конца XX века экономический рост Китая.

Кроме преимущества осторожности и осмотрительности перед поспешностью, есть еще несколько веских причин не обольщаться успехами капиталистического строительства КНР.

В ряде своих более ранних работ мы показали, что надежность гарантий прав собственности требует в качестве необходимого предварительного условия надежности гарантий неприкосновенности собственника9.

В этих же работах мы объясняли феномен способности КНР привлекать прямые иностранные инвестиции путем своеобразного импорта институтов из развитых стран. Фактическое отсутствие практики задержания и лишения свободы обладателей паспортов стран с правовой демократией означало их реальную неприкосновенность — почти такую же, как и на родине. Для бизнесмена долговременная привычка к такому порядку вещей вполне эквивалентна универсальным правовым гарантиям. Хотя на самом деле механизм здесь принципиально иной — это сдержанность «стационарного бандита» Fore­ign Re­lations of the­ Unite­d State­s 96 — 96. Vol. V: Sovie­t Union / De­partme­nt of State­.

Washington, DC, 998. www.state­.gov/www/about_state­/history/vol_v/0 _09.html; Vol. X. Part.

FRUS, 958— 960: E. Europe­ Re­gion, Sovie­t Union, Cyprus. dosfan.lib.uic.e­du/ERC/frus/frus5860x / sovie­t7.html.

«Советская экономика доказала, что, вопреки неоднократно высказывавшемуся ранее скептицизму, социалистическая командная система может работать и даже процветать» (цит. по:

th Samuelson P.A., Nordhaus W.D. Economics. e­d. N.Y.: McGraw-Hill, 989. P. 8 7).

Przeworski A., Alvarez M.E., Cheibub J.A., Limongi F. De­mocracy and De­ve­lopme­nt. Political Institutions and We­ll-Be­ing in the­ World 950— 990. Cambridge­: Cambridge­ Unive­rsity Pre­ss, 000.

Яновский К., Шульгин С. Институты, демократия и экономический рост: тест 80-летнего развития // Экономическая политика. 008. №.

Там же; Мау В., Яновский К., Жаворонков С., Маслов Д. Институциональные предпосылки современного экономического роста // Научные труды № 06Р. М.: ИЭПП, 007; и др.

Константин ЯнОвсКИй, Дмитрий МаслОв в отношении как объемов взимаемой ренты, так и методов ее выбивания.

Но, как отмечал еще М. Олсон, только демократия с конкурентной властью и прозрачными универсальными процедурами может обеспечить гарантии собственника и собственности независимо от политической конъюнктуры и личных соображений того или иного вождя.

На определенном этапе стационарный бандит полагает, что можно изымать ресурсы посредством платежей, именуемых налогами. Это особенно характерно для случаев непрерывного экономического роста, когда даже в краткосрочном периоде выгоднее поддерживать права контрагентов, чем их грабить. Но в один — далеко не прекрасный для предпринимателя — день стационарный бандит может решить, что ему срочно нужны деньги (на борьбу с последствиями кризиса или наводнения, на войну и т. п.) и потому несознательный предприниматель должен расстаться со своим бизнесом. Чтобы ускорить разъяснительную процедуру, предпринимателя можно посадить. Такая практика широко распространена в государствах, основанных не на власти закона, а на дискреционном, то есть произвольном принятии решений.

В конце 970-х годов политически мотивированное насилие в Китае резко сократилось. Иначе говоря, снизились риски для жизни потенциального собственника. Само понятие «быть собственником» было реабилитировано и перестало считаться преступлением. Огромный «навес» возможных взаимовыгодных сделок и мелких бизнесов начал реализовываться, обеспечивая высокие темпы роста. Из других ключевых источников такого роста следует выделить один из самых низких уровней экономического развития в мире на новом старте и огромный резерв дешевой рабочей силы в деревне, до сих пор не исчерпанный. Все это создало условия для быстрого и сравнительно продолжительного роста китайской экономики.

1. Деревня — городу Главным конкурентным преимуществом и ресурсом роста китайской экономики является в настоящее время человеческий капитал, рабочая сила — дешевая и относительно квалифицированная. При этом китайцы неприхотливы и имеют определенные представления о трудовой этике.

Наплыв рабочей силы из села, где уровень жизни не вырос существенно за последнюю тысячу лет, делает конкуренцию между людьми в Китае особенно ожесточенной, заставляет их проявлять свои лучшие способности и работать, по сути, на пределе своих возможностей. Помимо всех косвенных и трудноподсчитываемых эффектов отметим и чисто экономический:

высокая конкуренция обусловливает низкую стоимость рабочей силы, что вкупе с систематически занижаемым курсом юаня уменьшает стоимость товаров, идущих на экспорт (то есть повышает конкурентоспособность китайской продукции).

Через десятилетия роста, подпитываемого давлением притекающей из деревни рабочей силы, прошли в прежние времена и Европа, и Россия (СССР), и отчасти даже США.

Маршрут прохождения этого этапа в СССР, как, впрочем, и в Китае при Мао, был, несомненно, наиболее варварским среди крупных индустриальных стран. При этом сакраментальное «недоедим, а вывезем» играло роль доста Olson M. Powe­r and Prospe­rity. N.Y.: Basic Books, 000.

150 О некоторых свойствах наблюдаемого экономического роста в Китае точно скромную. Иными словами, отъем у крестьян продовольствия на экспорт по заниженным ценам и продажа защищенной тарифами продукции отечественной промышленности по ценам завышенным, вероятно, имели меньшее значение, нежели переток наиболее трудоспособных, энергичных, честолюбивых агентов из деревни в город.

Заметим, что ни в СССР, ни в Китае при «большом скачке» политика ускоренной индустриализации, накопления за счет мобилизации ресурсов села не имела серьезной отдачи. Само по себе наличие избыточной трудовой массы, очевидно, еще не гарантирует высоких, а тем более устойчивых темпов роста, так что при тоталитарной политике даже этот козырь не всегда играет.

Долгосрочное значение мобилизованного ценой голодомора зерна в индустриализации СССР не имеет надежных подтверждений — быстро добытые дополнительные —5 млн тонн зерна в течение двух лет за счет потери миллионов человек «навеса» рабочей силы — неочевидное приобретение даже в перспективе 9 — 9 годов. Вопрос о политической стабильности и страхе как инструменте мобилизации мы здесь не обсуждаем. Отличие Китая до сих пор заключалось в том, что его человеческие ресурсы казались неисчерпаемыми, в то время как в СССР после голода, войны и ГУЛАГа нехватка рабочей силы стала ощущаться уже в 950— 960-е годы.

Итак, главным фактором структурной трансформации в Китае, как ранее в других странах, является человеческий капитал (в широком смысле), а его истощение означает исчерпание резерва деревни. Возникает естественный вопрос, как долго может продлиться стимулирующий эффект от перелива населения из деревни в город.

Максимальное значение численности сельского населения в Китае было зафиксировано в 995 году — 860 млн, после чего наблюдалось снижение.

На данный момент доля сельского населения составляет около 55% общей численности населения. Если учесть, что сельское население сокращается примерно на 0 млн в год, то, по самому грубому подсчету, процесс урбанизации может растянуться на 0—60 лет.

Что касается избытка трудовых ресурсов, то, по некоторым оценкам, «навес» дешевой рабочей силы в современном Китае только на селе составляет примерно 7% трудоспособного населения страны 5 (и это не считая городской безработицы в,5%, то есть не менее 0% трудоспособных горожан). А с учетом того, что малоэффективные государственные предприятия в значительной степени маскируют скрытую безработицу, реальные масштабы трудоизбыточного населения поистине впечатляют.

Однако можно предположить, что роль «навеса» дешевой рабочей силы как фактора экономического роста будет постепенно уменьшаться. Во-первых, потенциал экстенсивной модели экономического роста — за счет все более масштабного вовлечения ресурсов в экономику — в Китае в значительной мере исчерпан. Но причина здесь, как ни странно, не в ограниченности Гайдар Е. Долгое время. Россия в мире. Очерки экономической истории. М.: Дело, 005.

Наивысшие темпы индустриализации совпали с ускорением бегства крестьян из голодающего села, а не с рекордными показателями зернового экспорта — ср. данные таблиц 8.6 (c. 97) и 8.9 (c. 5) — млн тонн экспортированного зерна в 9 году и 5, млн тонн в 9 году с последующим падением экспорта.

Там же. С. 6, табл. 8. 0.

См.: там же. С. 5, табл. 8.9, ср. с аналогичными китайскими показателями: с. 6, табл. 8. 0.

www.allcountrie­s.org/china_statistics/ _ _population_and_its_composition.html.

Гельбрас В. Миграции китайского крестьянства // Вопросы экономики. 005. № 7.

Константин ЯнОвсКИй, Дмитрий МаслОв ресурсов (по крайней мере трудовых ресурсов, как мы отметили, вполне достаточно), а в ограниченности спроса, прежде всего мирового 6. В середине 990-х годов загрузка производственных мощностей составляла 0—60% (нормальной считается загрузка на уровне 80—90%) в зависимости от отраслей, в дальнейшем ситуация только ухудшалась 7. Это свидетельствует о том, что создано множество дублирующих друг друга или вообще ненужных (с точки зрения спроса) производств. В этом контексте понятно, что продолжающийся приток рабочей силы ситуацию в экономике не улучшает (или это будет рост ради роста, как в командной экономике).

Во-вторых, власти ослабляют способность города абсорбировать мигрантов, препятствуя росту наиболее квалифицированного и образованного населения путем регулирования рождаемости. При этом искусственно создается дефицит квалифицированных кадров, что ведет к росту их стоимости и в долгосрочной перспективе — к снижению рентабельности экономики.

Избыток малоквалифицированных мигрантов из деревни оказывает давление лишь на соответствующий сектор рынка труда. От низких цен на их рабочую силу выигрывают строительство, торговля, благоустройство городских территорий и т. п.

Однако диспропорции могут привести к ситуации, когда будет выгоднее создавать трудоемкие производства в ущерб капиталоемким (вместо одного крана использовать два десятка рабочих), а это негативно скажется на развитии технологий. По мере того как Китай все настойчивее претендует на роль мирового экономического и технологического центра, уровень образования и квалификации кадров становится определяющим фактором развития и «помощь из села» оказывается малоэффективной.

С нашей точки зрения, основная ошибка экономистов, видящих Китай лидером и примером для подражания, состоит в необоснованной экстраполяции трендов периода индустриализации и урбанизации — а это крайне ненадежное основание для прогнозов, в особенности для страны, где отсутствуют институциональные предпосылки долгосрочного экономического роста:

надежные гарантии права собственности и неприкосновенности собственника в виде сочетания формальных обезличенных правовых норм и соответствующей традиции правоприменительной практики.

Pages:     || 2 | 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.