WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

их надо обслуживать. Начиная с 1996 г. на обслуживание внутреннего долга стало уходить около половины текущих налоговых поступлений бюджета. При этом собираемость налогов не только не увеличивалась, но снижалась. Одних (налога на прибыль) - по объективным обстоятельствам (сокращение инфляционной составляющей). Других (акцизы) – вследствие коррупции и распространения индивидуальных налоговых схем для влиятельных налогоплательщиков. К тому же налоговые льготы (даже если считать только законодательно оформленные) составляют около трети от объема начисляемых налогов.

Результат - переход бюджетного кризиса из вялотекущего в открытое состояние. В первом квартале 1997 года собираемость налогов была меньше 60 % совершенно безосновательно запланированных доходов. Текущие денежные поступления бюджета распределялись с такой же чрезвычайностью как в начале 1992 года поступавшее по импорту зерно. Экономика стала денежной, в качестве критически важного ресурса распределяются деньги, но степень зависимости жизнедеятельности общества от оперативного распределения примерно такая же.

Правительство мечется, суетится, пытается робко объявить о пенсионной реформе, затем дезавуирует это, сваливая мнимую вину на чиновников пенсионного фонда. Подобным же образом развиваются события и в области жилищно-коммунальной реформы. При этом берутся дополнительные социальные обязательства вдобавок к уже имеющимся и без того невыполнимым обязательствам.

На этом фоне в 1997 г. и приоткрылось окно политических возможностей для проведения решительных и жизненно необходимых обществу преобразований. Снова сложилась ситуация, когда “верхи не могут, а низы не хотят”. И хотя и верхи, и низы не очень-то жаловали либеральных реформаторов, и те, и другие знали - в кризисных обстоятельствах кроме них положиться не на кого.

Одна из основных проблем второго "окна" политически возможного состоит в том, что сопротивление противников “конкретных” реформ второй стадии (та или иная корпорация, естественная монополия с отрядом занятых на ней) гораздо более организованно и динамично, чем сопротивление противников “общих” реформ на их первой стадии (население в целом, вкладчики в банковские учреждения в целом, пенсионеры в целом и т. п.). Это видно хотя бы на примере взаимодействия правительства с Газпромом и РАО ЕЭС.

Это вообще острейшая дилемма проведения либеральной экономической политики: выигрыши от нее равномерно получают все, поэтому каждый не чувствует себя выигрывающим относительно других, это психологически малозаметные выигрыши, проигрыши же четко связаны с определенными корпоративными, социальными, ведомственными, региональными группами. Так, отмена налоговых льгот несет вполне конкретный финансовый ущерб определенным весьма политически влиятельным корпорациям, что мобилизует сильное политическое сопротивление. В результате же этой отмены может быть облегчено финансовое бремя для всех налогоплательщиков, что очень полезно для экономики, но не мобилизует адекватной политической поддержки.

Соответственно, решить эти задачи без решения проблем государственной бюрократии, ее качества и готовности содействовать реформам невозможно.

Принцип команды, хорошо себя зарекомендовавший в условиях первого "окна возможного" (героический период российских реформ), наталкивается в условиях второго "окна" на три труднопреодолимых препятствия:

низкое качество государственной бюрократии, неспособной даже к простому тиражированию реформаторского потенциала, ненадежность, временность поддержки политического руководства страны, избыточно подверженного лоббистским влиянием, его постоянную предрасположенность к мутированию в фаворитизм и клановость, деструктивная позиция федеральной законодательной власти в условиях, когда законодательное обеспечение реформ является обязательным условием их эффективности.

Наконец, принципиальной проблемой остается сохраняющаяся неразделенность политической и экономической власти. Поэтому под лозунгом общественной консолидации на самом деле происходит консолидация политико-деловых кланов и элит, заинтересованных в извлечении политической ренты из недореформированности российской экономики и социальной сферы, в сохранении ситуации большого и слабого государства, которое они готовы представлять на стадии присвоения и за которое готовы маскироваться на стадии инвестирования.

Совокупность указанных социально-политических проблем и определил невысокую эффективность использования второго «окна возможного» в году. Расплатой за это оказалось погружение в острейший финансовый кризис 1998 года, который опрокинул наметившуюся было в 1997 году тенденцию социальной и экономической стабилизации с характерными для нее признаками некоторого экономического роста, бурным ростом капитализации фондового рынка, повышением реальных доходов населения.

Кризис государственных финансов Финансовый кризис в России развивался в течение практически всего постсоветского периода. В его основе лежат такие фундаментальные факторы как институционально заложенный разрыв между объемом государственных обязательств и способностью мобилизовать средства, необходимые для их финансирования, мягкие бюджетные ограничения деятельности предприятий, порождающие взаимные неплатежи и денежные субституты, нереформированность социальной и других сфер, вызывающая высокие бюджетные расходы, неспособность властей противодействовать отраслевым и региональным лоббистам, непрозрачность системы государственных финансов, рисковая политика пассивов и активов, проводимой коммерческими банками.

Кумулятивный эффект указанных ниже факторов выразился в хроническом бюджетном дисбалансе. Это хорошо видно в бюджетной динамике, представленной в данных таблицы 1.

Таблица 1.

Динамика бюджета расширенного правительства (консолидированный бюджет плюс государственные внебюджетные фонды) России в 1992 – 1998 гг.

(в % ВВП) 1992 1993 1994 1995 1996 1997 Доходы 40,4 40,6 36,3 35,8 36,7 36,5 35,Расходы 65,1 48,6 47,5 41,1 43,0 43,1 38,Дефицит -24,7 -8,0 -11,2 -5,3 -6,3 -6,6 -3,Внутреннее 13,7 6,1 10,3 3,8 4,8 4.5 0,финансирован ие Внешнее 11,0 1.9 0,9 1.5 1.5 2,1 2,финансирован ие Источник: Минфин РФ Фискальный кризис является проявлением слабости сменявших друг друга российских правительств, которые оказались не в состоянии рационировать структуру государственных расходов и обеспечить выполнение налогового законодательства налогоплательщиками.

В 1997 – 98 гг. возник дополнительный фактор ускорения кризисных процессов в государственных финансах – это расхождение между денежной политикой, которая, действительно, была жесткой, и бюджетной политикой, которая, как видно из данных таблицы 1, оставалась мягкой. Объяснение этого дуализма - политическое: ограничения денежного предложения безадресны, они равным образом затрагивают всех участников рынка, поэтому они не встречают организованного лоббистского сопротивления. К тому же они не требуют законодательного обеспечения и осуществляются решениями денежных властей. Сокращение бюджетных расходов и ужесточение налогового администрирования, напротив, адресны, затрагивают определенные группы бюджетополучателей и налогоплательщиков, и поэтому вызывают мощное противодействие групп давления, требуют законодательного обеспечения, и поэтому более уязвимы с точки зрения электорального цикла.

Денежная жесткость создавала проблемы для возможностей увеличения налогооблагаемой базы, мягкость бюджетных обязательств требовала роста налоговых усилий, которые натыкались на ограниченность налогооблагаемой базы.

Многолетняя нерешаемость бюджетных проблем, в свою очередь, привела к накоплению государственного долга, высокая стоимость обслуживания которого усугубляла остроту бюджетной ситуации.

Таблица Динамика государственного долга России (в % ВВП).

1994 1995 1996 1997 1998 Государственный 21.7 14,5 11,5 16,2 18,7 28,внутренний долг, в т.

ч.

Задолженность по 0,2 3,1 5,2 11,0 16.8 17,ценным бумагам Задолженность 18,0 9,6 3,7 2,6 0 Центробанку Обслуживание 0,6 2,6 2,3 4,7 3.6 4,внутреннего долга Государственный 18,5 19,3 25,0 26,2 30.4 внешний долг, в т. ч.

Долг бывшего СССР 16,7 16,5 20,1 19,6 19.3 Долг РФ 1,8 2,8 4,9 6,6 11.1 Обслуживание 0,5 0,9 0,9 0,7 1.внешнего долга Всего 40,2 33,8 36,5 42,4 49.1 государственный долг РФ Всего обслуживание 1,1 3,5 3,2 5,4 4.государственного долга РФ Источник: Минфин РФ, Госкомстат РФ Казалось бы, отношение государственного долга к ВВП не является в России критическим (формально до выхода в августе 1998 г. из валютного коридора и девальвации рубля оно вписывалось в маастрихтские критерии).

Однако если принять во внимание крайне низкий уровень монетизации российской экономики (14 % в 1998 г., примерно в 5 - 6 раз ниже, чем в странах ЕС), становится понятно, почему так разрушительны были последствия накапливания государственного долга в России с точки зрения привлечения для его обслуживания непропорционально высокой доли ликвидных внутренних сбережений.

Так, если до середины 1996 года совокупная величина банковских депозитов населения (рублевых и валютных) была меньше, чем величина краткосрочного (ГКО) государственного внутреннего долга, то с этого момента стала устойчиво превышать ее. В том числе с ноября 1997 по август 1998 гг. – превышала в 1,8 раза.

Кризис государственных финансов приводил к наращиванию государственного долга, снижению вследствие оттягивания ликвидных финансовых ресурсов на обслуживание государственного долга нормы национальных сбережений (что снижало возможность экономического роста и увеличения налогооблагаемой базы).

В ситуации такой динамики долга и при неспособности властей на решительные реформистские действия, прежде всего на бюджетное урегулирование, либерализация допуска нерезидентов на рынок государственных обязательств была предопределена (фактически она осуществлялась в несколько этапов, окончательно ограничения были сняты с 1.01.98, когда были отменены гарантированный уровень доходности по операциям с ГКО для нерезидентов и ограничения на срок репатриации прибыли). Иных возможностей получить ликвидные средства для финансирования бюджетного дефицита не было. Это способствовало уменьшению сальдо платежного баланса по счету текущих операций.

Тем самым был предопределен и кризис лета 1998 года, когда нерезиденты-держатели коротких (средняя дюрация государственных ценных бумаг составляла в августе 1998 года 330 дней), номинированных в рублях государственных обязательств, полностью утратившие доверие к политике российских денежных властей, стали в массовом масштабе избавляться от них, снижая таким образом их котировки и одновременно оказывая давление на золотовалютные резервы ЦБР.

Другой острейшей проблемой оказалась неспособность российской банковской системы к эффективной работе в отсутствие постоянных вливаний в той или иной форме бюджетных денег, что на практике вылилось в плохое состояние балансов большинства российских коммерческих банков. Дело в том, что в период достижения денежной стабилизации и роста реального курса рубля в 1995 – 1997 гг. банкам стало выгодно наращивать валютные пассивы, а кредиты предоставлять в рублях. С первого квартала 1997 г. совокупные валютные пассивы банковской системы устойчиво превышали валютные активы и продолжали быстро расти, то есть чистые валютные активы приняли отрицательное значение. В марте 1997 г. совокупные валютные пассивы составляли 9,5 миллиарда долларов, а к июлю 1998 года достигли 20,миллиардов, превысив валютные активы, величина которых к этому времени достигла 12 миллиардов долларов уже на 70 %. Причем в основном валютные кредиты привлекались под залог российских государственных ценных бумаг, кризисное снижение котировок которых вызвали рост требований к немедленному погашению части кредитов или пополнению залога (margine calls).

Возникший таким образом экстремально высокий уровень рисков в банковской системе, главным образом рисков, связанных с переоцененностью рубля, надо было уравновешивать наращиванием валютных активов, уменьшением открытой валютной позиции банков. Это стимулировало рост спроса на твердую валюту на валютном рынке и давление на золотовалютные резервы Центробанка.

В результате денежные власти неоднократно оказывались перед выбором: что поддерживать своими резервами – национальную валюту, рынок государственных ценных бумаг или банковскую систему. Осенью 1997 года, во время первой волны кризиса это был выбор между поддержкой рубля, его валютного курса или поддержкой рынка ГКО и он был сделан, хотя и с существенным опозданием, обошедшимся в 6 миллиардов долларов растраченных золотовалютных резервов, в пользу поддержки рубля. Летом года это был выбор между поддержкой валютного курса рубля, что требовало ограничения спроса банковской системы на твердую валюту, и поддержкой банковской системы, которая без пополнения валютных активов несла чрезмерные риски. В целом денежные власти склонялись к поддержке рубля.

Однако общая противоречивость финансово-экономической ситуации провоцировала и противоречивость принимаемых мер, включая оказание финансовой поддержки ряду избранных банков.

Это кризисогенное развитие ситуации в банковском секторе стало возможным в условиях отсутствия должной транспарентности банковских операций, неэффективности системы регулирования и пруденциального надзора банковской деятельности.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.