WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Формально государство не отвечает по долгам компаний смешанного сектора, но де-факто они оцениваются как суверенные. Более того, для инвесторов вложение средств в них становится источником гарантированной доходности, поскольку государство может оказывать этим компаниям поддержку как силовую и политическую, так и в сфере государственного регулирования (программа увеличения цен на газ для внутренних потребителей). Это повышает популярность российских акций у оффшорных хеджфондов, которым ухудшение институциональной среды (прежде всего политика "двойных стандартов") приносит дополнительные прибыли. В то же время иностранные банки охотно кредитуют под низкий процент покупку госкомпаниями все новых активов (отметим заметный рост задолженности негосударственных заемщиков во втором квартале 2008 г., то есть уже в условиях мирового финансового кризиса).

Очевидно, такая модель роста рынка во многом является спекулятивной, так как не подкрепляется вложением больших объемов капитала в производство13. Она возможна лишь при притоке средств на развивающиеся рынки и увеличении выручки компаний за счет роста цен на продукцию и перераспределения активов в их пользу. Кроме того, такой спекулятивный рост рынка скрывает реальные проблемы и диспропорции экономики, связанные с ухудшением (по мере экспансии государства в хозяйственную сферу) институциональной среды. Напомним, что в середине 2008 г. десять наиболее капитализированных компаний обеспечивали 66% капитализации рынка, причем половина из них приходилась на сектор добычи и переработки нефти и газа14. Огромную часть притока средств обеспечивает узкий сектор компаний-лидеров, имеющих 9  политическую поддержку, а перераспределение инвестиций в экономике сдерживается недостатками институциональной среды.

Эта модель со всей очевидностью проецируется и на ситуацию финансового кризиса 2008–2009 гг., в ходе которого обсуждаются меры экстренной поддержки российских компаний и банков. В общем пакете антикризисных мер, принятых органами государственной власти РФ уже в сентябре–октябре пошлого года, в контексте расширения госсектора назовем несколько направлений.

1. Кредиты государства на обслуживание зарубежных займов российских компаний и банков.

По имеющимся данным, в IV квартале 2008 г. сумма платежей российских компаний по внешним долгам оценивалась в 47,5 млрд долл., в 2009 г. – 115,7 млрд, а с учетом пролонгации части выплат 2008 г. – около 140 млрд долл. Размещаемых Центральным банком во "Внешэкономбанке – Банке развития" депозитов (50 млрд долл.) было достаточно для кредитования компаний под выплаты 2008 г. Вместе с тем условия предоставления кредитов рассматривались как жесткие: залог ценных бумаг, залог экспортной выручки, безакцептное списание средств с любых счетов заемщика для погашения кредита, включение представителей банка в органы управления заемщика, согласование с банком привлечения других займов и сделок по продаже активов свыше 10% стоимости компании, обеспечение, аналогичное по зарубежному кредиту, и др. При этом за ВЭБом остается беспрецедентное право самостоятельно принимать решения о любом увеличении залога и делать выбор между возможностью погашения долга или его "закрытия" имеющимся залогом. К середине октября 2008 г. поступили заявки на рефинансирование от "Роснефти", ВТБ, "Газпромнефти", ТНК-ВР, "ЛУКойла", ОК "Русал", АФК "Система", "Северстали", "Мечела" и др. При минимально установленном размере рефинансирования в 100 млн долл. (согласно Меморандуму о финансовой политике банка) речь шла действительно только о крупнейших компаниях и банках.

2. Прямая ("антикризисная") интервенция государства на фондовом рынке.

В середине октября 2008 г. также было принято решение о выделении средств из Фонда национального благосостояния на приобретение акций российских компаний (350 млрд руб. на 2008–2009 гг.). К настоящему времени нет никаких официальных данных о произведенных интервенциях, конкретных размерах вложенных средств и приобретенных пакетах акций. Можно как минимум поставить вопросы о целесообразности монополизации практически всех операций во "Внешэкономбанке – Банке развития", о процедурах выбора операторов (профессиональных посредников) по осуществленным или будущим сделкам, в том числе по условиям комиссии.

Важным в этой связи является вопрос об источниках выделенных для интервенций денег.

Как известно, в числе задач формирования Фонда национального благосостояния ключевой является финансирование пенсионной реформы. Вполне рациональной в условиях кризиса была бы передача приобретенных за счет ФНБ пакетов акций на открытом рынке именно в Пенсионный фонд (или содержательный аналог) под обеспечение в будущем (на стадии роста капитализации) пенсионных выплат. Куда и кому в рамках существующей непрозрачной схемы будут переданы пакеты, приобретенные ВЭБом в 2008 г. и, возможно, в 2009–2010 гг., неизвестно. Не менее важен вопрос о прозрачных критериях целесообразности каждой из таких сделок и их публичном контроле. Остается только зафиксировать имеющиеся экспертные оценки об отсутствии общей стратегии интервенций, опыта реализации такого рода антикризисных мер и о 10  разнонаправленности конъюнктурных трендов рынка в отношении даже узкого круга ведущих компаний-эмитентов.

По всей видимости, речь шла о трех возможных направлениях: выборочном противодействии margin calls; приобретении тех или иных проблемных активов; попытках корректировки рынка по отдельным эмитентам, "интересным" государству. Особенно острой в этом контексте становится проблема инсайдерской торговли и, если смотреть шире, – общая политика в отношении любого рода финансовых злоупотреблений (расхищения средств).

По данным ВЭБа, к концу ноября 2008 г. на счет казначейства банка поступило 115 млрд руб. (из средств Фонда национального благосостояния). На поддержку финансового рынка было израсходовано 85 млрд руб. Средства направлялись на приобретение акций и корпоративных облигаций первоклассных российских эмитентов, а действия по данным операциям в рабочем порядке согласовывались с Минфином15. Хотя нет никаких более поздних данных об интервенциях такого рода, в феврале 2009 г. рассматривался вопрос об участии ВТБ в этой схеме.

3. Приобретение привилегированных акций и конвертируемых облигаций (новых эмиссий) эмитентов, интересующих государство.

Эта мера поддержки была рассмотрена в октябре 2008 г. на крайний случай. Она довольно стандартна и применяется в ряде стран (Великобритания, Швейцария) для поддержки проблемных банковских групп. Кроме того, использование этого инструментария не ставит перед государством задач по оперативному управлению при прямом "вхождении" в акционерный капитал.

К середине 2009 г. не было каких-либо данных о выделенных на эти цели финансовых ресурсах и об имевших место прецедентах. Тем не менее подобные предложения поступали, например, в конце января 2009 г. от ОК "Русал" – о конвертации в привилегированные акции долга компании перед государственными банками в размере млрд долл., залогом которого служат в том числе принадлежащие ему 25% акций ГМК "Норильский никель". В этом случае собственники смогли бы сохранить контроль над компанией и ее активами. Другое предложение "Русала" – создать крупную металлургическую компанию путем слияния "Норникеля", "Мечела", "Уралкалия", "Металлинвеста" с закреплением за госкорпорацией "Рособоронэкспорт" фиксированной доли – также является вариацией проблемы, как избежать потери контроля над компанией.

С начала 2009 г. политика поддержки претерпела существенные изменения. В рамках общего смещения акцентов произошли поворот от осенних заявлений прошлого года в духе "денег хватит на всех" к более взвешенной стратегии сохранения резервов до 2010– 2011 гг. и отказ от массовой поддержки компаний в пользу селективной опоры на крупнейшие госбанки.

В соответствии с указанной выше программой рефинансирования внешних займов корпоративного сектора в ВЭБ поступило примерно 100 заявок на общую сумму около 75 млрд долл. Тем не менее программа была закрыта, когда ее расходы составили И млрд долл. Среди получателей оказались "Роснефть" (800 млн долл.), ОК "Русал" (4,5 млрд долл.), ВымпелКом, ЕврАз и некоторые другие. С одной стороны, реализация программы признана нецелесообразной в силу накопления большинством потенциальных участников достаточных валютных ресурсов для решения проблем с кредиторами (порядка 85 млрд 11  долл. к февралю 2009 г., что, по оценкам правительства, достаточно для расчета по кредитам в текущем году16). С другой стороны, условия предоставления такого рода кредитов, видимо, оказались слишком жесткими для заявителей (что, впрочем, свидетельствует о наличии скрытых внутренних ресурсов компаний для решения своих финансовых проблем без ужесточения госконтроля). Но прозрачная публичная информация о критериях выбора именно этих субъектов для государственной поддержки фактически отсутствует. Нет ясности и в том, как ВЭБ намеревается распорядиться полученными в залог пакетами через год (максимальный срок кредитования).

Обсуждение подходов, альтернативных финансовым, к осуществлению поддержки российских предприятий, относящихся к "значимым отраслям экономики", началось в 2008 г. К концу декабря количество потенциальных реципиентов помощи государства за небольшой период времени снизилось в 5 раз. Среди формальных условий включения в антикризисный список устанавливались следующие: не менее 5000 работников, 15 млрд руб. выручки или же статус градообразующего предприятия. ВЭБ должен стать агентом правительства по данному направлению господдержки. Предприятия могут вносить государственные гарантии как обеспечение до 50% кредита (ОПК - до 70%), при этом максимальный размер гарантии одному заявителю ограничен 10 млрд руб.

Для 293 предприятий 25 отраслей, которые вошли в список Минэкономразвития РФ, допускались кредитные инструменты поддержки, однако спектр возможных решений существенно шире: государственные гарантии, субсидирование процентных ставок, реструктуризация налоговой задолженности, государственный заказ, таможенно-тарифная политика. Определенные меры по минимизации "негативных социально-экономических последствий прекращения деятельности" таких предприятий предусмотрены, по всей видимости, на случай банкротства17.

К середине февраля 2009 г. стало известно о заявках на получение государственных гарантий по кредитам от крупнейших российских автомобильных производителей (АвтоВАЗ, ГАЗ, Камаз и "Соллерс") на общую сумму 29,5 млрд руб. Среди других методов поддержки российского автопрома предусматриваются выкуп облигаций до 60 млрд руб. и госзакупки на сумму 12,5 млрд руб. В сфере ОПК приняты решения по госгарантиям для 3 предприятий, субсидиям – для 19, докапитализации РСК "МиГ" – на сумму 15 млрд руб. Госкорпорация "Ростехнологии" (получившая 20 градообразующих и 278 стратегических предприятий) запросила госгарантий на сумму 110,8 млрд руб.

(помимо выделения имущественного взноса 151,3 млрд руб.18.

Заявки на получение государственной поддержки к середине марта 2009 г. подали практически все так называемые системообразующие предприятия, из них были рассмотрены заявки только 26 предприятий на сумму 350 млрд руб. и предоставления госгарантий на 213 млрд руб. Решения о предоставлении госгарантий к марту 2009 г.

приняты только по 6 предприятиям на сумму 47,5 млрд руб.Перечень предлагаемых мер антикризисной поддержки не вызывает особых сомнений, но остаются нерешенными две проблемы. Во-первых, привилегированный список создает очевидный риск подрыва рыночных (микроэкономических) стимулов к преодолению кризисных ситуаций собственными силами именно в "значимых" отраслях. Более справедлива публичная и выборочная процедура приема заявок на ту или иную поддержку при наличии обоснованных антикризисных программ от любых российских предприятий. Во-вторых, многие проблемы предприятий связаны не только с кризисом, но и с качеством менеджмента и проводимой в 2005–2007 гг. политикой заимствований.

Целесообразно одним из обязательных условий предоставления любого вида 12  государственной поддержки поставить вопрос о замещении действующего оперативного руководства, возможно, по аналогии с антикризисными управляющими (если абстрагироваться от угрозы рейдерства и смены команды ради эксплуатации остающихся бенефиций). Банкротство может также рассматриваться как один из способов антикризисного вмешательства государства. При этом речь идет не о ликвидации или раздроблении компании, а о смене собственника и введении наблюдения со стороны уполномоченного госоргана.

Однако пока преждевременно делать более конкретные оценки, поскольку отсутствуют как критическая масса реально осуществленных сделок, так и публичная информация об объемах и критериях государственных интервенций. Вместе с тем пессимистичные сценарии не исключены в силу общих оценок институциональной среды, ставшей одним из сугубо "российских" факторов сегодняшнего кризиса финансовой системы России20.

Правомерно сделать вывод о начале нового этапа государственной имущественной экспансии (даже с учетом объективно необходимого антикризисного компонента). Если зафиксировать капитализацию российского рынка по состоянию на середину октября 2008 г., то можно прогнозировать увеличение доли государства в корпоративном секторе в 2009–2010 гг. от 3–4% (нижняя граница) до 9–10% только за счет выделения средств для интервенций на фондовом рынке. Потенциал дальнейшего расширения госсектора впечатляет, хотя никакой определенности в отношении планов правительства пока нет:

сохранение в собственности государства заложенных в ВЭБе пакетов акций по программе рефинансирования 2008 г. (11 млрд долл.), срок решения – конец 2009 г.;

сохранение в собственности государства приобретенных на открытом рынке акций (350 млрд на 2009–2010 гг.), срок принятия решения – 2013–2014 гг.;

дальнейшая экспансия госкорпораций в строгом смысле (несмотря на частичное изъятие выделенных финансовых ресурсов);

переход частных активов к госбанкам под выданные кредиты и путем прямых приобретений, формирование новых госхолдингов;

увеличение доли государства в банковском капитале в рамках программы рекапитализации банковской системы (40 млрд долл.).

По данным Банка России, совокупный капитал российских банков в начале 2009 г.

составлял 2,5 трлн руб. При заявленном объеме рекапитализации это означает, что государство может претендовать на дополнительные 32% банковского капитала при общем росте госдоли до 75–80%21.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.